Редкая кровь

«Я себе представил, как маленькие ребятишки играют вечером в огромном поле, во ржи… И кругом — ни души, ни одного взрослого, кроме меня. А я стою на самом краю скалы, над пропастью, понимаешь? И мое дело — ловить ребятишек, чтобы они не сорвались в пропасть…"©*

***

— Не стреляйте, у нас ребенок! — попросил мужчина, прижимая сына к себе. Мальчик заплакал, увидев чужого «злого дядю». Вадим, честно говоря, подохренел от увиденного, как от восьмого чуда света. Перед ним стояла СЕМЬЯ: мужчина — коренастый, невысокий лет тридцати пяти — тридцати восьми, с простым, открытым лицом; симпатичная невысокая, полноватая женщина около тридцати с короткими, светлыми волосами и ребенок — мальчуган лет пяти, светленький, с завитушками на волосах, голубоглазый ангелочек. Мальчик плакал и прижимался к отцу. Родители обнимали его, с опаской глядя на Вадима. Вадим опустил пистолет. Ребенок, так неожиданно появившийся, напомнил ему Глеба в таком же возрасте. Тогда в детстве он, Вадим, вставил фото маленького Глеба в пионерскую звездочку, чтобы брат всегда был рядом… — Простите, я не хотел вас напугать. Меня Вадим зовут, — отбросив пистолет и биту в сторону и протянув руку мужчине, сказал Вадим. — Сергей, моя жена Катя и сын Макс… Максим, — представился после некоторого замешательства мужчина. Кира выскочила из-за машины и налетела на Вадима. Он поймал ее за талию. — Я же сказал сидеть в машине! — жестко произнес Вадим. — Я думала… Я… Оооо! — затараторила Кира, пытаясь восстановить дыхание, и увидела СЕМЬЮ. — Это Кира, познакомьтесь, — представил Вадим Киру новым знакомым. — Ого! Вы семья? — спросила она, удивлено уставившись на людей. — Кира! Зараза, ну ты и бегаешь, тебе надо в марафонах участвовать! — задыхаясь и опираясь руками, на колени сказал Глеб. — А это мой брат, Глеб, — представили и Глеба. Глеба люди не удивили, что он людей что ли не видел. Главное, чтобы они их не трогали, а остальное пофиг. Но руку он мужчине все-таки протянул и сказал: — Драсти. — Мы попали в небольшую аварию, колесо прокололи и улетели в кювет, — сказал Сергей новым знакомым. — А тут еще этот затор, — махнул он рукой в сторону разбитых машин. — Да мы тоже его объехать не можем пока что, — подтвердил Вадим.- Давайте, я помогу вам из кювета выехать, а там и с колесом справимся, — предложил он. — Да, вы нам поможете, правда? — несколько удивился мужчина. — Конечно, где ваша машина? — спросил Вадим. — Вот спасибо, а то я уже и не знал, что делать… — оживился Сергей. — Вон мой Volkswagen Passat, — указал мужчина на старенькое авто по другую сторону затора. — Постойте, так вы в Москву едете? — удивился Вадим. — Это плохая идея, мне кажется. — Почему? А что там? — встревожился Сергей. — Что и везде, но я бы держался подальше от больших городов, тем более с ребенком, — Вадим кивнул в сторону мальчика, который держался за сарафан матери. — Мародеры, насильники, убицы… всех там полно… — пояснил Вадим. — Да… понимаю… — задумчиво произнес Сергей, — мы были на даче, когда… ну, это случилось, многие погибли и… сами в общем знаете. И вот сегодня все кончилось, а у меня мать в Химках, она одна и… старенькая уже… мне надо туда, понимаете? — Сергей с надеждой посмотрел в глаза Вадиму. — Понимаю, — сказал Вадим. Он сам был готов на все ради близких ему людей, — ну ладно, пойдем посмотрим, что там с твоей «ласточкой» и давай на ты, — улыбаясь, предложил он. Глеб лениво прохаживался по асфальту, усыпанному разбитым стеклом, разбитыми фарами и прочими свидетельствами страшной аварии. Не было только погибших и раненых… Ему уже давно хотелось есть и пить, и он так за этот день устал, что казалось еще чуть-чуть, и он умрет от усталости. — Эм, Кира кажется, да? — спросила Катя девушку. — Да, а вы Екатерина? — спросила, улыбаясь, Кира. — Можно просто Катя, я не такая уж старая, — засмеялась веселая добродушная женщина. — Послушай, у меня ребенок голодный, да и всем, мне кажется, не мешало бы перекусить. Присмотри за Максом, я схожу к машине, у нас есть с собой еда, — попросила женщина. — Конечно! С удовольствием, я