Повелители стихий

Вольф проснулся на заре, вместе со всеми. Он долго о чем-то говорил с Дессарой, потом пошел на охоту. Все решили ждать его, и начали тренироваться. Персиваль решил научить Алекс новому приему, но какому, он сказал не сразу. Он наклонил набок голову и спросил: - Ты знаешь, как устроено зрение? - Ну да. – удивленно ответила Алекс. – Мы видим отраженный от объекта свет. - Вот именно. – кивнул Персиваль. – А мы управляем светом. Значит? Алекс молчала, все еще не совсем понимая. - Значит, можем изменять вид предмета, и делать вещи невидимыми! – продолжил Персиваль. У Алекс аж челюсть отвисла. Она слабым голосом проговорила: - Ты шутишь. Нет, серьезно, что, правда? - А зачем мне тебя обманывать? – фыркнул Персиваль. – Ну, начнем... Тут между ними пролетел камень, едва не задев Персиваля. - ...тренировку. – как ни в чем не бывало продолжил Персиваль. – Свет вокруг тебя, тебе надо всего лишь управлять им. Сделай, например, меня невидимым, заставь потоки света обходить меня, а не отражаться от меня. Правда, тогда я ничего не буду видеть, но это не страшно. - Окей... – хмыкнула Алекс. – Попробую. Она посмотрела вокруг. Всюду был свет, и им надо было только воспользоваться. Она нерешительно протянула руки вперед, и сделала быстрое движение пальцами. В ту же секунду на месте, где стоял Персиваль, возник его черный силуэт. - Не совсем так, - прокашлявшись, сказал он. – но основу ты поняла. Через полчаса занятий Алекс все-таки удалось сделать Персиваля невидимым. Он сдержанно похвалил ее: - Неплохо. Достаточно быстро получилось. В это время вернулся Вольф. Он был абсолютно счастлив: - Угадайте, кого я встретил! И правда, он был не один. Рядом с ним шла девочка лет девяти-десяти, а за ними из кустов выкарабкался мужчина лет тридцати – тридцати пяти. - Ого, как вас тут много! – захлопала ресницами девочка. У нее были небольшие карие глаза, русые волосы до подбородка и хрипловатый, слегка картавый голос. И волчьи уши и хвост. - Да, отряд что надо. – согласился мужчина. Девочка была очень похожа на него, у них были одинаковые глаза и похожие черты лица. Но волосы мужчины были немного темнее и торчали отдельными прядями. Мужчина тоже был полу волком. Вольф обнял девочку за плечи. - Знакомьтесь – это моя сестра Суокки (произноситься как swokky – прим. авт.), а это – он кивнул в сторону мужчины, отдиравшего от хвоста репейники. – мой дядя – Иллор. - Вы можете называть меня Со. – сказала девочка. - Мы пройдем с вами сегодня, а потом свернем к моему поселению. – сказал Иллор. – Суокки и я идем туда, она будет жить со мной там – такой маленькой девочке опасно ходить по лесу одной. - Я не маленькая! – рыкнула Со. - Конечно-конечно. – усмехнулся Иллор и потрепал девочку по волосам. Она попыталась сделать то же самое, но не достала. - Приятно познакомиться, Со. – улыбнулся Персиваль. Вольф по очереди представил своим сестре и дяде всех, включая Десси, и, позавтракав, они отправились дальше. *** Шли, как обычно, целый день, до самой темноты. На ночлег остановились на большой поляне, Иллор и Со натянули свои тенты из шкур. Иллор отдал свой тент Вольфу, несмотря на все его возражения, и улегся на прохладной траве. Со тем временем учила Персиваля жарить яблоки по какому-то особому способу, Алекс периодически делала невидимыми какие-то части тела своих друзей, чем развлекала себя и остальных (правда, когда она сделала невидимой голову Кия, он от неожиданности грохнулся в костер, но Кий никаких увечий не получил, и сам смеялся над