Amazing

      Это всё начинается, кажется, до жути спонтанно. Они знакомятся на какой-то вечеринке, пересекаясь взглядами издалека, обсуждают мероприятие, людей на нём и свои проекты. Джейсон берёт для неё бокал шампанского с подноса, а она не возражает, замечая насколько красивые у него глаза. Он рассказывает ей о себе, а она выхватывает интересные моменты из своей жизни специально для него.       Куда всё катится следом, Эмбер не следит, затуманенное игристым вином сознание не позволяет. В памяти мелькают огни города, запах автомобильного салона, его рука на изгибе спины, тёмный коридор отеля, запах свежего постельного белья и белизна простыней. А ещё невыносимый жар, влажные поцелуи и лёгкие уколы его бороды. Хёрд обычно не напивается и даже сейчас она вполне трезвая, просто отчего-то позволяет.       Утром он потягивается в постели, пересчитывает пальцами позвонки на её обнажённой спине, пока она лежит на животе, сминая щекой подушку и досматривая последний сон, и почти ласково целует за ухом, из-за чего она просыпается. Джейсон уходит в душ, а девушка садится в ворохе смятых простыней, бесполезно закрывая грудь покрывалом, и отчётливо понимает, что всё это – ошибка. Если бы Эмбер с самого начала догадалась, как сильно всё закрутится, то чёрта с два подошла бы к нему тогда с глупой фразой, что это же он «играл в «Игре Престолов», я тебя узнала!».       В 2016 они ныряют в омут с головой, забывая о супругах и обязательствах, снимают номера в отелях, удостоверяясь в полнейшей конфиденциальности, и отдаются тем чувствам, за которые утром всегда бывает стыдно. Эмбер говорит, что им надо прекратить это всё и мужчина согласно угукает, губами оставляя оттиск на её плече, не в силах оторваться от мягкой кожи. Слышит её прерывистые вздохи и старательно закапывает грызущую совесть поглубже внутрь себя, игнорируя тактичные напоминания о семье.       Эмбер каждый раз при встрече жалуется, что его борода колючая и из-за этого с ним целоваться щекотно и неудобно. Джейсон с трудом наступает на горло желанию прошипеть на ухо в ответ, что это не мешало ей прошлой ночью извиваться под ним змеёй, комкая в руках белые простыни и просить ещё и ещё. Их отношения начались в постели – там они и закончатся.       Эмбер не шлёт ему свои фотографии в нижнем белье, а он не желает ей каждый день доброго утра. Когда это случилось впервые теперь она честно не помнит. Просто видеть по утрам его забитую татуировками спину для неё уже принимается как данность.       Эмбер обожает его тату и ей кажется, что она знает их наизусть, потому что повторяла поцелуями каждый завиток несчётное количество раз. Ей нравится, как борода Джейсона царапает кожу на грани с влажными касаниями и то, как он утробно, по-звериному, рычит, стоит ей слишком сильно сжать его волосы у корней. Хёрд готова потеряться во всём этом безумии, где-то на стыке реальности и последнего выдоха воскресенья, совершенно бестолково ни о чём не жалея.       Она выводит тонкими пальцами какие-то замысловатые рисунки на его лопатках, пока он лежит, отвернувшись к стене, и стойко игнорирует её присутствие на одной с ним кровати. Мужчина позволяет ей касаться себя, но вместе с тем он непреодолимо далеко от неё, закрытый пуленепробиваемой холодной стеной. Эмбер знает, как называется эта стена: отношения без обязательств. Или есть альтернатива: наличие семьи за много миль отсюда. Оба варианта ей до тошноты не нравятся, но претендовать на что-то большее, кроме тёмных ночей, поцелуев и таких вот задумчивых касаний она не смеет. Она ему никто, а он ей – тем более. Эта связь спонтанна и вопрос о её разрыве вот-вот должен слететь с его губ (и плевать, что каждый раз кто-то из них предлагает это и каждый раз всё стремительно летит к чёрту). Их отношения начались в постели – там они и закончатся.       