«Опасный» рейс.

Счастливый Блейк впорхнул в кабину и занял своё кресло, поправляя на себе рабочий костюм. — Ты опоздал, говорила же, — хмурится главный пилот, держась за штурвал, ибо управление уже было снято с автопилотирования. — Прости. Мне попалась такая горячая штучка, что одного раза ей мало было и она перешла к минету... Парня резко перебили. — Давай без подробностей. — А что, завидуешь? — усмехнулся тот, пристёгивая себя ремнями. — Было бы чему. Лесбиянки не особо любят мужские гениталии, а также рассказы про них, — криво улыбнулась Вудс. — Ну, извини... — парень задумался, одевая на себя объёмные наушники. — Лекс, а ты когда-нибудь пробовала с мужчинами? — Нет, — коротко ответила та, смотря перед собой и не отвлекаясь. — И почему ты тогда решила, что не любишь мужской пол, если даже не пробовала? — удивлялся тот. Ну да, главный пилот парню тоже нравилась, но исключительно из похотливых соображений. — Блейк, серьёзно? Мы сажаем самолет, а ты решил докопаться до моей сути именно в этот момент? — не понимала капитан такого рвения. — Тут всё просто. Я не люблю, когда меня трахают: это — моя прерогатива. — Извини, так мне проще отвлечься от посадки самолёта в ужасную погоду. Так и град может начаться... — дрейфовал шатен. — Так девушка девушку тоже может трахать... Или я чего-то не понимаю? — Эх, Белл, Белл. Сидеть тебе ещё долго на месте второго пилота и налётывать часы, — улыбалась Вудс, но от лобового стекла, панельных датчиков глаза не отводила. — Ещё не родилась та девушка, которой я разрешу себя поиметь. — Я никуда не тороплюсь, Вудс. Когда-нибудь, когда-нибудь... Всё будет, и это будет настолько сильная любовь, что ты будешь умолять поиметь себя, — усмехнулся второй пилот. — Ты связывалась с наземным центром Нью-Йорка? — Нет, блять, тебя буду ждать. Пока его высочество потрахается, — проговорила девушка совсем без злобы, ибо раздумывала надо словами парня. Разве такое могло быть? Разве можно так влюбиться, чтобы рвать на себе волосы? Она вроде как любила Костию, но не даст она, даст другая. Это не принципиально. — Чё так грубо-то? Секса сутки не было? — продолжал издеваться тот. И Лекса ему бы ещё ответила пару бранных слов, если бы не пора было выпускать шасси. — Блейк, остановись. Работа! — серьёзно она напомнила другу, и тот прекратил издевки. Понимая, что немного заболтался. Но парень также знал, что в их рабочей паре ответственна девушка, поэтому мог и дать себе расслабиться.

День второй.

Пассажиры покидали самолёт, оставляя благодарственные слова работникам экипажа. Те тоже с улыбкой на губах прощались с людьми. — Молодцы. Сегодня без происшествий. Прям растёте на глазах, — хвалила всех главный экс-бортпроводник. — Ага, — Мёрфи подал голос. — Второй пилот трахался в туалете с тёткой с места 19 F, а Коллинз весь полет обхаживал девушку с места... Анья подняла ладонь, чтобы тот замолчал; слишком рано она похвалила всех. — Тварь. — Сука. — Предатель. Посыпались ругательства от коллег, правда, сказаны они были шёпотом, и от кого — не понятно. — Замолчали все! — повысила голос шатенка, закатывая глаза. Всё одно и то же, коллектив не меняется. Странно, как ещё капитан удержала себя сегодня в руках. Или в трусах? — Все будут наказаны. А теперь забирайте свои чемоданы, и возле аэропорта нас всех ждет трансфер до отеля. Пора отдыхать, дети. Как она могла наказать? Ну, она очень тесно общалась с начальником их авиакомпании и докладывала о провинившихся. Правда, не вдаваясь в подробности, и старалась не всегда это делать. Пока такой, как Джон, не доложит... И да, это сказывалось на премии. И эти тесные отношения она давно бы разорвала, если бы была хоть какая-то надежда на благоразумие Рейес. Но нет, та — влюблённая дурочка. В автобусе все сели по двое: пилот с пилотом, Анья с Финном, Рэйвен с Кларк, один Мёрфи остался не у дел. Ему не привыкать. Делал парень заподлянки часто и с нескрытой радостью. — Не хочу сидеть с этим придурком, — брякнулась на место рядом с блонди и проговорила Рейес. — С каким? — удивилась Гриффин, правда, она устала