Альфа, который любил быть снизу...

      было решено, что бета с омежкой останутся на кухне и примутся за обед. Их задача быстро обсудить меню и приготовить обед на шесть персон. Всё необходимое в холодильнике имелось, так как обычно мы закупались в пятницу вечером. Нам с Роджем предстояло навести порядок во всех комнатах. Когда вёдра и тряпки уже стояли в коридоре в ожидании своей очереди, меня понесло с места в карьер. Я подловил Роджа возле своей комнаты и долго не думая, пока он не опомнился, затащил его к себе. Прижал к стенке у двери и ударил разок в пах, пока он загибался, я придержал его плечом и правой рукой залез в штаны. Добравшись до мошонки, сильно сжал. Родж выдал утробный рык и выдавил из себя, не смея особо сопротивляться. Видимо, подсознательно до него дошло, за что сейчас огребает. — Ты что творишь, гад? — Это я хотел бы узнать у тебя, дорогой. – прорычал я мужу в самое ухо. - Объясни–ка мне, чего я не понимаю. Что это было вчера в два часа ночи? Я, конечно, люблю жёсткий секс, но не до такой же степени, чтобы не давать на него согласие! Ты же знаешь, как я отношусь Стиву, мог бы и просто спокойно попросить, – чтобы ускорить ответ, я левой рукой приложил мужа по рёбрам, а правой сжал чресла так, что он снова попытался загнуться. Я навалился всем весом и не дал ему оторваться от стены. — П–прости, я сорвался, не обнаружив его дома. Я обошёл всю квартиру, его нигде не было, я заволновался... Ты же знаешь, как не люблю, когда кого – то нет... Звонил ему, а телефон дома. Вещи проверил, их нет, я запаниковал... Прости, близость с омегой срывает крышу... Я обещал его не трогать пока... — Мне нет дела до твоего возбуждения из–за омеги. Это твоя проблема, сам бы и справлялся или меня попросил на худой конец! Попросить мог! – продолжал я рычать ему на ухо, а сам саданул ещё раз по рёбрам, и сжал мошонку. Он простонал мне в плечо. – Ты теперь всё своё возбуждение будешь омегой оправдывать? Ты альфа или умственно отсталый кролик? Твою ж корову за ногу, Родж, ты даже не потрудился извиниться! В том, что по среди ночи Стив сбежал, твоя вина! Нечего было ему про родителей упоминать. Не для этого мы его едва живым пять лет назад от них забрали, чтобы мирить. Его отец глубоко болен алкоголизмом и до сына ему нет дела. Ты вообще в своём уме, такое предлагать? Он же просил тебя! — Прости... – от моего злобного шёпота из глаз Роджа покатились крупные капли слёз. Меня же начало потряхивать. От этого я говорил с большим остервенением. — У него проси прощения, Родж. Ты хоть понимаешь, что он уже два раза просил меня уйти от тебя?... Я осаживал его тогда... Но, если он попросит меня третий раз, я как альфа, не стану ему отказывать! Слышишь! Ты достал его своими воспитательным мерами. Ты же любишь его не меньше меня, так чего творишь? Если ты ещё раз выкинешь подобное, я увезу его так далеко и спрячу, что ты в жизни нас не найдёшь. Оставайся со своим омегой и его воспитывай! Понял меня! – я снова ударил его по рёбрам и оттянул чресла. — Да,... отпусти уже... — Я требую компенсации за ночное насилие, Родж! – сквозь зубы прошипел я ему в ухо. — Что угодно, только отпусти... – простонал от боли Родж и попытался согнуться, но я снова не дал. У меня хватало ещё сил держать этого качка, сам неслабого десятка. — Сегодня ночью ты мой. Отправим малышей спать, запретим приходить. И, да, я буду груб, а ты снизу. Буду настолько жёстким, что заставлю тебя видеть те же звёзды и испытывать ту же боль, что ощущал я вчера в два часа