Strangers (Чужаки)

Три дня пролетели незаметно, даже как-то быстро, хотя событиями они не были насыщены. Наш африканец так и не объявлялся в Ла-Пуш, так же его не было и в Форксе. Пол высказал предположение, что тот решил на время затаиться или узнав всю информацию о нас и Калленах, пошёл докладывать «своим», если они, конечно существовали. Так как коротышка (Элис) не могла видеть будущего оборотней, она не смогла ничего сказать, и нам приходилось только лишь догадываться о том, чем занимается наш новый «друг». Карлайл почему-то был спокоен, и я так ни разу не увидел волнения на лице. Он отлично умел скрывать свои эмоции, но вот мысли нет. Да, они были от меня закрыты, но Эдвард (хоть в чём-то был полезен этот кровосос) рассказал о переживаниях дока и о его планах. Я боялся того, что Карлайл решит пожертвовать собой ради всеобщего блага. Всё может случиться. Больше всего за эти дни меня напрягал Сет. Капанья на мозги моим юным протеже только усиливались и поток нравоучений падал на мою бедную и без того забитую голову. Каждый час он доставал меня своим мысленным монологом. Вот именно, что монологом, потому что я не отвечал ему ничего на это, да мне вообще не хотелось слушать, но волей неволей приходилось, потому что мы вместе обследовали территорию Ла-Пуш. Его любимыми темами для разговоров были: Калеб, Ренесми и запечатление. День за днём он вдалбливал в меня одни и те же слова. Он рассчитывал на то, что я рано или поздно сдамся и буду вести себя благоразумно, как пай-мальчик. Но видно Клирвотер совсем слетел с катушек, раз думает, что я когда-нибудь таким стану. - Сет прекрати! – не выдержал я и мысленно заорал на парня. Он даже и не подумал умолкать. - Ну, Джейк, ты подумай, как бы тебе хорошо жилось. Если бы ты поладил с Калебом и Ренесми. Если бы ты смирился с тем, что тебя ждёт в будущем. Это ты сейчас считаешь, что импритинг не случится. Случится, ещё как случится. Но надо только немного подождать. - Я не хочу ни на ком запечатляться. - Но это же лучше, чем любить девушку, которая… - Которая мне не принадлежит? - В общем, да… - после недолгой заминки ответил мне Сет. - Может, тебе по слогам сказать чего я хочу, а чего нет. Спасибо, конечно, что ты мне желаешь счастья, и тому подобное, но я разберусь со всем сам. Уяснил? - Джейк, я же знаю какой ты. Ты добрый, хороший человек… - Если ты продолжишь говорить обо мне в том же духе, то я расплачусь сначала от умиления, а потом знаешь, что я сделаю? - И что же? – с воодушевлением задал свой вопрос Сет. - Пошлю тебя куда подальше. Надеюсь, ты знаешь, где это. Волчья морда Сета помрачнела и он замолчал. Как же всё-таки классно, когда никто не лезет в твою голову со своими тупыми советами. Правильно говорят люди: молчание – золото. Это дорогого стоит. Ещё бы вообще никого не слышать, то я бы блаженствовал и дальше. Фактически все оборотни снова стали одной стаей, и мы опять слышим друг друга, но я могу запросто «отключить» эту функцию, так же как Сет и Леа. И мы сможем втроём общаться. Жаль только, что мне достались самые болтливые, самые настырные люди во всей стае. Почему, к примеру, не Эмбри или Квил? Они точно не стали учить меня уму разуму. Они меня понимают и знают, что если я решил, то так и будет. Кстати, на счёт Эмбри. Он потихоньку выздоравливал, но всё-таки нам пришлось рассказать миссис Колл о том кто её сын, а так же, добрая половина его друзей. Если раньше мы могли скрывать то, что мы оборотни, то сейчас это было невозможно. Она прорвала блокаду из наших могучих тел, стоящих напротив входа в больницу и влетела в палату Эмбри точно вихрь. Её чуть удар не хватил, когда потрогала лоб парня. Миссис Колл где-то с час кричала, что у её дорогого сыночка жар, что он может умереть и всё в том же роде, и вот тогда нам пришлось пригласить Сью, которая спокойно, в