Пьеса без названия

Пьеса без названия. Спектакль в трех действиях. Действующие лица: Алистер. Морриган. Действие первое. По пути в Редклиф. Первая неделя путешествия с Морриган. Лагерь. Вечер. Тихая, спокойная погода. Поют сверчки. Слышно, как радостно пыхтит мабари, играя с косточкой. Посредине – большой костер, около которого сидит Алистер. Вдали палатки, одна из которых больше, краше и удобнее других. Над входом приколота записка: «Кусланд. Посторонним не входить»! Из палатки выходит Морриган и направляется к костру. Алистер смерил ее презрительным взглядом и отвернулся. Морриган (хмыкнув): Завидуешь? Алистер: Чему? Отсутствию стыда? Морриган: Пусть лучше отсутствует стыд, чем мозги. Алистер: Боюсь, это для тебя недостижимая мечта. Поскольку мне кажется, что у тебя отсутствует и то, и другое. Морриган: Алистер, милый, что ты ел сегодня на ужин? А то тебе кажутся удивительно странные вещи. Алистер: Я ел то же, что и ты. Морриган: Сушеную жабу, мясо огра и кровь младенцев? Алистер (раздраженно): Такое нельзя говорить даже в шутку! Морриган (задумавшись): Думаю, ты прав. Жаба – это так… противно. Алистер: Хватит издеваться. Ты прекрасно понимаешь, что я имел в виду! Морриган: О нет, дорогой. Я не берусь предсказывать ход твоих мыслей. Невозможно постичь то, чего нет. Алистер: Морриган, не могла бы ты сделать единственное доброе дело в своей никчемной жизни?... Морриган: Сдохнуть? Алистер: О нет, об этом счастье я даже не мечтаю. С меня хватило бы, если бы ты просто сомкнула свои зубки. И по возможности – откусила свой змеиный язык. Морриган: Наш смелый рыцарь испугался, что его смертельно ужалят? Алистер: Я не боюсь твоего яда, можешь не тратить его на меня. Морриган: Выработался иммунитет? Как быстро. Что ж, придется отказаться от идеи, подсыпать тебе мышьяк в вино. Будем действовать старым проверенным способом – насылать порчу. Если вдруг начнешь весь чесаться, не волнуйся, это всего лишь смертельное проклятие, ниспосланное мной. Алистер (машинально чешет шею): И что ты все время ко мне цепляешься? Ты что, влюбилась в меня? Морриган: Слишком много чести. Я не имею привычки влюбляться в огромные игрушки. Даже господские. Алистер: На этот раз твоя стрела пролетела мимо цели. Морриган: Тебе надо не моих стрел опасаться, друг. Алистер: С чего вдруг? Да здесь только тебе от меня постоянно что-то нужно! Морриган: Как раз мне от тебя не надо даже головы на золотом блюде. А вот главе нашего отряда определенно некоторые твои части тела необходимы. Алистер: Мне не нравится, как ты это произнесла. Я Серый страж, его товарищ и умелый рыцарь. Понятно, что ему нужны мои руки в бою. Морриган: Твои ли руки он лапал сегодня утром? Алистер: До чего же пошло звучит каждое предложение из твоего коварного рта. Он просто дружески похлопал меня по спине. Морриган: Ту, часть тела, что ты называешь «спина», другие называют «задницей». Алистер: Я не хочу слышать никаких пошлых намеков от той, что только что занималась развратом с мужчиной, которого встретила несколько дней назад. Морриган: Я же говорю, тебе завидно! Мне удалось за несколько дней то, на что тебе не хватило и нескольких недель! Алистер: О боже всемогущий, заткнись! Мне противно с тобой разговаривать. Я всегда говорил Кусланду, что тебя не следовало брать вовсе. Морриган: Спасибо за комплимент, но всемогущим богом я планирую стать чуть позже. И вообще, похоже, что твое мнение Кусланд не слишком ценит. Раз в палатку для разработки дальнейшей тактики он пригласил меня, а не тебя! Алистер (подскочив): Что? Он даже не обсудил это со мной? Да как он… (рванулся к палатке Кусланда, но резко остановился) То есть все те часы, проведенные там, вы с ним занимались обсуждениями планов боя? Морриган (направляясь к своей палатке): А теперь ты не знаешь, что сильнее тебя гложет: злорадство или зависть, так? Ты просто счастлив, что меня отшили, но при этом расстроен, что тебя, как военного советника, совсем не ценят. Давай, я облегчу тебе участь, сообщив суровую правду (громким шепотом): я никогда не пыталась