ночи, вместо того, чтобы спать. Прощу только так! Я зол на тебя, поэтому до вечера с тобой не разговариваю. А теперь иди наводить порядок. Я отпрянул от Роджа, дав ему возможность выйти из моей комнаты. Он на негнущихся ногах ретировался, и я приступил к уборке своей комнаты. Трудотерапия позволила мне успокоиться, привести чувства и мысли в порядок. Заодно, подумал, как буду «мстить» мужу за срыв на мне. Надо как–то напомнить Шефу, что я тоже альфа и подобное обращение недопустимо. Да, я люблю жёсткий секс и доверяю Роджу. Однако, всё происходит исключительно по обоюдному согласию, а не так, как он мне ночью устроил. Вот этот урок и буду сегодня в него вбивать! А как? Вспомнил, что в одну из уборок обнаружил игровые наручники в тумбочке у кровати Роджа. То, что доктор прописал... Роджу. Его кровать имеет кованую спинку, поэтому продеть кольцо наручника не составит труда. Так как Родж провинился и сопротивляться не будет, то проблем с тем, чтобы сцепить его, не возникнет. А дальше дело техники. Так, в думах о предстоящем вечере, я незаметно для себя убрался в комнате, перешёл в комнату Стива и навёл порядок в коридоре. Родж за это же время прибрался у себя, в комнате Бака и в гостиной. Ещё и душ успели принять все по очереди и навести марафет. Помытые, побритые и празднично одетые, мы были готовы к встрече с родственниками. К назначенному часу был накрыт стол в гостиной. Наши малыши постарались и не только сделали всё очень вкусно, но и красиво. Бак постарался. Когда пришли родители Роджа, мы всей семьёй пошли их встречать. После взаимных приветствий и откровенно оценивающих взглядов, отец Роджа спросил. — Это тот самый омега, которого вы нашли через Центр? Милый, – Гордон посмотрел на Бака так, как будто оценивает породистого скакуна. Ясное дело, парню это не понравилось. — Дорогой, прекрати... – мягко осадил папа Анри. И тут наш омежка выдал. — А вы всех омег так оцениваете или только мне честь выпала? Родж чуть воздухом не поперхнулся, но благоразумно сжал ладошку Бакельбери, чтобы успокоить. Но, нет, наш новичок решил показать норов. Блин, вот где он раньше–то был? — Прости его, Бак, он не специально... – оправдывался папа Анри за мужа. — Я прощу, но простит ли ваш сын оскорбление своего омеги, папа? И я не милый! Прежде чем давать мне оценку, не желаете сначала пообщаться, познакомиться ближе? А то судя по тому, как вы смотрите на меня и членов этой семьи, вы привыкли встречать и провожать только по одёжке. — Баки, душа моя, что на тебя нашло? – спросил Родж омегу, так как нажатие ладонью на ладонь на парня уже не действовали, а мы со Стивом получали нескрываемое удовольствие от того, как омежка ставит на место отца Роджа. Красава, Бак! Однако после вопроса будущего мужа, Бак успокоился, сконфуженно произнеся: «Извините!» Наконец, мы прошли в гостиную и уселись за стол. По просьбе папы Бак снова рассказал историю свой жизни и появления в Центре. По мере общения Гордон заметил, что мы с Роджем не разговариваем. — Сын, вы в ссоре с Леоном? Скажи, если захочешь развестись... – «о, Гордон, ты переплюнул сам себя. Совсем забыл, где и по какому поводу ты находишься!» – подумал я, но сказать ничего кроме «Не дождётесь!» – не успел. Зато наш омежка успел. Он выпалил буквально следующее. — Отец, я бы не советовал вам вмешиваться в отношения сына с мужьями. Если они и поссорились, это их личное дело, и они разберутся. Их недомолвки не дают вам повода злорадствовать и надеяться на развод. Лео замечательный. Родж его любит. Разберутся