этим, пока Нита вытирала ему золу с лица). Когда ужин был готов, вес, включая Иллора, подошли к костру, и некоторое время глубокодумно жевали. Потом Вольф достал свой костяной кинжал, и начал небрежно вращать его между пальцами, постепенно ускоряясь. Трюки с кинжалом все усложнялись, он перекидывал его из одной руки в другую, не переставая вращать. В какой-то момент он сделал прямо-таки молниеносное движение, и - метнул кинжал в Суокки... Со перехватила кинжал буквально в сантиметре от своего лица, и сразу начала выполнять с ним разные трюки, подбрасывая и вращая кинжал. Иллор с улыбкой смотрел на это. Когда Со в очередной раз подбросила кинжал, он неожиданно перехватил его, и начал вытворять с ним что-то невообразимое, вплоть до того, что проглотил его, а потом вытащил из-за уха. Иванка как зачарованная следила за ним, Алекс тоже, а крыловолк Марии несколько раз даже порывался прыгнуть за ним. Наконец Иллор кинул кинжал Вольфу, а тот быстро сунул его в кожаные ножны на поясе. - Круто! - сказала Катя. - Научите? - Не получится, - уверенно возразила Со. - Этому нужно очень долго учится. - У нас этому учат с раннего детства, - подтвердил Вольф. Катя надулась, но спорить не стала. Саня спросила Иллора: - Послушайте, а что это за шрамы у вас на щеках? На щеках Иллора были глубокие порезы, это было похоже на индейскую татуировку. Лицо Иллора помрачнело. - Это обряд нашего племени - и всех других племен. Если юноша любил какую-то девушку, и они какое-то время жили вместе, или просто встречались, а потом она умерла, то он должен сделать себе такие насечки на щеках и на кинжале, - он достал свой нож, и все увидели, что поперек лезвия у него зарубка, заполненная какой-то красной жидкостью. - Каждый год делаешь еще одну насечку, и так далее. В нашем селении есть старик, у которого семнадцать насечек. Если у тебя уже есть такая насечка - мы зовем их уоти - то ты не имеешь права больше встречаться с кем-то, жениться и т. д. У девушек такого нет - у них вообще гораздо больше свободы. Тут он замолчал. Замолчали и все остальные - все были подавлены ощущением чужого, давнего горя. Первым нарушил молчание Иллор. Он вздохнул, нмашинально погладил крыловолка и сказал: Я ведь видел недавно твоего отца, Вольф. В который раз я заметил как ты похож на него внешне и как непохож внутри. У него нет даже намека на уоти, он снова женился, у них есть маленький сын. Он тоже видел меня, но сделал вид, что мы незнакомы. Я подошел к нему и спросил, где похоронена его жена и как поживает его дочь. Он отвернулся и пробормотал, что жена его жива, а дочери у него нет. После этого я с ним больше не общался. Вольф сдавленно зарычал. - Когда-нибудь я найду его. И убью. - Отца? - испуганно спросила Нита. - Тварь. Клятвопреступную, лживую, безжалостную тварь. Алекс незаметно отошла от остальных. Привал они устроили на пригорке, с одной стороны которого был обрыв. Она села на краю этого обрыва, свесив ноги в самую пропасть. Ей вдруг стало очень одиноко. Вовремя разговора об отце Вольфа она вспомнила о своих собственных родителях. Она вспомнила свою и мамину любимую песню, и, чтоб было не так одиноко, начала петь. Еще дома она пела в хоре, и ее там очень ценили. У нее был высокий, красивый голос, первое сопрано. В тишине ночи он звучал как серебряный колокольчик, долетая, казалось, до самых лун. А сзади, прислонившись спиной к дереву, стоял Вольф. Он тихо слушал, не решаясь сказать ни слова, а когда Алекс кончила петь, так же тихо ушел, погруженный в свои мысли.