Разница Во Времени Длиною В Три

Тайлер всю неделю наблюдал за прогнозом погоды, отправляя Джошу мгновенные обновления о том, как должно быть ясно, ясно, и переменная облачность, но сейчас идёт дождь, и Тайлер боится, что это разрушит их планы. Он сжимает спинку стула на кухне, его телефон прямиком перед ним, голос Джоша хрустит через динамик, когда связь то пропадает, то появляется. Несмотря на то, что слова обрезаются и едва удаётся уловить смысл, комментарии Джоша — единственное, что удерживает Тайлера от рвоты. Вместо того, чтобы наблевать, Тайлер жуёт губу и разрывает ее на кусочки. — Мне жаль, — внезапно говорит он. — Мы собирались пойти в парк, и прогуляться по центру, и зайти в тот музыкальный магазин, о котором я не могу перестать говорить, потому что я знаю, он тебе понравится, и… — Тайлер, — говорит Джош, и за весь вечер это слово оказывается самым чётким. — Послушай меня… всё хорошо. Всё прекрасно, чел. Мы встретимся в другой раз. Я посмотрю, получится ли у меня вернуть деньги за билет на самолёт. Это не так уж и важно. Всё ещё держась за спинку кухонного стула, Тайлер сжимает дерево до тех пор, пока его костяшки не белеют. — Но, Джош… это важно. Джош вздыхает. — Я знаю. Тайлер поднимает телефон и идёт в смежную гостиную. Тайлер почти роняет телефон от страха, когда он отодвигает шторы под раскат грома, из-за которого трясутся окна. — Я думаю, потом пойдёт мокрый снег, — говорит он, выглядывая наружу и глубоко дыша, пытаясь успокоить нервы, которые крутятся и крутятся в его животе. — А потом… некоторые говорят, что должен выпасть снег, — Тайлер видит молнию вдалеке. — Я всё ещё попытаюсь прилететь на Новый Год, хорошо? Может на Рождество, если мне дадут выходные на работе. — Ты завтра работаешь? — Пока не знаю. Тайлер засасывает нижнюю губу в рот. Он закрывает шторы. — Это всё равно было сделано спонтанно, знаешь? — говорит Джош, смеясь. — Мы должны были предположить, что что-то помешает нашим планам. — Ага. Они молчат. Тайлер слушает гром. Он не плачет. — Эй, Джош? — Да? — Мне кажется, я уже пойду в кровать. Просто полежу немного. Джош отвечает очень медленно. — Оу. Хорошо. Я… Тайлер, это не твоя вина. Ты не можешь управлять погодой. — Нет, я знаю. Я просто… мне просто нехорошо. Я напишу тебе, если я, я, если мне, типа, станет хуже или типа того, — Тайлер поднимает руку на уровень глаз. Даже в темноте его гостиной можно разглядеть обкусанную кутикулу. — Я тебя очень сильно люблю. — Я тебя тоже очень сильно люблю, — Тайлер сбрасывает. Он падает на пол, упирается лбом в ковёр и кричит.

