Научи меня готовить

— Ну всё, вроде убрались, — облегчённо выдохнув, проговорил Максим, собирая со стола последние имбирные крошки, — теперь можно отдохнуть. Будешь чай? — Буду, — воспользовавшись гостеприимством хозяина квартиры, незамедлительно согласилась Настя, пряча камеру с отснятым материалом в сумку. — Пожалуй, это единственное блюдо, которое я умею готовить, — чуть тише признался юноша, надеясь, что гостья его не услышит, но та лишь ухмыльнулась, сказав, что знает, ведь смотрит его видео. — Слушай, Макс, каждый раз, когда я смотрю видео, в которых ты пытаешься что-то кашеварить, то ловлю столько фейспалмов, ты просто не представляешь, — честно призналась блогерша, опираясь плечом о холодильник и смотря на то, как парень наполняет чайник водой из-под крана. — Это сложнее, чем кажется… — в своё оправдание промямлил он детским тоном. — Да и вообще, ты — женщина, у тебя в крови готовить. — Вот значит как! — притворно обидевшись, запрокинула та голову, а потом засмеялась, видя горделиво вскинутые вверх брови Тарасенко, который в свою очередь подхватил смех приятельницы. — Насть… — начал он, ставя чайник на панель и разворачиваясь к ней лицом. Юноша сделал пару шагов вперёд, и девушка чуть отпрянула, опуская взгляд в пол, а потом снова несмело поднимая его на карие глаза напарника. Тот сделал ещё один небольшой шажок вперёд, ни с того ни с сего решив поиграть с Настей в хищника и жертву, что было ему совсем не свойственно. Может, сказывалось слишком малое общение с друзьями и постоянные посиделки дома. Банальное одиночество сводило его с ума. Или ему просто хотелось чувствовать эмоции и заставлять чувствовать их Настю. Если конкретнее, то ему хотелось чувствовать власть (хоть на пару секунд), а Настю заставить смущаться. А потом посмеяться вдвоём над тем, что он выкинет дальше. Брюнетка же не понимала, к чему клонит юноша, почему он, чёрт его возьми, так стремительно сокращает между ними расстояние и куда отступать дальше, если за холодильником следует прохладная стена, которую на своём пути уже встретила девичья спина. А Тарасенко всё подходил и подходил, а потом встал совсем вплотную и нагнулся над самым ухом девушки, прикрытым светлой крашеной прядью. Он аккуратно обхватил локон пальцами, заправил его за ухо и прошептал: — Научи меня… готовить, — а потом отпрянул, как ни в чём не бывало и улыбнулся, словно нашкодивший котёнок, зная, что за проступок ему ничего не светит — слишком уж он милый, и хозяйка чересчур сильно его любит, чтобы ругать. — Мда, — выдавила из себя спустя пару секунд оцепенения Бурчуладзе, выпуская прядь волос на своё законное место, — ловелас из тебя так себе, как и повар. Девочек кадрить я тебя научу вряд ли, но яичницу приготовить, не спалив половину кухни, - помогу. Она раскрыла холодильник, отступая за его дверцу, чтобы Макс не увидел тронувший щёчки румянец — стыдно признать, что она засмущалась такому вот откровенному поведению представителя противоположного пола. Очень милого и весёлого представителя, честно говоря. Через несколько мгновений на кухонном столе оказалось два яйца, потом к ним присоединились подсолнечное масло, найденное в самом дальнем углу шкафчика, и соль. — Бери сковородку и зажигай свою шайтан-машину, — указала девушка на электрическую плитку Брайна, — и приготовь сразу ножик, чтобы разбивать яйца, лопатку и крышку от сковородки. — Подожди, слишком много указаний сразу! — пытаясь припомнить, как хотя бы приблизительно выглядит кулинарная лопатка, воскликнул юноша. — Тяжело в учении, легко в бою, — подметила девушка, протягивая плоский инструмент в руки горе-ученика, и тот благодарно кивнул, улыбнувшись и оголяя брекеты. Почему-то они делали его в глазах Насти ещё милее. Эдакий котик, но совсем не такой, как Тигра, который набросился на гостью, почуяв запах других котов, как только та появилась на пороге квартиры, а как те инстаграмные котята, смешно кивающие головами и мило высунувшие язык во сне. Масло было вылито на сковороду, и первое яйцо должно было вот-вот упасть туда же, но, увидев расстояние, с которого юноша хочет катапультировать содержимое скорлупы, Бурчуладзе крикнула «Стой!», и, как в фильме, подлетела к «повару» со спины, обхватив его локти. — Разбивать яйцо нужно прямо над сковородкой, не надо его на метр поднимать, — отчитала та ученика, и он послушно опустил локти, которые всё ещё были обхвачены женскими руками. — А теперь аккуратненько разбей, чтобы скорлупка не попала, — тихо промычала она в ухо юноше, сосредоточенно следя за его действиями, однако он уже не мог сконцентрироваться на указаниях, а всё думал, какое же, мать его, горячее у Насти дыхание и какие же громадные по спине от него пробегают мурашки. — Ты меня вообще слушаешь? — слегка обиженно протянула она, легонько касаясь рёбер собеседника, отчего тот вздрогнул и уронил на сковороду уже не маленький кусочек скорлупы, а обе её разбитые половинки. Он гневно стукнул руками по обе стороны от плитки и резко развернулся к гостье лицом, оказываясь, пожалуй, ближе, чем нужно. Но отступать не хотелось от слова «совсем». Брюнет смущённо смотрел в глаза напротив, видя в огромных зрачках своё отражение и молясь всем богам, чтобы