без вас, ладно? Если бы я не согласился на семью с двумя альфами, то меня бы здесь не было. Это же вы настояли на наследнике и поиске омеги? И вот, я здесь и мне нужны оба альфы и бета! Так что на развод Лео и Роджа даже не надейтесь, отец! От этих слов отец Роджа чуть вилку из рук не выронил и не подавился куском курицы. Он только и мог, что хватать ртом воздух, как пойманная рыба. Стив, глядя на Гордона даже прыснул в кулак, едва сдерживая смех. Я забеспокоился, что он может подавиться и толкнул его ногой под столом, чтобы Стив прекратил так явно выражать своё удовольствие. Сам я только скромно улыбался и по–прежнему хранил молчание. Родж, правда, был в не меньшем шоке от слов своего омеги, чем Гордон. Первым очнулся Анри. — О–о–о, Роджер, похоже, в Центре подобрали омегу под стать тебе самому, – хохотнул папа Анри. Ему понравилось, что маленький омега осадил такого упрямого альфу, как Гордон. Значит, толк с такого омеги будет, парень не пропадёт. — Конечно, нас же по крови искали, – выдал омежка. Родж притянул его к себе за плечо и чмокнул в висок. — Успокойся, малыш. Отцу никогда не удавалось нас с Лео рассорить, как бы он не старался. — Вижу! А , что, теперь, когда я появился, он будет стараться с двойным усилием? – зубоскалил Бак. — Не волнуйся, не рассорит. — Я смотрю, – Гордон, наконец пришёл в себя, обращаясь к Роджеру. – Омега у тебя с норовом. И как скоро я могу надеяться на появление в вашей семье наследника с таким омегой? Полагаю, уговорить его будет непросто! — Отец, мы решим это самостоятельно, – не унимался Бак. – Я здесь, дело за малым. Когда? Это вопрос времени, а не личных наставлений с вашей стороны! — Баки... – Родж ещё раз попытался осадить омегу. — А что, я не прав? Разве мы сами это не решим? Нам ещё отношения оформить надо! Не зачинать же детей до брака! И потом, если отец так настаивает, я принципиально пропущу одну–две течки! Я привык решения принимать самостоятельно. — Баки, отец просто спросил, он не настаивал. Маленький мой, успокойся. — Ладно, – спокойно ответил омега и притих до следующей неосторожной фразы отца. — Баки, а чем ты намерен заниматься до беременности? – спросил папа Анри, чтобы сменить тему и разбавить обстановку. Воздух в гостиной просто звенел от того, какими взглядами одаривали друг друга Гордон, Родж, Бак и я. — Я по образованию дизайнер интерьеров. Я узнавал в Центре, спрос на мои услуги в городе есть, так что окунусь в работу. Всё–равно, пока притираюсь к альфам и бете, а позже с беременностью решим. — Хорошо, что ты имеешь активную жизненную позицию. Папа научил? — Несомненно. Думаю, позже, когда вы с ним познакомитесь, он вам понравится. — Надеюсь. Мне стало интересно, кто воспитал такого смелого омежку. В хорошем смысле слова, конечно. Скажи, а тебя уже водили знакомиться с городом и окрестностями? — Нет, ещё не успели, я ведь только вчера прибыл. Но, заочно с городом меня познакомили в Центре. Я уже собирался просить Роджа и остальных выйти со мной в город. — Славно. Не против, если я присоединюсь к вам? — От чего же? Я буду только рад, – ответил Бак, а сам заулыбался папе Анри во все тридцать два зуба. Вот, хитрец, знает, что делает. И умом, как видно не обделён, раз умеет себя вербально защитить от нападок отца, но при этом мило беседовать с папой Анри. Да, Родж, берегись. Тебе придётся постараться, чтобы с таким умным и знающим себе цену омегой поладить. Мы продолжили обедать. За столом после перепалки Бака с Гордоном, на некоторое время воцарилась