Наполовину живой

До отъезда оставалось пару дней. Джей во всю поковала чемоданы, суетливо бегая по дому, сверяясь со своим списком. Много раз проверяя состояние заполненного до невозможности потертого «кейса» с вещичками. Мы с Джином в свою очередь решили прогуляться, для того чтобы оставить девушку наедине и не мешать. Виды города одновременно завораживали и надоедали. Повсюду висели витрины и однотипная реклама, так сильно похожие друг на друга и вечно мозолившие глаза. Казалось бы, многое уже изжило себя, но люди продолжают ходить всё по тем же улицам, все также спеша. Порой кажется, что городу не хватает красок, чего то яркого. Даже парки которые радовали своей красотой докучали. Мир становился серым. – Будет дождь, – хмуро разглядывая небо, предупредил брат. – Даже не удивительно, – прокомментировал я, недовольным тоном, ничуть не расстроившись. – Как всегда, очень позитивно! – иронично проронил брюнет, хлопая меня по плечу. – А ты умеешь подпортить настроение. – Что поделаешь, если расстраивать людей заложено у меня в крови, – в той же манере отозвался я, слабо улыбаясь. – Ого, ты ещё и улыбаться можешь, – подметил брат, не упуская момент задеть меня. – Нерв защемило. Подавив смешок, Джин признался что меня невозможно зацепить. Едва расстроившись, он обхватил ручки моей коляски, медленно шагая. Проезжая всё те же улицы и мрачные лица, мне предстал вид на кафешку, слабо отдающую от той, которую мы посещали с матерью и братом по праздникам, поедая вредную пищу. Позвав Джина, я заставил обратить на неё его внимание. – Надо же, они сменили название, – приятно удивившись он отпустил меня, шагнув вперёд. – И само здание как-то изменилось, – задумчиво произнёс парень, хмуро разглядывая кафе. – Давай зайдем, – на ходу проговорил я, обгоняя его. Брюнет тут же поспел за мной, взяв управление в свои руки. Перейдя дорогу, мы оказались в пару метрах от здания. Внутри нас встретил запах, напоминавший тогдашние годы. Несмотря на то, что снаружи оно выглядело обновленным, внутри было всё иначе. Обшарпанные столы оливкового цвета, тёмные коричневые диваны, пожелтевшие жалюзи, та же странная плитка из мозаики. Тусклый свет, с трудом осветившись половину помещения. За прилавком стоял одиночный сгорбленный пожилой мужчина. Раздавая слабоалкогольные напитки, протирая столешницу. Оглянув обстановку я заметил что посетителей было немного, даже множество мест оказались свободны. Заняв место у окна мы с братом расселись напротив друг друга, взяв в руки меню, которое лежало посередине. Прочитав названия блюд, я посмотрел на Джина, успевая заметить: – Меню совсем не изменилось. Положительно покачав головой он, будучи впечатлительным, раскрыл рот вспоминая о любом блюде нашей матери. Я в свою очередь напрягся, понимая, что для меня ворошить прошлое, не совсем приятно. До самых пор мысли оставшиеся от тех глубоких, но приятных моментах резали по сердцу. Как бы мне сильно хотелось увидеть её вновь. Зафиксировав моё тусклое выражение лица, он прочистив горло, отложил меню и заказал нам совсем другое, аргументируя это тем что «надо попробовать что-то новое, а старое так надоело» улыбнулся, ткнув меня. И хоть зайти сюда было моей инициативой, я по прежнему благодарен брату, за то что он так просто мог меня подбодрить. В такие мгновения, понимаешь что самый дорогой тебе человек, сидит напротив и ты готов простить ему любые ошибки, ведь знаешь, что о тебе он никогда не забывал. Растрогавшись, но не подав виду, я мягко улыбнулся, осознав как зря я тогда сказал эти слова и как сейчас жалею. Мне по прежнему не хватало смелости сказать как сильно я его люблю, и попросить прощение за мои частые выходки. Любой бы на его месте давно мог оставить меня в одиночестве. Не каждый согласиться быть моей сиделкой. И хоть я постоянно говорю что помощь мне не нужна, чувствую себя самым слабым. Не верится в то, как он может это вынести. Видимо из нас двоих, он является сильным человеком. Я уважаю своего брата.