настолько, что ей было всё равно, ей хотелось утонуть в шёлковых простынях кровати гостиничного номера. — С Тараканом, — с яростью в голосе проговорила главная бортпроводница. — Что он сделал? — Нашестерил. Рассказал Анье, кто с кем трахался во время полета. Гриффин удивилась и слегка засмущалась от интимных подробностей, но коллега была настолько зла, что не заметила этого. — А кто трахался? — Наши сотрудники, — девушка прикусила себе язык, когда поняла, что ляпнула не подумав. Она не в праве ни про кого рассказывать новенькой, пусть узнает всё сама. Причём это может нарушить правила спора. Тогда её точно разорвут на кусочки два пилота. — А-а-а. А кто? Я слышала что-то такое в туалете, подумала, что кому-то плохо, и позвала Анью. Она увела меня оттуда, и я ничего не поняла, — пожала плечами голубоглазая. — Плохо? — рассмеялась в голос Рэйвен. — Ну, Кларк, ты даёшь. Им было так хорошо, как ни одному из нас сегодня на работе, — девушка специально уклонилась от ответа на вопрос. Новенькая стюардесса нахмурилась, пока не услышала следующее. — Ты что, никогда не слышала стоны во время секса? Эм, никогда не издавала их сама? Вопросы шатенки были непристойными для Кларк, и её щёки заалели ещё сильнее, что она и забыла о своём вопросе. — Я не буду отвечать, Рэй. Это интимное и личное, — во время своего ответа блондинка яро почувствовала на себе чужой взгляд и подняла глаза, замечая, как на неё устремлены два изумрудика. — Хей, Кларк. Ты что, девочка ещё? — продолжала смеяться та, не веря своим ушам. В их коллективе секс вообще не считался чем-то личным или скрытным. Все про всех всё знали. — Нет. Но я не хочу об этом говорить, — понимая, что раскраснелась ещё больше, Кларк опустила свои глаза на свои руки, которые покоились на бедрах. Понимая, что ни к чему эти гляделки. — Ну, славу Богу. А то я тут подумала... В наших рядах у всех до херища партнёров, — улыбалась та зевая. — И у пилотов? — спросила неожиданно и для себя блонди. — Кажется, я устала. Посплю-ка, — слилась шатенка, прислоняясь головой к окну и прикрывая глаза. — Спокойной ночи. Проговорила негромко девушка, поднимая вновь свои глаза, но на неё уже не поглядывали. Кларк поудобнее облокотилась на спинку сидения, но закрывать глаза не стала. Ибо знала, как тяжело будет потом проснуться. Лучше потерпеть немного, а позже расслабиться в уютненькой кроватке. Как только они сели в автобус, шатен отключился. И как у него так выходило? Весь полёт нервничал и только вылез из-за штурвала — всё, вырубился. Лекса так не могла. Ей всегда не давали мысли так быстро заснуть. Возможно, потому что она была настолько умной, возможно, ответственность за множество жизней, что те не успокаивались в её голове, устраивая привычный хаос. Когда она не на работе, брюнетка выпивала стакан виски на ночь или после полета, если дома она оказывается с утра или днем. И это было неплохое снотворное для неё. Ну и секс тоже отключает голову, что способствует приятному и быстрому засыпанию. Вудс как мужчины: потрахалась, отвернулась набок и уснула. Никаких нежностей, никаких разговоров после. Брюнетка услышала громкий смех Рэйвен и сразу же метнула свой взгляд назад. Та сидела с блондинкой. О чём они говорят? Любопытство брало верх, даже мысли были о том, что шатенка решила сама закадрить новую стюардессу. Но нет, такого быть не могло. Персонал никогда не шёл против своих пилотов. Если те уже наметили свою жертву, то к ней никто не имел права прикасаться. Даже Таракан, ибо боялся остаться без работы. Почему того ещё держали в коллективе? Ну, и такие люди могли пригодиться. Если хочешь что-то узнать — спроси Мёрфи. Тот всегда в курсе всего, и язык у парня как помело. Он даже будет рад устроить жопу кому-нибудь. Единственное, он всегда молчал про главного пилота. Лекса заметила красноту щёк блондинки, да что там происходит? Этот яркий румянец не давал покоя капитану, и интерес возрастал с арифметической прогрессией. Кларк отвернулась, и брюнетка вздохнула, принимая изначальную позу, когда села в трансфер. Этот девичий цвет щёчек, наивная