Autumn Leaves (Red)

Часть Первая

Touching him was like realizing all you ever wanted was right there in front of you// Прикоснуться к нему, было осознанием того, что все, что ты хотел было прямо перед тобой Memorizing him was as easy as knowing all the words to your old favorite song// Запомнить его было так же легко, как знать все слова твоей любимой старой песни Он слышал, как по окну в гостиной барабанил дождь. Когда он посмотрел на улицу из своей квартиры на пятом этаже, он увидел, как управляемые сильным осенний ветром листья танцевали на тротуаре. С каждым часом небо становилось все темнее и темнее, как будто готовилось принять всю ночную тьму. Он всегда засиживался допоздна. Именно в это время он чувствовал себя лучше всего. Ночь скрывала в себе тайны, была темной и для некоторых людей даже опасной. Но не для него, нет. Для него ночь была прекрасна. Это время суток было для него эквивалентом спокойствия и безопасности. Было что-то такое в темноте, наполненной тишиной и редкими звуками проезжающих машин, что заставляло его чувствовать себя умиротворенно. Прекрасно понимая, что этот вечер превратится в одну из таких ночей, Гарри Стайлс сел на диван с чашкой жасминового чая в руке. Фотоальбом, который он вчера показывал племяннице, все еще лежал на журнальном столике, открытый на странице с детскими фото. На лице появилась легкая улыбка. Тогда все было так просто. Затем он взял другой альбом и открыл его на случайной странице. Уголки рта, которые до этого сформировали теплую улыбку, мгновенно опустились. Но Гарри все еще улыбался. Но только на этот раз это была грустная, полная раскаяния улыбка, которая украшает ваше лицо каждый раз, когда вы вспоминаете что-то, что раньше заставляло вас чувствовать себя самым счастливым человеком на свете, но исчезло из вашей жизни, потому что больше нет конкретного источника счастья. Для него таким источником счастья был не кто иной, как его бывший лучший друг Луи Томлинсон. Человек, который занимал половину его сердца, если не все. Они сидели на диване, очень похожем на тот, на котором Гарри пил чай прямо сейчас. Он уже даже не может вспомнить, кто сделал это фото. Может, его сосед по комнате в колледже, Найл? Или это был Зейн, его артистичный приятель с потрясающими фотографиями в портфолио? Он правда не знал. Но он точно знал, что эта фотография сделана в один из самых счастливых дней в его жизни.

7 лет назад.

Быстрый стук в деревянную дверь разбудил парня от, вероятно, слишком долгого сна. Когда Гарри медленно поднялся на ноги, он потер усталые глаза и широко зевнул. — Открывай, Гарри, я знаю, что ты там! — Уже иду, Господи, — он фыркнул и, не успев опомниться, поймал мальчика, который прыгнул к нему на руки, даже не успев нормально войти. — Я уже заказал нам пиццу. Подумал, что из-за долго отсутствия в твоем холодильнике будет пусто. — Меня не было три дня, Лу, — сказал Гарри с невозмутимым видом, но тем не менее улыбнулся. — Я так и сказал. Долгое отсутствие, — сказал Луи, шарясь по кухне Стайлса, как по своей собственной. — Где жасминовый чай? Ты его где-то потерял? Его нет на своем обычном месте. — Забыл купить. Когда я приехал, я просто хотел поскорее лечь и заснуть, — Гарри подошел к нему сзади и с верхней полки достал маленькую коробочку. — Ягодный чай сойдет? Луи посмотрел на него. — Ну сойдет. Не такой совершенный, как жасминовый, но что есть, то есть, — пробормотал он, театрально вздыхая. — Королева Драмы. Тебе нравился ягодный чай. — Нравился. Но это было до того, как ты купил жасминовый, и с тех пор моя жизнь перестала быть прежней, — сказал Луи, доставая две красные кружки и кидая в них пакетики с чаем. — Чтобы в следующий раз здесь был жасминовый чай. — Есть, сэр! Завтра же куплю, — сказал Стайлс с ухмылкой на лице. Насмешливо-оскорбленное выражение лица Луи всегда его смешило. — Эй! Я не так часто к тебе прихожу! — Специально для тебя я выделил полку в шкафу. — Ты же не против. — Нет, — ухмылка Гарри быстро сменилась мягкой улыбкой. — Конечно я не возражаю, — используя тот факт, что он все еще стоял позади Луи, он обнял и прижал его к себе. Шатен мгновенно откинулся назад. — Ты уже выбрал фильм на вечер? — спросил Томлинсон, наливая им две кружки чая. Запах лесных ягод тут же наполнил комнату. Гарри покачал головой, которая лежала на плече у Луи. — Пока нет. Есть идеи? — Я подумал, что мы можем посмотреть «День Святого Валентина».* — Смотреть фильм о любви, когда мы оба одиноки? Великолепная идея. — Да ладно, мы оба знаем, что ты любишь романтические комедии. Настала очередь Гарри обижаться. — Нет, не ЛЮБЛЮ. Я просто не против, это большая разница, — сказал Гарри, защищаясь. Луи ухмыльнулся. — Я точно знаю, что ты смотрел «Реальную любовь» по меньшей мере пятнадцать раз, не говоря уже о твоей одержимости свадебными фильмами. Брось, Хаз, я знаю, тебе понравится. Щеки Гарри стремительно покраснели. — Пожалуй, я рискну. Надеюсь, этот фильм будет хорош. И вот как они оказались на старом диване Стайлса с переплетенными руками и ногами с счастливыми улыбками на лицах. Луи медленно засыпал, прижавшись щекой к груди Гарри, обняв его загорелой рукой. Взгляд кудряша был сосредоточен на финальных титрах, идущих по телевизору. Затем он посмотрел на Луи и ощутил в груди странную боль, которую он раньше никогда не чувствовал. В фильме было несколько сюжетных линий с разными типами любви: любовь матери и сына, любовь двух старшеклассников, скрытая любовь, небольшое увлечение и влюбленность. И в каждой истории был свой урок, будто то страсть, терпение, преданность, решимость или прощение. Гарри никогда не думал о том, когда придет любовь. Он просто думал, что это каким-то способом войдет в его жизнь и останется там навсегда. Он нежно убрал челку с глаз парня, а потом сказал: «Вот дерьмо». И в этот самый момент он понял, что именно означала эта странная боль, которую он почувствовал несколько минут назад. Она означала, что человек, которого он называл лучшим другом, который крепко спал на его груди, каким-то образом стал всем, чего он только желал в жизни. Но Гарри не знал, что его чувство скоро станет настолько подавляющим и безудержным и что он не будет готов к неизбежным горам счастья и горя.