***

– Милая, ты уверена что взяла с собой не слишком много? Мы едем всего на пару дней. – препятствуя настрою своей жены, он уговаривал её выложить несколько вещей. И хоть Джин был рад этому путешествию, но всегда сохранял эту невозмутимость перед поездками. – А чего тут может быть много? Всё только необходимое! – уверяла его Джей выхватывая какую-то тряпку из рук брата, запихивая обратно в чемодан. Девушка приняла положение стоя, раскинув руки по бокам, и укоризненно поглядывала в сторону мужа. Джин в свою очередь, возвёл глаза к потолку, держась пальцами за переносицу, и глубоко вдохнул. Не став ссориться со своей женой, он вышел из комнаты, оставив нас одних. – Разве это много? – вопросительно посмотрев в мою сторону, шатенка застегнула молнию, поднимая багаж. – Для вас, девушек это ещё мало, – в шуточной форме отозвался я. Джей показательно цокнув языком, поставила чемодан в угол комнаты, попутно схватив список с полки. Пробегаясь карими глазами по строчками, подняла взгляд осматривая обстановку. Удостоверяясь в том, что всё собрано, облегчённо выдохнула, скатывая бумажку подобно шару. – Хочу заранее предупредить, – обратившись к моей персоне, после секундной паузы продолжила. – Сан Ми будет заходить сюда. Полить цветы, где-то убраться. Надеюсь, ты не против? – Я в состоянии делать такое сам, – упрямо отозвался я, не веря тому, что она снова будет здесь. – Ли всего лишь помогает, – не уступая мне, в моей же форме ответила Джей. – Пара дней. Понимая, что эту битву мне не победить я сдался слабо кивнув. Идти против неё всё равно что на самоубийство. Глупо и бесполезно. И хоть Джей выглядела хрупкой и беззащитной, внутри таился жёсткий характер подстать лядышке. Порой кажется, что от ссор она получает огромное удовольствие. И это временами очень пугает. В следующее мгновение в гостиную снова вошёл Джин, держа в руках телефон, быстро набирая сообщение. Я не придал этому особого значения, продолжая наблюдать за ним. Он не глядя плюхнулся на диван, дожидаясь ответа. Незаметно бросив резкий взгляд в мою сторону, заново прилип к экрану своего смартфона. – С кем это ты? – язвительно поинтересовалась девушка, заглядывая из под широко плеча в чужой телефон. Джин поёжился от неожиданного появления своей жены, убирая руки от яркого экрана. Шатенка оглянулась, прошептав что-то на ухо. Понаблюдав за происходящим, мне самому стало интересно о чём они в моём присутствии перешептываются. Сразу же после ухода Джей в ванную, я подошёл к нему, спрашивая: – Кому пишешь? – Да так, коллеге, – без долгих пауз ответил он, отправляя ещё одно сообщение, а зачем выключая сотовый. Я покачав головой, замолк. Мне казалось это подозрительным, и они явно что-то скрывали от меня. Но предположить что, мне пока не удавалось. Возможно, он пишет той самой журналистке. Но зачем, ответить сложно. – Вечером мы уже улетаем. – напомнил мне брат, вырвав меня из моих мыслей. – Если что, выходи с нами на связь. – Да, я помню, – отстранёно ответил я, сверля взглядом телефон, который раз мигавший от полученных смс.

***

Этим вечером, меня оставили одного. Никто сегодня не заходил, да и вряд ли собирался. Я посетил кухню, поставив чайник. Стол за которым мы недавно ужинали, был весь в крошках. Я медленно протёр его, небрежно кинув тряпку в раковину. Дожидаясь свиста медного чайника, я услышал через всю гостиную как громко разрывался от звонков мой телефон. Номер был неизвестный, и я хотел сбросить, но вовремя остановился поднося микрофон к уху. – Привет! Это Сан Ми, запишите этот номер. Надеюсь Джей, вас предупредила, – на том конце голос звучал дружелюбно и бодро. – Хорошо, запишу, – отозвался я, намереваясь отключиться. – Как самочувствие? Всё хорошо? – меня удивляла её неподдельная обеспокоенность за меня. Мне хотелось ущипнуть себя, чтобы удостовериться что это не сон, и я оправившись сказал. – Слушай, я понимаю что Джей попросила тебя как то ухаживать за мной, но этого не нужно, ладно? Ты можешь приходить сюда, делать то что тебе наказали, но прошу, не трогай меня. – девушка замолчала, наверняка ошеломленная моей резкостью. – Я просто хотела загладить свою вину. Уже какой день мне тяжело на душе, и я серьёзно очень переживаю за ваше здоровье, – уверяла журналистка меняя тон своего голоса на более серьёзный и очень тихий. – Со мной всё в порядке, и завтра будет также и послезавтра тоже. Единственное что я хочу, чтобы ты перестала спрашивать. Мне пора, – быстро отключившись, я поставил телефон на вибрацию возвращаясь на кухню. Каждый с кем я общался, очень долгое время жалели меня. Отношение людей так быстро меняется, когда с нами что-то происходит. После этого я осознал что люди никогда не будут настоящими. Обстоятельства так на них давят. До какого-то времени мне было тяжело. Я ненавидел себя. Оборвал все связи и больше не с кем не общался. Иногда мне казалось, что этому подвержены и родные люди. Это правда. Все мы одинаковые. Мне пришлось смириться. Никогда не хотелось быть одиноким, но многое просто вынуждает это делать.