долгожданная тишина. Мы имели возможность нормально поесть. Вечером, когда родители ушли, а в гостиной был наведён порядок, Баки и Стив сели за вязание. Бак притащил Стиву свои нитки и нашёл лишнюю пару спиц. Парни увлечённо занимались вязанием, а я дал Роджу знак, поговорить с младшими насчёт вечера. Кстати, ругать Бака за смелость и вольность в отношении своего отца он не стал. Бак, может, и был слишком смел для омежки, но то, что он говорил, было правильно. Бак за один вечер высказал Гордону то, что я сам не решался сказать. Ну, как не решался? Не мог, так как Родж просил меня не усугублять и без того натянутые отношения с его отцом. А Бак, умница, никого не побоялся и высказал всё как есть! Интересный у нас омежка, что–нибудь да выкинет. Роджер подошел к парням обоих поцеловал, поблагодарил за вечер и попросил сегодня обойтись без нас. Мол, надо проблему одну решить. Стив с тоской посмотрел на меня, но увидев одобрительный взгляд, успокоился. Естественно, заходить к нам Шеф запретил, так как «разговор» у нас будет очень серьёзный, возможно шумный. Парни кивнули в знак согласия и Роджер направился к себе в комнату, я за ним. Как только мы разделись, и Роджер улёгся, я показал ему наручники. — О, нет, Лео, ты же не сделаешь этого? – выдохнул он. — Почему нет? Я полдня это планировал. А ты провинился и теперь будешь отдуваться по моим правилам, дорогой. Только так я вобью в твою голову истину, заключающуюся в том, что семейные отношения строятся на доверии и уважении. — Я понял, понял, – запротестовал Родж. — Значит, закрепим! Я быстро опустился на кровать, одел одно кольцо наручника на запястье мужа и завёл его руку за голову. Продев кольцо через кованую перекладину кровати, зацепил второе кольцо. — Может не надо? – пытался спасти свой зад муженёк. — Надо, Родж, надо. Ты провинился сильно. Никогда бы не подумал, что альфа может так грубо иметь альфу. Учти, урок не усвоишь, буду в следующий раз действовать более сурово! А как, ты знаешь! — Лео, не надо... — Надо, Родж. Раздвинь–ка ноги. — Нет! – взвыл муж. Я сделал это сам и сел так, чтобы он не смог свести колени. А чтобы он не протестовал, добавил по увесистому шлепку по каждому бедру. Тут у меня возникла идея. — А давай–ка мы тебе и глаза завяжем. — А глаза–то зачем? – испугался Родж. Ситуация начинала выходить из-под его контроля окончательно, а он этого не любил. — Чтобы ты на ощущениях сосредоточился и не видел, что я творю. Только чувствовал. И ничего мне за это не будет, потому что это я тебя наказываю, а не наоборот. — Лео, не надо глаза... – дёрнулся муж. — Расслабься, дорогой и получай удовольствие. Может для тебя сомнительное, но я спрошу с тебя за эту ночь. И не сопротивляйся, иначе, будет больнее. А дальше, больше. Я завязал его глаза тонким полотенцем и приступил к пытке. Сначала, я до боли, почти до крови искусал его шею, ключицы и... соски! Вот, Роджер выл и метался, пытался отстраняться! Только куда он прикованный к кровати денется? Я ему даже передыху не давал. Наконец, добрался до самого «вкусного». Родж взвыл ещё громче. — Только его не кусай... — Нет, конечно, у меня для этого мошонка есть... — Нет, пощади... — А ты щадил меня, когда ночью трахал как последнего проститута? Теперь терпи! Я же сказал, сделаю с тобой тоже самое. Я взял в рот его яички и так оттянул их несколько раз, что Роджа корёжило и метало по кровати. Наконец, насладившись его стонами, я перешёл к анусу. Родж почуял неладное и дёрнулся сильнее прежнего. — Успокойся! – прозвучала