*

Они встречаются уже год, и, наконец, они чувствуют себя финансово стабильно, достаточно, чтобы решиться и встретиться. Хоть оба Тайлер и Джош не были против того, что их отношения были лишь онлайн, после того, как Джоша повысили до помощника менеджера, они осознали, хэй, мы можем сделать это — мы можем встретиться. В оригинальный план входило встретить вместе Новый Год, и, потенциально, Рождество, если Джошу дадут выходные на работе. Он жил в Калифорнии, и, когда выпадал шанс, он бы проводил столько времени с Тайлером в Огайо, сколько только мог. После того, как они впервые встретились онлайн, они оба сетовали о том, что большую половину своего детства они провели в одном штате, даже в одном городе, прежде чем семья Джоша переехала, когда он был подростком. — Может, мы могли бы быть друзьями! — однажды сказал Джош во время их ночных разговоров, и «ночные» — это субъективно, когда у Тайлера было девять вечера, а у Джоша едва перевалило за шесть. — Мы могли бы быть друзьями, и, оу, а что, если бы мы были школьными влюблёнными, и пошли вместе на выпускной, и поженились бы прямо после школы, и вместе пошли бы в колледж, и… — Я не уверен в этом, чел, — отмечает Тайлер. Джош фыркает. — Почему ты так решил? — Ну, во-первых, — говорит Тайлер, подавляя смех, — меня звали не «Тайлер», когда я был ребёнком. Это был первый случай, когда Тайлер открылся Джошу, но не то чтобы он вообще что-то скрывал от Джоша. Они познакомились в Инстаграме, после того, как Джош проскользнул в личные сообщения Тайлера, чтобы сказать, что его каверы на пианино «рулят». Вскоре Джош употребил сёрферский жаргон, когда они стали чаще переписываться, и они узнали, что они оба — всё ещё пареньки из Огайо, даже после стольких лет. — У меня есть тату с ним на руке, — однажды говорит Джош. — Я видел фотографии, — говорит Тайлер. Он мог слышать, как Джош улыбается, когда тот сказал: — Оу, точно. Лента Тайлера в инстаграме, если не считать его музыкальных каверов из комнаты отдыха на его работе, состояла из обыденных вещей, которые он видел по пути на работу и с неё в магазине в центре по ремонту пианино — коты, растения, то, как солнце правильно упало на кирпичную стену. И затем, там были фотографии прогресса его путешествия на тестостероне. Потребовалось достаточно времени, чтобы Джош пролистал их все, чтобы лайкнуть и прокомментировать, отмечая лишь то, что у него очень «забывчивая» внешность. Тайлер не видел причин обвинять его во лжи, потому что ничего другого в действиях Джоша и его поведении во время видеозвонков не намекало на то, что он в ближайшее время резко станет игнорировать Тайлера. После того, как Тайлер раскрыл то, что его имя не было его именем в детстве, Джош пошутил про то, что он использовал «Джош», несмотря на то, что его полное имя — «Джошуа». Тихо, он добавил: — Я знаю, что это не одно и то же. Извини. Я просто очень нервничаю. — Расскажи ещё про гипотетическую свадьбу, — говорит ему Тайлер, и Джош стремительно продолжает. Тайлер ценит, какой Джош любопытный, и как часто он пытался понимать больше. Он всегда обращался к Тайлеру только после того, как собственные поиски ставили его в тупик. Когда их отношениям исполнился месяц, исследование Джоша оказалось больше ироничным, чем полезным. Он хотел узнать, когда Тайлер начал принимать тестостерон, и почему у Тайлера всё ещё была его «грудь», учитывая то, что он думал, что эти две вещи как-то были связаны. — Я не думал, что ты когда-либо носил байндер*, — говорит Джош, — но, когда ты выкладываешь фотографии, иногда я могу… видеть, что ты не… всегда его носишь. Во время другого ночного звонка с разницей в три часа, Тайлер информирует Джоша о том, что он бедный. Он говорит: — Ты не представляешь, как часто я стоял у себя на кухне с ножом в руке, разговаривая с мамой по телефону. Джош сглотнул. Тайлер закрыл глаза на это. — Извини, — сказал он, но Джош ответил: — Не извиняйся, хорошо? Я понимаю. Я тоже бедный. Я всё ещё живу с родителями, и я работаю на паршивой работе без возможности карьерного роста в Guitar Center, и всё просто… не становится лучше, так кажется. Мне не стоило спрашивать это. Я не подумал о том, что ты можешь почувствовать. — Всё хорошо. Дело не в том, что мне… нравится моя грудь или типа того. Просто… я бы убрал её в тот же момент, когда бы появилась возможность. Они оба молчали некоторое время, пока Тайлер не сказал: — Я начал принимать тестостерон, когда мне было девятнадцать. Они снова молчали, пока Джош считал. — Итак, прошло уже пять лет? — Ага. Моя мама сделала мне сюрприз на день рождения. Она сказала, что это было… как… когда она купила мне мой первый лифчик, и она была рядом, когда у меня начались месячные, поэтому, она сказала, что ей казалось правильным, быть рядом, когда я… стану мужчиной. И они снова замолчали. Джош прошептал: — Хочешь, чтобы я помог оплатить…? — Нет, — Тайлер упёртый. Он даже задвигал пальцем из стороны в сторону и указал на Джоша, несмотря на то, что тот этого не увидит. — Кроме того, мы встречаемся всего месяц. Я бы не разрешил маме помочь с этим, хотя она знает меня всю жизнь. — Я бы отдал тебе весь мир, если бы мог. Тайлер почувствовал, как его сердце остановилось. Он почувствовал, как его сердце снова завелось и стало делать сальто у него в животе. Он ничего не ответил. И, несмотря на это, Джош понимал, что это молчание означает ни что иное как влюблённость. — Спокойной ночи, Тайлер, — прошептал Джош, и Тайлер каждый раз шептал эти же слова в ответ. Когда дело доходит до этого, Тайлер думает, что тут гордость играет роль. Тайлер хочет сам оплатить свою операцию на грудь. Он начал копить с момента, когда он ещё был подростком, и, наконец-то, наконец-то, у него было достаточно денег, и ещё немного сверху. Он записался на приём. Всё было готово. Это был ранний подарок на Рождество самому себе. И затем, Джош решил устроить ему сюрприз и прилететь на три дня раньше, чем было изначально планировалось — за три дня до запланированной операции Тайлера на грудь. — Мне кажется, у нас получится, — воскликнул он во время разговора по ФэйсТайму, очень тихо, он был на работе, прятался в комнате отдыха, когда это не было его перерывом. — Тайлер, я проверил цены на самолёты, и я два раза перепроверил, сколько у меня останется денег после того, как я оплачу по счетам за месяц, и… и, Тайлер, мне кажется, у нас получится. Он коснулся своей груди. Он ничего не ответил. Его операция была и в её календаре. Она понимала. Она сказала: — Ты уже говорил с Джошем об этом? Он лишь ответил «нет», и она вздохнула и сказала «ладно» в ответ. Не то чтобы он не был взволнован перед встречей с Джошем, потому что он был в восторге от мысли, что он ощутит руки Джоша, и расцелует его лицо, и они пообедают вместе без экрана, разделяющего их. Однако, он хотел быть собой, целиком и полностью собой. Поэтому, когда Джош позвонил, чтобы сказать, что погода в Огайо оказалась слишком предательской для путешествий, Тайлеру стыдно признаться, как ему стало от этого хорошо. Он упал на колени и закричал в ковёр. Он поглаживал свою грудь, и сжимал её, пока он не был уверен в том, что он оторвёт её, если сожмёт достаточно сильно. Джошу не нужно было видеть его таким. Все их поздние эротические сообщения и фото никогда не акцентировали внимание на груди Тайлера, но Тайлер знал, что, когда дело касается настоящего мира и настоящего Джоша в его личном пространстве, его грудь не была бы аллегорией для всего, что с ним не так. Она была бы ощутима, и Джош бы трогал его там, случайно, может, специально, потому что Тайлер проговорился, что ему нравится, когда его трогают, когда целуют, и Джош убедил его: «Не переживай, я прикоснусь к каждой частичке твоего тела.» И Тайлер боялся того, что он мог ошибочно подразумевать под этим заявлением. Но Джош разумный. Он никогда не проявлял хотя бы частичку неуважения по отношению к Тайлеру. Если бы ему было плевать на интересы Тайлера, он бы ушёл сразу же, как Тайлер открылся ему год назад. Но он остался. Он остался, и, если Тайлер скажет ему: «Пожалуйста, не трогай мою грудь, пока мы трахаемся», тогда Джош точно сделал бы так, как его попросили. Но всё ещё… это вещи из его кошмаров.

*

Тайлер просыпается и видит сообщение от Джоша. Как ты себя чувствуешь? было в сообщении. Надеюсь, что то, что ты резко перестал мне отвечать не значит, что случилось что-то плохое. Прошло четыре часа. Шторм затих, но Тайлер открывает приложение с погодой и теперь видит в прогнозе снегопад. Он трёт глаза. всё в порядке. я спал. как ты? Его живот крутит. Уже почти полночь. Джош бы прилетел этим вечером, вызвал бы Убер, чтобы доехать от аэропорта к дому Тайлера. Они бы обнялись на крыльце Тайлера и сели, чтобы вместе поесть, и потом… и потом, и потом — Тайлер заставляет себя повернуться и зажмуриться. Но его телефон вибрирует. Мне холодно, — говорит Джош. укутайся, — говорит Тайлер. Хотел бы, чтобы ты был здесь и согрел меня. мы скоро будем вместе Будем. Решая не обращать внимание на то, как странно выглядит это сообщение, Тайлер кладёт телефон на тумбочку и снова проваливается в сон.

