Рядом

Жить с Ли — дело очень трудное. Тентен поняла это еще в первый день, когда переехала в его дом. Столько гантелей, штанг и утяжелителей она не видела еще никогда — шагу нельзя было ступить, чтобы не споткнуться об очередной спортивный инвентарь. На возмущение Тентен Ли только смеялся и говорил, что все эти штуковины нужны ему для того, чтобы поддерживать в себе силу юности. Он и поддерживал — тренировался так много и часто, что Тентен уставала звать Ли ужинать, и доходило до того, что куноичи заставляла Рока есть собственноручно приготовленные ею пельмени в качестве еще одной тренировки, а иногда — на скорость, где она специально проигрывала. Еще чаще Тентен приходилось смиряться с тем, что Ли ужинать не будет. К счастью, в постели эти тренировки шли только на пользу.

***

Они жили вместе уже четыре месяца, и приближался праздник — Новый год, который Тентен непременно хотела отметить с Ли. Все ее подруги собирались праздновать со своими парнями. Тентен тоже мечтала о романтическом вечере. Пусть хотя бы один день в году Ли побудет нормальным человеком, думала Тентен, развешивая по дому гирлянды. Ли должен был вот-вот вернуться с миссии, и она хотела его удивить. Удивить получилось — едва Ли вошел в дом, как у него отвисла челюсть. — Красиво как, Тентен! — проговорил он, с восхищением рассматривая мишуру и снежинки, вырезанные из бумаги. — Но… Еще нужна елка! Тентен думала, что купит елку где-нибудь, но, естественно, Ли тут же задался целью непременно срубить елку сам, и умчался из дома, захватив один из метательных топоров Тентен в качестве орудия труда. Метательный топор был хорошим и его можно было продать за хорошую цену, но куноичи не успела помешать Ли. Помешать Ли вообще было нереально — если тот что-то вбивал себе в голову, отговаривать его, взывая к здравому смыслу, было бесполезно. За годы, проведенные рядом с ним, Тентен это поняла. Она готовила праздничный ужин (в котором преобладали ее любимые пельмени) и ждала Ли. Долго ждать не пришлось — вскоре он ввалился в дом с огромной елью на плечах. Оставалось только гадать, каким образом Рок дотащил сюда это дерево. Тентен только вздохнула — Ли в очередной раз решил себя угробить, а ведь она даже не ирьенин и не сможет вылечить его, в случае чего! Но ее просьбы быть осторожнее и даже угрозы самой однажды добить Ли, чтобы он не мучился, всегда оставались неуслышанными. — И где мы это поставим? — задала резонный вопрос Тентен, скрестив руки на груди. — Как где? — удивился Ли. — Здесь! — он широким жестом указал на центр гостиной. Тентен выразительно окинула взглядом потолок, который был слишком низким для такого большого дерева. Интересно, как Ли вообще его срубил, тем более — не предназначенным для колки дров орудием? Это не только раздражало Тентен, но и восхищало. То, каким был Ли. Его сила, упорство и оптимизм покорили Тентен почти сразу. Подумать только: одним тайдзюцу он мог добиться всего! Но ствол елки все равно пришлось подпиливать. Еще одним дорогим метательным топором. Тентен не стала возражать — все равно оружие мало кто сейчас покупал, в мирное-то время.

***

Они наряжали елку вместе. Иногда Ли в порыве энтузиазма ронял шарики, но Тентен ловко подхватывала их на лету и делала это так аккуратно, что ни одна игрушка не разбилась. Иногда их с Роком руки встречались, когда они вешали шарики на елку одновременно. Тентен краснела от смущения, а Ли целовал ее в щеку, зная, что ей приятно. Иногда поцелуй приходился в губы, и тогда они о елке на пару минут забывали, самозабвенно целуясь, пока в легких не заканчивался воздух. — Ну вот! — торжественно провозгласил Ли, на шаг отступая от наряженного новогоднего дерева. Елка просто сияла, и за игрушками кое-где даже не было видно хвои. — Красиво, — ответила Тентен, прижимаясь к боку Ли. Он обнял одной рукой ее за плечи и прижал к себе еще крепче. — И мы вместе это сделали! — радостно сказал он. — Мы — хорошая команда, правда, Тентен? — Очень хорошая, — подтвердила куноичи, пряча улыбку на его плече.