чистота взгляда голубых глаз, слёзная реакция и крепкие объятия испуганного ребёнка после несостоявшегося изнасилования (к слову, другой бы отнёсся спокойнее) — всё это навевало на мысли о невинности, и что в этот раз будет намного труднее выиграть спор им обоим. Нет, не в прямом смысле девственность, а скорее у той было мало половых партнеров. Зато отточу свои навыки. Усмехнулась мысленно брюнетка, вспомнив о Костии, закатила глаза. Для своей девушки пилот вылетела день назад и должна была по прибытию отзвониться. Сделать она это хотела ещё вчера, но всё закрутилось возле новенькой и вообще вылетело из головы. Значит, нужно было позвонить сейчас, пока помнит. Зачем ей это? Ну, та и так, похоже, догадывается о чём-то, а также Лекса не хотела её терять. Придёт время, когда нужно будет создать семью (конечно, девушка и не думала, что придётся расстаться со своей «гуленой» жизнью), и Костия Грин подойдёт на эту роль. Чем? Красивая рыжая девушка, не глупа, хорошо зарабатывает (следствие богатых родителей) и устраивает в постели. Точнее не надоедает её трахать. С некоторыми скучно после одной ночи и нескольких оргазмов. — Привет, Кос. Извини, что не позвонила... — начала Вудс после того, как набрала номер своей девушки, но её резко перебили. — Лекс! Это уже не впервые. Ты что, меня за дурочку держишь? Я звонила в аэропорт, и мне сказали, что твой рейс вылетел только сутки назад, а не двое! Какая отмазка на сей раз? — рыжая злилась на том конце провода. — Задержали, — негласно усмехнулась главный пилот. — Рейс... Послышался тяжелый вздох. — Лекс, что у нас происходит? Мы всё реже видимся... ты почти перестала ночевать у меня, хотя мы съехались... всё чаще какие-то отмазки... я скучаю... — Детка, ты утрируешь. Я не отмазываюсь, и мне просто иногда нужно личное пространство. Время для себя. Я говорила тебе, когда ты попросила переехать к тебе, ты согласилась. — Я знаю... — Эй, у нас всё хорошо. Я тоже скучаю, через четыре дня буду у тебя. — Честно? — Да. Это тебе сама Лекса Вудс сказала, — усмехнулась девушка, понимая, что на том конце голос смягчился. — Во сколько прилетает самолет? — спросила та, а затем быстро добавила, ибо брюнетка не любила контроль. — Я не контролирую, Лекс, просто хочу знать, во сколько мне тебя ждать? — В десять утра буду уже у тебя. Ты разве не работаешь? — Я отпрошусь... Пилот закатила глаза. — Хорошо. Скоро увидимся, пока, Кос. — Пока, Лекс. Целую, — Вудс отключилась раньше, да и она не особо любила сюсюканье в виде «скучала, целую, люблю», а также сопли по поводу её пропаданий. Если бы Грин такого не делала, то цены бы такой женщине не было. Трансфер прибыл в гостиницу Нью-Йорка примерно через час. Все сотрудники успели вздремнуть и выползали полусонные из микроавтобуса кроме Лексы и Кларк, которые были уставшие, но не сомкнули своих глаз. Блондинка выходила последняя, и главный пилот её дождалась, ухватывая локоть в несильном захвате. — Кларк, — проговорила зеленоглазая, останавливая девушку. Та притормозила, но молчала, до сих немного гневаясь. — Прости за моё недопонимание. Со всеми бывает. Женщины-пилоты — редкость. — Ну, ты же женщина? Или я чего-то не понимаю, — хмуро сказала Гриффин. Озадачивая тем самым пилота. Может быть, только снаружи, точнее женская внешность, а повадки-то мужские. — Конечно, а ты сомневаешься? — широко улыбнулась Лекса, добавляя флирт в свои слова. — Можешь проверить. Голубые глаза удивлённо распахнулись, к такому та не была готова. И конечно, речь была не о флирте, который до неё не дошел, а о словах о проверке... эм... гениталий? Стюардесса даже ужаснулась, что не ушло и от капитана. Лексе хотелось сделать жест «рука-лицо». Господи... как можно было быть настолько невинной? — Я шучу, Кларк, шучу. Дыши. Просто прости меня. И... — внезапно брюнетке пришла в голову идея: — Я хочу загладить свою вину, ты позволишь мне это сделать? — Как? — нахмурилась блонди, так как она успела отметить: главный пилот была непредсказуемой. — Сюрприз! — улыбалась брюнетка, но подметила, что хмурость не покинула милое