Воробей со сломанными крыльями

Overwatch распался, хотя какое Гэндзи дело было до этого, он ушел оттуда, чтобы забыть свое прошлое и начать будущее, а для этого нужно жить настоящим, так говорил его учитель. Шимада проснулся от лучей солнца, которые просачивались через окно, играясь, блуждали по лицу японца. Мужчина встал и накинул толстовку, что подарил ему Джесси перед уходом. -На память будет, ты уж не забывай своего старого друга. — с такими словами ковбой попрощался с киборгом. Шимада вышел из своей комнаты, глубоко вдохнул свежий, горный воздух. Ох, это чувство, чувство того, что твое тело не кричит от боли, когда ты пытаешься вздохнуть. Гэндзи до сих пор не покидали те страдания первых дней пребывания его киборгом. -Доброе утро Гэндзи. — звонкий голос омника раздался за спиной японца. -Доброе учитель. Знаете тот холод, что я сейчас чувствую напоминает мне, что я все еще человек. — с каким-то разочированием произнес Шимада. -Значит быть человеком для тебя это чувствовать холод. — Дзенъятта говорил медленно и очень четко. -Ну не совсем так. -Чувствовать холод, жар, прикосновения, боль быть человеком, живым значит для тебя это? -(Ох, умеет же он поставит в тупик своим вопросом) Я бы так не сказал, однако… разве не так? -спросил Гэндзи, уже догадываясь, что его учитель предвидел подобный вопрос. -Если и так, значит ли это, что если все омники начнут чувствовать боль, то их можно назвать людьми. -Я не совсем это имел ввиду. — Гэндзи сел на землю. -Я готов выслушать тебя Гэндзи, расскажи мне. — Дзенъятта аккуратно приземлился рядом с мужчиной. -Просто, когда я служил в Blackwatch мне часто вкалавали разные вещества, чтоб уменшить боль, которую причиняли мне мои собственные движения, но я все равно чувствал ее, снова и снова, боль для меня стала чем-то обыденным, обычным моим состоянием и я перестал обращать внимание на это, перестал чувствовать боль… тогда я начал задаваться вопросом, та боль… она напоминала мне что я еще живу, что я еще человек, но перестав ее чувствовать… мое тело стало просто куском плоти и металла. -Гэндзи, скажи, неужели страдания собственного тела напоминали тебе, что ты еще живешь? -в ответ было лишь молчание. — Мы омники не чувствуем боли или подобных вещей привычных людям, однако это не делает нас другими, это не отнимает у нас возможности говорить с людьми как с равными. -Внешность не главное, да учитель. — саркастично усмехнулся Гэндзи. Дзенъятта легко посмеявшись продолжил. -Как ты говоришь Гэндзи, не совсем так. Человек понятие очень растяжимое, замени те страдания, что терзали тебя другими вещами. Любовью, добротой, гармонией.В твоем теле, что стало сильнее за все эти годы Гэндзи, бурлит душа, которую многие назовут человеком. -Я бы с этим поспорил, учитель. — Шимада отвел взгляд в сторону. -Гэндзи, по твоему у меня есть душа? -Учитель?! — Гэндзи резко дернулся, чем вызвал смешок своего наставника. -Прости, не хотел тебя испугать. Мне всегда казалось странным, что люди присваивают эту «вещь» себе, хотя их можно понять… Гэндзи, как к тебе относились в, как ты говоришь, Blackwatch? -В основном все боялись меня, кроме Мойры с Рейесом, дальше Маккри считал меня другом, мы практический вместе попали в этот отряд и оба покинули свои «кланы» так скажем, так что я его тоже мог назвать своим другом и… -Кто-то особенный? — даже здесь Дзенъятта, подождал долгое время, чтобы задать данный вопрос, боясь перебить своего ученика. -Одна женщина, Ангела Циглер, она вроде как была привязана ко мне, я же… — Гэндзи лег на холодную землю. — По началу я ее ненавидел, а сейчас я все больше осознаю как добра она была ко мне.Самое странное учитель, что она относилась ко мне нежнее чем кто-либо другой. У Гэндзи не было матери она умерла, когда он был очень мал и как раньше упоминалось, он рос не видя материнской нежной любви. -Все эти люди относились к тебе так из-за твоего тела? -подождав некоторое время спросил Дзенъятта. -Не думаю… -Хочу сказать Гэндзи, твое тело лишь оболочка, что поддерживает тебя настоящего, когда ты смотришь в зеркало ты должен видить нечто большее, чем связь человека и машины.Что ж Гэндзи, я пойду медитировать, присоединишься? -Да, учитель! — твердо сказал Шимада. По пути на лице Гэндзи упало перо, ветром полетевшее в его сторону, воробьиное перо. -Надо письмо хотя бы ей отправить. — прошептал Гэндзи и двинулся вслед за своим учителем.