В тот зимний вечер я встретил тебя.
— Чонгук, милый, мы с папой уже готовы. Выключай телевизор и иди обуваться.
— Хорошо,— протянул мальчишка, явно нехотя отрываться от телевизора. Но, взяв всю свою волю в кулак, маленький альфа взял пульт, выключил телевизор, где показывали какой-то детектив, свет и побежал к своим родителям.
— Ну, молодой человек, готов встретиться со своей омегой? — посмеялся отец над тем, как в зеркале оценивает свой внешний вид его сын. На вопрос мальчишка ничего не ответил, только нахмурился, а на щеках появился румянец. Несмотря на свой юный возраст, он уже привык, что родители всегда так «шутят», если это касается противоположного пола.
Чон Йонг – 32-летний альфа, который из обычного рядового состава поднялся до инспектора всей артиллерии, и он верит, что это только-только начало. Чон Мэй – его прекрасная жена. Сочетание мудрости и изящности, именно она его муза и поддержка по жизни. Чон Чонгук – их единственный сын на данный момент, а также и самый любимый.
Чонгуку 9 лет. Ему предоставляют всё, что мальчик пожелает. А мальчик всегда хотел только книги и новые детективные фильмы на прилавках международного рынка. Сначала родители не понимали почему ребёнок вместо игрушечных машинок, сладостей, выбирал всегда иное. Но они быстро закрыли данную тему, просто начали гордиться сыном, думая, что мальчик поднимется на большие высоты на горе под названием Жизнь. Альфа забрал всё самое лучшее у своих родителей: крупные тёмно-карие глаза, длинные реснички, потрясающая кроличья улыбка, которая убивала юные омежьи сердца.Чонгук всегда был популярен не только благодаря своему острому уму в столь юном возрасте, внешности, но и добрым сердцем, вежливостью и скромностью. Вот и сейчас девятилетний альфа сидел, смотрел на зимний город за окном машины, немного волнуясь о предстоящем знакомстве.
Юонг Мин, давний друг Йонга, а также по совместительству военный, тоже получил долгожданное повышение. И по этому радостному поводу для двух семей, альфы решили спустя нескольких лет познакомить своих домочадцев друг с другом.
— Мы приехали,— сообщил водитель семье. Расплатившись с таксистом, Чон двинулась к хозяевам квартиры, которые уже были готовы встречать гостей радушно.
Буквально через пару минут альфы весело общались между собой, их жёны активно обсуждали последние модные тенденции и делились рецептами самых вкусных блюд и только двое напряжённо смотрели. Один смотрел пристально на альфу, а альфа на стену, потолок, на родителей — лишь бы не смотреть на эту омегу, которая так и смотрит исподлобья.
Так и чувствовал, что так и будет. Почему он так на меня смотрит? — мысленно паниковал альфа, ощущая себя не в своей тарелке. Но неожиданно и резко младший Чон перестаёт чувствовать на себе взгляд, и тогда он косится на то место, где секундой ранее находился омега, а теперь наблюдает, как тот удаляется в другую комнату. Немного обдумав план действий, Чонгук решил проследовать за ним. Всё равно родители скажут что-то типа: «Но ты же альфа, сделай первый шаг».
Это всё стереотипы,— думал немного нахмурившись Чон, а потом тут же сделал шаг назад в испуге, чуть пошатнувшись. Перед глазами маленький кулачок. Не зная, как правильно реагировать на такую выходку омеги, Чонгук застыл. Его хотят убить?
— Мин Юнги,— вдруг услышал имя того, кого представляли родители минутой ранее, только теперь из уст самого носителя. Тогда Чонгук перевёл взгляд с кулака на самого Мина.
— Чон Чонгук,— представился взаимно, кивнув и с опаской глядя на омегу. Извините, но кулак всё также перед глазом. Услышав имя альфы омега улыбнулся и разжал наконец-то свой маленький кулачок. На ладошке лежал шоколадный батончик.
— Давай дружить? — с небольшим румянцем на щёчках, но с такой же приятной улыбкой из-за которой глаза, которые были и так не крупными, сузились до маленьких щёлочек.
Чон простоял в недоумении ещё какое-то время, осознав всю ситуацию, альфа закрыл рот ладошкой и посмеялся, кивнул.
— Конечно! — кивнул молодой Чон, взяв батончик,— Я сначала думал, что ты хочешь меня убить,— сознался сразу. Ойкнув, омега засмеялся звонко, также прикрыв ладошкой рот.