команда для Роджа. Сейчас Шефом был я! - Смочи мне пальцы, – я поднёс свою ладонь к его губам, чтобы он сделал то, что я попросил. Он фыркнул, пытался отвернуться, но я придержал его голову. — А ну, смачивай, не то на сухую, как ты полезу. Берегись тогда! Задница у тебя трещать будет, мало не покажется. Смотри, я более гуманно с тобой обращаюсь. Цени заботу! - я повторил приказ. - Оближи, сказал, пока я на сухую не полез! А то много тебе чести смазку использовать, – рыкнул я. Родж был вынужден обильно смочить мои пальцы своей слюной. – Вот, хороший мальчик. Сейчас вхожу, не дёргайся. Как и полагается, я ввёл сначала только один палец. Родж вытерпел, кажется, даже не заметил. Но, когда я ввёл второй, он уже немного напрягся. Так как он актив, то растянут не был. Поэтому, его дырочка была узкой. Мне это только на руку. Меня он растянул, теперь пусть сам испытает эти же ощущения. Со мной же он не особо церемонился, пусть теперь отдувается, а я посмотрю, понаблюдаю. Двумя пальцами я нащупал простату и начал её довольно сильно стимулировать. Родж дёрнулся, попытался отползти, но я вернул его. — Куда пополз, это только начало! — Нет, не надо, прости, я всё понял... — Поздно... – я ввёл третий и позже четвёртый палец, Родж начал уже кричать и выгибаться. От вида беспомощного мужа и его криков, мой член начал набирать эрекцию. – Наконец – то, – выдохнул я. — Что, что наконец – то? – не понял Родж. — Я вхожу в тебя, приготовься к новым ощущениям. Я развёл ноги мужа ещё шире, приставил член к анусу, чтобы он мог его почувствовать и резко вошёл. Роджер вскрикнул от неожиданности, завыл, застонал, сжимал зубы и кусая губы, чтобы не кричать громче. Я начал таранить зад Роджа с такой силой, что он чуть сознание не потерял. Мне показалось этого мало, и я решил сменить позу. — Перевернись на живот, – снова скомандовал я. – Давай живее! Я помог Роджу, так как наручники мешали сделать это быстро. Наконец, мне удалось поставить его раком и снова резко войти. И как бы Роджер не стонал и не просил прекратить, я был неумолим и таранил, что есть сил. Проблема была в том, что, если у меня нет в заднице хера Роджа, я кончить быстро не могу. А кончить как–то надо. Пришлось Роджа отстёгивать и насаживать его на свой член из положения сидя. Он уже не сопротивлялся и обхватив ногами меня за пояс, насел на член. Благодаря такому положению мы оба практически одновременно кончили. Когда последние судороги прошли, а полотенце было стянуто с головы, я спросил мужа. — Ну что, закрепил? — Да, прости ещё раз, – Родж потупил взор. — Так–то лучше. Надеюсь, резюмировать твои выводы не надо? — Нет... – мотнул он головой. —Умница, пошли в ванную, мыться. Ты сегодня хорошо поработал... Помоемся и будем спать. И даже не надейся, что я пойду спать к себе. — Как скажешь, – пробурчал Родж. Он не смел взглянуть на меня, возражать или спорить. Я даже стал думать, не сломал ли я его? Не поменяемся ли мы местами? Впрочем, эти мысли я поспешно отогнал от себя, понимая, что это всё минутное наитие и скоро само пройдёт. Он–то не боялся меня сломать, когда насиловал. Мы приняли душ, я попросил помыть меня. Да кто же мне теперь откажет? Роджер помылся сам, только когда закончил со мной. А потом, мы улеглись спать. Роджер демонстративно лёг на одну часть кровати и отвернулся, притих. Я по началу тоже улёгся на другую часть и с шумом выдохнул. В глубине души я понимал, что, если я сейчас лишу его телесного контакта, не пожалею, не скажу, что уже не сержусь, утром он будет