деталях объяснила всю ситуацию. Рассказала, кем является её сын на самом деле. Потом наступил час ступора. Она долго сидела на одном месте и глядела в одну точку, пока Эмбри не толкнул свою маму в плечо и она не очнулась. А потом миссис Колл завалила нас всех вопросами, что да как и почему именно Эмбри. Сэм, как самый старший из нас рассказал вкратце о приданиях квилетов. В итоге всё вышло, как нельзя лучше. Только заботы об Эмбри стало больше, чему он был «несказанно рад». - Схожу, навещу Колла, а то он по мне соскучился наверно, - сказал я Сету. - Я… - Тебе ещё уроки делать, - сказал я это, дав Сету понять, что мне попутчик не нужен, как-нибудь сам дорогу найду, не маленький. - Но… - Беги в резервацию. Скажи Сэму, что африканца так и нет. - Хорошо, - недовольно буркнул Сет и скрылся в чаще. Я вздохнул с облегчением. Чем меньше я вижу Клирвотера, тем быстрее у меня поднимается настроение. Не то чтобы его у меня было, но капельки весёлости мне точно недостаёт. Мягко ступая по земле, сырой от утреннего ливня, я провёл носом по воздуху. Дурманящий запах хвои, трав и ягод. До моих ушей тихо доносилось пение птиц, жужжание насекомых, ещё дальше где-то в городе были слышны голоса людей, которые общались друг с другом, обо всём на свете, но только не о другом мире, в котором живу я. Я ещё немного постоял и прислушался к знакомым звукам, а потом рванул в направлении Форкса. Тук-тук, тук-тук… Я слышал своё сердце, которое билось не умолкая. Оно бьётся в моей груди, оно всё ещё есть у меня, а я уж думал, что после того, какую боль мне причинила Белла, я перестану слышать его. Тук-тук, тук-тук, вторило оно мне. Но как жить? Что делать дальше? Ради чего существовать на этой планете? « Да, Блэк, ты ведёшь себя, как самый настоящий эгоист», - сказала мне совесть. – «А как же твои родные. Тебе безразлична судьба твоих сестёр и отца?» « Нет, конечно. Я люблю их. Если я был настолько эгоистичен, то не возвращался бы обратно, и продолжал бы жить в обличье волка в лесу. Забыл бы кто я такой и поддался бы животным инстинктам. Билли, Рейчел и Ребека мне очень дороги». « Тогда зачем эти мысли? Ты должен существовать ради них. Они тебя воспитывали, они подарили тебе свою любовь, а ты как последняя скотина задаёшь себе вопрос: «ради чего существовать на этой планете?». Блэк, не дури. Забудь Беллу, живи, ради чего должен жить. Разве не ты защитник. Вот ещё один повод, по которому ты всё ещё тут. Многие нуждаются в твоей защите, а ты распускаешь нюни и чуть ли не плачешься». И снова мои мысли не о том. Вот, я совсем недавно говорил Белле, что мне пора жить без неё и снова начинается по новой. Я падаю духом и мои мысли снова начинают блуждать, точно случайно вытолкнутый клубок ниток, катящийся по полу, и путающийся всё больше и больше. Я помотал своей мордой из стороны в сторону. Довольно с меня всяких мученических мыслей. «Жить ради тех, кто мне близок, а не тех, кто не захотел им стать для меня». Пора выкинуть Беллу из головы, стереть хотя бы часть воспоминаний о ней. В больнице меня встретили, как родного. Та тёмненькая девушка, имя которой я всё же вспомнил (Дайана), уже не так на меня реагировала. Её взгляд был затуманен и она чему-то улыбалась. Дайана пропустила меня без проблем, и даже не стала жадно рассматривать мой обнажённый торс. С чего бы это вдруг? Ну да ладно… Пройдя ещё немного, я остановился где-то в четырёх шагах от палаты Эмбри. На это были причины, потому что в дверях стояла какая-то девушка. Она не напоминала мне никого из моих знакомых женского пола. Я подошёл ближе и заглянул через её плечо и посмотрел на Эмбри. Колла было не узнать. Я видел такое состояние несколько раз, мне это было очень знакомо. Парень смотрел на девушку, не мигая, его глаза просто излучали счастье, безмерную любовь и что-то в этом роде. Теперь эта