sweet pace.

      После прогулки с Тэхёном настроение Чимина было потрясающим. Он впервые за долгое время забыл о проблемах, накопившихся за два дня. Почувствовать себя свободным было настолько классно, что Пак не мог не расплываться в улыбке, пока шел домой.       Дома, к счастью парня, никого не было. Родители не так давно уехали отдыхать, оставив старшего брата за главного. Только вот Юнги редко появлялся в квартире из-за работы, поэтому все домашние хлопоты перешли к Паку. Стянув себя куртку и обувь, блондин прошел на кухню, ведь ужин сам себя не приготовит. Вслушиваясь в тишину, Чимин помыл руки и вытер их об себя, ибо до полотенца было лень тянуться. Странно, что от одной только мысли о брате, настроение пропало, будто его не было вовсе. Парень глубоко вдохнул, прикрывая глаза, после чего приступил к готовке.       Теперь тишину пустующей квартиры заглушали звуки шипящего на сковороде мяса и свист чайника. Пак же стоял, уставившись потерянным взглядом к моркови, которую он нарезал, и думал о чем-то своем. Блондин бы давно потерялся в своих мыслях, если бы не резкая боль и капающая на кухонную доску кровь. Да, только этого не хватало. Как-то слишком устало выдохнув, парень достал из шкафчика, который стоял рядом, аптечку и открыл её. "Надеюсь, пластыри у нас остались", - подумал про себя Чимин, взглядом пытаясь найти маленькую коробочку.       Уголки губ невольно поднялись, когда Пак всё-таки заметил заветные пластыри. Взяв коробочку, блондин заркыл аптечку и убрал её обратно в шкаф. Кровь продолжала идти, и парень даже подумал, что одним пластырем тут не обойдешься. Присев за стол, Чимин почувствовал в заднем кармане джинс вибрацию и тяжело вздохнул. Как-то невовремя. Засунув порезанный палец себе в рот, студент языком проводил по ране, пока другой рукой пытался достать телефон. На экране светилось имя Тэхёна, от чего парень нахмурился и наконец убрал палец, оставляя лишь тонкую нить слюны. - Почему ты ещё не спишь? - спросил Пак, плечом прижав телефон, и принявшись распаковывать пластыри, - Мы же совсем недавно виделись, уже соскучился что ли?

- Меня пытался изнасиловать какой-то пьяный мужик, а сейчас в моей ванной комнате Чонгук принимает душ, - тихо проговорил красноволосый, а Чимин лишь уронил коробочку с пластырями. Хорошо, что кровь теперь шла не так сильно.

- П-пьяный мужик пытался что? - удивился блондин, чувствуя в груди быстро ускорившееся сердце. Какого черта вообще произошло? - Боже, ты в порядке? Мне приехать?

- Не надо, со мной Чонгук. Давай не поднимать эту тему до завтра, скажи лучше, что мне делать. У меня сердце бешено бьется, - вслушиваясь в довольно спокойный голос Кима, Чимин потянулся к злосчастной коробке и наконец вынул оттуда пластырь, после чего приклеил его к ранке на пальце.