личико. Кажется, магия слов подводила зеленоглазую. — Я не думаю... — Кларк, я обещаю, всё будет прилично, даже мои слова, — не дала брюнетка той договорить, да и не понимала, почему ей вообще пытались отказать? Ей. Лексе Вудс. Это ненормально! Гриффин раздумывала и не могла дать ни положительный ответ, ни отрицательный. Она опустила свой взгляд на руку пилота, которая всё так же держала её локоть. Под аккуратными пальчиками бледная кожа слегка покалывала, принося с собой непонятные ощущения. Вроде бы не дискомфорт, но и приятного в этом жесте ничего не было, как ей казалось. Кому нравятся покалывания, даже если они безболезненные? Брюнетка тоже опустила свой взгляд на руки и сразу же убрала свою руку, вспоминая. Ей-то как раз было комфортно чувствовать исходящее чужое тепло. Молчание затянулось, да и Анья не раз их позвала, так что главному пилоту пришлось взять всё на себя и «согласиться» за блондинку. — Я зайду за тобой в пять, — негромко проговорила она, вставая со своего места и покидая салон автобуса. Гриффин ничего не оставалось, как отправиться следом. В данный момент мозги совершенно отказывались работать. Все хоть пересыпали немного, так она ни единожды не дала себе закрыть глаза, даже просто для отдыха тех. Всё остальное было как обычно. Экипаж поселили на одном этаже, каждому выделив собственный номер. Лекса сходила в душ, потом перекусила, выпила своё «снотворное» в виде спиртного и распласталась на двуспальной кровати. Прикрыв глаза, она задумалась, точнее разрабатывала стратегию: план по завоеванию стюардесски. С ней, как зеленоглазая уже поняла, не получится, как со всеми. Легко и просто напоить и вытрахать, показать красивое место и вуаля — девушка потекла. С блондинкой вообще нужно всё делать, да и говорить с осторожностью. А то ни волшебные подкаты, ни магическое обаяние не помогут. А флирт... Она, кажись, его совсем не понимала. И ещё, конечно, нужно запастись безмерным терпением. Под свои размышления, да и слегка затуманенным* алкоголем разумом, девушка провалилась в сон. Будильник прозвенел ровно через три часа, как его и поставили. Час на сборы и... И что? Лекса ровным счётом так и не придумала ничего. Нет, пара мыслишек были: ресторан, клуб — но она сразу от них отказалась. Напоминая себе о том, что нужно что-то другое. Возможно, даже что-то простенькое, незамудренное... Но и поход в парк — не то. Да, зеленоглазая, так никогда не озадачивалась. И дело уже было не в выигрыше, а в чести. Всё доставалось ей с легкостью, даже париться не нужно было. Предыдущие споры заканчивались в первый день полета. Хотя, может быть, они со вторым пилотом выбирали красивую мордашку и видели уже в ней легкодоступность? А тут спор вообще произошел без человека: она могла быть и страшной, и с другими изъянами во внешности... им ещё повезло. На выходе из своего номера брюнетка услышала голос Беллами. — Ну... может, сходим куда-нибудь, Кларк? Что сидеть в номере? — Номера у Вудс и стюардессы были соседними, поэтому и слышимость в коридоре стояла хорошая. Блин, Блейк, отвали уже. Подумала брюнетка и услышала ответ. — Простите, но я уже договорилась о встрече. Детка, я уже тебя люблю. Улыбнуло Лексу, когда она подслушивала разговор из узкой щели своей приоткрытой двери. — С кем? Когда? — удивлённо произнёс шатен, так как все спали. Когда главный пилот успела его опередить? Это она, уж точно! Мысленно сделал своё гневное умозаключение Блейк, замечая перед собой, как вопросительно дёрнулась бровь блондинки. — Да-да, я всё понимаю, — быстро сориентировался тот. — Может быть, тогда завтра? Ну, пожалуйста, Кларк. Сука, Блейк! Может ещё и в ногах валяться будешь?! На жалость давить было не по правилам, может быть, он все так отношения заполучал? Стала догадываться Лекса. — Хорошо. В обед, — ответила Гриффин. — Вечером хочу побыть в одна. — Спасибо. Тогда до завтра. В два? — голубоглазая молча кивнула и закрыла дверь с обратной стороны. Ей, конечно, показалось слегка странным рвение к своей персоне. Но в таком ключе девушка думала только о парне. В то время, как