Пополнение в стае или как могучий альфа влюбился.

— Пришёл поговорить, а ты что, не рада меня видеть? — Серьёзно спросил Волд, на что я отрицательно мотаю головой, еле сдерживая в себе желание обнять его. — К… конечно рада! Проходи, — говорю я, пропуская его вперед, на что тот усмехается и в ту же секунду передо мной появляются цветы, на что я удивленно и смущенно на него смотрю. — Спасибо, — тихо говорю, вдыхая приятный запах. — Где ты их взял? — спрашиваю я, ведь на Аляске нет цветочных магазинов, а если цветы и привозят, то только летом или же на крайний случай в праздники. — Военная тайна —  Отвечает Волд улыбнувшись, проходя в квартиру и снимая обувь с верхней одеждой. — Эм… Будешь чай? — как-то неловко спрашиваю я, оглядывая внешний вид мужчины. К слову, сегодня он как и всегда брутален, черный джемпер, прекрасно обтягивающий мощное тело, темно-синие джинсы прекрасно с ним сочетаются, за эти три дня появилась щетина, добавляя ему несколько лет, при этом не портя, а наоборот улучшая мужскую красоту. Честно, глядя на Волда сейчас, да и вообще глядя на него, хочется пустить слюни. Ведь он реально очень красив и я наверное продолжала бы его разглядывать, если бы не вспомнила что стою тут в домашней, потрепанной одежде, от чего лицо тут же заливается румянцем. «Блин, как неловко.» — Да, было бы неплохо. — Отвечает он, отвлекая меня от мыслей, и я, кивнув, прохожу на кухню, сперва ставлю цветы в вазу, а после, нажимаю на кнопочку у чайника. — Я сейчас оденусь и вернусь. — быстро говорю я, намереваясь выйти из кухни, как Волд вдруг перегораживает проход. — Не стоит, мне так больше нравится, — говорит он, глядя на мою грудь, от чего я покраснела, ведь была без лифчика. — Извращенец! — возмущенно говорю я и тот нагло усмехается. — Но тебе ведь нравлюсь? — И не мечтай! — сердито отвечаю я и во время ударяю его по руке, которая судя по всему хотела меня погладить. — Ладно, ладно, иди уже, переодевайся, — сказал он, подняв руки вверх, на что я довольно хмыкнув прохожу в зал и он само собой идет за мной, при этом все тщательно изучая. Взяв одежду из шкафа, направляюсь в ванную. — Можешь и тут переодеться, я не против. — говорит он и я, не выдержав, кидаю в него мягкую игрушку. — Пони, серьёзно? — усмехается он, поймав розовенькую лошадку. — Это Пинки Пай, волчара! — недовольно бурчу я, на что тот издает смешок. — О, да! Это многое объясняет. — продолжал он смеяться и я, поняв, что доказывать ему что-либо — бесполезно, снова фыркаю и наконец захожу в ванную, где быстро натягиваю на себя нормальные вещи, а именно: бюстгальтер, рубашку и джинсы. Быстренько осмотрев себя, понимаю, что вроде нормально и выхожу из ванной. — Майка и шортики, на тебе смотрятся лучше — сказал Волд, внимательно осмотрев меня с ног до головы. — Волчара, обнимающий Пинки Пай, тоже неплохо смотрится, — весело говорю я, проходя на кухню и тот, тут же фыркнув, бросает игрушку на кровать, и следует за мной. — У тебя неплохая квартира. Давно тут живешь? — Полгода, — скомкано отвечаю и сажусь за стол, Волд же следует моему примеру и заглядывает мне в глаза отчего я замираю. Мы молчим, можно сказать просто любуемся друг другом, наверное минуты две-три, ведь после нас прерывает писк чайника, оповещающий что тот вскипел. Поднявшись со стула, разливаю кипяток по чашкам и кидаю туда пакетики, а после дольки лимона и имбиря. Ставлю на стол конфеты и печенье, под внимательным взглядом Волда. — О чем ты хотел поговорить? — спрашиваю я, тем самым нарушив молчанье между нами. — Сперва, я расскажу тебе одну легенду, а точнее стих, только пообещай выслушать меня внимательно и не перебивать, хорошо? — Хорошо, — в нетерпение согласилась я, не подозревая ничего плохого, на что тот усмехнулся и начал рассказывать своим хриплым, завораживающим голосом.

«По легенде, когда в зимней ночи На небе и без единой звезды Свет над лесом взойдет, А сиянье зелени уснет — Одинокий волк покой обретет. Зовет он громко с вершины горы, Прося о пощаде и вечной любви Царапая камни и скаля клыки Не в порыве от злости, а в порыве любви. На мгновение замолкнет, опустит он пасть Посмотрит на лапы, вздохнет глубоко Усмехнется печально, поднимет свой взгляд И завоет он снова с вершины горы Да так, что разбудит всех жителей земли и луны Да так, что с неба польется ледяная вода Воплотив из себя ту, что казалось ушла навсегда, Грустно прикрыв на прощанье глаза. И ведь кажется, что сейчас он просто сошел с ума, Ведь видит ту, что была дорога Его белоснежно-красивая луна, Что как прежде тянула свой хвост Перебирала лапами и невинно смотрела в глаза, Ослепляя и завораживая на века, Заставляя забыть про всё навсегда И как под наваждением шагнул он вперед Падая вниз и теряя тот свет, что светил наверху Завыв в последний раз, о том как сильно любил он луну.»