незнакомка стала смыслом его жизни, теперь он ради неё будет готов свернуть горы, пойти на край света, чтобы быть рядом с этой девушкой. Теперь узы, которые связывали его со стаей стали слабее, потому что она, именно она стала центром его небольшого мирка. Стала его солнцем, без которого он не может существовать, воздухом, без которого он не может дышать. Эмбри даже приподнялся со своего места, а его рот был раскрыт от удивления и одновременно от радости. То, чего он так хотел – сбылось. Ряды безвольных счастливчиков пополнились ещё одним оборотнем. Ох, беда. Настучать бы мне по голове за мысли, которые вертелись у меня сейчас в голове. Почему-то я был счастлив, что на данный момент, Эмбри не может обращаться в волка. И я не услышу его щенячьего визга. Отведя свой взгляд от Колла, я посмотрел на девушку сверху вниз. Черты её лица мне показались смутно знакомыми. У неё были светлые золотисто-рыжеватые волосы, светлая кожа, несколько веснушек на щеках и на носу, глаза цвета корицы… Мне вдруг почудилось, что я когда-то её видел. Причём не так уж и давно. Я, нахмурившись, почесал свой затылок. Девушка же смотрела на Эмбри, будто и с ней произошло запечатление. Но это в принципе не могло произойти. Она наверняка почувствовала неуловимую связь с Эмбри, и сейчас пыталась понять, какое чувство её одолевает. Это чётко читалось на её лице. Вдруг в моей голове всплыло воспоминание. Такое нечёткое, я бы сказал размытое, но оно было. В нём проступало лицо девушки, её улыбка, приятный голос, который сказа мне: «Меня зовут Лиззи». - Лиззи? – сказал я вслух, хотя думал, что произношу её имя про себя. Девушки чуть ли не подпрыгнула от страха, будто бы увидела перед собой приведение. И повернула голову в мою сторону. Незнакомка, а точнее уже знакомка, хотя я точно в этом не был уверен, стала смотреть на меня. Я уловил три её быстрых состояния, которые стремительно сменяли друг друга: удивление, задумчивость и сомнение. - Да, я Лиззи, - сказала девушка. – Мне кажется или мы правда знакомы. - Ну не то чтобы со всем, но один раз мы с тобой точно виделись и даже разговаривали. - Ты тот парень, который угнал тачку? - Почти, - ухмыльнулся я и опёрся о дверной косяк. Девушка улыбнулась. А она всё такая же милая. - Меня, кстати говоря, зовут Джейкоб. Джейкоб Блэк, - представился я и протянул девушке руку. - Лиззи Рид, - сказала девушка и с удовольствием мою огромную ладонь. - Так вы знакомы? – я обернулся. Чёрт, заметив свою старую знакомую, я даже позабыл о том, что я пришёл к Эмбри. Я сделал несколько шагов и уже оказался около койки друга. - Вроде того. Лиззи, это мой лучший друг Эмбри Колл, - представил я Колла, и, улыбаясь, посмотрел на девушку. - Очень приятно познакомиться, - со смущением ответила Лиззи и опустила глаза в пол. Я приметил, что её щёки покрылись румянцем. Эмбри всё ещё не мог оторвать от девушки своих влюблённых глаз. - Лиззи, я тебя л… - в порыве чувств начал говорить Колл, но я тут же прикрыл его рот рукой, и повернулся к Лиззи. - А что ты тут делаешь? - Я… я... я приехала навестить своего дядю. - Тогда он наверняка тебя уже заждался. Давай потом поговорим. - Ах, да… - спохватилась девушка и быстро вышла из палаты. - Ты чуть не проговорился, - я убрал ладонь от лица Эмбри. - Но я… - Эмбри, не будь дураком. Она ещё подумает, что ты бредишь, учитывая, где ты сейчас находишься. - Я и не подумал, - с печальным видом сказал Колл. - Это чёртово запечатление превращает мозг в кашу, - тихо, так чтобы Эмбри не услышал, проговорил я. Хотя он так и так бы меня не услышал, все его мысли были заняты Лиззи. Я уселся на одеяло Колла, и с беспокойством оглядел парня. - Как ты себя чувствуешь? - Не знаю… - как-то непонятно отозвался друг и провёл ладонью по лбу. – Вроде, всё в норме… Не верится… - пробормотал он и откинулся на подушку. - Вот