его соблазнить! Вот теперь ты можешь смело впадать в глубокую депрессию. Это сделает меня невероятно счастливой! (уходит) Алистер хочет было зайти в палатку Кусланда, но в последний момент передумывает, бросает подозрительный взгляд на палатку Морриган вдалеке, потом переводит его снова на главный шатер, машинально кладет руку на попу, резко разворачивается и уходит, крутя головой. Действие второе. По пути в Орзаммар. Все тот же лагерь с роскошным шатром Кусланда невдалеке и большим костром посредине. Только количество палаток изрядно возросло. Мабари радостно пыхтит, играя с клубком. Поют сверчки. Из палатки Кусланда раздается приглушенная возня. Алистер то и дело подозрительно на эту палатку косится. Алистер (под нос): не понимаю… Входит Морриган. Морриган: Наш маленький принц сошел с ума от одиночества и начал разговаривать сам с собой? Если хочешь, то могу составить тебе компанию. Алистер: Я откажусь от твоей компании, даже в том случае, если мы останемся единственными людьми на земле. Морриган: Какое счастье сознавать, что твои чувства взаимны! Алистер (помолчав пару секунд): Я просто… не понимаю! Морриган: Может, это просто потому, что ты дурак? Алистер: Я не глупее тебя! Морриган (смеется): Меня еще никогда в жизни так не оскорбляли. Из всех твоих попыток меня задеть, эта – самая удачная. Алистер (отмахивается от нее): И что я вообще поддержал этот разговор? Ты каждый обмен фразами превращаешь в словесную битву. Морриган: И, заметь, всегда побеждаю. Алистер: Тебе так кажется, потому что я просто не желаю спорить с женщиной. Морриган: Ну надо же, как я эволюционировала в твоих глазах. Спасибо. Прошлый раз я была просто подколодной змеей, а теперь я уже женщина. К сожалению, вынуждена сообщить, что для меня ты до сих пор маленький глупенький рыцарь без мозгов и характера. Разве что только корона добавила сияния твоему тусклому облику. Алистер: Если хочешь, я могу уступить эту корону тебе. Уверен, что на тебе она будет переливаться всеми цветами радуги. Морриган: Как щедро. Но я слишком сильно себя люблю, чтобы становиться слугой миллионов. Алистер: Уверен, что и эти миллионы счастливы, что у них нет такой прислуги. Оба некоторое время молчат. Возня в палатке становится все отчетливее. Морриган (скривив нос): Как кролики весной. Алистер (бросив на нее полный недоумения взгляд): Я вот все удивляюсь. Почему Кусланд стал брать в походы тебя. Он же все это время ходил с Зевраном? Ты опять начала свои жалкие попытки его соблазнить? Морриган: Кого? Кусланда? О боги, Алиcтер. Ты действительно такой тупой или просто умело притворяешься? Алистер: Меня достало, что ты постоянно переводишь разговор на мои умственные способности. Я не собираюсь на это отвечать! Морриган: Просто это твой самый очевидный недостаток. Алистер: Хочешь сказать, что если бы я был умнее всех людей на свете, то был бы просто идеален? И тогда ты бы перестала ко мне цепляться? Морриган: Уверена, что что-нибудь бы обязательно придумала. Ведь постоянно поддевать тебя – единственная радость во всей моей серой жизни. Алистер: Если бы я знал, что постоянные стычки со мной, доставляют тебе удовольствие, то никогда бы не отвечал. Меньше всего на свете я бы хотел доставлять тебе радость. Морриган: Как жестоко! Суровость тебе идет. Мне нравится твой нахмуренный лоб. Алистер: Ну ничего себе открытие! Тебе что-то во мне нравится? Морриган: О да, мне безумно нравится видеть тебя несчастным. Алистер (тяжело вздохнув): Что я такого тебе сделал, Морриган? Почему ты просто не отстанешь от меня? Морриган: А разве я к тебе пристаю? Я просто иногда пытаюсь поддержать разговор. Алистер: А можно попросить тебя отныне со мной не разговаривать? Морриган: Можно. Алистер: Ну вот и славно. Морриган: Только я откажусь. Алистер: Что за…? Морриган: Можешь считать это за комплимент, но разговаривать с Лелианой или эльфом у меня нет никакого желания. И эта Винн… пф… Старая маразматичка. Алистер: Поговори с Шейлой, если так хочется компании! Морриган: Я не настолько сошла с ума, чтобы разговаривать