*

Ему удаётся поспать ещё час, прежде чем он слышит стук в дверь. Сначала он думает, что это может быть частью его сна, где Джош был рядом с ним, они левитировали на лавочке у дома, потому что во сне Тайлера у него были рыжеватые крылья и когти с идеальным маникюром. Джош тоже щебетал, и смех Тайлера раздавался эхом как пара рождественских колокольчиков. Тайлер поднимается, локти утопают в матрасе, и он кидает взгляд на щель между дверью и коридором. Там темно, и он клянётся, что слышит вдалеке второй стук во входную дверь. Он смотрит в темноту, как будто что-то проявится, если он будет достаточно усердно смотреть. Он даже прищуривается. На прикроватной тумбочке вибрирует его телефон. Малыш, на улице холодно, — пишет Джош. джош, — отвечает Тайлер, -мы больше не вспоминаем эту песню. И в дверь стучат в третий раз, и теперь телефон Тайлера звонит — Джош вызывает его по ФэйсТайму. Тайлер дотягивается до лампы на столе и включает её, а затем отвечает на звонок. Тайлер пытается убедить себя, что изголовье его кровати и мятая одежда на нём милые, пока ждёт соединения. Видео всё ещё загружается, когда Джош говорит Тайлеру «Привет!», а Тайлер может лишь пробормотать мягкое «Здравствуй», а затем на его экране появляется заснеженный Джош, который стоит под фонарём, который излучает золотой нимб над его головой. На нём шапка. А ещё на нём шарф, и, когда он говорит, Тайлер видит пар изо рта. — После последнего раза, как мы говорили, в Калифорнии наступил новый ледниковый период? Джош смеётся. — Боже, надеюсь, нет. Я уже и забыл, как здесь холодно. Тайлеру стыдно за то, как поздно он понимает, что именно Джош сказал и что это значило. Даже теперь Тайлер очень медленно встаёт с кровати. Даже теперь Тайлер не горит желанием покидать комнату. — О чём ты говоришь? — он протирает глаза. — Ты… нет, Джош… Тайлер смотрит, как Джош поворачивает телефон, чтобы показать светильник у лавочки Тайлера и цифру его квартиры на входной двери. — Хэй, малыш, на улице холодно. Хочешь меня впустить? Тайлер опускает телефон на комод. Джош говорит: — Тайлер? На мгновение Тайлеру кажется, что он сейчас упадёт в обморок. Он отходит от комода и поворачивается на пятках. Его отражение не такое уж и милое, и он пытается это исправить. Всё, чего он хочет, это зарыться назад в кровать, закрыть глаза и вернуться в сон, потому что это всё ему точно снилось. Джош сказал, что рейс отменили. Он сказал, что ему вернут деньги за билет. Как Джош здесь оказался? Как Джош здесь оказался? — Тайлер? — А? — Тайлер стягивает свою футболку и натягивает байндер. Он закусывает губу, поправляя грудь. — Прости, — Джош звучит разбито. — Я хотел, чтобы это было сюрпризом. Я нашел другой рейс. Я не сказал тебе, потому что ты сказал, что тебе было нехорошо, и я подумал… Наверное, я подумал, что я приеду, и тебе станет лучше. Тайлеру уже лучше. Он натягивает футболку и поднимает телефон. — Ты понятия не имеешь, как мне сейчас сложно держать себя в руках. Джош улыбается. — Я понятия не имею, как говорю сейчас с тобой и ещё не наблевал. — Пожалуйста, не блюй. Тайлер несётся по темноте. Он скользит носками по деревянному полу и ударяется бедром о кухонный стол. Он бежит. Джош начинает подпрыгивать. — Тайлер. — Джош. — Тайлер. — Блять, — говорит Тайлер и повторяет, когда кидает телефон на диван, открывает входную дверь, и Джош обвивает его торс руками, поднимая в воздух. — И тебе привет, — Джош дышит в шею Тайлера, он дрожит, ему холодно. Ему холодно. — Блять. — Ага. — Блять. — Я не думал, что у тебя такой грязный рот, — говорит Джош. Тайлер готов расплакаться. Он трогает руки Джоша, его лицо. Тайлер обхватывает его лицо ладонями и смотрит в глаза Джоша, такие тёмные, и в этом свете они кажутся чёрными. В его руках борода Джоша такая мягкая, такая мягкая. Тайлер так этого боялся. Он много чего боялся, когда думал о том, как пройдет их первая встреча с Джошем. Он боялся, что от Джоша будет плохо пахнуть, что, может, голос Джоша не такой уже и очарованный, каким был во время разговоров по телефону. Он боялся, что Джош окажется не таким красивым, но вот он, на нём шапка, натянутая ниже бровей, прыщ на крыле носа, и Тайлер плачет. Он плачет, и ему не стыдно так рассыпаться, не тогда, когда Джош с ним в его гостиной, укутанный во столько тёплых слоёв одежды, сколько Калифорния ему предоставила. — Ох, блять, — вздыхает Тайлер и обхватывает руками шею Джоша. Он рад, что надел байндер. Его грудь и грудь Джоша прижимаются друг к другу, руки Джоша на его спине, и они так близко, они дышат воздухом друг друга. Джош начинает плакать с ним. — Блять, — шепчет он. Тайлер