дуться и дальше. Я развернулся в нему боком и притянул к себе. — Ладно, любимый, ты прощён. Я больше не сержусь на тебя. Мир? — Угу, – промычал Родж. Нет, всё–таки долго он отходит от стрессов. — Ро–о–оджер, повернись ко мне, – протянул я, целуя его в висок. Он нехотя повернулся. И вот тут–то я понял, почему он не хотел ко мне поворачиваться. Однако, я желал услышать это от него. – Родж, что тебя беспокоит? Говори, я же вижу, что ты расстроен. — Лео, я так сильно провинился? — Да, Родж. И я не сделал тебе ничего сверх меры, поверь. Сейчас я даже был мягче, чем ты этого заслуживаешь. Хотя, по–хорошему, тебе надо было морду набить и ремня по заднице вставить. Утром так и сделаю. Попробуй после этого на Стива руку поднять. Я тебя так отметелю, что не только сидеть не сможешь, но и из дома не выйдешь. А потом будешь всем рассказывать, что в коридоре неудачно упал. Выпорю в качестве закрепляющего средства и молись, чтобы ты главным после этого остался. Знаешь, меньше всего в жизни, я хочу, чтобы ты превращался в своего отца. Ты другой, ты лучше, добрее, человечнее, что ли? Я всегда это знал, а теперь не понимаю, что случилось с тобой, что нашло? — Прости, Лео, я не хотел тебя обидеть. В меня словно бес тогда вселился, – на глазах Роджа появилась влага. Я взял его лицо в свои ладони и зацеловал, стирая слезы с глаз. Наконец, за весь вечер он получил поцелуй в губы. — Не надо, не плачь, мы все ошибаемся. На то мы и семья, чтобы помогать друг другу исправлять ошибки. Успокоился? Мир? – спросил я ещё раз. — Да, – Родж шмыгнул носом. — Тогда давай спать, иди ко мне, – я обнял его, и мы заснули. После того, как мы оба проснулись, я уложил благоверного на живот, галстуком привязал руки Роджа к кровати. Он скулил и просил не пороть. Альфа слово держит, я обещал закрепить ремнём, и я это сделаю. Одел джинсы и вытянул из них свой ремень. — Сцепи зубы, чтобы не кричать. Малые уже проснулись. Нечего их пугать нашими разборками. Приготовься... — Нет, Лео... Неужели вчерашнего наказания тебе было мало? — Молчи... – я нанес первый удар, за ним второй. Родж взвыл в подушку, а из глаз покатились слёзы. — Лео, прости–и–и–и... Я исполосовал зад Роджа так, что на коже появились чёткие красные полосы, но до синюшного состояния доводить не стал. Не та ситуация. Ему сейчас на работу, мне тоже. Родж до сих пор отвозит нас. А если учесть, что работа у него в основном сидячая, то сегодняшний день будет мукой и без синей задницы. Я отвязал его, обнял и успокоил. — Всё, пришёл в себя? – спросил я его, поглаживая по голове. — Угу, – промычал он, не глядя мне в глаза. – Ты бываешь жесток! — Родж, пойми, я слишком люблю тебя, чтобы позволить опуститься до уровня твоего отца. Предлагая мне брак, ты знал, на что шёл. Я альфа. Пока ты не переступал черту, я терпел, позволял тебе проявлять садизм. Однако, если так пойдёт и дальше, будет только хуже. Ты можешь просто потерять меня и Стива. Будем исправляться? — Да, Лео, я всё понял... – я ещё раз его обнял и поцеловал. — Теперь вставай, прячь слёзы. Не хватало, чтобы наши мальчики заметили хотя бы заплаканные глаза. Полежи и приходи, а я проверю, что у нас с завтраком. Наши младшие уже встали и во всю хозяйничали на кухне, готовили завтрак. По моему довольному виду, оба поняли, что мы с Роджем помирились и больше никто ни на кого не обижается. Потом, Родж развёз нас по своим местам работы, оставив Бака присматривать за домом. Попутно, омега искал в интернете потенциальных заказчиков или конкретное место работы.