***

— У меня есть для тебя подарок, — сказал Ли, когда они уселись за стол, заставленный различными блюдами. Здесь не было только алкоголя, потому что Тентен хотела отметить Новый год спокойно и оставить после этого дом в целости и сохранности. Она даже тщательно проверила, чтобы купленные ею конфеты не содержали в себе ни капли спирта. — У меня для тебя тоже есть, — улыбнулась в ответ куноичи, вынимая свиток, в котором был запечатан подарок. Выбрать для Ли то, что ему понравится, было легко — Тентен купила грудной эспандер, так как свой старый Рок уже полгода как порвал, и у него никак не доходили руки купить новый. Ли тоже достал сверток, кое-как перемотанный лентой, что говорило о том — он очень старался, упаковывая подарок. Тентен надеялась лишь на то, что там не будет зеленого трико. Ей совершенно не хотелось надевать столь нелепую одежду, пусть Гай-сенсей и его самый верный ученик убеждали всех в пользе и красоте трико. — Я первый! — заторопился Ли, увидев, что Тентен собирается распечатать свой свиток. Впихнув куноичи в руки сверток, он просиял широкой улыбкой. — Открой! Тентен послушно открыла, кое-как справившись со скотчем, и не сдержала изумленного вздоха — в свертке был коллекционный кунай, который она давно мечтала заполучить. Это было очень дорогое оружие, и у Тентен не хватало на него денег, особенно с учетом плохой прибыли в магазине. Откуда у Ли только нашлось столько рё? — Господи, Ли, — сказала Тентен. — Спасибо! Я так этого хотела! Но… но как? — Это тайна, — отказался сообщить подробности Рок. — Главное, чтобы тебе было приятно! — Мне приятно, — Тентен потянулась, чтобы поцеловать Ли, и вложила в поцелуй всю свою благодарность. Заодно она в свою очередь вручила Року свой подарок, вынув его из свитка. — Ух ты, эспандер! — искренне обрадовался Ли. — Чудесно! Спасибо, Тентен! Сейчас же я растяну его две тысячи раз, а если не смогу — сделаю пять тысяч отжиманий! — Нет-нет-нет, Ли, только не сейчас, — поспешила успокоить его куноичи. — Сейчас пробьет полночь, надо загадать желание! Она уже разлила по бокалам лимонад, и один протянула Року, глядя на большие часы, что стояли в углу. Их стрелки приближались к двенадцати, и вот-вот должен был наступить новый год. — Да, желание! — обрадовался Ли. — Я желаю, чтобы… Тентен закрыла его рот ладошкой. — Нельзя говорить вслух, иначе не сбудется! Она и правда в это верила. Верила в то, что желание, загаданное во время боя часов, когда наступает новый год, обязательно воплотится в жизнь. Ли послушно замолк, замирая рядом с Тентен и напряженно хмуря свои густые брови, явно прокручивая в голове желания. Куноичи могла себе их представить — стать самым сильным шиноби, победить Гаару Пустынного или еще кого-то сильного… А может, его желания относились и к ней, Тентен, но об этом она не думала — не обольщалась заранее. Часы начали бить, и Тентен закрыла глаза, прижимаясь к теплому боку Ли. Она тоже могла загадать множество желаний: обнаружить в себе способности к ирьениндзюцу, стать легендарной куноичи, как Цунаде-сама, или хотя бы добиться того, чтобы в ее оружейном магазине было больше посетителей… Но с пятым ударом часов в голове Тентен осталось только одно желание, которое все больше занимало ее мысли. Да, жить с Ли было сложно. Да, он был неугомонным и иногда невыносимым. Да, вытерпеть его энтузиазм и зацикленность на тренировках смогла бы далеко не каждая. Но Тентен любила его, и хотела быть с ним рядом всегда — и именно это она загадывала под бой часов, знаменующий наступление нового года.