Настоящее

Гарри в последний раз посмотрел на фотографию и подумал, как интересно распоряжается судьба, заставляя те вещи, которых ты вовсе не ждал, просто случайно придти в твою жизнь, будто насмехаясь над тобой. Он на полном серьезе чувствовал себя неудавшийся шуткой. Быть влюбленным в кого-то многие годы, зная, что эта любовь никогда не будет взаимной. Это просто жестко. Да, фортуна никогда не была на его стороне. Громкий, раздражающий звук вырвал его из собственных мыслей. — Найл? Что случилось? — спросил он, зажав телефон между плечом и ухом. — Привет, Эйч, слушай. Я знаю, что просил тебя миллион раз, но не мог бы ты… — Приготовить что-нибудь? — закончил он за него. Найл давно был для него как открытая книга, и если он звонил так поздно, значит случилось что-то серьезное. И ничто не было важнее его выпечки. — Эээээм да… — согласился Найл, даже не стесняясь того факта, что он звонил Гарри ночью, чтобы попросить испечь кексы. — Но на этот раз ты делаешь это не для меня. Это застало Стайлса врасплох. Видите ли, Найл был прекрасным человеком и всегда делился всем, что у него было, с другими. Всем, кроме кексов Стайлса. Они просто принадлежали ему, потому что были слишком хороши, чтобы делиться с кем-то. — И для кого же тогда я буду их готовить? Найл на несколько секунд притих. — Приезжает мой друг из Вирджинии. Джордж, помнишь его? Я жил у него во время учебы по обмену в универе. Он сказал, что приедет в Лондон завтра вечером. Извини, я знаю, что это очень неожиданно, но, пожалуйста, можешь испечь что-нибудь? Я не хочу травить его своей едой, заражать его сальмонеллой или еще чем-нибудь. Гарри усмехнулся. — Да, бедняга заслуживает лучшего, чем твои шоколадные пирожные из Теско. — Так…это значит…? — Да. Тебе повезло, что у тебя есть я. Ты говнюк, ты знаешь это? — Знаю.