главный пилот просто напросто заглаживала свою вину по поводу внезапно сказанных необдуманных слов. Как только брюнетка услышала хлопок чужой двери, сразу же закрыла свою. Но так медленно и тихо, чтобы её не спалили. И ей, наконец, пришла в голову идея, как удивить блондинку, раз уж её навыки в соблазнении не прокатывают. Сделав пару звонков, она в последний раз взглянула на себя в зеркало и направилась в соседнюю дверь. Три коротких стука и дверь распахнулась. Перед брюнеткой предстала девушка невероятной красоты. Нет, конечно, Вудс это заметила ещё когда впервые увидела ту, но сейчас был не такой усталый вид, свежий макияж и немного ярче, вечерний, а также наряд — не форменная одежда стюардессы. Точнее сказать, обычное одеяние: зауженные тёмные джинсы, бледно-голубая блузка, подобие майки, но по краям коротких рукавов и низа — рюшечки и в заключении белые конверсы. Выглядит более чем превосходно. И да, ещё белые, пушистые, белокурые и распущенные волосы безупречно свисают чуть ниже плеч. А на работе они собраны в пучок! — Привет, Кларк, — говорит Лекса и приветливо улыбается. — Добрый вечер, Лекса, — блондинка вежливо кивает и выходит, захлопывая за собой дверь. Может, тоже стоило приодеться? Подумывает брюнетка, на которой была белая льняная рубашка, воротник и манжеты расстегнуты, а последние и завернуты по локоть. Ну и брюки. Кажется, Кларк тоже её рассматривает, когда они едут в лифте, поэтому зеленоглазая поджимает губы и спрашивает: — Что? — Ты носишь мужскую одежду? — отвечает Гриффин и немного краснеет. — А что? Это запрещено в Соединённых Штатах Америки? — возмущённо произносит пилот. — Нет. Я просто спросила. Это немного странно для девушки, — Кларк замечает в чужом взгляде глубокую обиду и спешить добавить. — Но мне нравится. — Не более, чем краснеть от каждого слова, — Гриффин видит, как зелёные глаза сверкают сердитым блеском, понимая, что тоже вывела её из себя необдуманными словами. Поэтому смягчает свой тон, прекращая дуться за то, что произошло в кабине пилотов. — Я не специально. — Я знаю. И мне тоже это нравится, — ухмыляется Лекса, замечая, что ей приносит удовольствие обмениваться няшными словечками с этой девушкой. Хотя, это всего лишь миг. Вудс краем глаза поглядывает на блондинку, а та подсматривает за пилотом сквозь ресницы. В этот момент, по необъяснимой причине, возможно, из-за близости в замкнутом пространстве, но атмосфера между ними накаляется, заряжается опьяняющим предчувствием. Кларк становится жарко, дыхание учащается и сердце бьётся сильнее. Клаустрофобия? У неё отродясь её не было. Да и в лифтах она ездила тысячи раз. Брюнетка поворачивается к той, её глаза темнеют мгновенно, как омут, затягивающего болота. Так же себя чувствовала и Гриффин... Её утягивали эти глаза в свои глубокие лиственные недры так, что она становилась безвольной куклой. Делайте с ней, что хотите... Палец с коротким маникюром оказался на губах Кларк. Пилот нежно проводит им по нижней губе, и та не шевелиться. Она уже пригвождена к холодному железу стены лифта. Бежать некуда, да и под таким опьянением не думается об этом. — Думаю. Они. Очень. Сладкие. На вкус, — медленно Вудс произносит каждое слово отдельно. Её голос такой бархатный, приятный, умиротворённый. Хотя совсем не успокаивает, сердце стюардессы колотится так, словно она бежала в гору без остановки. Лифт останавливается, но ещё не на первом этаже, двери открываются и в него входят люди. Лекса в мгновение оказывается возле противоположной стены. А Гриффин опускает голову, пытаясь спрятать своё пылающее огнём лицо. Что это сейчас было? Теряется она в догадках, но скорее всего больше не понимает реакцию своего тела, списывая «невинный» жест главного пилота на дружеский комплимент. Так ей и ощущается, когда блондинка украдкой смотрит на Вудс. Та выглядит совершенно спокойно, как будто только что она посмотрела передачу — рецепт приготовления маффинов. Хотя нет, она тоже смотрит на стюардессу искоса и глубоко вздыхает. И Гриффин совсем путается, ровным счётом не понимая ничего. Люди выходят