- А что мне сказать? Веди себя, как обычно, и всё. И что он вообще у тебя делает? - спросил парень, вставая из-за стола и подойдя к плите, чтобы проверить мясо. Всё уже было готово, поэтому Пак все выключил и ушел к себе в комнату.       Уже вялившись на мягкой постели, Чимин посоветовал младшему что-нибудь посмотреть, после чего заметил странное движение за дверью его комнаты. Когда же в комнату заглянул Юнги, сердце блондина пропустило пару ударов. Он попрощался с другом и, не отрывая от старшего взгляда, убрал телефон. - Ты давно пришел? - первым заговорил Пак, найдя в себе силы перестать пялиться на брюнета. - Нет, буквально минуту назад. Как ты? - прохрипел Мин, зайдя в спальню младшего и присев рядом с ним. Кажется, Чимин услышал облегченный вздох. "Он, наверняка, устал", - с жалостью подумал блондин, продолжая сверлить взглядом пол. - Нормально. Ужин на плите, если ты голоден, - отрезал Пак, прикусывая от нервов нижнюю губу. - Я голоден, - слетело с губ Юнги, но блондин понял, что на самом деле имел в виду старший. Нервно сглотнув, студент посмотрел в темные глаза брата, пытаясь найти в них хоть каплю разума. Но единственное, что он видел там, это своё отражение. Отражение прошлого, когда без брюнета было плохо, и никто, кроме него самого, не мог заполнить Пака теплотой. Он видел любовь в глазах Мина.       Томно вздохнув, Чимин без всяких сомнений поддался вперед, из-за чего его пухлые и до ужаса сладкие, как считал Юнги, губы накрыли губы старшего. Они оба пытались показать через поцелуй, как сильно скучали, поэтому он вышел смазанным, но с чувствами. Глубокими чувствами братьев. Прикусив губу младшего, Мин опрокинул его на кровать, нависая сверху и не отрываясь от губ. Руки уже блуждали под футболкой блондина, в то время как сам он пытался прижаться сильнее к брюнету.       Любимый парфюм старшего заполнил все легкие Пака. В объятиях Юнги парень чувствовал себя настолько комфортно, что колом стоящий член не заставил себя ждать. В живот упиралось возбуждение Мина, от чего Чимин тяжело вздыхал, ведь ему хотелось большего, чем просто поцелуев. Брат его понял. Он стянул с студента футболку, отбрасывая её в другой конец комнаты, после чего сам принялся за свою рубашку. Ему настолько хотелось младшего, что руки дрожали, от чего пуговицы просто-напросто не поддавались. Разозлившись, старший резким движением дернул за рубашку, которая тут же порвалась, заставив Пака покраснеть от удивления. - Ты когда успел таким сильным стать? - спросил младший, но его прервали ещё одним жарким поцелуем.       Длинные и бледные пальцы обхватили сосок Чимина, после чего тот томно простонал. Мин знал. Знал каждую эрогенную зону младшего, каждую частичку тела. Он знал, где лучше всего оставлять засосы, чтобы позже они радовали глаза, знал, в какой позе приносит Чимину намного больше удовольствия. Знал абсолютно всё. Оторвавшись от губ блондина, парень покрывал поцелуями шею, медленно переходя к соскам. Юнги языком провел по горячей груди младшего, оставляя засос рядом с сердцем. "Ты мой", - прошептал старший, чувствуя в своих волосах маленькую ладошку.       Наконец отстранившись от груди Пака, Мин мигом расстегнул ремень последнего и стянул джинсы. Картина, представшая перед ним, завораживала до табуна мурашек по спине. Возбужденный, смущенный Чимин в одних боксерах лежал перед Юнги, ожидая следующих его действий. В брюках стало настолько тесно, что казалось, будто вот-вот порвется ширинка, но что поделать, когда перед тобой лежит такое чудо? Старший уже собирался снять с себя оставшуюся одежду, но блондин его резко остановил, принимаясь за брюки. Младший зубами взял собачку и вместе с ней спустился вниз, тем самым расстегивая штаны. Он, не отрывая зрительный контакт, избавился от пуговицы и медленно снял с брюнета штаны, сразу же целуя заметный бугорок на боксерах. - Блять, Чимин-и, - простонал Мин, откидывая голову назад.       Пак проигнорировал. Он лишь стал проводить языком по влажной ткани нижнего белья, тем самым дразня старшего. После студент наконец стянул с брата боксеры, откидывая их в сторону, и обхватил своими пухлыми губами красную головку. Проходясь языком вокруг возбужденной плоти, Чимин взял в рот член наполовину, пытаясь привыкнуть к забытым размерам старшего. Но не прошло и пары минут, как блондин, со слезами в уголках глаз, подавляя рвотный рефлекс, заглатывал плоть Мина до основания, вслушиваясь в его тихие стоны.       Неожиданно Пак отстранился от старшего, заглядывая ему в глаза. Языком он провел по нижней губе, после чего прикусил её, и Юнги больше не нужно было намеков. Он вновь навис над младшим, горячим дыханием опаляя мочку его уха. - У тебя смазка есть? - спросил старший, попутно стягивая боксеры с блондина. - Нижний ящик.. - простонал Чимин от очередного прикосновения Мина. - Ты игрался с собой, детка? - игриво поинтересовался брюнет, доставая из тумбочки маленький лубрикат. - С чего ты взял? - Откуда у тебя смазка, если мы с тобой не виделись несколько лет, малыш? - Юнги налил на свои пальцы смазки, которая, судя по упаковке, была клубничной. Оригинально. - Ты даже во время секса будешь из себя умного строить? - съязвил Пак, прикусывая губу от вида длинных пальцев старшего.       Брюнет, заметив огоньки в глазах блондин, не стал медлить и наконец просунул один палец, наблюдая за реакцией младшего. Тот лишь тихо простонал, выгибаясь в пояснице, а в уголках глаз стало накапливаться ещё больше слез. "Потерпи, детка", - прошептал Юнги спустя пару минут, добавляя второй, а затем и третий палец. Когда Чимин уже сам насаживался, Мин заменил руку на член, резко войдя наполовину. Пак лишь открыл рот в немом стоне. Его переполняло слишком много чувств. Любовь, боль, счастье, злость. Старший заполнил его, как и ожидал блондин.       По комнате разносились пошлые шлепки и громкие стоны младшего. Как же Юнги скучал по этому. Он был зол на отца, что поставил перед ним выбор, и на себя, что выбрал не счастье, а карьеру, которая в итоге лишь забирает все силы. Да, парень до сих пор любит писать музыку, и это никуда не денется, но в последнее время компания дает ему слишком мало свободного времени, водя по фотосессиям и интервью. Кому это вообще нужно? Отбросив все ненужные мысли в сторону, брюнет посмотрел на младшего брата, который все так же стонал под ним. Идеально. Поцеловав блондина в губы, Мин вошел до основания, кончая в Пака, разрядка которого последовала следом, тем самым пачкая животы братьев.       Тяжело дыша, Юнги со смачным звуком вышел из младшего, после чего сразу же лег рядом с ним. Чимин, у которого перед глазами летали звездочки, маленьким пальцем рисовал узоры на груди старшего. "Так уютно", - подумал про себя Пак, прикрывая глаза. Теперь ему оставалось только одно: наслаждаться моментом и надеяться, что это никогда не прекратится.