В 2017, как и было задумано (вот только кем?), это заканчивается так же внезапно, как и началось. Момоа сообщает ей о свадьбе, точно пытаясь сам для себя поставить крест на всём этом «отельном безумии», а Эмбер в январе подаёт на развод. Чувствует себя последней стервой – Джонни наверняка обо всём догадывался, но молчал и не закатывал концертов, за что ему большое спасибо. Ей стыдно перед всеми: перед бывшим мужем, перед Джейсоном (хотя кто из них сильнее виноват – хороший вопрос) и перед его женой. Перед ней, по правде сказать, больше всего. Лиза этого совсем не заслужила и Хёрд опускает глаза каждый раз, даже если видит её изображение по телевизору.       С Джейсоном они больше не общаются и девушка действительно искренне рада этому. «Так будет лучше для всех» – убеждает она себя, закалывая волосы шпильками перед зеркалом и не смотря в глаза своему отражению. Она посещает мероприятия, стойко избегая те, на которых может появиться он, участвует в крупных и не очень проектах. Стабильно звонит родителям по четвергам и воскресеньям, делится своей жизнью и почти вычёркивает из неё человека, который подарил вселенной DC Аквамена.       Подписывая контракт на роль Меры, Хёрд закусывает губу и думает, чем же это всё обернётся. А ещё какого чёрта её понесло давать согласие на участие в этих съёмках. Она размашисто оставляет подпись, бросает ручку на стол с громким стуком и едва дожидается окончательного решения формальных вопросов. Выскакивает из кабинета настолько быстро, что едва не сшибает кого-то дверью, и несётся прочь, прикрываясь важным интервью. Стуча каблуками по плитке пола, она затылком чувствует недоумённый взгляд работника, чьи документы она чуть не выбила из рук, и понимает, что панический страх случайно пересечься с Джейсоном понемногу отступает. Эмбер понятия не имеет, как будет выдерживать его присутствие во время съёмок.       Момоа не пишет ей, поздравляя с началом успешного проекта, а она не решается позвонить. У Хёрд местами ещё случаются набеги паники от мысли, что он будет рядом с ней длительное время и она себя за них жутко ругает. Не маленькая ведь девочка – не пристало ей так трястись при упоминании мужчины. Она набирает номер подруги и разговаривает с ней до глубокой ночи. Девушке становится лучше и она кладёт ладонь на грудную клетку, сердце за которой больше не трепыхается пёстрым флажком на сильном ветру. Ложится спать с мыслью, что их отношения всё-таки изменятся. По крайней мере, ей хочется в это верить.       Джейсон целует её в ванной, стоя под душем, и Эмбер теряет голову от контраста горячего тела и холодной воды, что, кажется, льётся сейчас с самого потолка. Он подхватывает её на руки, словно девушка ничего не весит и из её рта вырывается приглушённый гортанный стон. Боже… как это сладко. Хёрд просыпается одна в постели с зажатым между ногами скомканным одеялом, отрывисто и шумно дышит после осязаемого сна и проклинает весь чёртов мир в том, в чём сама виновата.       В 2018 глаза у Эмбер грустные-грустные. Она тянется к Джейсону в их первую после долгого перерыва встречу, смазано целует в щёку и обнимает крепко-крепко, отпуская через пару секунд, потому что чувствует, что не вправе. Момоа дежурно улыбается, кивает на какие-то комментарии и незаметно сжимает её бок сильнее, сминая дорогущую ткань платья, словно пытается удержать рядом подольше. Хёрд одна из немногих, кто знает, что ты с ним защищена до тихого урчания под боком, но отмыться от грязной метки главной проблемы в его браке никак не может. Она не вправе желать этого мужчину, не вправе смотреть на него и не вправе… вообще. Их отношения начались в постели, повторяет она себе.       «Там они и закончатся» – слышится в голове эхом его голоса.       