Мысли вслух

      Постояв в ступоре, девушка наконец-то покинула их, явно прибывая в недоумении Товарищ заржал.       — Ты видел ее лицо! Это лучшое, что я видел за последние время! — он сложил руки на столе и положил туда голову, тихо пристукивая кулаком. Смех друга начал смущать Зонта, но он тоже начал смеяться. Их прервал голос бармена, который подал два стакана       — Что это? — голубоволосый смотрел на стакан с жидкостью, вспоминая все названия алкоголя, которые он знает. На ум пришла только водка.       — Это виски. Да ты не ссы, оно не отравлено       — С чего ты взял, что я бояюсь?       — Просто, ты на него так смотришь.       — Я впервые вижу подобный напиток, поэтому не удивительно, что я так на него смотрю       — Да я же шучу. Ты мне теперь напоминаешь, этого, ну твоего. Куромаку вроде, да — «Твоего?» Это слово застыло у Зонта в голове, оно так сладко звучало. «Твоего Куромаку».       — Ну, что же, за нас! — друг поднял стакан вверх, ожидая пока Зонт тоже это сделает       — За нас. — немного тише ответил он и последовал примеру друга.       Позже звон стаканов       — Ты, кстати, когда признаваться собираешься?       — Признаваться?! Н-ни за что! — шестой как-будто подскачил на стуле в этот момент.       — Почему?       — У нас с ним такие хорошие отношения. А если я ему скажу, мне не жить. Он перестанет замечать меня, потом это могут узнать другие кло- кгхм, братья, это будет еще хуже! Меня выпрут из дома, если я сам не сбегу раньше. — дыхание увеличилось, сердце стучало быстрее, руки малозаметно дрожали. Именно такое состояние было сейчас у нашего героя.       — Воу, воу, ты все слишком загнул. — остановил его собеседник — Если же у вас такие хорошие отношения, почему ты думаешь, что он может поступить как свинья? — он облокотился на руку — Разве таким ты его видишь?       А ведь правда, Куромаку замечательный брат, разве он может кинуть его после всего?       — Нет, нет, нет! Просто, мне страшно. — взгляд упал на логоть друга, что был в какой-то луже.       — Я понимаю, всем нам стра-       — Эм, чувак.       — Погоди, не перебивай. Всем нам порой страшно, особенно когда тема касается любви. Но поверь, жизнь — это риск, а риск — это жизнь, так чт-       — Чувак, во-первых прекрати втирать мне какую-то фигню, а во-вторых у тебя локо-       — Черт! — парень и сам догадался, правда только тогда, когда логоть куртки был уже промокшим. Он одернув руку, начиная тереть пятно.       — Теперь не отстирается.       — Может и отстирается, дома узнаешь — Зонт заботливо потрепал друга по плечу       — Блин! Новая куртка была же. — друг опечаленно стал смотреть на пятно, он выглядел, как маленький ребенок, который вот-вот заплачет       — Ну, пойдем ко мне застираем, тут ближе       — Если, конечно, можно       — Можно, но осторожно Друзья вышли из бара, идя в сторону дома Зонта.       На улице стоял теплый слабый ветерок, а снег почти расстаял. Близится весна, наконец-то! На улице уже было темно, друзья шли молча, пока Зонт не решился спросить:       — А ты? Ты собираешься признаваться?       — М? Признаваться? Ну, я планировал. — он нервно почесал затылок — Завести в какое-нибудь тихое место и тихо обо всем рассказать. Без всех этих церемоний и драм.       — Понятно.       — Если тебе понадобится с этим помощь — обращайся! Вместе что-нибудь, да придумаем. — Зонт скромно улыбнулся в ответ, как знак благодарности.