на втором этаже, остается ещё один. Голубоглазая пытается избавиться от наваждения, вдумываясь, почему люди вышли раньше. Бассейн? Бильярд? Библиотека? Конечно, не может быть, что все двадцать этажей — гостиничные номера. Двери открываются, пилот берёт её за руку, тем самым выводя из размышлений, и тянет за собой, пробурчав себе под нос что-то похожее на «что за странное свойство лифтов?». И точно обращаясь к себе, а не к Гриффин. Да и блонди не способна была на ответ, ибо её мозги остались размазанными на стенах лифта в нью-йоркском отеле «Plaza». Лекса открывает дверь пассажирского сиденья жёлтого такси, скорее всего заказанного заранее. — После тебя, Кларк. А она элегантно-галантна. Тьфу ты... До сих пор мысли в белокурой головке путались, поэтому она молча забирается внутрь. Девушки ни словом не обмолвились о вспышке страсти, которая произошла в лифте. Кларк приходит в себя, подмечая, что брюнетка держится отстранённо. Может, притвориться, что ничего не было? Или всё же спросить, что это за дружеский жест такой? До Гриффин доходит, что она хотела бы на месте пальца почувствовать губы. Может, потому, что у неё давно никого не было? Ей не верится, что это происходит на самом деле. И что самое интересное... чьи губы она хочет, чей поцелуй? Главного пилота или от парня? К примеру, от второго пилота? Ничего не было и быть не могло. Внушает себе стюардесса, что никто её не пытался поцеловать. Да и вообще, вся эта ситуация ей померещилась. Девушка отворачивается к окну и трогает свои губы, всё ещё по непонятным причинам чувствуя тот пальчик кожей. Это приятно. Немного щекочущее ощущение, как будто кубиком холодного льда провели по тёплым губам. Её чувства в беспорядке, но в конечном итоге девушка списывает это на ласковое отношение со стороны подруги? Коллеги? Да, последнее. Что-то внутри меняется в девушке. — Так куда же мы всё-таки едем? — спрашивает блондинка, прерывая тишину более хриплым голосом, чем обычно. — На вертолётную площадку. — Что-о? — у стюардессы задёргался глаз. — Ты же хочешь стать вторым пилотом? Вот тебе практика. Если и погубишь, то только двух человек, а не около двухсот или больше, — Лекса ухмыляется. — Почему? — нетерпеливо спрашивает та. — Что почему? — Почему ты доверяешь мне свою жизнь? — удивляется Гриффин, ведь они совсем не знакомы. Видятся всего второй раз. — Ты, как Адамова Ева, торопишься скорее вкусить плод с древа познания и узнать всё за одно мгновение. — Ты надо мной смеёшься? — хмурится Кларк. — Ни в коем случае. Я констатирую факты, — широкая улыбка коснулась лица капитана. — Возможно, я уверена, что ты справишься. И всё же я буду главным пилотом, который не даст нам разбиться. Потрясающе! Голубоглазая на седьмом небе от счастья, хоть и пытается скрыть свою радость. Но стюардессе кажется, что от такой красивой, сексуальной, остроумной девушки ничего невозможно скрыть. Так как у той на губах уже ехидная улыбка. Хотя Вудс считала, что на её устах улыбка победителя. Всё шло по плану, как нельзя лучше. Даже то, что произошло спонтанно в лифте, не помешало ей в достижении цели. Дорога была недолгой. Машина останавливается, и Лекса выходит первой, подавая руку блонди. Внутренние изменения в девушке происходят довольно быстро, что от обычного касания чужой руки гормоны несутся в пляс. Кларк ещё в шоке от реакций своего тела. Девушки входят в здание и идут прямо к лифтам. Опять этот лифт... Проносится в белокурой голове, и она старается подавить в себе все эмоции, но все её попытки тщетны. Между ними возникает невероятная и странная сила притяжения. Пилот смотрит на неё, и у зеленоглазой на губах появляется лёгкая улыбка. Все обошлось, и спустя несколько минут те оказываются на крыше здания. На площадке стоит вертолет с эмблемой их авиакомпании «OCEAN AIR LINES». К ним подходит мужчина средних лет. — Всё проверено, пилот Вудс. Можно лететь. Брюнетка благодарно кивает головой и открывает дверь, указывая взглядом на место для второго пилота. Мечта Гриффин сбывалась. Она светилась от счастья и это ещё мягко сказано. Хотелось, как