Когда Волд закончил рассказывать стих, я можно сказать смогла спокойно вздохнуть, ведь то, как он рассказывал его, заставило меня замереть и с открытым ртом слушать, представляя в голове всю эту картину. — Знаешь, кем была луна для него? —  Неожиданно спросил он, спокойно глядя мне в глаза, на что я на минуту задумавшись, предположила, — Любовью? — Не просто любовью, а смыслом жизни. — А в чем разница? — Спросила я, не понимая всего смысла. — Сейчас поясню, — сказал Волд, сделав глоток остывшего чая. — Волки — стайные существа, их семейные узы в сотни раз сильнее человеческих, и дело тут не в инстинктах, а в том что волк проводит всю свою жизнь со своей парой и когда его пара умирает, то тот погибает вместе с ней. — Умирает от тоски? — тихо спросила я. — Верно. Волк сходит с ума. — Ого, — только и говорю я. — Погоди, если волки любят один раз, то вы… — Да, Дами и мы тоже. — И… и ты любишь? — Спросила я, сквозь ком в горле, ведь не зря он мне всё это рассказывает. — Да — сказал он, при этом печально улыбнувшись, от чего мне захотелось расплакаться, он любит, у него уже есть пара. — И поверь, это самое замечательное, что со мной случилось, за всю жизнь. — Добавил он, тем самым добив меня окончательно. — Я рада за тебя, — хрипло говорю я, улыбаясь, при этом еле сдерживая слёзы. Конечно, он любит, любит другую, ту единственную, которая наверняка в сто раз лучше меня. — Такая любовь называется истинной, она редко встречается, волк может так и не встретить никогда свою пару, но если он нашел её, то никогда не отпустит. — И для чего ты это мне говоришь? — Спросила я, боясь услышать, что-то вроде: «потому что я вижу как ты на меня смотришь, и хочу сказать тебе, чтоб ты не строила иллюзий и прочее.» — Я ждал этого вопроса, Дами. — Сказал Волд серьёзно и посмотрел мне прямо в глаза, отчего я вся сжалась. — Моя пара — это ты… — сказал он тихо, отчего я в шоке раскрыла глаза. — Что? — Глупо переспросила я, боясь узнать, что это всё шутка или же мое воображение всё поменяло, давая мнимую надежду. — Я понимаю, как это все звучит и то что, ты не сможешь принять сейчас мою любовь. Пойму даже, если ты захочешь меня выгнать, просто я хочу сказать, что приму любой твой выбор и честно постараюсь быть с тобой тем, кем ты захочешь, хоть другом, хоть братом, только прошу, не прогоняй меня, без тебя я не смогу, умру, как тот волк в легенде и эта трёхдневная разлука мне это доказала, — говорил Волд, а я просто не верила своим ушам и просто расплакалась, отчего Волд явно впал в ступор и тут же подскочил ко мне. «Принять его любовь! Он любит меня, любит!» — Дами, милая, не плачь! Я не могу видеть твои слёзы, прошу тебя! Если хочешь, я сейчас уйду… — взволнованно говорил он, пытаясь меня успокоить, от чего я ещё сильнее разревелась и просто обняла его. Волд сперва не понял, что случилось и замер на месте, а после сам уже сжал меня в крепких объятьях, отчего мне стало так хорошо и спокойно. Впервые за всю свою жизнь я полюбила, мало того меня полюбили и я была нужна! «Господи, я так счастлива.» Думала я, сжимая его в объятьях. Сколько мы так обнимались, я не знаю, но отпускать его мне совершенно не хотелось, тем более учитывая то, что я его не видела целых трое суток. — Дами, всё в порядке? — спросил Волд, когда я отстранилась от него, понимая, что должна как-то объяснить свои слёзы и вообще, хоть что-то сказать, а точнее признаться в своих чувствах. — Волд, я… я принимаю тебя и точно прогонять не стану, — сказала я тихо и заметила, как тот с облегчением выдохнул, — Ведь ты… ты мне очень дорог и я… я люблю тебя. — Сказала я, посмотрев в его глаза, и видя при этом такую радость и нежность, что не передать словами. Буквально в считанные секунды наши губы слились в едино, от чего мурашки пробегаются по всему телу, заставляя биться сердце с невероятной скоростью и забыть обо всем на свете, чувствуя лишь вкус его губ, мощь тела и такой приятный запах, от которого кружится голова и я, если честно наверняка бы упала, если бы Волд не придерживал меня, за талию, ведь ноги с первых секунд стали ватными и это поистине невороятное чувство. — Я так сильно люблю тебя, Луна моя. — тяжело дыша сказал он, прервав поцелуй, когда воздух закончился в легких. — Взаимно, волчара, — проговорила я, уткнувшись ему в грудь, на что тот усмехнувшись, поцеловал меня в макушку.