Пройдя мост до конца

POV Кристиан Выезжая на основную трассу, на небе начинались сходиться небольшие тучки, а на улице заметно потемнело и похолодало, поэтому Леня включил обогреватель в машине. Хоть я и сам проявил инициативу на второй поцелуй, но теперь не могу поднять взгляда на парня, в голове сразу всплывает его возбужденное лицо и красные влажные губы. Нет, надо отвлечься. С этим мне помогает внезапно начавшийся дождь. До дома осталось пару минут езды, а капли дождя постепенно перерастают в настоящую грозу, начинают стучать по капоту и крыше машины, неприятно отдаются грохотом на стекле. Невольно вжимаюсь в кресло и закрываю глаза, пытаясь расслабиться и не думать о плохом. «Сейчас мы приедем домой и все будет хорошо!» — только эту мысль я старался прокручивать у себя в голове, но с каждым новым грохотом и резким шумом после очередной молнии, паника настигала меня, словно снежный шар, нисходящий с вершины горы. Машина постепенно останавливается, я приоткрываю глаза, дыша ртом глубоко и медленно, стараясь успокоиться, но сцены смеха и издевок четырех мужиков прочно засели глубоко в душе, ни на день не оставляя меня в покое. К горлу подходил тошнотворный ком, поэтому, как только машина полностью остановилась, я открыл дверь и меня вырвало прямо на мокрую траву. Что было дальше, трудно сказать из-за пелены страха перед глазами. POV Леонид Когда все вещи были сложены в багажник машины мы рванули домой, чтобы продолжить времяпровождение уже там, но я сразу подметил, что тучи стали резко подходить к городу, от того пытался быстрее прибыть туда. За эти месяцы проживания с Крисом я понял, что больше всего он боится грозы. Я всегда стараюсь быть рядом, когда она начинается, потому что у парня проблемы с этим — начинается паническая атака. Его начинает потряхивать, иногда тошнит, иногда он падает в обморок, но каждый раз кричит одну и ту же фразу, которая стала ненавистной мне: «Помогите, прошу, спасите!» — при этом, его глаза становятся почти черными, а и так бледная кожа фарфоровой. И теперь понимая, что мы находимся вне дома я лишь сильнее жал на газ в надежде добраться до укрытия до того, как начнется самое ужасное. Уже подъезжая к дому я глянул на бледное лицо парня. Его глаза были зажмурены, а дышал он через раз ртом. Стошнит. Пережив с ним уже достаточно таких случаев я понимаю его без слов. Останавливаю машину и Крис открывает дверь, сразу начинает откашливаться. Глушу машину и обхожу ее, подходя к парню, когда тот начинает быстро дышать. Завожу его домой, хотя, он сам забегает туда, не обращая внимания на мокрые ноги, убегает в спальню, захлопывая дверь. Через пару секунд криком доносится эта фраза, а потом грохот. Быстро скинув с себя кроссовки, я забегаю в спальню, где парень лежал около кровати, на ковре, без сознания. Выбежав на кухню, я взял тазик и бутылку, где был зеленый чай, который успокаивал парня. — Давай, — хватая Криса под мышки, я уложил того на кровать, и не обращая внимания на его потряхивания начал приводить в чувства. Наскоро переодеваю его, ведь знаю, что он может заболеть и сажусь рядом. Криса тошнит еще раз, после этого он выпивает почти всю бутылку чая и успокаивается, ни на секунду не отпуская моей руки и шепчет: «Хватит, хватит, хватит…». Разговаривая на эту тему, Крис отвечал, что почти ничего не помнит в такие моменты. Однажды он сказал, что перед его глазами всплывают картинки того вечера: то, как он опирается о край опоры моста, а все тело будто раздирает на части; то, как он мерзнет, а его трясет от усталости и боли. «Я хочу забыть об этом, как плохой сон» — в последнее время он все чаще стал говорить эту фразу во время очередной грозы, когда успокаивается и проваливается в сон. На утро я просыпаюсь в спальне вместе с парнем. За окном темно, а свет, кажется, вырубило, потому что на ночь я всегда оставляю включенным ночник. Тяжесть головы парня на моей груди, руки на животе и тихое посапывание заставляет улыбнуться, что еще один момент пережит. Не раз я хотел отвезти Криса к психологу, чтобы тот пообщался с врачом, но каждый раз он отказывался, говоря, что разберется в себе и все осилит. — М-м-н, — рука парня начала двигаться вверх, а голова сползла с груди и теперь покоилась под моим боком. — Крис, — шепчу я, чтобы проверить, спит ли парень. — Что? — тихо отзывается он, переворачиваясь на спину. — Как ты? — первый вопрос, который я задаю ему. — Устал, — бормочет Крис. — Спи тогда, — зеваю и встаю с кровати, осматривая парня. Футболка немного задралась, открывая впалый живот и недавно появившийся пресс. Плавание помогло. Кожа все еще бледная, а черные волосы раскиданы в беспорядке. Его лицо расслаблено, но еле замечаю пульсирующую жилку на виске, понимая, что ему плохо. Надо бы скорее что-нибудь приготовить на завтрак. Режим, который я строил на протяжении нескольких месяцев надо соблюдать.

