Очки дополненной реальности

Тамаки Суо сам по себе был вдохновение и счастье. Причиной тому не были знатное происхождение или достаток весьма и весьма выше среднего, но врожденный образ мысли: Тамаки снилось, как он делает дом из спичек, и, просыпаясь, он видел дом из спичек. А счастлив был как нельзя больше. Кёя не был дураком, и это его спасло. Сестра Кёи Фуюми заметила, что с момента знакомства с Суо Кёю как подменили: обычно бесстрастный, спокойный и хладнокровный — он полыхал яростью почти круглосуточно. — Чёртов идиот! — восклицал Кёя, носясь по комнате, как ужаленная пантера. — Говорит, прости, Кёя, ты и не можешь быть таким проницательным, откуда же тебе было знать, что я захочу в Момбецу... «Не можешь быть таким проницательным»… Идиот! Из путешествия в Фукуи, которое он организовал по просьбе Тамаки, Кёя вернулся мрачнее полотнища Рубенса. Фуюми как раз складывала его вещи в комод. Кёя стал носиться по комнатам, невнятно что-то выкрикивая, и вытаскивать из шкафов, ящиков и ящичков, сундуков, полок и мешков всевозможную беспорядочную всячину: карандаши, шнуры, куски тканей, старые карты, компас, швейный набор, энциклопедии таможенного права, в общем все, что хоть сколько-нибудь, хоть сколько-нибудь могло приблизить его к образу мысли Тамаки, и помочь не оплошать в следующий раз, когда Суо внезапно захочет чего-то совершенно неожиданного. Где-то периферией сознания Кёя отчётливо понимал, что все равно никогда не будет готов. И это его неимоверно злило. А Фуюми, с улыбкой наблюдая, как её вечно сдержанный брат, с обыкновенно выдержанными, как вино, манерами, лаконичным говором и плавными движениями — носится по по дому, складывая в рюкзак искусственные пластмассовые глаза, помадку, брикет глины и 4 килограмма чайных листьев; думала о том, что пройдёт время, и Кёя осознает, что совершенно неожиданно стал неимоверно, небывало, чертовски счастлив.