улыбается, вытирая свои глаза, а затем и глаза Джоша. Тайлер не может перестать плакать. Ему нужно поплакать. — Ты голодный? — спрашивает он, его руки трясутся. Как всегда, Джош смотрит на него, и на его лице глупая ухмылка. — Нет, у моего водителя Убера были какие-то конфетки. Поэтому я перекусил. Тайлер не осознаёт, сколько за плечами Джоша вещей. После того, как он закрывает дверь, Тайлер забирает его сумки. Джош неохотно отдает их и говорит: — Хотя, я почти что уверен, что эти конфеты остались с Хэллоуина. Обёртки и все такое. — Ох, позволь мне… — Тайлер, всё хорошо, — говорит Джош, забирая сумку из рук Тайлера, чтобы донести её самому. — Серьёзно. Я так сильно устал. — Тогда можем пойти ко мне в спальню. — Тебе будет нормально? Я могу поспать на диване. Я просто хочу, чтобы тебе было комфортно. Качая головой, Тайлер смотрит в коридор в сторону его комнаты. — Джош, мы встречаемся уже год. — Ну, да, но это первый раз, когда мы друг с другом находимся в одной комнате, что уж говорить о том, чтобы спать в одной кровати. — Это так не ощущается, — Тайлер опускает сумки Джоша на пол, рядом с ножкой кровати, убирая с пути. — Ощущается, как будто… — он пытается подобрать слово, которое вертится у него на языке, но не может его найти. Но Джош рядом, и он говорит: — Ага. — Он опускает сумку на пол и говорит: — Ощущается так, как будто я вернулся домой. Они стоят вот так, смотрят друг на друга, и начинает казаться, что Джош жил здесь всегда. Он подходит, как кусочек паззла, которого всегда не доставало, но Тайлер об этом не знал. Несмотря на то, как сильно Тайлеру не нравится эта аналогия, в ней есть смысл. Он делает шаг вперёд и позволяет себе полностью окутаться Джошем, и Джош только рад. Джош обнимает Тайлера, держит Тайлера, и Джош прислоняется губами ко лбу Тайлера. — Ага, — говорит Тайлер, — ощущается так, как будто я дома. Они тихо отстраняются, и Джош опускает голову, чтобы начать укладываться спать. Уже за полночь. У Джоша тёмные круги под глазами. Когда он снимает с головы шапку, Тайлер замечает боковым зрением эти кудряшки, и ему приходится сдерживать себя, чтобы снова не кинуться в объятия Джоша, чтобы провести пальцами сквозь его волосы. Вместо этого Тайлер поворачивается к кровати, поправляет простыни и проверяет, чтобы одеяла в пододеяльниках были равномерно распределены. Он даёт Джошу ещё одну подушку. Когда Джош переодевается, Тайлер опускает взгляд и думает, нормально ли будет поспать в байндере. Конечно, очевидный ответ — нет, однако, он рассуждает у себя в голове, что будет нормально, потому что сегодня он вообще его не носил. Он уже собрался натянуть на своё тело одеяло, принимая финальное решение, когда Джош указывает на него рукой и говорит: — На тебе сейчас байндер? Тайлер восхищается тем, как прямо Джош это сказал. Он не может оправдаться, почему он скрывает это, не тогда, когда есть шанс, что Тайлер может проснуться, сжимая свою грудь, отчаянно пытаясь начать дышать. Его колебаний достаточно, чтобы Джош улыбнулся и подошёл к кровати, протягивая руки. — Давай помогу. — Не смотри. — Не буду. И Джош не смотрит. Его глаза как по команде остаются на лице Тайлера, когда Тайлер поднимает руки, чтобы помочь Джошу поднять его футболку над головой. Не шевелясь, Джош держит её, чтобы Тайлер мог сконцентрироваться на снятии байндера. — Спасибо, — говорит Тайлер, кидая байндер на пол, опуская футболку. Джош сидит. Джош смотрит. Тайлер смотрит в ответ. — Мне нравится твоя футболка, — говорит Джош. Тайлер смотрит вниз. — Нинтендо, — говорит он. — Ага. — Можно я тебя поцелую? — Боже, я думал, ты никогда не попросишь, — Джош прочищает горло. — То есть… да, ты можешь меня поцеловать. Если честно, мне бы это понравилось… если бы ты поцеловал меня. Поэтому, Тайлер целует Джоша. Медленно и деликатно, Тайлер упирается руками в простыни перед ним и наклоняется вперёд, ударяясь лбом о лоб Джоша. Джош обхватывает голову Тайлера ладонями, и это его опора. Когда губы Тайлера касаются губ Джоша, жжение в животе Тайлера становится таким же сильным, как в первый день, когда они начали общаться. Тайлер никогда не думал о том, что то, что он чувствовал по отношению к Джошу в самом начале, останется с ним и до сегодняшнего дня, но вот они, вот они, и Тайлер не теряет ни секунды и ложится, утягивая Джоша за собой. Их ладони трогают плечи, руки, серебро кожи на животе и за ушами. Они засыпают со слюнями на губах и с любовью в животах, Джош лежит сверху на Тайлере, и Тайлер обхватил ногами талию Джоша. Будучи в оцепенении, вызванном восхищением, Тайлер так и не понимает, что Джош засыпает на его груди вместо подушки.