***

— Нет, я не имею в виду напичканные-ГМО-штуки, я имею в виду настоящие яйца. Ищи лучше, Найл. Хоран раздраженно взмахнул руками. — Сколько, блять, видов этих долбанных яиц? Их должно быть легко искать, а не вот это вот все. — Да, но мы живем в мире, где все ненатуральное. Даже яйца. Ты хочешь, чтобы в твоих кексах была полная таблица Менделеева или чтобы они были полезными и органическими? — Мне правда плевать, пока они заставляют мои вкусовые рецепторы взрываются от того, насколько они хороши и заставляют меня хотеть еще. — Тогда помоги мне найти эти чертовы яйца. Я думаю, что они… Гарри вдруг забыл, что собирался сказать, потому что кое-что привлекло его внимание. Точнее кое-кто. — Найл…у меня галлюцинации или это… — Кейтлин, — хором сказали они. Женщина улыбалась двум деткам. Они были одеты в одинаковые теплые пальто и вязанные шапки с помпонами. Сердце Гарри забилось быстрее, когда он услышал, как маленькая девочка смеется над чем-то, что сказала Кейтлин. — Найл, пойдем, — тихо пробормотал он, опустив голову. — Прошло много лет, я думал, ты покончил со всем этим. — Я тоже так думал, но, видимо, нет. Не знаю, покончу ли я когда-нибудь со всем этим окончательно. Но прежде чем он успел развернуться и направиться к своей машине, услышал, как кто-то крикнул из-за прохода: «черт возьми, это Гарри Стайлс?». Женщина тут же прикрыла рот рукой и сказала малышам: «пожалуйста, притворитесь, что не слышали это, ребятки». Гарри медленно подошел к ней, робко улыбаясь. — Привет, Кейтлин. Как поживаешь? — Не будь букой, давай, иди сюда! — и прежде чем Гарри успел ответить, она уже обнимала его. К своему удивлению он обнаружил, что тоже обнимает ее. — Не могу поверить, что это правда ты. Ты изменилась, но выглядишь также. Я не знаю, как это объяснить, — засмеялся он. — Но ты правда светишься. Дело в том, что она действительно светилась. Она всегда была красивой, но увидев ее, как взрослую женщину, Гарри мог заметить, как милосердно к ней относится время. Она была еще красивее, чем когда они учились в колледже. Темно-каштановые волосы мягкими волнами ниспадали на плечи, обрамляя фарфоровое личико с лучезарной улыбкой. На губах была привычная красная помада. В конце концов, не все изменилось. — Тоже самое можно сказать и о тебе. Я имею в виду, только посмотри на себя! Это может прозвучать странно, но ты как закуска. Нет, погоди, как полноценный обед.* Это заставило Гарри искренне рассмеяться. Черт, Кейтлин всегда была очаровательной. Затем он почувствовал, как кто-то потянул его за руку. — Мамочка, мамочка, смотри! У этого красивого мужчины кольцо, как и мой кулон. Стайлс посмотрел вниз и увидел, как девочка смотрит на его кольцо с трилистником. Затем он заметил изящную цепочку на ее шее с крошечным трилистником. Парный к кольцу на его пальце. — Мэри, ты не должна так поступать с незнакомыми людьми. Это немного невежливо, цветочек, — затем она повернулась к Гарри с извиняющейся улыбкой и сказала: — Прости. Они просто очень любопытные, что тут поделать, — но Гарри просто опустился на колени, чтобы быть на одном уровне с Мэри. — Видишь? Теперь мы подходим друг к другу. Это высший уровень дружбы, — малышка улыбнулась. — Мой папа подарил мне это в мой первый день в детском саду. Улыбка Стайлса дрогнула на наносекунду. Да. Точно. Как он мог забыть. — Очень мило с его стороны, — затем он повернулся к Кейтлин. — Как у тебя дела с Луи? Глядя на двух ваших ангелочков, я полагаю, что все замечательно? — было очень больно спрашивать подобное. Но он решил, что будет странно, если он вообще не упомянет Луи. В конце концов, они были неразлучны. — Луи? О, я уже очень давно о нем ничего не слышала. Должно быть она увидела смущенное лицо Гарри, потому что тут же воскликнула: — Ооох. Точно. Ты же не знаешь. Вот я глупая, конечно, ты не знаешь. Ну, то есть, откуда тебе знать, да? — на мгновение она растерялась и не знала, что сказать. Гарри тоже растерялся, вот почему они были друзьями. — Мы с Луи больше не вместе. Вообще мы не вместе уже несколько лет. Мэри и Джейк не его дети. Глаза Гарри комично расширились. — Вы…нет? Что? Когда? Почему? — сердце забилось быстрее, и он честно понятия не имел, почему. Они с Луи даже не были друзьями. Черт, он даже не мог вспомнить, когда они в последний раз разговаривали. — Кажется три года назад? Это было обоюдное решение. Я думаю, мы оба знали, что не созданы друг для друга, понимаешь? Мы расстались в хороших отношениях, никто ни на кого не кричал и тому подобное. Пять месяцев спустя я познакомилась с Томом, моим мужем, — она мягко улыбнулась. — Как бы ужасно это не звучало, этот разрыв был одной из величайших вещей, которые когда-либо со мной случались. Я помолвлена с Томом больше года, и я не могу представить свою жизнь с кем-то еще. — Ты просто знаешь, что он тот самый. — Да. Сердце Стайлса радостно екнуло. Да, вся эта история с Луи-и-Кейтлин ранила его больше, чем он мог себе представить. Он провел бесчисленное множество ночей в слезах, проклиная судьбу за то, что она заставила его испытать все это. Но Кейтлин была его другом, как и Луи. Он думал, что все кончено, но, видимо, судьба решила испортить не только его жизнь, но и их. Увидев Кейтлин такой счастливой и влюбленной, он начал верить, что, возможно, его жизнь не обречена на одиночество. Может его тоже ждет счастливый конец. Может быть. — Я очень рад за тебя, Кейтлин. — Спасибо. Но хватит обо мне, чем ты занимаешься? — Просто выпечкой, ничего не особенного. Любовь всей жизни? Вряд ли. Ни единого человека на горизонте. Дай мне парочку советов, как найти супруга. Пожалуйста. Я чувствую, что из меня выйдет отличный муж. — Разве? Ты полностью подходишь на роль мужа. И эй, не теряй надежды! Знаешь, как говорят: путь к сердцу мужчины лежит через его желудок. Может так ты найдешь своего прекрасного принца. — Лучше бы ему хорошенько обнять меня, чтобы я простил его за то, что он пришел так поздно.

***

Fighting with him was like trying to solve a crossword аnd realizing there's no right answer// Спорить с ним было все равно, что пытаться решить кроссворд и понять, что ты не знаешь правильного ответа. Regretting him was like wishing you'd never found out that love could be that strong// Сожалеть о нем было все равно, что желать никогда больше не испытывать такой любви. — ЧТО Кейтлин тебе сказала? — глаза Найла почти выпрыгнули из орбит. Гарри полностью понимал его реакцию. — Я знаю, я сам еле поверил. А я-то думал, что они женаты уже много лет, — Стайлс все еще думал, что ему это все приснилось. Как будто Кейтлин сказала не то, что он хотел услышать. — Ну, в свою защиту скажу, что у вас не было возможности выяснить, чем они занимались. Вы с Луи вроде как разошлись своими путями. Найл отпил немного содовой и откинулся на спинку стула. Они были на фуд-корте в торговом центре, покупки всего необходимого для выпечки закончились. — Ну да, мы же живем в совершенно разных городах и все такое. Найл недоверчиво посмотрел на него и Гарри не мог вспомнить, когда последний раз его лучший друг бросал на него этот взгляд. Я-не-могу-поверить-что-ты-такой-тупой взгляд. — Пожалуйста, скажи мне что ты на полном серьезе не думаешь, что вы с Луи разошлись по этой причине. Мы оба знаем, что в этой истории есть что-то еще. Гарри вздохнул. — Я знаю, я не глупый. — Вы были неразлучны. — Да. — Но потом ты понял, что у тебя есть чувства к нему и начал странно себя вести, и он сказал тебе об этом. Гарри даже не удивился, что Найл рассказывал историю его самого большого горя, как будто говорит о погоде. Он не мог сосчитать, сколько раз они говорили обо всем этом, даже если бы очень попытался. Грустно, правда, что все его разговоры заканчивались на Луи. Даже если они не разговаривал друг с другом много лет. Но в тот момент Гарри было все равно и он смирился, что это будет преследовать его всю оставшуюся жизнь.