На съёмках всё как-то стремительно и совершенно необъяснимо меняется. Они по-тролльски записывают имена друг друга в контактах соответственно своим героям и действительно ведут себя, как старые друзья. Эмбер преображается в его телефоне с «Это-Хёрд-не-бери-трубку» на «Эмбер «Мера» Хёрд», а он сохраняется как «Джейсон «Аквамен» Момоа» – чтобы уж точно не перепутаться. Девушка смеётся и думает, что его забыть невозможно и вряд ли она примет вместо него кого-то ещё. Ей кажется, что всё не так уж плохо и на такое общение с мужчиной она вполне согласна.       Джейсон выдаёт какую-то мега-весёлую шутку, такую, что смеётся вся съёмочная группа, и звонко щёлкает Хёрд по носу, отчего она притворно морщится и пищит на шутливый дружеский захват за шею, почти-придушивание. Молится всем богам, чтобы он не начал ерошить ей волосы на макушке и пытается выбраться из его крепкой хватки. Хохочет вместе с ним и чувствует, как от всего этого у неё подгибаются колени. Ей вдруг кажется, что он забыл всё, что их связывало. На периферии сознания проскакивает мысль, что это даже неплохо и возможно у них могут сложиться нормальные дружеско-партнёрские отношения.       Тем не менее, у Джейсона явно голова не на месте. Иначе Эмбер не может объяснить его внезапный порыв прижать её к себе, заставляя чувствовать лопатками жар от обнажённой груди и горячо прошептать на ухо прямо во время съёмок, как же платье Меры «восхитительно подчёркивает фигуру». Мурашки целой стайкой проносятся вдоль позвоночника, а низ живота призывно тянет – девушка плавится от его слов буквально за мгновение, возможно даже совершенно не контролируя свои эмоции. Не забыл. Больше всего Хёрд боится, что эти их встречи закрутятся по новой, а ведь он только-только перестал ей сниться. За лифом изумрудного платья что-то до опасливой боли сжимается и она проклинает весь этот грёбанный мир, когда цепляет пальцами его руку, ведомая по тёмному коридору отеля…       Всё повторяется в точности до мельчайших деталей – снятые номера, тёмные ночи, влажные прикосновения и громкие стоны. Эмбер ненавидит себя за происходящее, но отказаться от этого не может, равно как и Джейсон. Он слишком любит её тело и слишком одержим её хриплым голосом, что умоляюще шепчет на ухо просьбы не останавливаться. Ему нравится сжимать бока девушки, почти соединяя пальцы обеих рук, нравится кусать тонкую шею над яремной впадиной, где прерывистыми дорожками скапливается пот, нравится, чёрт возьми, целовать эти губы, каждый раз чувствуя, что она вздрагивает от мелких уколов его бороды. Момоа и сам осознаёт, что всё это – безумие, и им бы следовало внести хоть какую-то ясность в эти встречи. Мы либо вместе, либо просто трахаемся, потому что от этого до одурения хорошо. Мужчина признаётся себе, что скучал по ней всё это время, но Эмбер почему-то не говорит об этом ни слова. Кроме тех, что они снова совершают ошибку. Видеть горечь в её серо-зелёных глазах почти невыносимо, но Джейсон держится. Стойко смотрит на девушку двенадцать положенных секунд, а после наклоняется за поцелуем.       В последние дни съёмок они общаются реже, а ночью встречаются чаще. Хёрд чувствует его жадность до её тела, понимает, что что-то не так, но объяснение найти никак не может. Гонит прочь мысли, что это всё скоро опять закончится и с безысходной радостью принимает его, отдавая всё, что в её силах. Вот оно тело – пользуйся, только душу не трогай. Девушка старается отворачиваться от него на остаток ночи, бездумно смотря в стену и слабо удивляясь, что они досыпают каждый раз вместе.       Однажды мужчина начинает ворочаться где-то к утру, придвигается ближе и сгребает её в охапку, зарываясь лицом в волосы и шумно вдыхая запах молочной кожи. Эмбер замирает, но подчиняется, чувствуя тепло. Слышит спокойное дыхание, скользящее по щеке, и догадывается, что он всё это время не спал, задремав только сейчас. Улыбается и тянется своей рукой к его, накрывая и сразу же ощущая мягкие поглаживания большим пальцем по тыльной стороне ладони. А на следующий – финальный – день съёмок Джейсон ставит её перед фактом, что все их встречи навсегда прекращаются.       