*

Утром Тайлер просыпается и видит, что они лежат на противоположных концах кровати, и это из-за того, что Джош потянулся к розетке, чтобы поставить телефон на зарядку. Тайлер смотрит на затылок Джоша, на гнездо из кудряшек. Когда Джош тянется, чтобы включить лампу Тайлера, Тайлер понимает, что сейчас точно не утро, слишком темно, слишком шумно, и Тайлер вспоминает, что ему снова снился Джош с этими крыльями, и он летал, пока Тайлер оставался на земле со слезами на глазах. Слёзы норовят вырваться наружу. Тайлер моргает. Он их вытирает резким движением ладони. Прямо сейчас Джош не умнее. Он сидит в телефоне, тыкая в него большим пальцем. Тайлер не может разглядеть, что он делает. Экран слишком тёмный. Всё слишком тёмное. Тайлеру кажется, что за окном град. Его операция через два дня. Он поворачивается набок. Джош не замечает. Он думает, что Тайлер всё ещё спит, просто ёрзает и ворочается, как обычный человек. На секунду Тайлер благодарен за это. Когда он аккуратно стягивает футболку через голову, Джош слишком зациклен на телефоне, чтобы почувствовать разницу. Когда Тайлер поднимается на локте и тянется рукой, чтобы потыкать Джоша в плечо, и тогда Джош наконец бормочет: — Хэй, — и поворачивает голову. — Телефон говорит, что там шторм. Проснулся из-за ветра, но, мне кажется, теперь там не только ветер. — Он опускает телефон на пол, розетка слишком далеко от любой мебели, на которую можно было бы положить телефон. — Да, я слышал, — Тайлер удерживает футболку на груди, пряча её, заглушая. Его кожа горячая. — Нам нужно попытаться снова уснуть, — говорит Джош. Он снова поворачивается, на этот раз всем телом, и ложится на живот, приподнявшись на локтях, и он видит Тайлера. Его глаза опускаются на руку и футболку на груди Тайлера. Он поднимает взгляд на Тайлера и говорит: — Тайлер? — Я… Дай мне немного времени, ладно? Меня тошнит. — Хочешь, чтобы я что-нибудь сделал? — Останься здесь. Пожалуйста. Просто… останься здесь со мной. Джош кивает. Кажется, что его глаза сияют в темноте. Тайлер дышит. Он вдыхает, выдыхает. Джош дышит с ним. Это обычное действие, дыхание, но Тайлер считает его милым. Он не знает почему. Он не знает, почему наблюдение за тем, как плечи Джоша поднимаются и опускаются помогают его животу хотя бы немного прийти в норму. — Хорошо, — он отпускает футболку. Он держит глаза открытыми. Он смотрит на Джоша. Джош не сводит глаз с лица Тайлера. Оу, Тайлер так влюблён. — До того, как мы начали планировать встретиться, я записался на операцию на грудь. Я не сказал тебе, потому что я думал, что мы встретимся после этого, и, что, может, тебе не придётся видеть меня с грудью, которая мне не нравится. Я всё ещё не говорил тебе об операции, потому что не знал, как. Когда ты сказал, что рейс отменили, я обрадовался. Тебе не пришлось бы видеть меня таким, — Тайлер обводит свою грудь рукой. Джош всё ещё не сводит глаз с лица Тайлера. — Но ты здесь. В нашем оригинальном плане ты должен был остаться на неделю. Сейчас план… такой же? — Я думал об этом. Я сказал боссу, что меня не будет неделю. Тайлер кивает и шепчет: — Хорошо. Хорошо. Джош протягивает руку и поглаживает шею Тайлера. Он удерживает его, нежно поглаживая его скулу большим пальцем. Тайлер говорит, быстро и нервно: — Я знаю, что это может быть слишком, то, о чём я попрошу, потому что я из ниоткуда вываливаю это на тебя, и я пойму, если ты решишь уехать от меня после того, как я скажу тебе это, но операция через два дня. И Тайлер ждёт. Он немного ёрзает, открывая глаза лишь тогда, когда большой палец Джоша замирает. Джош смотрит на него, его брови сведены вместе, нижняя губа немного выпирает, потому что он не понимает. — Почему я могу захотеть уехать от тебя? — спрашивает он. Забавно то, что Джош делает ударение на «тебя», когда Тайлер сделал акцент на «уехать». Каким-то образом в голове Тайлера он убедил себя, что, если Джош не захочет быть рядом во время операции, он всё равно захочет и дальше с ним быть, но, несмотря на то, что Тайлер прокручивал это в голове снова и снова, он понимает, что это полный бред. Если Джош не захочет быть с ним во время операции, тогда Джош вообще не заслуживает здесь находиться. И Джош знает это. Он не хочет уезжать. Он не хочет уезжать от Тайлера. Тайлер лишь пожимает плечами. Поцелуй Джоша короткий. Тайлер придвигается ближе и кладёт руку на шею Джоша, целуя его в ответ. Этот поцелуй не короткий. Тайлер не может понять, чьи пальцы сильнее, когда те тянут за волосы на затылке. — Я хотел бы дать тебе выбор, — говорит Тайлер, когда Джош целует его в шею. — Я знаю, что это всё внезапно, и это не то, чего ты ожидал, когда ты приехал ко мне. — Наши планы всё равно испортила погода. — Но я буду оправляться после операции. Джош игриво покусывает кадык Тайлера. — Да? И? Я никуда не ухожу. Я хочу быть рядом, когда ты станешь человеком, каким давно хотел стать. Тайлер дрожит, падает, и Джош падает с ним. Тайлер лежит на спине, и Джош продолжает усыпать лицо Тайлера поцелуями. У него мягкая борода. У него такая мягкая борода. — Я люблю тебя, Джош. — Я тоже люблю тебя, Тайлер. Опираясь на локти, Тайлер приподнимается. Джош ни разу не опускает взгляд. Он улыбается и проводит большим пальцем по брови Тайлера. Глубоко вздохнув, Тайлер говорит: — Когда мы будем заниматься сексом, я не буду снимать футболку, но, перед тем, как я сделаю операцию, я хочу, чтобы ты увидел мою… мою… — Здесь слишком темно, чтобы нормально на неё взглянуть, — размышляет Джош. Тайлер лыбится. — Что ж, очень жаль, да? Джош смотрит на грудь Тайлера, подпирая голову локтем, на его лице довольная улыбка, и он кладёт ладонь посередине груди Тайлера. Он не убирает её, рассеянно постукивая пальцами. — Ты мог бы сделать татуировки на груди после того, как всё заживёт. Когда ты будешь на пляже или типа того, люди будут смотреть на них, а не на шрамы. — Я думал над этим, — Тайлер бы показал Джошу тату мастера, которого он нашёл в Инстаграме, если бы его телефон всё ещё не лежал в гостиной. Эскизы часто состояли из чётких и минималистических линий. Тайлеру нравилась их геометрия, идеальная гармония, если в этом мире вообще есть что-то подобное. Джош возвращается к шее Тайлера, рука на груди Тайлера поднимается вверх и снова устраивается сбоку на шее. Джош целует его здесь, прижимает его ближе, и Тайлер переворачивается на живот, впуская тошнотворное чувство того, как их грудные клетки соприкасаются. — Можно мне ещё на что-нибудь посмотреть в темноте? — спрашивает Джош прямо в ухо Тайлера. Тайлер дрожит, не может не дрожать, и Джош обнимает его и держит, пока тот наклоняет голову, чтобы оставить небольшой засос под челюстью Джоша. — Всё остальное ты уже видел, — отмечает Тайлер, — при свете, в темноте, на фото и видео, и ещё где-то. — Ты привёл целый ряд аргументов, — Джош целует Тайлера в щёку. — Я могу подождать. Повернись. Ты можешь побыть маленькой ложечкой. — Ты хочешь побыть большой? — Нет, я сказал, что ты можешь побыть маленькой. Кроме того, тебе будет легче выбраться из кровати, если тебя ещё больше будет тошнить, — Джош держит руку на спине Тайлера, когда они меняют положение. Их движения тихие, немного медлительные. Град за окном теперь больше напоминает мокрый снег. Это хороший саундтрек, что-то, на чём Тайлер может сфокусироваться вместо бурления в животе. Джош целует плечи Тайлера и старые шрамы от акне, усыпавшие тёмную кожу. — Я хочу, чтобы тебе было комфортно, — Джош продолжает оставлять поцелуи, продолжает шептать в кожу Тайлера. — Я могу понять лишь то, что позволяет мне мой цисгендерный мозг, но, Тайлер, я люблю тебя за тебя, и это неважно, как ты выглядишь… и, я знаю, что ты не даешь мне оплатить операцию, но ты ничего не сможешь сделать с тем, что я буду баловать тебя после неё. — Пожалуйста, не трать на меня деньги, — вздыхает Тайлер. Джош смеётся. — Попробуй меня остановить, — он закидывает руку на талию Тайлера, и Тайлер, собравшись с мыслями, опускает свою руку сверху, чтобы переплести их пальцы. Они держатся за руки. Они спят.