6 лет назад

— Гарри, ты пьян. Завтра мы обо всем поговорим. А сейчас просто ляг и выпей это, — Луи держал стакан с водой у его рта. Он старался изо всех сил, правда. Но справиться с пьяным Гарри было слишком сложно. — Нет мы не будем разговаривать. Ни завтра. Ни никогдаааа! - Гарри облокотился на спинку дивана и провел рукой по лбу. Он споткнулся, словно маленький олененок, и рассмеялся. Луи тут же поймал его. И только сейчас понял, что сказал Стайлс. — Почему? — Что «почему»? — невнятно спросил Гарри и с любопытством посмотрел на Томлинсона. — Почему ты не хочешь поговорить со мной о своих проблемах? — он снова попытался дать Гарри воду. Пьяный парень сделал глоток и спросил: — О каких проблемах? — Клянусь Богом, Гарри, — разочарование постепенно начало брать верх над Луи. — Проблема из-за которой ты напился водкой. Гарри помолчал несколько секунд, а затем протянул: — Оооо. Луи понимал, что Гарри слишком пьян, чтобы вести разговор. Но он правда хотел знать. Они долго были друзьями и никогда ничего не скрывали друг от друга. Между ними не было секретов. — Так что? — напомнил Томлинсон. — Что? Луи просто вздохнул.

***

Солнечные лучи падали ему на лицо и он медленно открыл глаза. Он посмотрел на учебник на тумбочке — Бизнес и Бухгалтерия. Где-то на середине книги была зеленая закладка с нарисованным смайликом. Хм, я не помню, чтобы читал эту книгу. Затем Гарри приподнялся и медленно огляделся. Погодите…это не моя комната. Черт. Он услышал стук в дверь. — Доброе утро, Спящая Красавица, — сказал Луи, садясь рядом с ним на кровать. — Ты проспал тринадцать часов. По моим оценкам ты был в трех часах от слияния с матрасом. — Лу… — Я знаю, о чем ты хочешь спросить. Гарри застонал. — Пожалуйста, скажи мне сейчас и покончим с этим. Я ничего не помню из прошлой ночи. — Да, ты был в хлам. Кудрявый мальчик съежился. — Насколько все был плохо? — К тому времени, как я открыл дверь, тебя уже стошнило. Ох. Значит он был пьян в стельку. — Что я еще натворил? — немного робко спросил он. Прошло добрых двадцать секунд, а ответа все не было. — Лу? Луи тупо уставился на ковер. Куда угодно, только не на лицо Гарри. — Ты…эм… Он почувствовал, как сердце забилось сильнее. Что я такого сделал? Его самый большой страх перед тем, что Луи узнает о его чувствах, становился все более реальным. О нет. Я облажался, не так ли? — Слушай, — Луи посмотрел ему в глаза. — Я знаю, что ты был сам не свой последние несколько месяцев. И я подумал, что тот факт, что ты напился как-то с этим связан. — Пожалуйста, просто скажи мне, сделал ли я что-то плохое, — испуганно прошептал Гарри. — Нет, — а затем добавил, — Но ты не очень-то хотел отвечать мне, когда я спросил, что случилось. Гарри замолчал. — А теперь я вижу, что и трезвый ты ничего не хочешь мне говорить, — сказал Луи немного грустно и пренебрежительно. — Я…эм…нет, не совсем. Все нормально, — он просто хотел, чтобы Луи забил на это. Этот разговор не приведет ни к чему хорошему. — Гарри, это не пустяки! Ты правда думаешь, что я настолько глуп, чтобы понять тебя?! Луи был на грани и Гарри ясно видел это. Но дело в том, что бы он ни сказал, он все равно будет в проигрыше. Объяснение его проблемы означало признание в чувствах, и Гарри был уверен, что они определенно не были взаимными. И тогда их дружба может стать неловкой, потому что Луи будет чувствовать себя виноватым за то, что не любит Гарри. И нет ничего, что Стайлс бы ненавидел больше жалости. Также можно было ничего не говорить и разозлить Томлинсона еще больше. На этот вопрос не было правильного ответа, поэтому Гарри выбрал последний вариант. — Мы лучшие друзья, а ты все же чувствуешь, что не можешь доверять мне? — он звучал так разбито, что Гарри просто хотел пару тысяч раз ударить себя чем-нибудь тяжелым. — Ты мне доверяешь? — и посмотрел Стайлсу в глаза. Его голубые глаза были полны печали. — Конечно доверяю. Доверяю больше, чем себе, — он схватил Луи за руку и его сердце екнуло. — Тогда почему ничего не говоришь? — Я все расскажу. Немного позже. Но «позже» так и не наступило.

Настоящее

— Я никогда не спрашивал, но…вы помирились после этого? — спросил Найл, заводя машину и выезжая со стоянки. — Я думаю, что мы просто отложили это в долгий ящик, — Гарри немного повозился со всеми ручками на консоли, пока не нашел ту, которая включала подогрев сидения. Дни становились все холоднее и холоднее. — Значит, вы больше никогда об этом не говорили? — Нет. — Стыдоба. — Почему? — ему правда было любопытно. Может, Найл увидел другое, третье решение? — Может, он чувствовал тоже самое, — да, Найл определенно не видел другого решения. Стайлс рассмеялся. — Приятель, я был влюбленным дураком в этой дружбе. Я был настолько жалок, что, вероятно бы прикрыл любое его преступление. Я помню, как однажды он бросил меня на вечеринке братства, и я был типо: «о, ладно, надеюсь он хорошо проводит время», — он съежился при одном только воспоминании об этом. — Он бросил тебя ради кучки потных подростков, играющих в пив-понг? — Не прям так, но да. Когда они подъехали к светофору, горящим красным, их подрезала другая машина. Хоран просигналил и пробормотал «чертов мудак», пока Гарри смотрел на вереницу машин за ними. — Что ты сказал? — Я сказал, что он не бросал меня. Это был несчастный случай. Он просто забыл, что мы договорились встретиться в кинотеатре. Волна осознания накрыла Найла. — Это было, когда ты позвонил мне и спросил, хочу ли я сходить на «Голодные игры» и когда я сказал «конечно» и ты такой: «отлично, встретимся в двенадцать в Одеоне»? — Возможно? — виновато сказал Стайлс. — Ах, как прекрасно быть чьим-то запасным вариантом. Да, детка, это про меня! — О Боже, перестань драматизировать, я просто не хотел идти один. И просто к сведению — мы тогда не достаточно хорошо знали друг друга. К тому моменту мы были знакомы месяца три, помнишь? — Не могу поверить, что Луи так поступил. — Ты говоришь так, будто он убил котенка. Он просто забыл. — Но он не из забывчивых! По крайней мере не был тогда. Не знаю, какой он сейчас. — После этого он извинился не менее пятидесяти сотен раз и купил мне цветы. Ты знаешь, как здорово было получить большой букет от кого-то, в кого ты был влюблен? — Но все же… мне так жаль шестнадцатилетнего Гарри, которому пришлось это пережить. Быть рядом с любимым человеком должно быть очень грустно. Гарри поморщился. — Да. Но ты меня немного развеселил. Так я понял, что хочу проводить с тобой больше времени. Быть лучшим другом Луи было потрясающе, влюбиться в него означало иметь разбитое сердце. Я бы хотел никогда не знать, что любовь может быть такой сильной.