в детстве, броситься на шею капитану, зацеловать её щёки и без устали повторять: «Спасибо». — Садись и пока ничего не трогай, — строго говорит Лекса и залезает следом. — Почему у авиакомпании свой вертолет? — задает волнующий вопрос стюардесса и усаживается на предназначенное ей сиденье. — Потому что наша компания занимается не только международными перелетами гражданских лиц, а ещё и стажирует пилотов. Помогает налётывать часы в самом начале карьеры пилота. — Ты тоже? — продолжает спрашивать голубоглазая, совсем забывая пристегнуться. — Нет. В то время в «OCEAN AIR LINES» ещё не было такой стажировки. Я обучалась в частном авиационном центре при своем отце, — Вудс наклоняется, чтобы закрепить ремни на стюардессе. Она так близко, что Кларк чувствует аромат с нотками мужского одеколона. Чудесная свежесть и чистота, что делает девушку ещё более сексуальной. Та подтягивает верхние ремни, и голубоглазая чувствует, что намертво прикреплена к креслу. — Ну, вот. Теорию будем повторять, Кларк? Или и так всё помнишь? — шепчет брюнетка практически в лицо стюардессе, обдавая его мятным ароматом. — Дыши, Кларк, дыши, не забывай. Чувство эйфории захватывает Гриффин и не только потому, что сейчас у неё будет первый собственный полёт, но и потому, что чужая рука ласково касается её щеки и приподнимает подбородок вверх, для... целомудренного, мягкого поцелуя в уголок губ, от которого у Кларк начинают вибрировать все внутренние органы. — Ну так что? Вопрос выводит из транса на сегодня уже второго пилота и она отвечает, предварительно сглотнув: — Я помню. Лекса улыбается, пристегивается ремнями и отвечает. — Отлично. Тогда проведи ты предполетную проверку. И наушники надень. Хихикает брюнетка, а голубоглазая хмурится, понимая, что в компании с этой девушкой забывает элементарные вещи. Гриффин любит всё, что связано с самолётами, вертолетами и всеми воздушными суднами. Девушка лучшая на своем потоке в университете и просто не может дать себе пасть в грязь лицом при виде сексуального главного пилота. Кларк осматривает все циферблаты, датчики и индикаторы. Уверенно нажимает на кнопки, и огни начинают подмигивать, озаряя приборную панель светом. Следом начинают раскручиваться винты, и стюардесса радуется, как малый ребенок, что справилась. — Я и не сомневалась, что ты умница, — проговаривает Лекса голосом на несколько тонов выше, ибо в салоне довольно шумно. — Ты точно знаешь, что делаешь? — ещё раз переспрашивает голубоглазая, намекая на то, что сажает её за штурвал. — Я высококвалифицированный пилот, Кларк. По сути, я могу справиться и без второго пилота, но правила есть правила. Поверь, со мной ты в безопасности, — темноволосая усмехается и добавляет: — По крайней мере в воздухе. Готова? Подмигивает Вудс, и блондинка кивает, а её глаза всё больше источают страх. Всё же, это невероятно. Сегодняшняя ночь — самое невероятное, что произошло с Кларк Эбигейл Гриффин. — Отлично. Вызываю диспетчерскую. Нью-Йорк, это SkyShips Raven, к взлёту готов. Подтвердите приём. — SkyShips Raven, взлёт разрешаю. Поднимайтесь на тысячу восемьсот, затем следуйте курсом три пять два. — Поняла. Взлетаю. Конец связи. Брюнетка поворачивается к своему новому второму пилоту и, широко улыбаясь, взглядом указывает на штурвал. — Ну что? Поехали? Кларк отвечает кивком головы, и они вместе, плавно поднимают вертолёт в небо. Огни Нью-Йорка исчезают под ними, и они устремляются в воздушное пространство США. Стюардесса счастлива, её желудок делает несколько кульбитов подряд, что содержимое просится наружу. Но это не повод для неё остаться на земле. Из кабины пилотов всё смотрится намного ярче. Будто смотришь на мир из аквариума. Они поднимаются выше, и становится очень темно, больше никаких огней. Обе девушки опускают взгляд на один из приборов — электронный компас. — Куда мы летим? — В Лоуренс. Там находится ближайшая вертолетная площадка. Назад поедем на машине, так что к утру будем в Плазе, — объясняет главный пилот, которая внимательно следит на показаниями приборов. В то время, как Гриффин наблюдает