— Ну вот теперь и переживать не о чем,— произнёс старший Мин, наблюдая за детьми.
— Да,— согласился Чон,— Слушай, у меня к тебе есть предложение,— добавил с улыбкой смотря на друга, который уже готов был слушать внимательно.
В тот вечер Чонгук сделал вывод, что омега не такой опасный, как показалось на первый взгляд. Наоборот, спокойный и любящий ласку мальчишка. Такого только оберегать и лишними колкими словами не обижать.
***
С того дня прошло
5 лет. И за эти пять лет семья Чон и Мин стали, как одна. После ужина альфы решили купить землю за городом и построить два особняка рядом. Нынешнее положение альф это позволяло сделать. За год было уже всё отстроено и нужные люди наняты. Мисс Чон Мэй уже как 4 года назад родила ещё одного сына-омегу и теперь Чонгук счастливый старший брат маленького Чимин-и. Сам же молодой альфа теперь ездит в престижную школу,
наивно определившись кем хочет стать по жизни и с кем эту жизнь провести.
Мин Юнги – двенадцатилетний омега, который захватил сердце молодого четырнадцатилетнего альфы. Когда семьи начали свою жизнь за городом, то времяпровождение с омегой увеличилось в два раза. И с каждым разом Чонгук открывал для себя новые стороны омеги. А новые стороны были и с плохой, и с хорошей, но даже в этом возрасте альфа понимал, что даже минусы делают из человека личность и придают изюминку.
Чон конечно же хочет быть честным, поэтому и сам ему полностью доверяет и не скрывает свои чувства. На десятилетие Мина альфа признался, что он ему симпатичен и планирует с ним построить будущее. На что Юнги несчастно смутился, но твёрдо произнёс:«Только попробуй не исполнить обещание». А родители только могли умиляться с этих мальчишек. Детская любовь такая наивная и чистая.
— Йа. Сегодня хотел пойти лес и сфотографировать Холли, а там уже с самого утра град. Что за невезение? Скоро и нас затопит этот дождь, всех,— бурчал хмурый омега, поглаживая свою собаку и смотря на электронный камин, сидя на мягком диване, рядом же его «охранял» альфа. Октябрь месяц суровый. Именно в этот месяц бывает два вида прогнозов погоды: мелкие осадки в виде дождя и град. С последним и пришлось столкнуться Мину.
— Не ворчи. Благодари, что сегодня вообще выходной и в школу нам не надо,— с улыбкой произнёс альфа, смотря в телефоне новостную ленту.
— Это точно,— сразу согласился с фактом,— Тебе сегодня не надо сидеть с Чимин-и?
— Нет, мама наконец-то дома.
— Мм.
На некоторое время повисла в комнате тишина. Чонгук отложил телефон и посмотрел на Мина, который выглядел беспокойно.
— Чонгук.. Скажи. Ты точно хочешь стать служащим государству? Ты..
— Не переживай так. Наши отцы временно такие нервные, они справятся, а из-за этого не стоит переживать за меня. Я точно для себя решил, что стану военным, а ты решил, что точно станешь лучшим хирургом,— улыбнулся альфа, накрыв своей ладонью руку омеги,— А ещё мы оба решили, что будем замечательной семьёй вместе с дочкой-омегой и сыном-альфой. Так ведь? — говорил твёрдо и уверенно подросток, смотря в глаза омеги. Тот, слегка отведя взгляд и поджав губы, кивнул — смутился,— Но у меня в последнее время столько поклонниц и поклонников, боюсь не сдержаться,— пропел с задумчивым выражения лица. Омега тут же в лице изменился и, схватив подушку, начал того душить.
— Чон Чонгук!
— Хватит. Ахаха. Шучу! Да шучу я! — пытаясь отбиться от омеги, смеялся Чон.
— Блин. Ты невозможный, Чон Чонгук. Не буду выходить за тебя!,— дулся подросток, отложив подушку.
— Ладно-ладно, не дуйся. Ну чего ты?,— всё так же смеясь и уже заключая в объятия омегу Чон, когда маленькая собачка спрыгнула с дивана,— Прости, я больше так не буду,— добавил уже просто улыбаясь и чуть-ли не утыкаясь носом в слегка пухленькую щёчку, принюхиваясь с удовольствием. Омеге только 12 лет, а у него уже начинает проявляться слабый запах. Означает только одно — скоро будет течка и Мин станет полноценной омегой. Через несколько секунд Чон стал более серьёзнее, зацепившись взглядом на малиновые губы,— Эй, Юнги.