Часть Вторая

Losing him was blue, like I've never known// Потеряв его, все стало синим, у меня не было такого раньше Missing him was dark grey, all alone// Все время без него было темно-серым, в полном одиночестве. 6 лет назад (до сих пор) Ему было девятнадцать, когда он впервые встретил ее. Это был вечер четверга, когда он понял, что его ноутбук не собирается работать, а он должен был сдать газету в пятницу утром. Он отчаянно нуждался в ноутбуке, он был ему нужен прямо сейчас. Вот почему он постучался в комнату Луи. Но дверь открыл не он. Это была высокая брюнетка с растерянным выражением лица. Он робко спросил: — А Луи здесь? Она лучезарно улыбнулась, услышав знакомое имя, и крикнула: — Луи! Тут кто-то пришел, — и впустила Гарри. — Вижу ты познакомился с Кейтлин, — вот что сказал Томлинсон, приближаясь к ним. И ровно тогда Гарри заметил помаду на его рубашке и засосы по всей шее девушки. Он был немного шокирован, но надеялся, что они не заметят. Конечно, он слышал о Кейтлин и раньше. Именно из-за нее Луи все меньше и меньше бывал в квартире. И именно из-за нее он плакал, прежде чем заснуть. Он улыбнулся и протянул руку. — Гарри Стайлс. Приятно познакомиться. Вместо того, чтобы пожать руку, Кейтлин обняла его, говоря: — Я так много слышала о тебе! — Надеюсь, Луи не рассказывал про неловкие ситуации из школы? Она засмеялась. Он надеялся, что Кейтлин и Луи не увидят, как сильно он пытался казаться веселым и как быстро его сердце разрывалось на крошечные кусочки. Потому что, как только Луи отдал ему ноутбук и закрыл дверь, горячие слезы потекли по щекам Гарри. Он почувствовал облегчение, что наконец-то может перестать притворяться счастливым. Он знал, что это эгоистично. Его лучший друг наконец-то нашел кого-то особенного. И это полностью вина Гарри, что он хотел быть на ее месте. Отдаление было лишь вопросом времени. Они не были так близки, как раньше; Луи проводил все больше и больше времени с Кейтлин, а Гарри пытался отвлечься другими вещами. Знакомился с новыми людьми, пробовал различные увлечения. Вот как он нашел свою страсть к выпечке. Каждый раз, когда ему было грустно, он начинал печь, чтобы сосредоточиться на чем-то другом, помимо своей несчастной жизни. Он не обвинял (и до сих пор не винит) Луи в том, что их дружба разваливалась. Потому что Луи пытался проводить с ним время. Но все, чего хотел Гарри, так это перестать любить человека, который неосознанно разбил его сердце, поэтому он нашел множество оправданий, почему он не мог зависать с Луи. Но, боже, он скучал по нему. Он скучал по его мягким волосам, прижимающимся к его щеке, когда они случайно засыпали, обнимаясь. Он скучал по Луи, который был частым гостем в его маленькой квартирке, скучал по их пререканиям и долгим разговорам. Скучал по кому-то, с кем можно было разделить радость после сдачи важного экзамена или кому можно было позвонить, когда было грустно. Потому что даже если Луи заверил его, что он всегда будет рядом, и Гарри знал, что он может положиться на него и доверить ему свою жизнь, он знал, что Кейтлин тоже будет рядом. А он не хотел этой дополнительной услуги. Ему нужен был только Луи. Только он. И мысль о том, что Томлинсон всегда будет видеть в нем только друга — а не того, с кем он проведет остаток своей жизни — глубоко ранила его.

***

Forgetting him was like trying to know somebody you never met// Забыть его было всё равно, что пытаться познать совершенно незнакомого человека Кейтлин и Луи расстались три года назад. Это означает, что они, должно быть, расстались через несколько месяцев, может даже через несколько недель, после того, как Луи объявил об их помолвке и попросил Гарри оказать им небольшую услугу, которая стала последним гвоздем в крышку гроба Стайлса. Именно тогда-то Гарри и решил, что любовь — это просто разбитое сердце и ничего больше. И хуже всего было то, что его мнение до сих пор не изменилось. Сердце Гарри все еще было разбито. Ему просто стало все равно и он смирился с тем, что ему суждено провести жизнь в одиночестве. Некоторые люди должны любить, но не быть любимыми.