и пришёл твой час. - Ты говоришь таким траурным тоном, будто бы я собрался сейчас умирать. Поверь, это круто – быть запечатлённым. - Как бы это запечатление не принесло тебе горя, - сухо сказал я и сложил руки на груди. - Сэм, Квил, Пол, Джаред… - стал загибать пальцы на одной руке Эмбри, перечисляя наших братьев из стаи. – Все они счастливы. Никто из них не страдает. - Потому что им везло. Все их девушки, так или иначе, связаны с Ла-Пуш. А Лиззи… Она бледнолицая. - Ты что, не счастлив за меня? – лицо Эмбри вытянулось, и он удивлённо смотрел на меня. - Это как сказать. Пока ещё не определился… - с холодком в голосе сказал я. Но я понимал, что веду себя, как полный идиот. Колл счастлив, и что можно пожелать ещё своему лучшему другу. Но я не могу спокойно относиться к этому запечатлению. Хотя придётся. - Джейк… Но а как же Белла. Ведь она тоже из бледнолицых и это для тебя не имело никакого значения. - Она особый случай. - Ты так говоришь, потому что она тебе небезразлична, а окажись ты на моём месте… - он как-то странно посмотрел на окно и улыбнулся. - Прости меня Эмбри, - я поднялся со стула. – Я рад за тебя, что ты теперь счастлив. Ты нашёл свою половинку. Я действительно рад, - говоря это, я медленно стал отступать к двери. Напоследок, пока не вышел, я сумел выдавить из себя какую-то вымученную улыбку. – Я к тебе позже приду. Отдыхай, а другим я скажу, что тебе лучше. Пока. – На прощание я махнул ему рукой, но не увидел ответного жеста со стороны Эмбри, тот был слишком задумчив и не обратил на меня никакого внимания. Наверно он даже и не слышал моих последних слов. Только я вышел из палаты друга, тут же наткнулся на знакомого мне человека, а точнее вампира. - Здравствуй, Джейкоб. – Карлайл как всегда был учтив и приветлив. Уголки губ Каллена были приподняты вверх. - Здравствуй, док. - Вижу, ты решил навестить Эмбри. - Да, но сейчас я ему не нужен и в ближайшие дни моя помощь вряд ли ему пригодится. - Почему? - У Эмбри случился импритинг, - я говорил так, словно выносил лучшему другу диагноз. - Так что он теперь повязан по рукам и ногам. - Ах вот оно что! – обрадовался Каллен и ещё теплее улыбнулся. – Я очень рад за Эмбри. - Угу, - угрюмо произнёс я и резко кивнул головой, да так, что у меня просто свело шею. Поморщившись и выждав полминуты, я снова поднял голову на Карлайла. – Пока от него нет никаких известий, - понизив голос до шёпота, сказал я, зная, что Карлайл понял о ком, я веду речь. - Наверняка, это его тактический ход. - Да, он рассчитывает на внезапность. Но мы тоже не дети и понимаем, что это всего лишь манёвр. Он думает, что мы расслабимся, потихоньку начнём его забывать, и тут он вступит в игру. Но видно, он не так уж и хорошо нас знает, раз надеется на свой план. - Мне не даёт покоя то, что все те дни, что вы за ним охотились, он находился только в Ла-Пуш. Только пару раз он оставлял свой след в Форксе, и то он не такой яркий. Будто бы тот оборотень просто пробегал мимо и не хотел задерживаться на одном месте. Почему-то резервация его больше всего заинтересовала. - Ну, тут можно найти объяснение. Он посчитал нас своими главными соперниками и захотел выведать как можно больше информации. - Да, конечно, но всё же… это не даёт мне покоя. - Будем надеяться, что скоро всё выяснится. Извините Каралйл, я бы с вами ещё побеседовал, но мне пора. Мы обменялись рукопожатиями. Горячее коснулось холодного, по моему телу пробежалась волна холода, которая тут же утихла, когда мы разжали свои ладони. Неприятное ощущение, будто бы я опустил руку в ледяную воду. - Тебя всё ещё мучают сны? - Один сон, - поправил я Карлайла. – И да, он мне всё ещё снится. - За полчаса до сна попробуй успокоить свои нервы и расслабиться. Постарайся думать о чём-нибудь хорошем… - Лучше не думать, а то я как начну думать о хорошем, мои