*

На завтрак Джош готовит Тайлеру вафли. Они сидят за кухонным столом, Джош регулярно извиняется за то, что перешёл черту. — Я просто увидел их в морозильнике и вспомнил, что ты мне говорил, что вафли тебе нравятся больше, чем панкейки, и… — Джош, — говорит Тайлер и поглаживает руку Джоша, — мой дом — твой дом. Джош улыбается. Он улыбается. Погода за окном, мягко говоря, ужасающая. После пробуждения Тайлер прилипает к окну, натягивая футболку и заглядывая за шторы и жалюзи, и он видит лишь белый. В этот момент Джош был на кухне, готовил вафли и слушал местную радиостанцию. Они рекомендовали всем оставаться дома. Здания правительства, заводы и школы были закрыты из-за снегопада, и в прогнозе погоды на остаток дня показывало ненастье. Когда они сидят за столом, Тайлер уминает вафли и набирает боссу сообщение, чтобы подтвердить свои часы работы на сегодня. Он не думает, что ему нужно будет выйти на работу, особенно учитывая то, как часто он туда ходит. Но у него есть ботинки, и он может надеть побольше слоёв одежды, если понадобится. Джош говорит: — Нас практически замело. Они не будут настаивать на том, чтобы ты вышел, только, если кому-то, типа, действительно нужно будет починить пианино. — Никогда не знаешь. — Твой босс знает об, эм, твоей операции? — Да. Остаток месяца я не буду работать. На телефоне Тайлера меньше двадцати процентов, когда он вибрирует, получая ответ — он остаётся дома. Согрейся и будь в безопасности. Всё, что нужно Джошу, это улыбка Тайлера. — Очень круто. Хорошо. У нас впереди целый день. Чем хочешь заняться? И всё, что нужно Тайлеру, это улыбка Джоша. Но, чтобы убедиться: — Хочешь заняться сексом? Тайлер стонет из-за одного лишь вопроса. — Да. Когда они заканчивают завтракать, они перемещаются в спальню, скользя по полу, чтобы быстрее добраться. Они держатся за руки во время этого путешествия, смеясь на протяжении всего пути. Когда они оказываются в спальне, Тайлер закрывает за ними дверь, и Джош ставит телефон Тайлера на зарядку, и они запрыгивают в кровать. — Иди сюда, — говорит он. — Иди сюда, иди сюда, иди сюда. Не думая ни секунды, Тайлер забирается на кровать и тянет Джоша за собой. На этот раз их губы соединяются первее, чем лбы. Это явное улучшение. Тайлер вылизывает рот Джоша изнутри, пока Джош забирается большими пальцами под пояс штанов Тайлера. Раздеваться легко. Они двигаются так, как будто это не первый раз, когда они делали это вместе. Тайлеру нравится думать, что это из-за секстинга, что, может, судьбоносная красная линия свела их вместе, и она сейчас оборачивается вокруг их тел, чтобы соединить их ещё ближе. Джош аккуратен. Он не пытается снять футболку Тайлера, лишь немного поднимает её, чтобы поцеловать живот Тайлера и укусить того за бёдра. — Ниже, — говорит ему Тайлер. — Ниже. И Джош опускается ниже. Он опускается ниже, целуя кудряшки Тайлера и то, что скрывается под ними. Старательно и даже деликатно, Джош обхватывает губами клитор Тайлера и начинает нежно посасывать. — Ты так хорош, — шепчет Тайлер, его ладони в волосах Джоша, он перебирает кудряшки. — Малыш. Джош посылает мелкие вибрации в его клитор, и их достаточно, чтобы довести его до края. Джош раскрывает его языком, и Тайлер думает, что он мог бы кончить вот так. Джош медленный, и это ощущается так правильно, он проталкивается, изучает. Он плюёт на клитор Тайлера. Он снова плюёт, а затем потирает его кончиками пальцев. — Ты дрочишь вот так, да? Ты говорил что-то такое раньше. Нет, однажды ты отправил мне видео, где ты так дрочил. — Джош лижет клитор Тайлера, на его губах слюна, на его подбородке слюна. Он делает круговые движения пальцами у основания клитора Тайлера. — Джош, пожалуйста. — Мне нравится смотреть, как ты дрочишь. Тайлер спускается рукой вниз по своему телу, встречаясь с пальцами Джоша у своих лобковых волос. На мгновение Джош держит его ладонь, а затем садится и раздевается. Тайлер трогает свой клитор подушечкой большого пальца, протягивая свободную руку к тумбочке, и достаёт смазку. Он кидает её Джошу. Джош ловит, немного замешкавшись. Он не перестаёт улыбаться, сидя на коленях. — Мне показалось, что ты уже достаточно мокрый. — Если ты думаешь, что ты легко в меня войдёшь, окажи услугу. Хочешь надеть презерватив? — Я против всего этого. Ты принимаешь противозачаточные? — То, как долго я на тестостероне, убило мою менструацию. — Это очень круто, но никогда не рискуй. Ты хочешь, чтобы я надел презерватив? Джошу всегда удаётся влюблять в себя Тайлера снова и снова. — Я хочу, чтобы ты в меня кончил, — говорит Тайлер, и после этого он обхватывает внутреннюю сторону бёдер и разводит свои ноги. Глаза Джоша опускаются вниз. Он откладывает смазку в сторону и снова ложится на живот, выбирая снова зарыться лицом во влагалище Тайлера. Тайлер вздыхает. Спина Тайлера отрывается от кровати. Джош засовывает в Тайлера палец, и Тайлеру кажется, что он сейчас начнёт парить. — Поцелуй меня. Поцелуй меня, — говорит Тайлер. — Мне нужно, чтобы ты меня поцеловал. Джош повинуется, его палец обосновался во влагалище Тайлера, и он уже входит вторым. Он мягко входит, медленно сгибая. Джош говорит: — Ты немного уже, чем я думал, — и Тайлер говорит: — Ага, тебе придётся быть со мной аккуратным. — Пусть пальцы побудут в тебе немного, окей? Чтобы ты привык к ним. Так нормально? Тайлер кивает. Джош целует его, и он целует Джоша. Когда пальцы Джоша покидают его, чтобы взять смазку, Тайлер ложится на живот. Останавливаясь, Джош поглаживает Тайлера по спине, а затем возвращается к смазке и выдавливает приличное количество на свой член. Они не говорят, общаются лишь кивками головы и улыбками. Тайлер снова расставляет ноги, поднимая одну, подстраиваясь под Джоша, и Джош идеально занимает пространство. Затем, его грудь у спины Тайлера, и он обхватил руками его плечи, Джош спрашивает: — Как ты хочешь, чтобы я тебя трахнул? Это должно было быть сексуально, но в голосе Джоша чувствуется нотка беспокойства. Несмотря на то, какой он нетерпеливый, ему тоже страшно. И, откровенно говоря, тут Тайлер с ним согласится. Его ответ Джошу очень тихий. — Трахни меня так, как будто ты ждал целый год. Джош впивается зубами в шею Тайлера и делает всё в точности, как сказал Тайлер.

*

Во время второго раунда Тайлер сверху. Он чувствует, что он всё контролирует. Ему хорошо. На нём всё ещё его футболка с Nintendo, и он чувствует себя королём.

*

Третий раунд едва ли можно назвать раундом. Тайлер выбивает из Джоша сухой оргазм, посасывая его соски. Джош говорит: — Больше так не делай, — на его лице улыбка. Тайлер целует Джоша в щёку. — Не буду.

*

Весь оставшийся день они спят. Джош — маленькая ложечка.

*

Снег начинает таять, но это медленный процесс. Метеорологи рекомендуют остаться ещё один день дома, и они остаются. На завтрак хлопья, быстрый совместный приём душа, а затем Джош настаивает на том, что сегодняшний день будет днём релаксации, поэтому они решают устроиться на диване и посмотреть рождественские фильмы по каналу Hallmark. Впервые Тайлер не надевает байндер, и ему комфортно. На ужин они готовят спагетти с мясными шариками и кормят друг друга. Джош спрашивает об операции Тайлера. — Это, типа, операция, после которой не нужно оставаться в больнице? С тобой буду только я? — Мама тоже там будет. Она должна была отвезти меня, но, так как ты сейчас здесь… — Тайлер останавливается. — Могу поспорить, что она ждёт встречи с тобой. Они тыкают друг в друга ногами под столом. Джош держит Тайлера за руку. — Я знаю, что это тупо, но я очень нервничаю из-за завтрашнего дня. — Тебе не нужно нервничать. — Мне кажется, я просто… Мне больше тревожно, понимаешь? А ещё я взволнован. Ты будешь так хорошо выглядеть, чел. У Тайлера на щеках смущённый розовый. Он качает головой. — Боже, Тайлер. Я вообще не смогу подарить тебе подарок на Рождество лучше, чем этот, — говорит Джош. — Ты уже здесь со мной, — несмотря на то, какое это клише, когда эта фраза срывается с губ Тайлера, он не может представить, как сказал бы ее как-то иначе. Он действительно имеет это в виду. Кроме того, Джош тоже начинает краснеть, и Тайлер знает, что Джош знает, что Тайлер действительно имеет это в виду. Прочищая горло и почесывая щёку, Джош говорит: — Так, окей, быстренько проговори всё, к чему мне нужно быть готовым завтра. Щёки Тайлера болят от того, как сильно он улыбается. — Сейчас покажу бумаги, которые мой врач дал мне. Я уже собрал вещи.