3 года назад

Взяв в испачканные мукой руки телефон, он сказал: — Пекарня Стайлса. Чем я могу вам помочь? Молчание. — Эм… Алло? Он услышал, как кто-то глубоко вздохнул. — Привет. Достаточно было одного слова, чтобы сердце Гарри перестало биться. — …Луи? — Да. Привет, это я, — Луи слегка рассмеялся. Сердце Гарри сжалось. Он так скучал по этому звуку. С тех пор, как они в последний раз говорили, прошло много времени, потому что Гарри все время придумывал оправдания и откладывал их встречи. Ему просто нужно было отдалиться от Луи. Он должен был научиться быть в порядке, чувствовать себя целым, но на этот раз без него. — Чем…чем я могу тебе помочь? — ответил Стайлс с бешено колотящимся сердцем. Я скучаю по тебе. — Я… Пожалуйста, скажи, что ты тоже по мне скучаешь. — Я звоню, чтобы заказать торт. Оу. — Потому что ты, очевидно, лучший пекарь, которого я знаю, — тихо засмеялся Луи. Это прозвучало немного вынуждено. Точно. Да, возможно, было немного глупо с его стороны предполагать, что Луи позвонил за тем, чтобы позвать его погулять. Вероятно он понял намек по тому количеству раз, когда Гарри придумывал различные отмазки. А торт, пожалуй, был единственным поводом для звонка. Они оба чувствовали, как быстро отдаляются друг от друга, но только Гарри знал истинную причину. Луи был невежественен и медленно сдавался, пытаясь сохранить их дружбу. Он пытался, правда пытался, но ничего не помогало. Гарри с каждым днем отдалялся все больше и больше. — Какой именно торт? — это все, о чем он мог спросить. Три секунды молчания, а затем: — Свадебный. Гарри мгновенно замер и тупо уставился на стену перед собой. Внезапно восхитительный запах свежеиспеченных кексов вызвал у него тошноту. — Ох, поздравляю! — сказал он в надежде, что это прозвучит искренне. — Спасибо. Я раньше хотел тебе сказать, но ты не брал трубку, — Луи не казался обиженным; он сказал это спокойным голосом, потому что он, вероятно, был выше этого и теперь ему было плевать на всю ситуацию с Гарри. Стайлс поморщился. Он знал, что это было очень несправедливо с его стороны просто бросить Луи и их дружбу без надлежащего объяснения, но другого выхода не было. Ему было больно, но было бы еще больнее, если бы он оставался рядом с Луи. Забота о себе, вот как он это назвал. — Прости. Я, наверное, готовил и забыл перезвонить, — даже Гарри не мог поверить в свои слова, и он прекрасно знал, что Луи был не настолько глуп, чтобы поверить в это дерьмо. — Так что…свадебный торт, да? — смена темы была лучшим вариантом ради их с Луи отношений. — Да…большой, причудливый. Кейтлин сказала, что хочет пойти ва-банк с тортом. — Считайте, что уже все готово. Просто скажи мне дату и я приготовлю торт. Я постараюсь сотворить чудо и сделать лучший десерт в мире, — он даже попытался пошутить, чтобы быть более убедительным. Может быть, это сработало. — Отлично! — радостно ответил Томлинсон, но было в его голосе что-то такое странное. Гарри знал, когда Луи был счастлив, и сейчас это точно было не так. Казалось, что Гарри ответил не так, как он хотел. — Я скажу Кейтлин, она будет в восторге, — он немного подождал и добавил: — Очевидно, что ты приглашен, да? — Луи был немного встревожен. — Подробности сообщу позже, нам еще нужно все обсудить. Гарри улыбнулся улыбкой, полной раскаяния. — Конечно. Спасибо. И удачи во всем! — он не дождался ответа Томлинсона и просто повесил трубку. Он знал, что их дружбу больше нельзя было называть дружбой. Они не были друзьями, они были знакомыми. Но как бы он ни старался забыть Луи и прекрасную дружбу, которую он потерял, он просто не мог. Все вернулось к нему. Выкинуть Луи из головы было невозможно, он был слишком важен для него. Точно так же, как вы не можете заговорить с первым встречным, вы не можете забыть кого-то, кого вы называли своим лучшим другом, кто был вашей первой (и, вероятно, единственной) любовью. Не важно, как сильно вы стараетесь. Но любовь к нему была окрашена в алый