мысли обязательно перепрыгнут на что-то плохое и тогда я вообще не смогу уснуть. - Да… - А в вашей волшебной аптечке случайно не найдётся баночка каких-нибудь таблеток, благодаря которым я смогу спать без снов. - К сожалению, таких у меня нет. - Раньше я спал без снов… - сказала я, и устало потёр глаза. - Сны снятся всем людям, просто большую их часть они их не запоминают. - Уж лучше их не помнить, чем постоянно каждую ночь мучиться, а после пробуждения строить догадки – сделал ли ты кому-нибудь больно или всё-таки на это раз всё обошлось? - Когда всё утрясётся, ты даже и не заметишь, как всё плохое исчезнет. - Лучше уж не спать, как вы. - Не спорю, в этом есть и свои плюсы. За то время, что я провёл без сна, я много читал. Книга – самый лучший источник знаний. - Не думаю, чтобы я смог осилить столько же книг, сколько и вы, - я как представил себя, сидящим в одном из кресел в доме Калленов и читающего какую-нибудь умную книжку, то меня тут же пробрало на смех. - Смог, если бы прожил на земле столько же, сколько и я. Это сейчас чтение тебе кажется скучным занятием. - Если я всё же возьму когда-нибудь в руки книгу, то обязательно вас вспомню, - док улыбнулся моей шутке. - Удачи тебе. - Спасибо, - тяжело вздохнул я и поплёлся к выходу из больницы. Ещё несколько дней, а если точнее, то недель пролетели точно мгновение. Так быстро, что я и не заметил, как началась подготовка к осеннему празднику. Эмбри к тому времени выписали, так что он был довольно бодр и весел, и постоянно говорил о Лиззи – какая она хорошая, милая. И что она его судьба. Он не скрывал своих чувств, выплёскивая их наружу. Наш друг – оборотень будто бы сгинул, от него не было ни слуху, ни духу. В резервации наступило какое-то затишье. Вся стая успокоилась, решив, что это временное происшествие, которое, в принципе, и не представляло нам угрозы. Но они, кажется, забыли, что он напал на Эмбри. Если уж я упомянул Колла, то тот так и не вспомнил, кто загнал его в больницу в таком тяжёлом состоянии, будто бы этого маленького эпизода и не было. Видно, только я один волновался за судьбу всего Ла-Пуш и Форкса вместе взятых. Даже Каллены были согласны со старейшинами, решив, что тот оборотень обычный кочевник, ну как те вампиры, которые прибыли в Форкс, с целью помочь Калленам в их маленькой проблеме. А его записки, адресованные мне, всего лишь забава, шутка. Я постоянно упрашивал стаю, хотя быть раз в день проводить дежурство. Сэм пару раз прислушивался ко мне, и отправлял на патруль пару оборотней, а потом и вовсе перестал. Я наперекор всем дежурил днём и ночью, меня постоянно не покидало сомнение, что этот незнакомец не покинул Вашингтон, он где-то тут, совсем рядом и только ожидает удобного случая, чтобы напасть. Меня из-за этого начали называть параноиком. «Джейк, да всё в порядке!» - даже Сет отмахивался от моих слов. «Если бы ему действительно нужен был старший из Калленов, то он бы уже давно сделал своё чёрное дело и умыл руки», - говорил, смеясь Джаред. Их слова меня совершенно не успокаивали и всё больше внушали мне подозрительность ко всему происходящему. «Ну не может быть всё так просто!» - однажды не сдержавшись, крикнул я Билли. – «Он не кочевник. Я не верю в эту бредовую теорию. Всё как-то не логично. Зачем ему нужно было посылать мне письма, зачем все эти угрозы? Скажи, зачем простому кочевнику нужно было узнавать моё имя?» На этот вопрос я так и не получил ответа. - Отлично. И это называется взаимопонимание и помощь – если даже родной отец не хочет прислушаться к словам сына! Теперь головы абсолютно всех жителей Ла-Пуш были заняты только одним – осенним праздником. Раньше я любил его, ну когда мне было лет шесть – семь, а сейчас вся эта суета мне казалась не нужной и какой-то уж больно скучной. День самого празднества, был самым обычным днём, только