***

Пробравшись в полной темноте на кухню и распаковав упаковку свечей, я расставил их по всему дому, чтобы хоть немного заменить свет ламп. На часах восемь тридцать, а за окном не утихал дождь. Достав газовую плитку из шкафчика, решил побаловать Криса, готовлю подобие запеканки с мясом, которую он выпрашивал несколько дней, боготворя ее и мои «золотые руки». В середине процесса приготовления, когда блюдо тушилось, парень вышел из спальни, тихонько садясь за стол. Все еще сонный, но видно, что ему лучше. На улице слышен грохот капель, зато в доме стояла полнейшая тишина, лишь бульканье еды в казане и скрип пола нарушал ее. — Вот, — протягиваю парню стакан сока и таблетку от головы. Это лекарство два в одном, так как сок разогреет аппетит, а таблетка поможет от мигрени. Ставлю стакан с жидкостью на стол, но рука Криса останавливает мою, перехватывая ладонь, заставляет остановиться. Понимаю его и сажусь рядом, ведь мясу еще минут двадцать бурлить. Залпом выпивает стакан, не забывая про таблетки, а затем подносит ко рту мою руку и начинает целовать ее. — Спасибо, — не отрывая от меня взгляда небесных глаз, — Не знаю, что бы делал без тебя, — на что я улыбаюсь, довольствуясь проявлением инициативы от парня. При ярком огне свечи его лицо казалось кукольным, а кожа идеально гладкой. Сразу захотелось провести по ней пальцами, ощутить ее бархатистость. Бледная кожа заметно гармонировала с россыпью родинок, начинающихся на шее. По приезду я быстро переодел Криса в первую попавшуюся футболку, а теперь сижу и радуюсь на открытые ключицы, ведь футболка оказалась моей. Его немного подрагивающие горячие губы целуют пальцы руки, выпирающие косточки, останавливаясь на запястье. «Мой нежный мальчик» — проносится в голове и я тут же перехватываю его за подбородок, заставляя взглянуть в глаза. Довольный, будто нашел что-то нечто драгоценное. Не дожидаясь от меня первого шага, Крис сам тянется вперед, немного наклоняя голову вбок. После тяжелой ночи ему нужно отвлечься и забыть о пережитом ужасе и накопившимся стрессе, поэтому я не сопротивляюсь и полностью вверяю себя в руки, а точнее губы Криса. Легонько, будто боясь навредить, он касается губами моих, немного промазав, но не придавая этому значения сразу переключается на мою шею, едва касаясь языком кожи, пробуя ее вкус. Откидываю голову назад, чтобы открыть доступ к исследуемому участку кожи. Для парня все в новинку, поэтому он не спешит, стараясь понять себя и уловить волну. Я дышу через раз, чтобы не спугнуть его и не испортить момент, специально не проявляю никакой инициативы, позволяя вытворять Крису со мной все его фантазии наяву. Не замечаю, как закусываю нижнюю губу, чтобы не издать вырывающийся наружу стон, когда парень прикусывает пульсирующую венку на шее и тут же зализывает ее. «Как же давно у меня никого не было». От одной мысли, что окажусь в ним сейчас в постели, при приглушенных огоньках свечей и шума дождя за окном, но только не для того, чтобы успокоить, а для того, чтобы ублажить, внизу живота теплая волна раскатывается по телу, заставляя член встать. Руки Криса, что раньше держались за мои, нырнули под футболку, оглаживая бока, спину. Этими действиями он вызвал мой первый стон, который выбился из легких сквозь закусанную губу. — Лёнь, — слышу голос, который заставляет посмотреть прямо в глаза. Мой затуманенный взгляд дает понять парню, чего я хочу, но нельзя, не сейчас. Слишком рано, слишком… Резкий поцелуй заставляет забыть меня обо всем, что я крутил в голове, словно радио. Пытаясь держать все под контролем, я хватаю парня за талию, как только тот проскальзывает юрким язычком в мой рот, даря вкус апельсинового сока, который недавно выпил. Так долго я пытался забыть Стаса, ведь почти каждый день он встречал меня такими же горячими страстными поцелуями, которые перерастали в постель, но ни во что большее, а тут появился он, который одним вечером изменил все мое понимание о жизни и заботе о других людях. Будто прочитав мои мысли, Крис отпрянул от меня: «Не думай ни о чем другом, когда я целую тебя», — произнес тот. В его глазах читалась нотка раздражения и возмущения. Искренне и так по-дурацки улыбнувшись, я прильнул к нему, подхватывая под ягодицы и усаживая к себе на колени, произнес: — Я думал о тебе, глупыш, — снова целуя мягкие податливые губы.