В поисках мира, где тебя нет. Новогоднее настроение

Даби посмотрел на мирно беседующих Киришиму и Каминари и вздохнул. Парень мог понять, почему эти двое так спокойно ко всему относятся. Но он не мог понять спокойствия Шото в данной ситуации. Казалось, Тодороки вообще не воспринимал это как проблему. «И как так можно? Ладно, — брюнет вздохнул, — возможно, для него это и не первая статья в прессе, но можно подумать о Мидории, который вообще с ума сходит, наверное. Нда… Странная эта вся компашка». — Слушай, можно на пару слов? Даби подошел к Тодороки и дернул того в сторону. Шото кивнул в сторону балкона. Оказавшись там, Тодороки начал говорить первым: — Не воспринимай это все близко к сердцу. Это просто статья о которой все скоро забудут в скором времени. Да, я не спорю, что это определенно проблема, но не такая, чтобы выходить из себя. — Это может быть человек, который и не работает в издательстве. Или ты думаешь, что я не проверил список сотрудников? Шото немного удивился от такой заинтересованности Даби в данном вопросе. Но парень вспомнил свой разговор с Токоями и решил, что стоит просто согласиться: — Да, я тебя понял. Эм… Не хочешь поработать с Айзавой над этим вопросом? Думаю, вы прекрасно справитесь вместе. Даби лишь развел руками: — А почему бы и нет? Я поднял все, что мог. Остается только попросить помощи у информатора. Айзава Шота до последнего хотел игнорировать звонящий телефон. Мужчина лениво поднялся с кровати и посмотрел на Хитоши, который одним только взглядом говорил, что пора бы что-то сделать со звонящим мобильником. Шота посмотрел на дисплей и закатил глаза. Он принял вызов: — И тебе доброго утра. — Для кого как, — послышался голос собеседника. Айзава еще раз посмотрел на дисплей, чтобы убедиться, что он правильно определил личность звонящего. — Не ожидал тебя услышать. Помогаешь Тодороки искать журналиста? — О, отличная дедукция, — рассмеялся Даби. — А ты этого не делаешь? Шота зевнул: — Не-а. — И не собираешься? Айзава хохотнул: — А есть предложения? Мужчина понимал, чего хочет его собеседник, но за нарушенное утреннее спокойствие хотелось немного поиграть на чужих нервах. Даби начал говорить о том, что некоторые люди двуличны и лицемерны, что они совершенно не воспринимают чужие проблемы. — И не думай, что тебе кто-то заплатит, — предупредил Даби после своей гневной тирады. Шота закатил глаза, уже в который раз за утро, и ответил, что не требовал ничего. Они договорились встретиться у Тодороки и поговорить более детально. Айзава посмотрел на наряженную елочку, которая стояла у телевизора и вздохнул: — С Новым годом, блять… Мидория проснулся от голосов, доносившихся с кухни. Парень потянулся и открыл глаза. Он помнит, как Тодороки заставил его выпить водички, после чего Изуку и вырубился. Конечно, было немного обидно от такого поступка со стороны супруга, но это было лучше, чем сидеть на нервах все это время. Парень понял, что даже не переоделся, поэтому решил, что перед выходом к людям, нужно хотя бы помыться. После всех утренних процедур Изуку уже натягивал на себя свитер, когда за дверью послышался смех и голос Тодороки, который призывал быть всех потише, ибо в квартире еще есть спящий человек. Мидория улыбнулся от такой заботы и подумал о том, что стоит ему выйти из комнаты, как все плохие мысли сразу же улетучатся. «Наверное, они все переживают о той статье, — думал Изуку. — Даже неловко немного. День еще даже не начался, а они все снова здесь. Забавно… Даже спустя столько времени, все снова собираются здесь. Странное чувство. У нас тут не дом, а штаб-квартира какая-то. Шото умеет объединять людей даже не замечая этого. Я так счастлив, что он у меня есть. Столкнись я с такой ситуацией один на один — с ума бы сошел. Интересно, можно ли считать нашу встречу судьбой?». — А знаете, ну, было же такое, когда журналистов вешали за клевету. Ну, тип, написал неправду — виси на эшафоте, — говорил Денки. — Жаль, что это у нас не работает. Кстати, капитан, я помню, что когда ты к нам в отделение пришел работать, многие писали, что на тебя твой папка разозлился и наследства лишил. Тодороки дернулся. Его бесило что Каминари называет его капитаном, но он прекрасно понимал, что блондин это делает в шутку. Вот только игнорировать эту шутку Шото не мог: — Хватит меня так называть. Блин, уже год не капитан. — Да ладно тебе, капитан, — не унимался Каминари. — Вот даже снял ты погоны, все равно остаешься при своем звании. Шото понял, на что намекает парень: — Послушай, лейтенант, хватит тут уже ностальгии предаваться. — Да всего-ничего прошло. Какая ностальгия? Ладно, так что там с твоим наследством. Тодороки задумался: — Да, много чего тогда писали. Черт, я боялся в на улицу выйти — наткнулся бы на какого-то… Парень замолчал, когда увидел вышедшего из комнаты Мидорию. Изуку смутился от того, что все внимание переключилось на него: — Д-доброе утро всем. Даби махнул рукой и продолжил пить пиво, которое нашел в холодильнике. Киришима кивнул, а вот Каминари подлетел к парню и принялся успокаивать. — Не переживай, мы обязательно найдем негодника, — говорил Денки, держа Изуку за руку. — И вообще, не стоит придавать этому значения. Вон, о Тодороки сколько всего писали. Он же не особо расстраивался. — Ага. Главное — опыт, — отозвался Даби и сделал глоток. — Скоро маразматик приедет, найдем этого лоха. Каминари нахмурился: — С каких пор ты называешь Айзаву маразматиком? — С сегодня. Тодороки прыснул: — Давайте без оскорблений. А то напоминаешь ты мне одного… Все поняли отсылку на Кацуки и рассмеялись. Мужчина отложил журнал и посмотрел на фотоаппарат. Он заказал себе кофе и булочку в ближайшем фастфуде. Фотограф посмотрел на ларек с прессой и довольно улыбнулся. Он зашагал по наряженным улицам города в поисках нового компромата. Хотелось не просто написать о занятной фотографии, а добиться самого настоящего скандала. Это уже не первый раз, когда он пишет подобные статьи. Мужчина поднял свою камеру и направил объектив на проходящих мимо городской елки людей. — Эх… Скукота-то какая… Фотограф зашагал дальше, попивая остатки кофе в стаканчике. Уставшими глазами он осматривал улицы в поисках хотя бы чего-то. И он это нашел…