ему только казалось, что он выглядит так глупо. — Макс, — начала Настя, и на своей шее Тарасенко почувствовал тёплое дыхание, немного дрожащее, неровное, но почему-то родное и желанное, — попробуй ещё раз, — нахмурившись, приказала девушка, на что блогер сглотнул ком и кивнул, убирая со сковородки последствия обучения. Вторая попытка могла увенчаться успехом, но в последний момент всё пошло не так. Причиной стало то, что Настя снова подошла из-за спины, смотря юноше через плечо, и совсем тихонько, чуть приглушённо произнесла: «Молодец, ты так хорошо справляешься». Тогда злополучная лопатка выскользнула из рук Брайна, и он уронил её в раковину, отчего вода из стоящей там миски с шипением плеснула на сковороду. — Не надо делать такой тон! — нервно вскрикнул он, а на немой вопрос Насти запустил пальцы в волосы и запрокинул голову. — Ну, такой… Будто флиртуешь, — он переместил ладони на горящие щёки и с чувством неподдельного стыда глянул на Настю, которая из последних сил держалась, чтобы не засмеяться в голос и не ставить друга в ещё более неловкое положение. — Ещё раз, — быстро переводя тему в исходное русло, произнесла она, — ещё одна попытка! — Я устал уже, мне надоело этой фигнёй заниматься, — заныл он, опуская руки. — В таком случае я пошла, меня там как раз мама в отеле ждёт. Материал мы отсняли, устроенный разгром убрали, так что… — начала девушка, смотря на довольно позднее время. — Нет, стой! — замахал руками Тарасенко, отчего москвичка смущённо улыбнулась. — Давай попробуем ещё раз, ты права. Нельзя бросать дело на полпути. Он достал из холодильника ещё два яйца и аккуратно разбил каждое на только что вымытую сковороду, затем равномерно распределил белок по поверхности, посыпал желток солью и стал наблюдать, как шкварчит под яичницей масло. Спустя пару минут Макс чуть убавил огонь и накрыл блюдо крышкой, чтобы не успевший запечься белок приготовился и не слезал с готового неприятной слизью. Вскоре яичница была поровну разделена на две части и красовалась на тарелках, в этот раз даже не одноразовых. — Ты молодец, но я не буду, — переводя взгляд с еды на пол, сказала Настя. — Почему? Ты же видела, как я старался, — непонимающе возмутился Брайн, подмечая, что девушка за секунду стала неимоверно грустной. — Я и так сегодня довольно много ела, так что… Это будет лишним, и я правда… В общем, не надо, — она подняла глаза, и Тарасенко готов был поклясться, что в том взгляде он отчётливо прочитал крик о помощи. — Садись, — напористо произнёс он, указывая на стул за обеденным столом, — и ешь, — перед девушкой появились тарелка с яичницей и вилка. — Ну нет, — та отвернулась от еды и зажмурилась. — Ты же знаешь, мне нужно меньше есть, я и так… — Не толстая ты, Насть, — он опустился напротив, и девушка взглянула на собеседника, — и не широкая. Я помню твои старые видео про анорексию и понимаю, что такие вещи просто так не уходят. Но я хочу помочь тебе хотя бы на время преодолеть это, забыть о том, сколько ты за сегодня съела, перестать считать в уме калорийность. Я читал об этом, и это так страшно. Мне жаль, что ты болеешь, но я искренне хочу, чтобы ты чувствовала себя здоровой. Так что съешь это, — он в тысячный раз указал на блюдо на белой тарелке. — Я не могу, — прошептала она, смотря на оранжеватый желток и чуть подгоревший по краям белок яичницы. Глаза стало неприятно пощипывать, и девушка стыдливо опустила взгляд вниз, но Брайн всё равно увидел, как упала слеза на девичьи колени. — Я тол… — Ты красивая, — перебил её юноша, собирая в кулак всё мужество, что в себе нашёл, и произнеся, наконец, то, что хотел сказать весь этот день, — очень. — Ты говоришь это, чтобы я перестала плакать, — она утёрла слёзы тыльной стороной ладони и отодвинула в сторону злополучную яичницу, на месте тарелки скрещивая руки и укладываясь на них, словно на подушку. — Я говорю так, потому что так думаю, — возразил хозяин квартиры, несмело касаясь кончиками пальцев тонкого бледного запястья, на что девушка вздрогнула и резко отпрянула, едва не ударившись головой о ступеньку лестницы на второй этаж, что была за её спиной. — Видимо, вместе с поварским навыком ты и в качестве ловеласа прокачался, — протянула она, а потом мягко, но с ноткой горечи улыбнулась, всё же пробуя уже остывшее блюдо и одобрительно кивая. Через полчаса Настя нехотя призналась, что ей правда пора. Максим хотел проводить девушку до отеля, но та отказалась, утверждая, что вызовет такси и сама спокойно доберётся. А юноше всего лишь не хотелось с ней прощаться. Кажется, никогда. — Ты это… — начала Настя, но осеклась, когда Тарасенко начал бережно закутывать её в жёлтый шарф, который девушка чуть было не забыла, — спасибо, в общем, за видео, за яичницу. — Да не за что, — искренне улыбаясь, ответил приятель. — За всё спасибо, — закончила Настя, разворачиваясь к раскрытой двери, а потом резко поворачиваясь обратно и прикасаясь губами к мягкой юношеской щеке. Через секунду она уже исчезла за поворотом на лестницу и шмыгнула в лифт. — И тебе за всё спасибо… — ответил Брайн в пустоту, проводя подушечками пальцев по чуть влажноватому следу, а потом расплываясь в самой широкой и счастливой улыбке в его жизни.