— Что?,— сразу отозвался, покосившись на альфу. Заметив куда смотрит Чонгук, только больше покраснел, но не отвернулся, понимая всё без лишних слов. Прикоснувшись подушечками пальцев до губ Чона, слегка помотал головой из стороны в сторону,— Ещё рано. Мне только 12, а тебе 14.
А когда будет не рано? Когда мы поженимся? Я не выдержу,— эту мысль молодой альфа говорить не будет. Он лишь кивнул и только крепче к себе прижал. Всё хорошо, Чонгук готов ждать Юнги. Тем более омега нервничает на счёт предстоящей течки.
И не зря. Буквально через недели две она началась внезапно, во время физической культуры. Благо, что учитель это сразу заметил и отправил омегу домой. Свою первую течку Юнги никогда не забудет. Отвратительное чувство, когда ведёшь себя не как разумный человек, а какой-то дикий зверь, упиваясь болью и не понимая почему тело такое горячее, а из ануса вытекает какая-то липкая жидкость, чего-то хочется, чего-то не хватает, но сам юноша не понимает, и так же не понимает почему образ Чонгука чудится. Только потом узнаёт от мамы. Сам Чонгук переживал за омегу. Каждый раз смотрел в окошко Мина, надеясь, что с ним всё хорошо и подавлял порывы побежать в дом соседей, оказаться рядом и гладить того по головке, обнимать, успокаивать, если понадобиться. Молодой альфа знал, что такое течка, и как она может затуманить разум. Спасибо это интернету.
Несмотря на все переживания, с другой стороны Чон был очень рад. Наконец-то они друг друга будут ощущать, узнавать только по одному запаху. От таких мыслей становится тепло. Да, у всех так в жизни, но Чонгук был уверен, что они – уникальные, их любовь сильнее. После того, как у Мина прошла течка, молодые люди тут же встретились и обнимались долго-долго и с таким трепетом, вдыхая запах, запоминая его и улыбаясь счастливо. Чонгук, пахнущий листьями мяты и имбирём, и его омега, который обладал целым букетом запахов, а именно — флердоранжем, пралине, яблоком и арбузом, который даёт свежесть сладкому, но в тоже время нежному запаху.
— Уже декабрь,— негромко констатировал факт альфа, гуляя со своей омегой под ручку по окрестностям, недалеко от дома.
— Да, а снега всё ещё нет,— с досадой произнёс Юнги, смотря на ночное небо. Ну да, зима, месяц декабрь, даже морозец есть, а снега нет,— Знаешь..,— переведя взгляд с неба на дорогу, которую освещали фонари,— Меня правда беспокоит мой отец. Он в последнее время сам не свой, его будто бы подменили. Из открытого и общительного человека превратился в замкнутого и нервного. Плохо питается, он не спит по ночам. Его что-то гложет, но не может поделиться. А всё из-за этой работы, я больше, чем уверен.
Чонгук внимательно слушал Мина, а когда же он закончил, то альфа вздохнул тяжело. Остановился, тем самым и остановив свою пару, встал перед ним и взял его за плечи.
— Это свойственно и вполне нормально. У меня сейчас отец такой же. Они оба знали на что шли, они справятся. Главное, чтобы мы в них верили,— стараясь как можно убедительнее это произнести, омега в последнее много думает об этом и переживает, и Чонгука волновал в большую степень Мин и его мысли, нежели их отцы. Чонгук был уверен, что они справятся. Ведь альфы сильные. Так? Или же..
— Просто. Понимаешь, время — единственное, что никогда не
вернется к нам? Оно у нас есть, но и не принадлежит нам. Не в наших силах удержать его в руках, оно убегает словно песок сквозь пальцы, тает будто бы снежинка. В этом его прелесть. Мгновение дороже всех богатств мира. Ценить время и наслаждаться его каждым мигом. Каждая проходящая минута, которая имеет шанс все изменить, самое бесценное сокровище жизни. А сейчас отец и не живёт, не ценит, не наслаждается, он словно закрылся в одном дне и там остался, только вот в реальности-то время бежит,- и тут омега вовсе опустил взгляд, его голос становился всё тише и тише, а сам он начинает дрожать,- Он становится с каждым днём слабее и слабее, а мама будто повторяя за ним такая же ходит, лишь иногда на меня обращает внимание. Я не знаю, как это, но чувствую, что скоро произойдёт что-то плохое,- скатилась первая тёплая слеза по щеке,- М.. Мне страшно, Чонгук,- омега чувствует, как альфа только ближе подходит, одной рукой за талию обнимает, к себе прижимает, второй — поглаживает по макушке, успокоить пытается. Сердце сжимается и просто обливается кровью, ведь первый раз видит плачущего омегу. Знал, что видеть слёзы его будет больно, но не ожидал, что настолько.