за красивым профилем и неосознанно упивается шикарными чертами. Начиная с зеленых глаз — хотя в данный момент цвет темный — далее впалые скулы, пухлые губы... Голубоглазая ловит себя на мысли, что хочет попробовать эти губы. Скорее всего они тоже вкусные... Стюардесса принимает в себе то, что за несколько часов, та смогла её соблазнить. Возможно и не осознанно. Хотя какой дурак будет тратить время? Катать, стажировать на вертолёте? Из-за простого недопонимания? Глупости. Никто не будет такое создавать просто так для друга или коллеги. А как это с девушкой? Задумалась блондинка, и её сразу выбивает из мыслей бархатный голос. — О чём задумалась? — Долго нам лететь до Лоуренса? — отвечает блондинка на одном дыхании, пытаясь глушить свои мысли о главном пилоте. — Час. Как ты себя чувствуешь, Кларк? Она что, что-то заметила? Пугается Гриффин, и её бабочки в животе столкнулись друг с другом и брякнулись на самое дно. — Хорошо, — коротко отвечает голубоглазая и слышит, как та опять связывается с центром, но улыбается и подглядывает на неё. Бабочки вновь набирают свою высоту. — Ты часто летаешь с кем-то? — спрашивает второй пилот. — Последние два года с Блейком, до него были ещё двое. Все они теперь летают самостоятельно. — Нет. Я не о работе... о девушках... Ты так производишь на них хорошее впечатление? Рыбка на крючке. Щёлкает в тёмной голове, и она задумывается. Конечно, ради одного траха брюнетка никогда ещё так не изощрялась. Хотя, как одного? Ещё же сестра Блейка и её невинность. — Это в первый раз. Как любитель, я летаю одна, — серьёзно ответила та, и это было правдой. — А что, я произвела на тебя хорошее впечатление? — Немного, есть такое, Лекса, — скрывает белокурая всю суть. Та улыбается. — Немного? — Ты профессионал, Лекса, — кивает голубоглазая. — Спасибо, второй пилот, — вежливо отвечает темноволосая, и какое-то время они летят молча. Кларк продолжает впитывать в себя всю атмосферу при пилотировании. — Лоуренс вызывает SkyShips Raven. Следуйте установленным курсом. Подтвердить. Приём, — прерывает тишину наземный центр. — Попробуешь? — шепчет Вудс, и стюардесса пугается, но соглашается. — Говорит SkyShips Raven. Вас поняла, Лоуренс. Конец связи, — Гриффин опять светится, как ребёнок, которому приподнесли гору конфет. — Правильно? — Ты просто умница! А похвала от главного пилота вообще окрыляет блондинку, ещё немного и та взлетит до самого космоса. Мысленно, конечно, или душой. Не суть. — SkyShips Raven, можете заходить на посадку. Конец связи. Они уже подлетают, город приближается. — Нравится? — произносит Вудс. — Сегодня ты исполнила одну мою мечту, — признаётся белокурая с улыбкой. — Я рада. Через пару минут будем на месте. Перекусить хочешь? Полёт пробуждает во мне зверский аппетит, — смеется главный пилот, а Кларк кажется, что та говорит о другом голоде. Внезапно её кровь начинает стучать в висках, сердце ускорятся, и адреналин начинает хлестать по венам. Блондинка уже не слышит, как та разговаривает с диспетчером. — Если только вредной еды, — отвечает слегка неуверенно Гриффин, но затем успокаивается. Такси, что может случиться? Вертолет зависает, и они сажают его крыше. — Приехали. Справишься с последней задачей? — спрашивает негромко зеленоглазая. Второй пилот нервно кивает и выключает мотор: винты постепенно замедляются, шум стихает и уже ничего не слышно, кроме частого дыхания Гриффин. Лекса снимает наушники с себя и со стюардессы, понимая, что та ещё на адреналине. — Идём, — командует главный пилот, помогая выбраться девушке из вертолёта, подавая руку. Снаружи ветрено, но Кларк чувствует, как её обнимают за талию и крепко прижимают к себе в попытке обогрева. Блондинке нравится. В лифте тепло, зеркальные стены. Всюду, куда голубоглазая ни посмотрит, бесконечные отражения Лексы, и что в этом приятнее всего — та её до сих пор обнимает. Их ожидает такси. По дороге они заезжают в Старбакс-авто** и жуют гамбургеры, кто с кофе, кто с колой. Обратная дорога утомительна, причём ночь, а может ещё и недосып, Кларк засыпает на сильном плече капитана.