Настоящее

Прошла неделя с похода с Найлом по магазинам, три дня, как Гарри дал ему кексы и один день с тех пор, как Гарри перестал думать о своей несчастной любви. Было около десяти вечера и он смотрел «Черное зеркало» на Netflix, попивая какао, укрытый по самый нос одеялом, а Донна (его трехмесячный котенок) лежала у его ног. В этот момент жизнь казалась не такой уж и плохой. Он чувствовал себя вполне счастливым. Он размышлял над тем, понравились ли другу Найла из Вирджинии его кексы и если да, то, может, ему бы понравился и Гарри. Он не виноват, что ждал свою родственную душу. Он заслужил это. Стук в дверь отвлек его от мыслей. [трек: The Last Time — T. S.] Он медленно встал, извинившись перед Донной за то, что потревожил ее мирный сон, и направился к двери. Гарри, честно говоря, понятия не имел, кто это мог быть. И это точно был не Найл, так как тот был с Джорджем. Мама никогда так поздно к нему не приходила, а Джемма была в Швейцарии на стажировке. Чтобы перестать себя накручивать по поводу того, что это серийный убийца, он просто открыл дверь и сразу же ее захлопнул. Твою мать. Он прислонился к двери и глубоко вздохнул. У него галлюцинации или…? Этого не может быть… Он услышал, как мужчина сказал: — Гарри, впусти меня, пожалуйста, я здесь не для того, чтобы тебя убить! — но голос был очень тихий и слабый. В его голове вертелись тысячи мыслей, которые заглушали внешние звуки. Стайлс еще раз глубоко вздохнул и снова открыл дверь. Он несколько раз моргнул, чтобы убедиться, что это не глупые шутки разума, но нет, это определенно не галлюцинации. Луи смотрел на него с каменным выражением лица. Затем, после пяти секунд молчания и разглядывания друг друга, Томлинсон вздохнул и бросился на Гарри. — Это ты. О Боже, это правда ты, — пробормотал он, уткнувшись в плечо Гарри; его голос слегка дрогнул. Стайлс медленно обвил руки вокруг его талии и крепко обнял. Они простояли, кажется, целую вечность, затем Луи отступил и обхватил лицо Гарри руками. Гарри посмотрел в его яркие голубые глаза, которые стали еще красивее, блестящие от слез. Он надеялся, что это были слезы счастья, потому что его точно были от счастья. — Что…что ты здесь делаешь? — прошептал он, все еще глядя на Луи, чтобы убедиться, что это не его глупый сон. Но шатен стоял прямо там, перед ним, и не собирался растворяться в воздухе. — Я…твои кексы на вкус также хороши, как и много лет назад, если не лучше, — Луи улыбнулся. — Как ты…что? — Гарри не знал, почему они говорили шепотом, но он чувствовал, что сейчас можно говорить только так. — Давай просто скажем, что Найла навещал не его друг из Америки, а лишь старый британский друг, который отчаянно хотел поговорить. — Да… насчет разговоров. Давай присядем, я приготовлю тебе чай. Ты, наверное, замерз, на улице сильный ветер, — сказал Гарри, уже направляясь к кухне. Луи сел между двух пушистых подушек и сразу обратил внимание на Донну, сидящую у его ног. — Милый кот. Как его зовут? — он погладил Донну по голове и почувствовал, как она мурлычет. — Ее. Донна. Как, ты знаешь, Донна из… — «Мама Мия». Умно. Конечно, ты всегда любил мюзиклы, — на лице Томлинсона появилась мягкая улыбка. Было что-то в Гарри, от чего на душе сразу становилось тепло. — Итак… — начал Стайлс, ставя на столик две чашки чая. Он ничего не мог с собой поделать, он был слишком любопытен и желал узнать причину неожиданного визита Луи. Движения пальцев по голове котенка остановились, но только на мгновение. Он откинулся на пушистую подушку и сосредоточил свое внимание на кошке. — Ты, наверное, хочешь знать всю историю, не так ли? — Конечно. Ты проделал весь этот путь не для того, чтобы меня подразнить. Мне нужна полная история. Мне слишком любопытно, чтобы отставить все подробности. — Окей. Итак, как ты уже знаешь, другом, который попросил у Найла твои кексы, был я, а не Джордж. Я хотел… подожди, это жасминовый чай? — Гарри кивнул. — Прости, я очень легко отвлекаюсь. — Я помню, Лу. Луи почувствовал тепло в животе, когда Гарри назвал его «Лу». Прошло так много времени. — Так вот. Я позвонил Найлу, чтобы попросить его об этой услуге. Я не общался с ним все эти годы, как ты знаешь, не говоря уже о том, что мы тогда не были близки. Нет нужды говорить, что я очень волновался, — он сделал глоток чая, — я просто…я тут думал. Много и долго. И все мои мысли заканчивались тобой. Я скучал по тебе, Гарри. Чертовски сильно. Луи смотрел на него так искренне, что сердце Гарри готово было разорваться в любую секунду. — Я тоже по тебе скучал. Больше, чем ты думаешь, — его голос становился немного подавленным; Гарри надеялся, что Луи не заметит. — Я был в Лондоне, и так отчаянно хотел иметь хоть малюсенькую частичку тебя, как бы жалко это не звучало. И мне всегда нравились твои кексы. Ну, вообще-то мне нравилось все, что ты пек. Так что прекрасно понимая, насколько глупым был мой план, я попросил Найла об этой услуге. А потом, когда я попробовал твои кексы, я заплакал. Черт, вот я снова начинаю плакать. Прости, — Луи вытер слезу, которая медленно стекала по его щеке. Сердце Гарри растаяло. Ему даже было плевать, бьется ли оно вообще. — Я начал плакать, потому что эти кексы были точно такими же, как те, что ты пек для меня в универе. И это было лишь подтверждением того, как сильно я скучал по тебе. Я знаю, что прошли годы, но я просто не могу…ничего не могу с этим поделать, — он нервно рассмеялся. — Черт, наверное, это самая жалкая вещь, которую ты когда-либо видел, — он снова рассмеялся. Гарри положил ладонь на колено Луи и нежно погладил его. — Я прекрасно понимаю тебя. — Да? — Да. Но мы поговорим об этом чуть позже. Сейчас твоя очередь. Луи взял руку Гарри в свою и начал играть с кольцами на ней. — Я думаю, мы начали отдаляться друг от друга, когда я начал встречаться с Кейтлин. Я не знаю, знаешь ты или нет, но между нами все кончено. Вот уже три года. Гарри медленно кивнул. — Да, я знаю. Я недавно наткнулся на нее в Теско, совершенно случайно. Мы немного поговорили, и она вкратце рассказала мне, что у нее теперь есть