вот в праздник набивали животы больше обычного. Я сидел на бревне и следил за игрой ребят, которым вздумалось поиграть в футбол перед едой. Рядом с собой я обнаружил пачку с печеньем Клэр, которую та оставила, убежав играть с Квилом в прятки, и стал закидывать в рот «кошачий корм». Так называла печенье малышка, однажды увидев у соседской кошки в миске примерно ту же самую еду. На самом деле это было самое обычное печенье с корицей и сахаром, только оно было настолько мелким, что приходилось брать его пястками, чтобы хоть как-то его распробовать. Увлёкшись этим занятием, я даже и не заметил, как опустошил полпачки с печеньем, хотя он была только-только начата. Немного насытившись я отложил от себя печенье подальше, чтобы у Квила не прокрались подозрения на счёт меня, а то мне не очень-то хотелось, слушать его нытьё по поводу того, что я лишил ребёнка сладостей. Но это Клэр пойдёт только на пользу, а то Квил уж больно сильно разбаловал малышку, от чего та заметно прибавила в весе. Из-за своего запечатления Атеара, ни в чём не может отказать племяннице Эмили и постоянно балует девочку. Я сполз с бревна, и привалился к нему спиной, и со скучающим видом продолжил следить за игрой. Почти рядом с собой я услышал разговор Чарли и Билли. - Ты просто пальчики оближешь, попробовав хоть раз мой стейк. - Боюсь, мой желудок не выдержит твоих экспериментов, - послышался смех моего папы и Сью. - Последний раз я готовил их год назад… - Это меня и пугает. - … но за это время я многому научился. - Что-то с трудом в это верится. - Может, хочешь заключить пари? - А давай. Если ты приготовишь стейк и он мне понравился, то весь месяц буду возить к тебе вяленое мясо, которое ты так любишь. - Заманчиво. - А вот если проиграешь, то пробежишься по всей резервации, крича, что ты не умеешь готовить. - Мы же не дети, Билли. - Что, испугался шериф Свон? Я повернулся к ним к тому моменту, когда они скрепляли своё крепким рукопожатием. - Чарли, приготовь и мне один стейк. - Замётано, Джейк! – сказал Чарли, гордо шествуя к мангалу. - Джейкоб, привет, - около меня, точно из воздуха материализовалась Лиззи. – Можно посидеть с тобой? - Валяй, - ответил я ей, и она уселась на бревно, и как я стала следить, за тем, как Пол, ловко проводит мяч под ногами Сета, забивает гол в ворота «противника». - А почему ты не играешь с ними? - Нет настроения, - сказал я и пожал плечами. – Как-то не до футбола мне сейчас. Девушка на несколько минут замолчала. Это её молчание сопровождалось тем, что она постоянно елозила по бревну, будто бы хотела меня о чём-то спросить, но не знала с чего лучше всего начать. Я не выдержал и задал вопрос первым. - Если у тебя есть ко мне вопрос, то спрашивай. - Мм… - промычала Лиззи. – Я просто хотела поделиться с кем-то своими переживаниями на счёт запечатления. - Выкладывай, - нехотя сказал я. - Эмбри рассказал мне о том, что эта за штука – запечатление. - И? - Не могу с этим свыкнуться. - Позже привыкнешь и примешь, как должное. - Да, наверно… Я так и не решилась задать этот вопрос Эмбри, так что хочу спросить тебя. Я вот поняла так, что Эмбри уже никого не сможет полюбить, так, как меня… - Любовь… Это ещё слабо сказано… - Да- да, знаю… просто я не могу к слову запечатление подобрать синоним, который бы отображал чувства Эмбри ко мне. - Понимаю. - Ну, так вот, я хотела спросить, а мне обязательно так же любить его? Этот её вопрос немного заставил меня врасплох. Не то, чтобы я не знал на него ответа, просто, как-то не думал, что Лиззи спросит именно меня об этом. - Тебе не нравится Эмбри? - Напротив, он мне очень нравится. Он очень милый, заботливый, смешной. Порой ведёт себя очень глупо, но я вижу, что он это делает из-за того, что чувствует что-то ко мне. Но мне интересно изучить все стороны этого импритинга. Этот термин для меня