*

Когда они собираются ложиться спать, немного раньше, чем обычно, Тайлер снимает телефон с зарядки. Джош взбивает подушки, возвращая на место плед и одеяла. Он рассеянный. Он зевает и проводит пальцами по бороде. Тайлер протягивает руку и делает то же самое, он мягко потирает волоски на подбородке Джоша, свободной рукой тыкая на экран, открывая ФэйсТайм и набирая своей маме. Он предполагает, что она ещё не спит, потому что сейчас только вечер, но он не может точно знать. Его мама, и даже его папа обычно ложились спать в то время, когда другие люди бы захотели выйти из дома и чем-нибудь заняться. Ему повезло, и она поднимает. И, к счастью, они успевают лечь с Джошем, который справа от него, в кровать, прежде чем экран загружает их изображение. — Хэй, мама! — говорит он, махая. Да, в самом деле, она в кровати. — Привет, Тайлер! Я только что хотела тебе написать, — Она делает паузу для драматичности. — Завтра важный день! — Важный! — Ты нервничаешь? Это нормально, нервничать из-за чего-то, к чему ты полностью готов и не можешь этого дождаться, ты же знаешь? Это лишь значит, что тебе не всё равно. — Тогда, да, я нервничаю, — Тайлер улыбается, слишком ярко, чтобы брать в голову то, что это было нелепо. Он немного сдерживается, его мама смеётся с него, но он переводит внимание, и телефон, направо, к Джошу, и говорит: — Посмотри кто здесь, мам! Она притворно вздыхает. — Джош! Джош машет. — Хэй. — Я думала, что ты не приедешь из-за погоды, но Тайлер так и не написал мне, поэтому, я подумала, что вы оба были заняты, — её брови взлетают к линии роста волос, а губы сжимаются, и всё это говорит о том, что она знает. Тайлеру приходится сдерживаться, чтобы не вдаваться в подробности их шалостей. Может, если бы Джоша здесь не было, он бы намекнул, что им было очень весело, но, когда рядом Джош, Тайлер может лишь улыбнуться маме, а потом перейти к другой теме разговора. Он вытягивает руку, чтобы они оба были на видео. — Джош завтра пойдет с нами. И он останется со мной после операции, чтобы тебе не пришлось оставаться на ночь, как мы изначально запланировали. Она выглядит счастливой, даже довольной. Она смотрит куда-то между Тайлером и Джошем. — Сколько он здесь ещё пробудет? — Только неделю, — говорит Тайлер. Она снова вздыхает, но на этот раз искренне. — Но на следующей неделе Рождество! Получается, он уедет раньше? Джош встревает в разговор: — Я попытаюсь переговорить со своим боссом. Не вижу смысла улетать до Нового Года. Тайлер слишком занят тем, что пытается успокоить свое парящее сердце, и он не слышит, как его мама соглашается. Он поворачивает голову и смотрит на Джоша, и Джош разговаривает с его мамой, как будто это обычное дело, как будто они семья. И Тайлер поворачивает голову и смотрит на маму и говорит: — Хэй, мам, увидимся завтра, ладно? Они все обмениваются пожеланиями «спокойной ночи» и «хороших снов». Тайлер возвращает телефон на зарядку, и затем он поворачивается назад к Джошу, и смотрит на Джоша, и затягивает Джоша в поцелуй. Он держит в ладонях голову Джоша и говорит ему в губы: — Это может показаться очень рискованным, но ты хочешь ко мне переехать? — Это ужасно рискованно с твоей стороны, — Джош оборачивает руку вокруг торса Тайлера и обнимает его. — Не думаю, что у меня получится осесть в другом месте прямо сейчас. Может, в следующем году. — Следующий год всего через пару недель. — Именно. Сегодня никто из них не маленькая ложечка. Они лежат бок о бок, Тайлер держится за запястье Джоша, и Джош дышит в волосы на макушке Тайлера.

*

Мама Тайлера подбирает их за два часа до операции. Она аккуратно ведёт машину, снег у обочин превратился в серую жижу. Тайлер ненавидит звук, когда они проезжают по нему. Рождественские песни на радио удерживают его на сидении. Он сидит спереди на пассажирском, теребя пуговицы на своей рубашке. Она розовая. Он уже знает, что он вспотеет до того, как они доберутся до больницы. Джош сидит сзади, отправляя ему подбадривающие сообщения. Тайлер пообещал, что не будет их читать, пока он не вернётся домой, пока они не вернутся домой. Ему будет больно, но это будет приятная боль. Это будет лучшая боль в его жизни. — Я готов, — говорит Тайлер. Он берет маму под руку и держит ладонь Джоша.

*

Тайлер на седьмом небе.

*

Дома, в кровати, Тайлер пролистывает сообщения, которые отправлял ему Джош, и плачет. Он много из-за чего плачет. Джош сидит рядом, проводя пальцами через волосы Тайлера, и тоже много из-за чего плачет. Тайлер протягивает руку и сжимает колено Джоша. — Я плоский. О, Боже мой, Джош, мне кажется, что у тебя грудь больше, чем у меня. Ему больно смеяться, но он смеётся. Джош целует его в лоб и смеётся вместе с ним. — Мне кажется, что ты можешь быть прав.

*

Мама Тайлера навещает их так часто, как может. Она приносит еду, которой Джош кормит Тайлера, несмотря на то, что Тайлер и сам может есть, и это происходит всегда с улыбкой на лице. После того, как Джош показывает, как нужно, она опустошает дренажную трубку* Тайлера. — Выглядит так хорошо, Тайлер, — говорит она. — Твоя грудь так хорошо выглядит. Шрамы едва видны. — Мне так хорошо, мама, — он шепчет. — Мне так хорошо.

*

Когда они одни, поздно ночью Джош целует грудь Тайлера, прямо под накладками на его трансплантированных сосках. — Ты чувствуешь это? — Да. Джош целует, и Джош целует. Тайлер закрывает глаза.

*

Тайлер часто спит. Ему снится, что Джош отказывается от своих рыжеватых крыльев, чтобы построить гнездо в спальне Тайлера. Его гнездо сделано из мягких игрушек. Он воркует. Он поёт. Тайлеру снится, как Джош забирается в его кровать и отлизывает ему, пока дрожь бёдер Тайлера не становится постоянной. Он всегда просыпается и видит Джоша. Джош уже не спит. Джош сидит в телефоне. Джош смотрит телевизор. Джош почти никогда не спит, когда Тайлер просыпается, но, когда Тайлер засыпает, Джош засыпает вместе с ним. Каждый день Джош покрывает волосы Тайлера сухим шампунем, и расчёсывает их, и создаёт самодельный душ из детских влажных салфеток. Тайлер ненавидит то, как сильно ему это нравится. Однажды, ночью, они смотрят рождественские фильмы на ноутбуке Тайлера. Иногда, когда Тайлер был не в себе между просмотром Гринча — похитителя Рождества и Санты-Клауса Тайлер даёт добро на то, чтобы Джош сделал пряничный домик. — Ты уверен, что я сказал тебе, что хочу этого? — спрашивает Тайлер. Он стоит на кухне, на его плечах накидка, и он держит руки в карманах. — Да, Тайлер. Сейчас десять утра, и Тайлер смотрит на шестидесятисантиметровый пряничный домик, который стоит на столе. — И я попросил тебя сделать его таким большим? — Да, Тайлер. Тайлер отрывает конфетку от пряника и закидывает её в рот. — Интересно.