— Юнги, папа твой правда сильный альфа. В любом случае я с тобой. И всегда буду, ты только позови, напиши. Клянусь. Ты мне не веришь?,— твёрдо произнёс.
Клянутся, чтоб нарушить клятвы .
Всхлипнув, Мин слегка отстранился от альфы и заворожённо посмотрел в глаза напротив. Юнги был благодарен этому альфе ОТ и ДО, поэтому ему хотелось верить. И да, он, собственно и..
— Я верю тебе,— дрожащими пальцами просунул сквозь волосы Чона, приближаясь медленно к лицу,— Верю,— тихо повторил, уже с чуть приоткрытыми глазами, и накрыл своими губами губы Чонгука.
Чонгук никогда не забудет эти потрескавшиеся губы от мороза,но в тоже время и привкус такой необычной сладости, эти неуверенные действия, приятное покалывание в области живота, а по всему телу пробегаются сотни-тысяч мурашек. Забываешь о всех проблемах, о всех других. Именно тот момент, когда ты увлечён только одним человеком. Весь мир вокруг словно тает и исчезает.
Только альфа хотел углубить поцелуй, попробовать с омегой по-взрослому, как Юнги отстраняется и резко отворачивается, развернувшись в сторону дома.
—С тебя достаточно!,— пыхтя, будто бы его принудили, шипел Мин. Чонгук уже хотел расстроиться, но заметив эти красные ушки, альфа улыбнулся и пошёл за омегой. Чонгук чувствовал, что теперь всё будет хорошо. Юнги чувствовал тревогу, но верил, что альфа от всего убережёт.
Я люблю тебя, Чон Чонгук.
Я люблю тебя, Мин Юнги.
Один раз в месяц семья Чон покидает свой особняк для того, чтобы сделать большие покупки для семьи и дома в целом. Каждый раз в одно и тоже число, время. Это стало некой традиции, но в этот раз было исключение. Глава семьи Чон Йонг, сказав, что сегодня у него выходной, а следующий неизвестно когда, собрал всю семью и они поехали в город.
Чонгук, когда ты вернёшься?
Ты скоро?
Почему молчишь?
Ответь.
Чёрт, Юнги. Ты же знаешь, что я сейчас с семьёй. Вечером увидимся, потерпи.
— Сын, кто тебе пишет там?,— услышав SMS-уведомления, альфа сразу нахмурился,— Мы и так редко видимся, а ты в телефон утыкаешься. Имейте совесть, молодой человек, выключи телефон,— произнёс строго отец, сидя за рулём и наблюдая за подростком при помощи зеркала.
— Но отец, Юн..
— Выключи!,— уже крикнул мужчина на что вся семья вздрогнула. Чон младший вздохнул и выключил телефон.
— До вечера,— прошептал Чонгук и посмотрел на своего младшего брата, который до сих пор был испуган от громкого баса отца. Вздохнув, альфа подсел к ребёнку и обнял того, а мать детей украдкой косилась на мужа
и много недосказанных слов в этом взгляде.
На улице уже было достаточно темно, когда семейство Чон приехала обратно. Даже не помогая разобрать сумки, Чонгук побежал к дому Мин, не слушая отца, чтобы тот немедля вернулся и помог. Как только альфа очутился за воротами, он удивился. Там, где обычно везде горит свет, даже когда хозяева дома уходили, сейчас ни в одной комнате света нет. Оглянувшись назад, на фонари, которые освещали улицу и дорогу, Чонгук ещё больше озадачился. Электричество есть. Встрепенувшись, он сразу пошёл к веранде. Поднявшись по лестнице, альфа обнаружил, что прихожая дверь приоткрыта слегка. На минуту он задержал дыхание, показалось, что даже сердце остановилось. Появилось чувство страха. Громко проглотив вязкую слюну, коснулся ручки двери и вошёл в дом.