с огромной каменной глыбой о способах убийства голубей. Алистер: Что тебе не нравится в Лелиане? Морриган: Идеалистическая дуреха с промытыми церковью мозгами. Постоянно заводит одну и ту же песнь. Скажем так, твои ответы несколько более неожиданные и интересные. Алистер: А что ты имеешь против Зеврана? Кажется, ты ему нравишься. Морриган: Ему нравится все, что движется! Они с Кусландом стоят друг друга! Алистер: Иди поиграй с собакой. Морриган: Чтобы потом часами вычесывать шерсть из волос? И чтобы от меня несло псиной на километр? Алистер: Уж лучше псиной, чем ядовитыми испарениями. Морриган: Алистер, тебя только что осыпали комплиментами. Любой другой на твоем месте уже бы полыхал счастливым румянцем! Алистер: Значит, то, что я не линяю, не воняю псиной, не бросаюсь на все, что движется, и лишен идеалов – это комплимент? Ну что ж, спасибо. Отсюда я могу сделать вывод, что я тебе нравлюсь? Морриган (смеясь): Можешь делать какие угодно выводы, твое мнение меня все равно совершенно не интересует. Я буду издеваться над тобой, сколько захочу и когда захочу. Морриган уходит. Алистер продолжает смотреть на палатку Кусланда. Алистер (под нос): Все равно не понимаю… Действие третье. Ночь перед битвой с Архидемоном. Темная комната. Только одна свеча на тумбочке перед двуспальной кроватью. На кровати полураздетый Алистер. Алистер (раздраженно): Черт! Как же он меня подставил. Надо было отказаться. Да, я откажусь! (встает с кровати) Прямо сейчас пойду и скажу, что вся эта магия не к добру, лучше пожертвую собой! (остановился) Черт, а если погибну не я? Если до архидемона первый доберется Кусланд? Или… Я не могу жертвовать другими. И потом, я король… Черт! Ну почему именно Морриган? Из всех женщин на земле – именно она? Не так я представлял себе свой первый раз. Нет, так не пойдет. Если Кусланд хочет провести ритуал, пусть сам спит с ней. Да, решено! (решительно идет к двери) Нет, стоп. Он же, кажется, сегодня вечером ушел куда-то с Зевраном… (возвратился на кровать) Ничего не поделаешь… Я должен спасти Ферелден. Я же поклялся… В конце концов, она не самая уродливая. Она даже… ну… красивая. Очень красивая… И фигура у нее ничего… Черт! О чем я только думаю?! Входит Морриган. Морриган: О чем бормочешь? Ты сейчас похож на заключенного перед смертной казнью. Эти бледные губы, дрожащие руки… Алистер: Здесь просто очень холодно, а ты чертовски долго отсутствовала! Морриган: Что ж ты так быстро разделся? Я и не подозревала, что тебе так не терпится заняться со мной любовью. Алистер: Ничего подобного, просто Кусланд силой меня раздел и забрал одежду, чтобы я не смог сбежать. Морриган: Кусланд все продумал. Молодец. Ну а ты? Получил от него поцелуй на ночь? Или он ограничился дружеским похлопыванием «по спине»? Алистер: Да… То есть… Не заводи сейчас этих своих песен, пожалуйста. Давай сделаем все по-быстрому и разойдемся по комнатам. Морриган: Ты говоришь сейчас, как нелюбимая жена на брачном ложе. Или лучше назвать это «невинная девица и лорд, использующий право первой ночи»? Алистер: Когда я стану королем, то отменю это право. Чтобы ничего не напоминало мне о тебе! Морриган: А эту комнату велишь сжечь, правильно? Алистер: Я лучше сожгу весь замок, каждую ступень, которой касалось твое копыто. Морриган: Ооо. Меня наводит это на мысль об одержимости. Ты боишься, что не сможешь выкинуть меня из своей головы? Уж не влюбился ли ты в меня? Алистер: Вообще-то, этот вопрос всегда задавал тебе я! Морриган (начиная раздеваться): Будь уверен, после этой ночи ты не сможешь меня забыть! Никогда. Алистер: Еще бы. Боюсь, меня всю оставшуюся жизнь будут преследовать кошмары об этом, самом жутком дне моей жизни! Морриган: Кошмары? Нет! Сны совсем другого плана будут обуревать тебя! Морриган задувает единственную свечу. Алистер (голос из темноты): Подожди, подожди… А ребенок он… ну… я смогу… Морриган: Нет! Таковы были условия договора. Алистер: Понятно, просто я… Морриган (с неожиданной нежностью в голосе): Ты слишком добрый, Алистер. Ненавижу это в тебе… Занавес.