Во время промоушена «Аквамена» Хёрд применяет все свои актёрские способности и играет так, как не играла ни на одну камеру. Ей, кажется, удаётся убедить даже самого Момоа, что их связь для неё ничего не значила и отныне они лишь прекрасные коллеги и хорошие друзья. Вольность мужчина позволяет себе всего раз – при приветственных объятиях наклоняется ниже положенного и целует не в щёку, а в основание шеи. Чужим глазам эту его выходку не видно, но Эмбер прошивает током. Её ведёт ещё сильнее, когда мужчина говорит комплименты в сторону её наряда и ненавязчиво надавливает между лопаток при внезапном упоминании красного платья, в котором она была на Met Gala 2018. Девушка его не понимает совсем, но отпускает покорно, завидев вдалеке Лизу. Она не вправе.       К Джейсону она больше не подходит, стихийно прибиваясь ненадолго к другим компаниям людей, находится со всеми вместе и одновременно ни с кем из них. Осмысливает своё отношение к мужчине и приходит к выводу, что позови он её хоть сейчас – придёт. Ей противно от того, кем она стала, но ненавидеть кого-то, кроме себя, не получается. В конце концов, она ведь всегда могла уйти сама, а не дожидаться, когда он в очередной раз скажет ей, что всё было ошибкой. Эмбер выпивает залпом бокал вина и больше о подобном не думает. Плевать. Если его всё устраивает, она будет рядом. Не то чтобы их чувства вообще можно было назвать любовью, но и бездумным трахом они никогда не были. Это всё нечто… большее, наверное, на такой высоте, какую им обоим пока не достигнуть.       А может всё в разы проще – Эмбер не знает и не задумывается, наблюдая, судя по всему, за перепалкой между Момоа и его женой. Джейсон вскидывает руки, что-то отрывисто говорит, но ни слова не слышно из-за шума собравшейся вокруг толпы. Лиза разворачивается и уходит в глубину теней коридоров, тут же сливаясь с другими людьми и исчезая. Хёрд вдруг тоже хочется по-грубому свалить, и она в рекордные сроки умудряется попрощаться со всеми, с кем нужно и не очень. Идёт уже к выходу и вдруг оборачивается, притянутая странным порывом. Почти сразу же сталкивается с его взглядом и сердце пропускает удар: что-то должно случиться. Холодный ночной воздух за пределами помещения немного отрезвляет и теперь отчётливо ощущается повторение ситуации в 2016.       Когда Эмбер слышит лёгкую вибрацию телефона и звук пришедшего сообщения, то горько усмехается. Не ошиблась. История циклична и имеет свойство повторяться. Девушка мнётся на отчего-то сыром асфальте, переступая с ноги на ногу и вышибая из-под каблуков мелкие камушки, снимает экран с блокировки и в который раз шлёт всё к чёрту (возможно даже морскому) при виде пришедшего SMS, вытаскивая шпильки из причёски и рассыпая светлые волосы по плечам. Она не и одновременно очень хорошо знает, чем закончится сегодняшняя ночь, но выяснять детали не собирается. Возможно, они поговорят утром и Момоа расскажет ей повод для такой внезапной встречи.       Хёрд беспричинно улыбается, вышагивая вдоль улицы и вдруг совершенно без каких-либо объяснений принимает и отпускает всю ситуацию. Ей до оглушительности становится плевать на всё и сейчас просто хочется поймать такси и поскорее оказаться прижатой к постели телом Джейсона, а об остальном она будет думать и жалеть позже. Вот так эгоистично, безрассудно, но зато искренне. И это решение кажется ей на данный момент единственным правильным.       Jason «Aquaman» Momoa, 1:10 am, Friday: «Вызови такси. Отель «Калифорния», в четырёх кварталах отсюда. Я буду ждать у входа».

Их отношения начались в постели.

      Там они и закончатся…