*

После того, как Джош информирует босса о том, как его вторая половинка оправляется после операции и ему нужно остаться рядом во время восстановительного процесса, и босс даёт ему отпуск, уверяя, что у него будет работа, к которой можно будет снова приступить, когда Джош вернётся. — Теперь ты застрял со мной, — Джош тыкает в нижнюю губу Тайлера. — Хорошо, — Тайлер выпячивает губы, целуя палец Джоша. Джош улыбается. — Хорошо.

*

Когда на улице не слишком холодно, он и Джош ходят вокруг дома. И, когда на улице слишком холодно, он и Джош ходят по дому. Лёгкие упражнения хороши для его восстановления. Он многое не может делать. Но он способен на вот это. И, когда на улице не так уж и ужасно, они идут в парк и в центр, заходят в музыкальный магазин, о котором Тайлер не переставал рассказывать Джошу, потому что Тайлер знает, что он ему понравится. Джош заставляет Тайлера отвернуться, когда он просматривает виниловые пластинки. — Рождественский подарок, — говорит он, а затем парирует, — заткнись, мне можно тебя побаловать. Тайлер не спорит. Это бессмысленно, когда дело касается Джоша, особенно бессмысленно сейчас, как никогда раньше. — Я отвернусь, — говорит Тайлер, делая, как ему сказано, — но можно я хотя бы заплачу за сегодняшний ужин? — Неа! Они едят в Cracker Barrel, засев в углу у костра, здесь только они. — Ты сияешь, — отмечает Джош. — Я немного хочу ущипнуть тебя за щёки. — Пожалуйста, не надо, — Тайлер краснеет. Он прячет лицо в шарфе. Ловя момент, Джош наклоняется и удачно целует Тайлера в нос. — Ты приятно пахнешь. — Я пахну тобой. — Поэтому я и сказал, что ты приятно пахнешь. — Я очень рад, что ты рядом со мной. Джош опускает свою вилку. В приглушённом свете он ещё больше похож на ангела. — Я тоже очень рад, что я рядом с тобой. — Я имею в виду не только операцию. Я имею в виду всё. — Я знаю, — говорит Джош. Над столом он на полпути касается ладони Тайлера своей. — Я знаю.

*

В ночь перед Рождеством Тайлер, его мама и Джош сидят в кабинете хирурга, пока тот удаляет дренажную трубку. Ощущается странно, почти как щипок, но ему не больно. Немного некомфортно, он признаёт. Но Тайлер привык, что ему некомфортно из-за его груди. Ничего нового. Теперь Тайлеру нужно менять накладки на сосках каждый день, желательно после принятия душа и не используя слишком много неомицина*. Джош делает пометки в телефоне. По пути домой, сидя в машине, Тайлер смотрит на отвратительную серую жижу у обочин дороги и плачет. Он удерживает руку на груди и плачет. — Тайлер? — его мама говорит тихо, её голос как будто крадётся, когда она паркуется. — Это от радости, — говорит ей Тайлер. — Я так счастлив. Она обнимает его. Джош трёт глаза. Они ужинают вместе. Мама Тайлера спрашивает об их будущем. — В следующий раз ты полетишь навестить Джоша в Калифорнии? Ты переедешь отсюда? Прежде, чем Тайлер отвечает, Джош говорит: — Я подумываю о том, чтобы переехать сюда в следующем году. — Оу, это волнительно! Тайлер смотрит на то, как его мама и Джош разговаривают, и из его рта не выходит ни одного слова. Джош спокойно отвечает на все её вопросы, никто не остаётся без ответа. Они шутят и смеются. Тайлер улыбается. Он так счастлив, что нашёл Джоша. Он не хотел бы представлять жизнь без него.

*

Рождество состоит из того, что Тайлер просыпается, идёт на кухню и видит ещё больше сладостей на столе. Они не такие большие, как пряничный домик, но их достаточно, чтобы Тайлер облизал палец, засунул его Джошу в ухо и покрутил запястье. — Я знаю, что я не говорил тебе купить что-либо из этого. — Ты ясно выразился, что тебе нужны печеньки, и брауни, и пирожные, — говорит Джош. — Джош, я люблю тебя, но ты врёшь. Джош улыбается. — Иди назад в кровать, чел. Тайлер идёт. Заснуть легко. Когда Джош возвращается в кровать, за окном мокрый снег. И ещё кое-что царапающее. Сны Тайлера соскальзывают с его пальцев, и вместо этого они он охвачен опьяняющим ощущением Death Cab for Cutie. — Оу, — шепчет Тайлер. — Оу, это мой проигрыватель. — С Рождеством, — Джош играется с пуговицами на рубашке Тайлера, дёргая их, как струны арфы. — Ещё я купил тебе худи… но… пока что тебе нельзя носить что-то сверху. Можешь подождать и открыть потом. — Какого оно цвета? — Жёлтого, — Джош жуёт щёку изнутри. — Погоди. У меня есть для тебя футболка, которую ты можешь надеть, и я помогу тебе. На секунду Джош встаёт с кровати. Он открывает шкаф Тайлера и стягивает с вешалки футболку. — Вот, — говорит он, присаживаясь, а затем ложась на живот. Он передаёт футболку Тайлеру. Это его футболка с Nintendo. Тайлер прижимает её к лицу, к губам. Прямо сейчас мягкость и теплота ткани ошеломляют. Он хочет оставить её здесь, между ними, чтобы никогда не забыть этот момент и моменты, которые привели к этому. — Спасибо, — Тайлер складывает футболку так, чтобы было видно лого, а затем прижимает её к груди. — Почти, — говорит он. — Да? — Ну почти, — Джош опускает ладонь на лого и сжимает пальцы. Он медленно двигается, целуя Джоша в лоб. Его губы задерживаются, он хочет приклеиться к Джошу. Ему больно поворачиваться, но он всё равно поворачивается чуть больше и опускает ладонь на лицо Джоша. Неуверенно, его глаза метаются от глаз Джоша к его губам, Тайлер целует Джоша. Он целует Джоша. Он целует Джоша. — Я не хочу думать о том, что ты можешь уехать, — эти слова ранят его живот. Они перекручивают его внутренности. На мгновение, руки Тайлера потеют. Он хочет убрать ладонь с лица Джоша, но Джош не даёт ему, используя её как подставку. Это тоже больно. Тайлер изо всех сил пытается сделать так, чтобы его голос не дрожал, чтобы его губы не дрожали, чтобы не дрожал его подбородок. — Я не хочу думать о том… о том, что ты можешь уехать от меня. Мокрый снег падает волнами. Отвратная погода бесконечная. Они есть друг у друга. Сильными руками и с сердцем, которое слишком велико для него, Джош обнимает Тайлера и аккуратно кладёт голову на грудь Тайлера. — Я тоже не хочу об этом думать. Поэтому, они не думают. _________________ * — эластичная ткань, утягивающая грудь * — Дренаж устанавливается для того, чтобы устранить в ближайшее 10-12 часов после операции остатки крови и растворов, которые используются во время операции. * — антибиотический крем, он используется для предотвращения инфекций.