новый, и я впервые с ним сталкиваюсь, и я бы хотела узнать о нём, как можно больше. - Все те, на ком запечатлялся волк, становятся центром его мира. И так получается, что ниточка, объединяющая его или её с предметом импритинга, просто связывает их судьбы. Ну, допустим, возьмём тебя и Эмбри. - Я посмотрел на своего лучшего друга, который только что запрыгнул на спину Сета, и тот забегал по маленькому участку поля, как умалишённый. – Ты можешь его не любить, он может тебе стать братом или просто другом, да кем угодно, лишь бы ты была счастлива. - Эмбри мне сказал, что оборотни могу жить вечно - Если они этого захотят. - Как это? - Мы можем выбрать для себя другую судьбу – старение. Но идём мы на это лишь потому, что хотим прожить жизнь с любимым нам человеком и покинуть этот мир только с ним, оберегая его даже там. - Я показал на небо своим взглядом, а потом ещё добавил. – Эмбри пойдёт на это ради тебя. - Даже если я попрошу его о том, чтобы он не умирал? - Он просто не сможет жить без тебя. Вот ты представь на миг, что Солнце погаснет. Земля не сможет долго без него существовать. Так и Эмбри без тебя не сможет жить. - Просто я подумала, что если объект запечатления умирает, то и действие импритинга прекращается. - Нет, - покачал я головой. – У тебя есть ещё ко мне вопросы? Лиззи на секунду замялась, а потом всё-таки сказала. - Есть, один вопросик. - Задавай, пока я добрый, - и на моих губах появилась натянутая улыбка. Выглядело, наверняка кошмарно. - Вот ты говоришь о запечатлении так, будто бы сам его испытал. А ты… - Нет, я не запечатлён, - резко ответил я, дав ей понять, что не хочу об этом говорить. - Понятно, - только и сказала девушка. Но я знал, что ей ничего не понятно. Заметив моё лицо, она просто не решилась на дальнейшие расспросы. Теперь она последует к Эмбри, а он просто не сможет отказать Лиззи. Всё ей выложит на тарелочке. - Пойду чего-нибудь съем, - сказала Лиззи и поднялась с бревна. Я кивнул ей на прощание головой и проводил девушку взглядом. Пока Чарли готовил для меня обещанный стейк, я решил прогуляться по лесу, чтобы проветрить голову от всякой ерунды. Пора и, правда, отдохнуть от всего, расслабиться и ни о чём не думать. Но как, когда мне постоянно кажется, что за мной кто-то постоянно следит. Идя по знакомой тропинке, я ощущал себе чьи-то взгляды. Казалось, что на меня смотрят ото всюду. Из-за куста, из-за того толстого дерева в паре метров от меня, даже кто-то сверху за мной следил. Я присел на мох, который послужил мне подстилкой, и, вдохнув полной грудью, попытался расслабиться, но тут же вздрогнул, услышав позади себя знакомые голоса – мужской и женский. И я как по команде улёгся на землю. - Мама, я не готов ко всему этому. Разве ты именно такой судьбы желала для меня? – я приник к земле самой грудью. Я понадеялся, что у Калеба не хватит ума проверить нет ли поблизости посторонних лиц. А то если он узнает, что я подслушивал его с Катариной, то начнётся заварушка, и уж тогда парень получит свою порцию тумаков от меня. Конечно, я буду сам виноват во всём этом, но разве мне следует признаваться в своём непреднамеренном поступке? Это будет ещё один способ позлить молодого волка. Вот только мне будет стыдно перед миссис Джонс. Я отогнал от себя неприятную мысль, и уповал на то, что эта парочка всё-таки не обнаружит моё временное убежище. Я заметил, как Катарина покачала головой. И даже с такого расстояния я заметил, как из её красивых глаз выступили слёзы. - Калеб, дорогой мой, ты много не знаешь, - глухим голосом отозвалась женщина, вытирая тыльной стороной ладони солёные капельки, текущие по её побледневшим щекам. - Что знаешь ты, чего не знаю я? - он схватил свою мать за плечи, стараясь посмотреть в её лицо, которое она старательно скрывала от Калеба. Катарина издала тихий вздох и немного