жених. Луи улыбнулся. — Правда? Хорошо, — он все еще смотрел на их переплетенные руки. — Мы расстались вскоре после помолвки. Вот что действительно удивило Гарри. — Значит ты так и не женился на ней? — Нет. И если я правильно помню, я пригласил тебя на нашу свадьбу. — Да, но… — Никаких «но». Не важно, что мы не были близки. Я бы все равно пригласил тебя. Но ничего не вышло, потому что я расстался с ней через два месяца после помолвки. — Ты ее бросил? Почему, позволь спросить? — готов ли был Гарри к такому количеству сюрпризов за одну ночь? — Я был в постели, она крепко спала рядом. Я не могу уснуть, поэтому, естественно, начал думать о всяком. — Все как в… — едва слышно прошептал Стайлс. — Думал о жизни. Мой брак, она, ты, все и вся. И…я пришел к такому выводу, что если бы ее не было рядом, я бы все еще мог нормально функционировать. Так… зачем мне было жениться на Кейтлин, если мое счастье и благополучие не зависело от нее? Гарри уставился на Донну, надеясь, что у нее есть ответы. У нее их не было, поэтому он остановился на: — Я не знаю. — Именно об этом я и говорю. Я был очень несчастен тогда, и даже она не смогла это исправить. Я не чувствовал себя собой и понятия не имел, что с этим делать. Как снова почувствовать себя целым. Много времени спустя я понял, почему я так себя чувствовал. И это не имело никакого отношения к Кейтлин, — голос Луи становился тише с каждым предложением. Гарри на мгновение перестал дышать. — Это связано с кем-то другим? — он сам себя едва слышал. Он все еще смотрел вниз, но чувствовал пристальный взгляд Луи. — Думаю, да. И ты знаешь, о ком я. Вот когда Гарри наконец поднял голову и их взгляды встретились. — Почему я? — Я думал, что люблю Кейтлин. Я правда так думал. Но если я и правда ее любил, почему я чувствовал себя так плохо после того, как ты отдалился от меня? Почему я не мог сосредоточиться на своем браке, и думал только о тебе и нашей разрушенной дружбе? Почему вместо того, чтобы я думал об идеальном дне для свадьбы, я думал о причине, по которой ты внезапно меня покинул? Почему ты был для меня важнее, чем моя будущая жена? Впервые за много лет Гарри не знал, что сказать. Он все еще пытался осмыслить то, что только что услышал. — Я так чертовски сильно скучал по тебе. Но я решил, что ты больше не хочешь быть моим другом, поэтому после нескольких попыток я решил отпустить тебя? Но это было очень тяжело. Настала очередь Гарри признаваться. Сейчас или никогда. — Ты не знаешь, почему я отдалился от тебя, да? Луи покачал головой. — Да ладно, это же очевидно. Я начал избегать тебя сразу после того, как ты сошелся с Кейтлин. — Да, сначала я подумал, что ты хочешь дать мне немного пространства. Раньше мы были неразлучны, а теперь у меня были отношения. Я думал, ты просто не хочешь беспокоить меня, пока я пробую нечто совершенно новое. Стайлс усмехнулся. — Это очень интересная теория. Однако мои намерения не были столь благородными. У Луи заняло три секунды, чтобы понять, а затем Гарри услышал: — Аххх, так ты… — Сильно ревновал? Да. Ревновал. Было больно делить тебя с Кейтлин. — Но то, что я был с ней, не означало, что я вдруг перестану быть твоим лучшим другом. Стайлс насмешливо посмотрел на него. — Луи… Томмо выглядел озадаченным. Это было довольно забавно. Если бы Гарри так сильно не нервничал, он бы, наверное, рассмеялся. — Я ревновал, потому что хотел быть на ее месте. Вот почему я старался не проводить с тобой время. Потому что это было действительно больно. И я не знал, как долго смогу продолжать в том же духе, притворяясь, что рад за вас двоих, когда, несмотря на все мои старания быть счастливым, я не мог вспомнить последний раз, когда мне было так грустно. По выражению лица Луи можно было подумать, что Гарри рассказал ему, как инопланетянин пил чай на его кухне. — Я…я не знаю, что сказать. Гарри почесал шею, их руки все еще соприкасались. — Да… я подумал, что ты заслуживаешь объяснений. Так что. Вот так как-то, — он уже начал чувствовать себя неловко. Боже, это была огромная ошибка. — А… — Луи прокашлялся, — а сейчас? — О чем ты? — Что ты чувствуешь ко мне сейчас? Ты злишься? Тебе грустно? Настала очередь Стайлса удивляться. — Почему я должен на тебя злиться? — За то, что не рассказал о разрыве? За то, что не замечал твоих чувств? — Луи пожал плечами. — Не говори глупостей. Я не могу винить тебя за это. Если кто и должен злиться, так это ты за то, что я оборвал все связи с тобой. Луи сжал его руку. — Тогда я не мог сердиться. И я определенно не злюсь сейчас, — он погладил ладонь Гарри большим пальцем, а у того сердце ухнуло куда-то вниз. — Ты не ответил на мой вопрос. Щеки Гарри начали приобретать красивый розовый цвет. — Луи. — Гарри, — теперь Луи поглаживал вверх-вниз. Свободной рукой кудрявый прикрыл краснеющее личико. — Пожалуйста. Ты знаешь, что я чувствую. Ты знаешь, что если я влюбляюсь, то раз и навсегда. Луи улыбнулся своей фирменной улыбкой. — Пожалуйста, скажи мне. Гарри застонал. — Это так унизительно, — Луи мягко толкнул его плечом и сказал: — Нет, это не так, — он придвинулся немного ниже, — Скажи мне, — затем он наклонился и прошептал парню на ухо, — Скажи мне, чтобы я мог ответить тебе, что это взаимно. И что так было в течении многих лет, но я просто очень глупый. Стайлс медленно убрал руку с лица и собрал все свое мужество, чтобы посмотреть Луи в глаза и сказать: — Я люблю тебя. Я все еще люблю тебя, даже после стольких лет. И никогда не переставал. Он шептал, но в тишине квартиры каждый шепот, особенно этот, казался криком. Но Луи тоже шептал, когда говорил: — Я уже сказал тебе, что это взаимно. Я тоже тебя люблю. Прости, что так долго вытаскивал голову из задницы и наконец понял, что это за чувства. Но теперь это не имело значения, не так ли? Гарри наконец услышал то, чего он ждал с восемнадцати лет. Он любил Луи до встречи с Кейтлин. Он любил Луи во время трехлетних отношений с ней. Он все еще любил Луи, даже если не видел его целых три года. И он знал, что никогда не перестанет его любить. Вернись ко мне, пылающий красный!