Путь Героя (Песнь об одном ластике)

Глава Третья       Ветер свистел в мелких отверстиях по бокам, которые у канцеляриев были вместо ушей. Голубь летел очень быстро, рассекая воздух крыльями и с каждой секундой всё больше увеличевая скорость. Глаз Грэши заслезился из-за ветра.       Под ними был виден город людей, в котором кипела жизнь. Пятиэтажки, рядом с которыми бродили люди, дороги, кишащие машинами… Этот мир казался таким странным и неизведанным, а люди — страшными существами, словно прибывшими из другого мира.       — Уху-у-у, — кричал Жгутик, сидящий в двуместном седле позади Грэши. Он что-то пытался сказать ластику, но свистящий ветер мешал это сделать. Грэша натянул поводья, прикрепленные к клюву, что заставило голубя замедлиться.       — Куда ты так спешишь? — спросил Жгутик, всё ещё повышенным голосом. — Времени у нас ещё много. Ты нас так угробить можешь!       — Не волнуйся. Наши ноги надёжно пристёгнуты к седлу. Так что шанс свалиться с него очень мал. Да и мне просто нравится с ветерком, — сказал Грэша, улыбаясь (что делал очень редко).       Ластик хлестнул поводьями, и голубь ускорил темп.       Летели они ещё минуты три. Наконец, перед ними возник высокий дуб с жёлто-красными листьями, медленно осыпающимися с ветвей, которые закрывали собой славный город Стариград. Голубь пошёл на посадку. В одном метре от земли он быстро захлопал крыльями, поднимая пыль, что заставило пассажиров прикрыть глаза.       Они остановились у высоких каменных стен с большими деревянными воротами, которые закрывались лишь на ночь. По обе стороны от ворот были вывешены большие щиты с изображением герба города: жёлтое солнце на голубом небе. А уже над вратами висел ещё один щит, изображающий герб страны Октяброс: три белых листа разного вида на серебристом фоне.       Слишком уж зациклились канцелярии на этих деревьях. И неспроста. Эти могучие деревья обладают неисчерпаемой магической силой, а их ветви и листья защищают маленькие (по людским мерками) города от сильного ветра, ливней и прочих стихийных бедствий, создавая магических барьер.       Стариград — один из древнейших городов канцеляриев. Он несколько раз перестраивался, а дуб, охраняющий его, оставался неизменным, лишь ежегодно меняя листву.       Голубятник располагался неподалёку от ворот. Там наши герои оставили Клювокрыла, а сами отправились дальше в город.       — Какие планы? — спросил Жгутик.       — Даже не знаю, — ответил Грэша. — Попробую выпросить у леди Мелинды несколько канцеляриев в свой отряд.       — И ты действительной думаешь, что она вот так просто тебе их отдаст?       — А почему нет? Я уверен, у неё найдется парочка…       — Нельзя рассуждать о канцеляриях, как об обычных вещах. Мелинда поймёт, что ты забираешь у неё солдат на верную смерть. Её благородное сердце не позволит этого сделать.       Грэшу разозлили слова Жгутика. Почему никто не верит в его успех? Да, люди — существа очень опасные, но ведь с большим отрядом ему вполне под силу справиться с их невзрослой особью.       «Чёрт возьми, похоже он прав. Он, Лорд Саррен, прорицатель. Никто из них не верит в мою победу. Не думаю, что Мелинда слишком уж от них отличается…»       — А ты боишься?       — Чего?       — Вновь встретиться с Мелиндой. Что-то мне подсказывает, что она не будет рада этой встрече. Скорее всего, она вновь отправит тебя в темницу. И это в лучшем случае.       — Честно говоря, побаиваюсь. Но всё же, лорды, как мне кажется, уважают мнение друг друга. Мелинда поймёт, что я совершил благой поступок, помогая тебе сразить ужасного шмеля, и простит. Хотя я на самом деле ни в чём перед ней не провинился, просто она не хочет мне верить.       — Надеюсь, что я ошибаюсь.       Они проходили рынок, почти битком забитый канцеляриями. Кого тут только не встретишь: ручки, карандаши, ластики, точилки. Находились также те виды, которых Грэша не знал. Например, циркули, клеи-карандаши и замазки.       На прилавках располагались самые различные товары. В основном — это была еда. Мясо голубей, земляника, волчья ягода, различные травы, зелень; напитки, которые не вызывали у Грэши доверия. Немного дальше продавали рыбу. Это можно было узнать по характерному запаху, который разносился на несколько метров.       Грэша зачастую был ниже других канцеляриев, поэтому все смотрели на него, как на изуродованного карлика. Выглядел он отталкивающе. Правый глаз, прикрытый серой кожаной повязкой, пересекал длинный шрам. Густые черные брови были вечно нахмурены, правая была разделена шрамом на две части. Левый глаз был цел, но под ним находился ещё один глубокий порез. Макушку, правое плечо и обе ноги тоже покрывали свежие шрамы. Ко всем его ранам теперь добавилась ещё одна: дырка, расположенная чуть выше живота. На память от шмеля из Города Изгоев.       Ему приходилось протискиваться сквозь толпу, то и дело говоря: «Прошу прощения», «Разрешите, я пройду». В ответ на это на него обычно смотрели полными отвращения глазами. Жгутик шёл за ластиком. Предполагалось, что он будет вести, но Грэша довольно скоро принял эту инициативу на себя. Слишком уж ему хотелось поскорее покинуть этот вонючий рынок.       Наконец, они вышли на дорогу. По ней передвигались запряжённые жуки-носороги, тянущие за собой повозки.       «Так неужели Жгутик тогда не шутил?».       Грэша предложил карандашу заглянуть в ближайшую корчму. После быстрого полета на ветру у него в горле пересохло. К счастью, в нескольких шагах от них находилась «Свистушка».       В корчме было много народу. Все столы были заняты. Путешественники уселись за стойку и попросили по кружке пива. Ластик расплатился за обоих золотой монетой.       — Хорошо, что лорд Саррен дал нам немного монет — сказал Грэша.       — К слову, после боя со шмелем, когда ты восстанавливал силы в лазарете, мне удалось ещё немного подзаработать.       — Интересно, как?       — Твой деревянный меч, пожелтевший от крови чудовища, очень привлекал толпу. Каждый готов был заплатить несколько медяков, чтобы хотя бы подержать его в руках. Грех было не воспользоваться этой возможностью.       — Это да, — Грэша посмотрел на свой меч, висящий на чёрном кожаном поясе.       — Ты в Городе Изгоев теперь знаменитость!       Они выпили пиво и покинули корчму. Дальше по улице располагалась кузница. Только на этот раз настоящая, а не такая, где Грэша получил свой меч. Здесь продавали стальные мечи, латные доспехи, шлема, щиты, копья и стрелы. У кузнеца был свой подмастерье, который долбил молотом по клинку одной рукой и вытирал пот другой. Грэша задержал свой взгляд на трех рыцарях в сверкающих доспехах.       Пройдя ещё несколько метров дальше, ластик понял, что они оказались в бедном квартале. Дорожек из брусчатки здесь больше не было. Вместо них в землю были вдавлены доски. Бедняки здесь были не такие убогие, как в Городе Изгоев, но всё же не притягивали своим видом.       Рядом с деревянным домом доносились крики. Двое мужчин, стоящих друг напротив друга о чём-то спорили. Один из них был ручкой, другой — замазкой.       — Слышь, нечисть, тебе нечего делать в этом городе, — кричал ручка, обращаясь к замазке.       — У меня столько же прав, сколько и у тебя, расист ты херов! — яростно отвечал замазка. Дело шло к драке.       — Карандаш, ручка, точилка и ластик. Ты слышал про Великий Квартет? Они создали нас по своему образу и подобию, а ты не похож ни на одного из них!       — В пекло Великий Квартет и всех, кто верит в него, — замазка сплюнул.       — Ты поплатишься за эти слова, — сказал ручка и полез с кулаками на замазку.       Завязалась драка. Замазка был далеко не худым и превосходил в весе ручку, а потому удары его были сильнее. Он ударил ручку в лицо с такой силой, что от него откололся кусочек пластмассы. Ручка же, поняв, что честно ему в этом бое не выиграть, вынул небольшой стилет из-за пояса.       Ситуация переменилась. Теперь уже ручка представлял большую опасность. Он набросился на замазку со стилетом и начал яростно тыкать его в туловище. Из замазки полилась белая кровь, он кричал от боли, а прохожие не спешили вмешиваться. Ручка продолжал колоть замазку, пока тот не затих. Корпус убийцы был весь в белой крови.       — Пусть Великий Квартет покарает твою душу за те грязные слова, что ты произнёс! — сказал он, а в его глазах отражалось безумие.       Прибыли двое стражников, но уже слишком поздно. Они взяли ручку под руки и потащили в темницу, оставив тело замазки истекать белой жидкостью.       — Какой кошмар! — сказал Жгутик. — А ведь не только люди способны на такую жесткость.       Грэша вспомнил слова прорицателя о том, что все канцелярии в прошлой жизни были людьми.       «Да нет, бред какой-то» — поспешил он отогнать эту мысль.       — Что мы вообще здесь делаем? Мы должны были найти отряд, — сказал Жгутик, стараясь не вспоминать про визит к леди Мелинде. — Пойдём отсюда поскорей, пока и нас не зарезали.       — На этот счёт можешь не переживать, — Грэша похлопал по рукояти деревянного меча.       Вскоре к ним подошёл карандаш в латных доспехах.       — А вот и вы, — сказал он. — Леди Мелинда желает вас видеть в своём замке. В особенности тебя, де Шуттенхоф. Она знает о вашем присутствии в городе. Жгутик сглотнул.       — Вы, собственно, кто такой, могу я узнать? — спросил он.       — Сир Дристан Фэрли, на службе у прекраснейшей вдовы — леди Мелинды. Пройдёмте за мной. Уточню, что это не просьба, а приказ. Такова воля нашей владычицы.       — Не смеем сопротивляться, —сказал Грэша. — Веди.       Жгутик глубоко вздохнул.

***

      Замок был поистине красив. Он был также выложен из камня, только стены его были ровнее и выкрашены в красный цвет. Располагался он также под дубом, защищавшим город, и был в полтора раза больше владений лорда Саррена. Стены его у ворот украшали те же щиты, что и на входе в город.       Сир Дристан вёл их сзади, дабы не потерять из виду. После того, как они вошли за стены, к ним присоединились ещё двое стражников, идущих теперь спереди. Грэша чувствовал себя преступником. Стражники провели их в центральную башню, в общий зал на первом этаже, где их уже ждала овдовевшая леди.       Глаза её поблескивали из-за гнева, накопившегося в ней. Жгутик не мог этого не заметить и всё же поприветствовал леди, представившись и поклонившись, как того требовал этикет.       — Приветствую вас, прекраснейшая леди. — сказал он, склонившись и шёпотом приказав сделать то же самое ластику. — Джулиан Кальфрец Санкрас риконд де Шуттенхоф к вашим услугам.       — Я… Грэша, к вашим услугам, — сказал ластик, неуклюже поклонившись.       — Сир Дристан, Билл, Дерик, прошу оставить нас, — сказала Мелинда, спустя несколько секунд молчания. Стражники кивнули и вышли за дверь. Мелинда перевела взгляд с двери на Жгутика. Она была переполнена ненавистью.       — Как ты посмел вернуться сюда, после того, что ты сделал? — спросила она, повысив голос.       — Миледи, уважаемый лорд Саррен…       — Я знаю, приказ изг… лорда Саррена. Должна сказать, что ты этого совершенно не заслуживаешь.       — Я понимаю ваш гнев, миледи. Я предлагаю, чтобы вы всё же выслушали меня. Возможно после моей речи ваше мнение касательно того происшествия с горничной изменится.       — Я не собираюсь выслушивать жалкие попытки оправдания. Ты нашёл себе слугу на побегушках, готового выполнять все твои приказы за деньги. Ну, сколько он тебе заплатил, ластик?       — Вы вновь оказались неправы, миледи, — ответил Грэша. — Я не слуга, Жг… То есть Джулиана. Он мой друг. Если бы не он, я бы не убил того шмеля и не спас бы город. Мелинда смотрела на него с недоверием. Она начала ходить взад-вперед по залу, скрестив руки на груди (ну или в области, где у человека находится грудь).       — Ты можешь называть его по прозвищу в моём присутствии. Со Жгутиком я ещё побеседую лично. Вы можете передвигаться в пределах замка, пока я не решу, что с вами делать.       «Спасибо, что не швырнула нас в темницу сразу», — подумал Грэша.       — Сир Дристан, — позвала рыцаря леди. Тот вошёл незамедлительно, словно он стоял за дверью и всё слушал, готовясь отозваться на голос Мелинды, — отведите наших гостей во двор.       — Слушаюсь, миледи, — он перевёл взгляд на путников и движением пальца приказал следовать за ним.       На улице была прекрасная погода. Не жарко, не холодно. Посмотрев на небо, можно было увидеть, как пожелтевшие листья дуба, которые, опадая с ветвей, врезаются в магических купол и красиво скатываются по нему, играя тенями на городе. Солнце пряталось за серыми облаками. Оно вообще редко полностью освещало город, ведь тот был прикрыт листьями. Разве что зимой, когда ветви дуба полностью оголяются.       Чувствовался мокрый запах поздней осени. Грэша вдруг понял, про какой барьер говорил Жгутик в Городе Изгоев. Ему захотелось узнать про эти деревья и магию поподробнее.       Во дворе стоял стол, за которым сидели солдаты и делились весёлыми историями за кружкой пива. Наши герои уселись на лавочку за столом.       — Всё не так плохо, да? — спросил ластик.       — Да… Да, всё могло быть гораздо хуже, — ответил карандаш.       — Я хотел тебя спросить… Помнишь, ты упоминал про какой-то барьер в Городе Изгоев?       — Да, помню. Это древняя магия, создаваемая при помощи многовековых дубов. Такой метод придумали древние чародеи, когда заметили, что погодные явления несут угрозу для городов и практически полностью могут их разрушить. Тогда они решили строить города под такими вот деревьями. А с их помощью создали щиты, которые по сей день охраняют вольные города от опасностей.       — Тогда каким образом шмель смог попасть в Город Изгоев? Ведь магический барьер должен был стать для него преградой.       — Я долго думал над этим вопросом. Обычный шмель не смог бы пролететь через барьер, значит кто-то его заколдовал…       — Заколдовал? Ты уверен?       — Нет, это одно из моих предположений. Мне показалось, что ведёт он себя странно для неразумного существа. Такое чувство, что он прекрасно знает, что делает…       — Та-а-ак, — Грэша вспомнил про то, как насекомое оглушило его камнями.       — Плюс ко всему, я обнаружил на его ножке черный браслет. Мне сперва показалось, что это кусочек листа или что-то типа того…       — Действительно, всё сходится. Только кто это мог быть? Насколько мне известно из рассказов во время пребывания в лазарете, чародеев осталось на свете единицы, и магия уже не такая сильная, как раньше. А самое главное, каковы были мотивы того, кто это сделал?       — Слишком много вопросов и слишком мало ответов. Знаешь, мне кажется, что нужно забыть про это. У нас и так много дел, которые требуют скорого решения.       — Ты прав. Так что будем делать с Мелиндой?       — Я попытаюсь ей всё объяснить. Скажу, что в любом случае я изменился, что она и так преподала мне хороший урок…       — Думаешь, поможет?       — Я не уверен. Мелинда иногда бывает просто непредсказуема. Чёрт знает, что ей в голову взбредёт.       Во дворе было не слишком много канцеляриев. За столом осталось сидеть только двое стражников, у голубятника стоял канцелярий, ухаживающий за птицами. Кузнец стучал молотом, чиня очередное сломавшееся копье. В тени стоял циркуль, скрестив руки на груди. Не было понятно, кто он такой и что здесь делает. Глаза его поблескивали в темноте.       Грэша подумал, что это какой-нибудь мейстер, снова посмотрел в угол, но циркуля там уже не оказалось.       Грэша обратил внимание на дерево, стоящее рядом со входом в замок. Оно как бы разделяло стену. Между корнями была дверь, а наверху — окна с балкончиком.       «Прям как в Городе Изгоев», — вспомнил он.       — Нам можно заходить в эти деревья? — спросил ластик.       — Да, можно, всем гостям можно, — ответил Жгутик. Грэша, по всей видимости, прервал его мысли.       — Давай сходим. Мне бы хотелось осмотреть весь город с высоты. Всё равно делать пока нечего.       — Ну, пошли.       Они направились к корням дуба. Дверь открылась, скрипя. Внутри дерева были вырезаны комнаты, соединенные закрученной лестницей, и не было слышно ни звука. Грэша со Жгутиком начали подниматься наверх. На предпоследнем этаже Жгутик не выдержал и попросил передохнуть, запыхаясь от усталости. Поднявшись на самый последний этаж, они вышли на балкон. Оттуда открывался прекрасный вид на весь Стариград. Солнце уже клонилось к закату.       «Неужели мы весь день проторчали в городе?» —задал себе вопрос Грэша.       С балкона была видна корчма «Свистушка», рынок, бедный район, дома в котором, в отличие от всех остальных, были сделаны из древесины. В остальном же городе здания выстраивались в едином каменном стиле. Из некоторых труб шли столбы дыма.       Стариград был именно тем городом, который Грэша видел в своих снах. Здесь кипела жизнь, свободная от мук и рабства.       — Жгутик.       — Что?       — Есть ли ещё какие-нибудь королевства, помимо Октяброса?       — Ну, разумеется, есть. Понимаешь, ближайшие королевства расположены на двух берегах огромного города людей. Соседствующее с нами королевство — Железное. Правит им король Даймонд. Потом идёт Центрия. Там правит вдова королева Изабелла. А за ними находятся ещё два маленьких королевства: Лемерия и Ларния. Правят там братья: Нэйерис и Джохарис Горьковские.       — Братья?       — Пробудились в одной упаковке, — пояснил Жгутик. — Все королевства, которые я тебе перечислил, называют Северными. Они находятся на левом берегу большого города людей. А на правом берегу располагается огромная южная империя — Нальфаард, империя зла. Герб у них — четырёхконечная звезда на чёрном фоне.       «Где-то я это уже видел, но никак не могу вспомнить, где именно».       — Говорят, — продолжил Жгутик, — что скоро между югом и севером начнётся глобальная война. Одно из величайших событий в истории канцеляриев. Грядут тёмные времена, Грэша…       Ластик задумался. Как же много, оказывается, существует государств, о существовании которых он не знал. И ещё больше вольных городов.       «И как же разобщённые Северные королевства победят объединённый юг? — Он хотел задать этот вопрос Жгутику, но увидел, что у того усталый вид. — С него хватит вопросов, он наверняка думает о том, что будет говорить Мелинде. От каких-то слов может зависеть его жизнь»       Небо постепенно начало окрашиваться в оранжевый цвет. Вокруг было спокойно. Лишь шум города нарушал тишину. Ветерок нежно обдувал лицо ластика. Он мог бы находиться на этом балконе вечно. Может, здесь есть какая-то успокаивающая магия? Грэша на минуту закрыл глаза.       