скривилась. Молодой оборотень не рассчитал своей силы и сделал ей больно. Я уже было дёрнулся, но тут же осадил себя, потому что этим я могу выдать себя. «Не стоит», - подумал я. - Ещё рано для правды. - Ты ведь никогда от меня ничего не скрывала. Скажи всё. Я пойму. - Твёрдым, не терпящим отказана тоном, произнёс Калеб. Катарина как-то вся сжалась и неуверенно посмотрела на своего отпрыска. - Калеб, тебе тут понравится. Надо просто пообвыкнуть. - Я чувствую себя тут лишним, - парень зажмурился, а потом всё-таки разлепил веки. – Чужаком среди них. – Калеб качнул головой в сторону, где находилась вся наша компания. Где-то вдалеке слышался заразительный смех моих братьев, громкая ругань Чарли, который удосужился схватить горячий кусок мяса голыми руками. – Они никогда меня не примут. Я всегда буду для них белой вороной. Ты же видишь, как я выделяюсь среди их «стада». Я скрипнул зубами, но даже и не пошевелился. «Когда-нибудь Калеб точно схлопочет у меня по челюсти. - Просто дело… - Во мне. Знаю, - тихо сказал парень. Никто не любит меня и мой характер. А если кто-то и замечает меня, то только из-за моей внешности. Красивое личико, белокурые волосы – это две самые главные мои проблемы. Девушки в новой школе ведутся на это. И я уступаю… Но некоторым это не нравится, и это видно невооружённым глазом. Некоторые, как Джейкоб Блэк… Они считают меня безмозглым идиотом, который только и умеет, что флиртовать с девчонками и заботится о своей внешности. Как только я увидел Блэка, то сразу это понял. И остальные его друзья такие же. Все они одного поля ягоды. - Сынок, - Катарина поднялась на носочки и погладила Калеба по голове. – Тебе просто это кажется. Да, ты не похож на них. Но в твоих жилах течёт кровь квилетов. - И что прикажешь делать. Прыгать от счастья и хлопать в ладоши от того, что я среди их тупоголовой компашки? – парень скривился и недовольно сложил руки на груди. «Тупоголовая компашка!? А этот парень просто напрашивается на проблемы». - Я не хочу быть среди них. «А никто тебя и не просит», - мысленно ответил я ему. - Но тебе придётся, Калеб. Они твоя семья. - Ты – моя семья, мам, и никто больше. - Дорогой, мы не можем покинуть резервацию. Наше место тут. - Мам, ты же знаешь, как я тебя люблю, и всегда готов ради тебя на всё. Но я не считаю резервацию своим домом. Эти места мне кажутся чужими, какими-то неродными. Они не принимают меня. - Ты ещё не до конца понимаешь, как это важно для меня… тебя. Для нас двоих. - Скажи, почему ты так держишься за это место? - На то есть очень веская причина, о которой ты должен узнать позже. Просто сейчас не то время. - И когда же оно придёт? - Ты узнаешь об этом, - женщина крепко, насколько была способна, обняла Калеба, тот в свою очередь положил голову на её макушку и осторожно положил руки на тонкую талию своей матери. Постояв так ещё пару минут, они покинули это место, и двинулись обратно, чтобы никто не стал их искать. Я проводил пару взглядом, а потом, поднявшись со своего места, побрёл дальше, куда направлялся до того, как услышал разговор Калеба и Катарины. Шагая среди деревьев, машинально перепрыгивая через неглубокие ямы, корни высоких сосен, я не заметил, как погрузился в собственные мысли. Из всего того, что я сейчас услышал, следует, что возвращение Катарины с сыном в Ла-Пуш было не просто тоской по старым временам и не зовом сердца. У неё была мотивация для приезда в резервацию. Какая-то тайна, которую она пока не хочет раскрывать Калебу. Но что это? Что она скрывает от парня и, возможно, от всех нас? Надо будет расспросить об этом отца, вдруг, он что-то может знать, а если и не знает, то обязательно обо всём расспросит. А если уж и это не поможет, то придётся мне взять в свои руки. Надоели все эти тайны и недоговорённости. Хватит. Если уж разбираться, то со всем и сразу.