Письмо Темному Лорду от Гарри Поттера (жалостливое)

Гарри Джеймс Поттер, лорд Певерелл, Повелитель Смерти, отданный три месяца тому назад в ученье к самому известному некроманту Кощееву В.В., в ночь под Рождество не ложился спать. Дождавшись, когда мастера и подмастерья ушли к заутрене, он достал из хозяйского шкапа пузырек с чернилами, перо, и, разложив перед собой измятый лист пергамента, стал писать. Прежде чем вывести первую букву, он несколько раз пугливо оглянулся на двери и окна, покосился на темный образ Мерлина, по обе стороны которого тянулись полки с колодками, и прерывисто вздохнул. Пергамент лежал на скамье, а сам он стоял перед скамьей на коленях. «Милый лордушка, Волдемортушка! — писал он. — И пишу тебе письмо. Поздравляю вас с Рождеством и желаю тебе всего от дорогого нашего Мерлина. Нету у меня ни отца, ни маменьки, только ты у меня один остался». Гарри перевел глаза на темное окно, в котором мелькало отражение его свечки, и живо вообразил себе лорда Волдеморта, в окружении его преданнейших ПСов. Это высокий, безносый, но необыкновенно не подвижной старикашка лет 65-ти, с вечно холодными лицом и пьяными глазами. Днем он командует своими ПСами, ночью же, окутанный в просторную мантию, облетает в черных клубах дыма благословенную магическую Англию и пугает всех кого ни попадя. За ним, ползет огромная Нагайна и а рядом летит преданнейшая Белла, нежелающая расставаться со своим лордом даже на ночь. Теперь, наверно, лорд стоит у ворот Хогвартса, щурит ярко-красные глаза на окна кабинета директора и, похлопывая по руке волшебной палочкой, балагурит с дементорами. Видимо пришел поздравить Дамблдора с Рождеством.А погода великолепная. Воздух тих, прозрачен и свеж. Ночь темна, но видно не только огромный Хогвартс, но и деревеньку Хогсмит с ее белыми крышами и струйками дыма, идущими из труб, деревья, посребренные инеем, сугробы. Всё небо усыпано весело мигающими звездами, и Млечный Путь вырисовывается так ясно, как будто его перед праздником помыли и потерли снегом... Гарри вздохнул, умокнул перо и продолжал писать: «А вчерась мне была выволочка. Мастер выволок меня за волосья на двор и отчесал круциатусом за то, мы с Невилом русалку в зачарованное озеро отпустили. А он сам был виноват, выяснил у каких то гномов, что я не Гарри Поттер, а Игорь Гончаров, какой то боковой потомок от светоча русской поэзии по линии родной жены его жены. (Честно говоря, я и сам не понял как это). А так как он обидку затаил на светоча за его «над златом чахнет царь Кощей», то заставил нас с Невилом у этого самого дуба в Лукоморье прибираться от чешуи русалочьей, да цепь, что вкруг дуба наверчена, чистить безо всякой магии. Ну мы и убрали источник чешуи с дерева, а оказалось, что та русалка нарочно была на дерево заслана, так как роман имела неприличный с водяным, и видеться им было ну совсем нельзя. Вот теперь придется во все водоемы пристраивать их детишек. А цепь то нам нетрудно чистить, у нас с Невиллом опыта на роту ПСов после чистки котлов у Ужаса подземелий. Кстати, этот гад носатый тут же обитает, у Алены Яги живет. Утверждает, что эксперименты с живой и мертвой водой делает, но по моему он просто новое антипохмельное создает. А еды нету никакой нормальной. Утром дают кашу, в обед щами, да борщами потчуют и к вечеру так нас накормят, что спать от такой еды невозможно. Хочу НОРМАЛЬНЫЙ ТЫКВЕННЫЙ СОК. Милый лордушка, сделай мерлинову милость, возьми меня отсюда домой, в Англию, нету никакой моей возможности... Кланяюсь тебе в ножки и буду вечно бога молить, увези меня отсюда, а то помру...А эта, которой я повелитель, послала меня … учиться к этому извергу сводному своему брату Кощееву В.В. и забирать от него не собирается. Зачем мне, говорит, неуч в повелителях. Вот.» Гарри покривил рот, потер своим кулаком глаза и всхлипнул. «Я буду тебе наследником, если тетя Белла в ближайшее время не родит, — продолжал он, — Мерлину молиться, а если что, то круциать меня, как Сидорову козу. А ежели думаешь, работы мне нету, то я Мерлина ради попрошусь к Малфою книги бухгалтерские заполнять, али заместо дяди Антонина буду тебе настойки всяческие смешивать, я тут научился у Кикиморы. Волдемортушка милый, нету никакой возможности, просто смерть одна. Хотел было пешком в Англию бежать, да метлу отобрали, а ступа только Ягу слушается.». Гарри судорожно вздохнул и опять уставился на окно. Он вспомнил, как гонялись они друг за другом с лордом Волдемортом. Веселое было время! «Приезжай, милый лордушка, — продолжал Гарри, — Мерлином великим тебя молю, возьми меня отседа. Пожалей ты меня сироту несчастную, а то меня все учат и ни во что не ставят, а скука такая, что и сказать нельзя, всё плачу. А намедни сговорились Леший, Водяной, да Идолище поганое со мной в догонялки играть, да так загоняли, что насилу очухался. Пропащая моя жизнь, хуже собаки всякой... А еще кланяюсь твоим ПСам, Нагайне и дементорам, они по сравнению с русской нечистью, такие милые. Остаюсь твой гипотетический наследник Игорь Гончаров, бывший Гарри Поттер, бывший лорд Певерелл и Повелитель Смерти». Гарри свернул вчетверо исписанный лист и вложил его в конверт, купленный накануне за копейку... Подумав немного, он умокнул перо и написал адрес: В менор лорду Волдеморту. Потом почесался, подумал и прибавил: «в Малфой Менор». Довольный тем, что ему не помешали писать, он надел шапку и, не набрасывая на себя шубейки, прямо в рубахе выбежал на улицу... Ученики Колдовстворца, которых он расспрашивал накануне, сказали ему, что в связи с забастовкой сов, письма опускаются в почтовые ящики, а из ящиков развозятся по всей земле на почтовых тройках с пьяными ямщиками и звонкими колокольцами. Гарри добежал до первого почтового ящика и сунул драгоценное письмо в щель... Убаюканный сладкими надеждами, он час спустя крепко спал... Ему снился Малфой-менор. На троне сидит лорд Волдеморт, завернувшись в мантию, и читает письмо ПСам... Около него ползает Нагайна и вертит хвостом...