Холод. Нет, это не тот холод, который обычно чувствуешь, когда замерзаешь от мороза, это холод где-то внутри зарождается и с каждым шагом готово не только тело дрожать, но и все органы внутри тебя.
Заходя в зал и оглядываясь, он почувствовал, что на что-то наступил. Он снова замер, что-то подсказывало ему, что ни в коем случае не должен видеть тот предмет что лежит под его ногой, но опустив свой взгляд, он в немом крике оступился и упал на спине. Собираясь немедля встать, он обнаружил на себе две пары стеклянных глаз, тогда он не сдержался, завопил, всем телом трясясь и также смотря в эти знакомые цвета глаз, будто парализованный. Это был труп Юонга Мина, а там, возле дивана, лежала отрезанная рука жены Мина с обручальным кольцом на безымянном пальце, который она так любила носить и горделиво всем показывала.
Чонгук не помнит, как отец прибежал за ним, как тот отнёс в спальню. Его трясёт, он не воспринимает окружающий мир, не обращает внимание на мать, которая пытается успокоить своего ребёнка, накормив успокоительными.
Чонгук.
Его будто резко током ошарашило. Юнги. Юнги! Где же его Юнги. Он судорожно начал искать телефон, а когда нашёл, то с нетерпением ждал пока загрузиться и не словит сеть.
— Быстрее долбаный гаджет 21-го века!,— со всей агрессии крикнул альфа, сжимая в руках телефон. Хотелось уже кинуть телефон в стену, как начали приходить сообщения, пропущенные входящие. И все от Мина.
Чонгук, сегодня мне ещё хуже. У нас должен быть семейный ужин, но меня будто бы что-то душит. Как и тогда. Только вдвойне.
Ты мне не веришь?
Мне страшно.
Правда. Пожалуйста, ответь мне. Скажи мне, что всё будет в порядке.
Пожалуйста, Чонгук. Не бросай меня.
Ответь, прошу.
Снова всё тело задрожало. Он бросил. Бросил своего человека. Бросил того, кому обещал быть всегда рядом. Бросил того, кому обещал оберегать от всех злодеев. Обещал счастливое и беззаботное будущее. Ком в горле становился всё тяжелее, а паника нарастала больше, руки затряслись, телефон выпал, мозг начал посылать самые страшные картины.
— Чонгук!,— где-то слышится на задворках сознания,— Чонгук, твою мать, соберись!,— пощёчина. Альфа смотрит то ли от шока, то ли от неадекватности на отца.
— Юнги. Он..
— Нет! Его нет дома. Задние ворота открыты, может быть он сбежал. Сейчас приедет отряд и мы с ними пойдём искать его.
— Я с вами!
— Нет. Ты ещё молод для этого, сиди дома,— приказал мужчина и пошёл из дома. Чонгук сразу же побежал за отцом. Он должен сам найти омегу. И омега точно живой, потому что ощущает небольшой его шлейф запаха, значит он где-то правда поблизости. Стоит только отцу увидеть мальчишку, то сразу багровеет и уже кулаком ударяет сына, который летит на пол.
— Йонг!..,— сразу хотела вмешаться Мэй, подбежав к младшему Чону.
— Молчи, женщина. Непослушание наказывается,— холодный взгляд с жены переходит на Чонгука, который держит место удара,— Ты альфа, а значит должен бороться с эмоциями. Сейчас ты сопляк, неженка, поэтому свою, так называемую..,— осечка. Старший тут же затыкается и уходит прочь. А Чонгуку эту фразу продолжать не надо, и так всё знает, от того и слёзы пошли ручьём.
— Ну-ну.. Чонгук, успокойся. Юнги наверняка жив. Нет, он точно жив! Верь в это,— тихий и успокаивающий шёпот мамы успокаивал и вселял надежды. Чон действительно будет верить, что его омега пусть сейчас испуганный, весь в грязи, но живой.
Чонгук не спал всю ночь, места себе не находил. Он ждал отца вместе с Юнги. Другого варианта не было. Под утро, когда наконец-то открылась входная дверь, Чон побежал встречать их. Он увидел тех людей, которые пошли на поиски, он увидел отца, но он не увидел того, чья улыбка согревала его сердце. И он точно не должен был слышать:«Его труп нашли у болота в лесу».
— В любом случае я с тобой. И всегда буду, ты только позови, напиши. Клянусь. Ты мне не веришь?
— Я верю тебе. Верю.
В то зимнее утро я потерял тебя.