Тишину пронзил крик, доносящийся откуда-то из города. За криком последовал пронзительный писк. Грэша резко открыл глаза и начал всматриваться в дальнюю часть города.       Зазвонили колокола, поднимая тревогу. Внизу было видно, как Мелинда выглядывает в окно и созывает стражу.       «Опять шмель? Или может какая-нибудь другая летающая тварь?» — подумал Грэша.       Писк доносился всё громче. Наконец, он увидел огромную волосатую крысу, выглядывающую из-за домов. Она передвигалась по крышам, разрушая их. Иногда спускалась вниз, давя прохожих канцеляриев своими когтистыми лапами. Похоже было на то, что она стремительно приближалась к замку.       «Твою-то мать.»       Крыса лапами разрывала всех, кто попадался на её пути: торговцев, мастеров, бедняков, строителей, шлюх, рыбаков… Некоторых она разгрызала своими длинными зубами.       — НЕ-Е-ЕТ! — доносился снизу голос Мелинды. — Кто-нибудь, убейте эту тварь!       — Жгутик, спускаемся, — скомандовал Грэша.       — Ты что? Нет, я понимаю, шмель, но это… Ты собираешься убить это существо деревянным мечом?       — Если мы не вмешаемся, Мелинду могут убить!       — Мелинду? При чём здесь вообще Мелинда?!       — Ты был прав насчёт шмеля. Кто-то специально подослал его. Эта крыса тоже прошла через барьер, и она направляется прямиком в замок. И похоже, я знаю, зачем.       — Девятое пекло! — прокричал Жгутик немного писклявым голосом.       Крыса раскидывала стражников направо и налево. До замка ей оставалось совсем немного. Ластик и карандаш стремительно сбегали по закрученной лестнице вниз. Наконец они выбежали во двор и направились к воротам, у которых стоял сир Дристан с мечом наготове.       — Вам запрещено выходить за эти стены, — сказал он.       — Дристан, эта тварь направляется в замок, — прокричал Грэша. — Если мы её не остановим… Безопасность Мелинды может стать под вопросом.       — На случай, если тварь проберётся за надёжные стены замка, ей займусь я. И то вряд ли, ведь Мелинда отправила кучу стражников с копьями на чудовище. Они остановят крысу, я уверен.       — Что-то у них плохо получается, — возразил Грэша.       Снова донёсся писк Крысы. От этого звука многие схватились за голову (или верхнюю часть туловища).       «Она совсем близко. Если я не остановлю её, нам всем крышка», — подумал ластик.       Звуки шагов и писк становились ещё ближе. Казалось, что крыса стоит у подножья ворот.       Раздался треск, затем ещё. Крыса начала выламывать врата. Часовые со стены кидались в неё камнями, пытаясь отогнать, но тщетно. Крыса всё равно возвращалась к воротам.       — Спрячьте Мелинду в убежище, — приказал сир Дристан Фэрли.       Стражники незамедлительно выполнили приказ. Крыса сделала ещё несколько толчков и выломала ворота.       Грэша вытащил достал деревянный меч из-за пояса, сир Дристан — стальной из ножен.       «Какая же сильная тварь! Чувствую, меня ожидает жаркий бой…»                                                                      Смерть рано или поздно постигнет каждого из нас. Мы, обычные смертные, над ней не властны. Но ходят легенды об одном ластике, которому удалось обмануть смерть. С того дня он сильно изменился. Теперь для него чуждо сострадание, любовь, страх… Ему удалось стать бессмертным. Говорят, что он по сегодняшний день сеет хаос в вольных городах и деревнях. Он мчится по небу на своём черном, как ночь, вороне в чёрных доспехах, со шлемом в виде зубчатой короны и зазубренным мечом, который носит за спиной. Он вселяет ужас в каждого, кого видит, и обычно, каждого, кого видит — убивает. Имя ему — Король Смерти

Сказки и предания старой Нон