Мой дорогой садист

Чон впился в лебединую шею испуганного Тэхена и стал оставлять метки. Розовые засосы уже завтра расцветут синими лилиями на коже парнишки, но господину все равно. Он просто пометил свое. Мальчишка сидит, боясь пошевелиться, его дыхание глубокое, рваное и сбитое. Он не может произнести ни звука, а Гуку так хочется услышать сладкий стон своей игрушки. И он совсем скоро услышит… Обязательно услышит… Тэхен так сильно не хочет сопротивляться. Почему-то хочется просто расслабиться и плыть по течению, не возражая воле… хозяина. Чон так быстро покорил его, а ведь он даже не сопротивлялся. Властный, красивый и такой… холодный. Блять, да они знакомы час с лишним! Хотя… Они ведь не пара. А раз не пара, то можно… Можно без чувств… Просто игрушка. Тэхен — просто игрушка. Закончив с метками, Чон мимолётно кусает игрушку за ухо, а Тэ даже не думает смотреть в его сторону. Он слишком много боролся в жизни и теперь имеет полное право сдаться. Теперь ему все равно. Главное, чтобы с Чимином все было хорошо. А ему… Ему ни хорошо, ни плохо. Все. Равно. Безжизненный взгляд устремился прямо в пол. Чону это совсем не нравится. Ему ведь не нужна совсем безвольная кукла. Как-то даже… больно. Он впервые волнуется, впервые… не хочет такого подчинения… Он сам не знает, чего хочет. А может, он...? Пфффф, какая глупость. Кто-то стучит в кабинет: — Войдите, — сдержанно. Нет ни нотки грусти. Он хорошо научился носить свои маски. Первая — «Мальчик-солнышко». Чон носит ее только для своих фанатов. Не желает их расстраивать… Вторая — «Жестокий принц». Она предназначена для всех остальных, помимо некоторых. Этим некоторым дана золотая середина. Третья маска Чонгука — «Холодильник». Да, именно так. Не слишком злой, но и ни капли не добрый. Полное равнодушие и холод. Но лучше уж так. А какой он на самом деле — не знает никто. Да и сам он не знает. — Здравствуйте, господин Чон. — Юна замялась. — Извините, если помешала, но это очень срочно. В общем… Ваша мать в больнице. В комнате повисла гробовая тишина. Дыхание Чона сбилось и стало глубоким. — Он… Это сделал, этот ублюдок?! — заорал господин. Тэ моментально встал и направился к выходу. — Куда?! Я не отпускал тебя! — испуганный Тэхен тут же развернулся, виновато посмотрел на Гука и подошел. — Стой тут. Эта сволочь… — господин обратился к Юне — …сегодня же должна умереть. — Вы… уверены? — испуганно произносит секретарь. — Он ведь… ваш отец, былой глава компании… — Плевать! На все плевать! Он больше никогда не поднимет на нее свою поганую руку! — Я все поняла, господин. Лучший киллер начнет действовать уже завтра. В 15:00 смерть мистера Чон Чонина будет зарегистрирована, как внезапная остановка сердца. Я все проверю и сообщу вам, — отчеканила Юна. — Да, хорошо. Уже можешь идти домой, — самым грустным голосом сказал Чон. Это сильный удар по его психике. Еще один. Он вот-вот заплачет… — Ах, да, ты уже уволила весь персонал? В смысле, всех горничных? — Да, все как вы просили. Я пойду, господин. До свидания. — Девушка поклонилась и вышла из кабинета. — Тэхен. Я знаю, что неприятен тебе, знаю, что мало знакомы, но… — Чон сам боится своих мыслей. Ему не желательно влюбляться. Он не должен. Ему так тяжело… — Забудь. Просто садись, как сидел. — Тэхен осторожно присаживается на колени хозяина. Ему нужно повиноваться: он слишком дорожит своим братом, чтобы показывать характер. — С тобой так спокойно… — Чон кладет голову на плечо Тэ и замолкает, тяжело дыша. — Обними меня. — Парнишка немного ахринел, поэтому посмотрел вопросительно на господина. — Просто обними, мне станет легче. — Игрушка понимает, что ему не послышалось и… осторожно обнимает Чона. Они знакомы от силы часа два или три, а он сейчас сидит на его коленях и крепко обнимает… Чон сейчас такой теплый. От него больше не веет тем могильным холодом. Немая связь между ними завораживает. Гук недолго думает и тоже обнимает Тэ. Мнимое удовольствие от соприкосновения двух тел… Минут через десять голову резко посещает «Нельзя! Никакой любви!» — Все, достаточно. Иди в свою комнату, — с былым равнодушием произносит Чонгук. Смущенный и красный до кончиков ушей Тэ встает и почти бегом направляется к выходу. Ему пофиг определенно на все… Кроме этого парня.