люблю детей, и еды у нас завались. Давайте покушаем, я тоже ужасно голодная! — живо согласилась на предложение Кира. Вадим, осмотрев машину Сергея и убедившись, что ничего нигде не течет и не капает, проверил запаску. Она была на месте. — Так, смотри, убираем машины с моей стороны, и я вытягиваю твою, а колесо тут недолго заменить, — серьезно сказал Вад Сергею. — Как тебя зовут? — присев на корточки и улыбаясь, спросила Кира мальчика. — Макс! — гордо сказал тот и с интересом посмотрел на красивую девушку. Потом протянул пухленькую ручку к ее волосам и, потрогав, заулыбался и засмущался. — А меня — Кира, — улыбнулась девушка.- А сколько тебе лет, Макс? Мальчик показал пять пальцев. — Ого, тогда пошли гулять, Макс! — предложила, смеясь, Кира. ****** — У меня зеленый! — У меня желтый! — А у меня розовый! — А у меня коричневый! — Я белого поймал! Кира с Максом бегали по обочине дороги и в траве ловили кузнечиков. Это была игра. Поймав прыгучее насекомое, нужно было выкрикнуть его цвет и, поднеся к солнцу, показать его другому, затем отпустить и начать охоту заново. Макс неистово смеялся, он никогда не играл в такую игру. И Кира, бегая по траве, заливалась звонким смехом. Она любила насекомых с детства, ее невероятно привлекали эти существа, как других привлекают коты и собаки. Кира даже хотела стать энтомологом, но поступила в мед на лечебное отделение. — У меня золотой! Смотри КиЛа! — поймав очередного кузнечика крикнул ей Макс, смешно картавя букву «Р», и поднял к солнцу златокрылое существо. Строго говоря, это были не кузнечики, а Кобылки**, но Кира не стала забивать голову ребенка этими тонкостями. Затор был почти расчищен, оставалось немного машин, но объехать их было можно и трогать их не стали. Все мужчины, мягко говоря, заебались. Даже Глеба припахали. Сначала он убирал все большие железяки с дороги, чтобы не проколоть колеса. Потом Вадим попросил его помогать Сергею сталкивать машины в кювет, которые он, Вадим, оттащил с середины трассы. Но пару раз пизданувшись и чуть не улетев в кювет, Глеб был послан Вадимом «На лежбище пиздоклюя» и, обидевшись, ушел сидеть на обочине дороги и курить. Проблема возникла еще с пробитым колесом Сергея: болты заржавели и не откручивались. Вадим с Сергеем ободрали себе все руки, пытаясь их открутить, но все без толку. Тогда Вадим вспомнил, что у него в машине есть штука, растворяющая ржавчину и, щедро побрызгав ей на болты, теперь оба ждали пока она подействует. Катя накрыла «стол» прямо на капоте Вадимовой машины, так как больше это сделать было негде. Не на дороге же. Она постелила клетчатое покрывало, взятое из салона их Volkswagen, на крышку капота и разложила продукты в как нельзя кстати взятую с собой одноразовую посуду. Ужин, учитывая все обстоятельства, получился неплохой: тут были и мясные и овощные нарезки, и салаты, и фрукты, и даже красная икра, которую так предусмотрительно «купил» в маркете Вад. Для Макса и Киры Вадим достал всевозможные творожки, йогурты, сырки. Из напитков были сок и минералка, был и алкоголь. Вадим предложил выпить немного вина за знакомство. Глеб, правда, достал себе вискарь. — Де-тиии! Идите кушать! — позвала Катя сына с его новой подружкой. — Сейчас! Еще немножко! — ответили ей два голоса. Катя поливала на руки мужчинам из бутылки. Но черная вода с рук Вадима и Сергея литься не переставала. А бинт на ладони Вадим мало того, что стал черный как уголь, так теперь еще и промок. И плюнув на это, он вытер еще грязные руки об джинсы и приступил к еде. — Зеленый! — Коричневый! — Розовый! Кричали «дети» из травы. «…маленькие ребятишки играют вечером в огромном поле, во ржи…» — пронеслось в голове у Вадима. Он смотрел, как играет Кира, по сути сама еще ребенок, с белокурым мальчиком. Как в кино с замедленными кадрами он видел ее улыбку, слышал звонкий смех. Вот ее развивающиеся волосы красным пламенем летят по ветру… Вот она, подняв руку к солнцу, что-то рассматривает и, наклоняясь, показывает мальчишке… И ощущение приближающейся беды выплеснулось на него… С неясными еще очертаниями… Но беды.