Нарушая запреты

— Зачем ты пришла в Бриамонт? — строгий, холодный голос нарушил звенящую тишину. Женщина, вошедшая в тюремную камеру, выглядела чужеродно, стоя здесь, напротив заключённой смертницы. Её дорогая одежда и уложенные русые волосы никак не вписывались в окружение. — Ты знаешь, — ответ был полон уверенности, без капли напряжённости. Нора сидела на полу. На волосах налипла её же собственная кровь, на коже были заметны следы побоев, а одеяние походило на бесформенно свисающую грубую ткань, совсем не подходящую по размеру. Она подняла взгляд и посмотрела на свою гостью. Кэтрин, наверняка, явилась сюда почти тайно, рискуя жизнью. Верно для того, чтобы они могли увидеться в последний раз. По крайней мере, Нора надеялась на это. Кэтрин было больно слышать ответ. Ей хотелось, чтобы нынешняя реальность растворилась в небытие или время рухнуло на их головы. Ещё недавно они обе были на свободе. Но всё круто изменилось за несколько часов. Теперь одной из них грозила казнь. И казалось бы, всё кончено. Нет надежды, кроме той, что рассевалась подобно утреннему туману, становясь всё призрачнее и прозрачнее. — Нора… — неясно чего больше было в этом голосе. Сожаления? Отчаяния? Жалости? Не важно. Главное, что именно это короткое слово, сорвавшееся с губ Кэтрин, резало душу и давило морально. — Не надо. Я знала, что делаю. — Ты собиралась его убить. — И не смогла, — она сделала паузу, словно только сейчас приняла свою вину, хотя в действительности, всё это только иллюзия, смирение пришло давно, ещё прошлым вечером. — Значит заслужила, к чёрту всё. Чего уж говорить. Всё уже давно сказано. Они были здесь одни, в тюремной камере, находившейся в подземном помещении. Тут царили темнота, холод и сырость. Кэтрин подошла ближе и заставила Нору, прежде сидевшую на полу, подняться. — Я поговорю с ним. Он… — И что ты скажешь? Сжалься над моей любовницей. — Нет, но что-то же можно сделать. Тишина, подобно пауку, оплела комнату своей сетью. Никто не нарушал её. Слова потерялись где-то в безысходности и невозможности что-то изменить. — Ты стала такой красивой здесь, — тихо, мягко, без упрёка произнесла Нора, но именно эти слова ударили Кэтрин в самое сердце. Нора запустила пальцы в волосы любовницы. Кэтрин не сдержалась и ответила. Она пальцем коснулась губ пленницы. Она сделала это легко, почти невесомо, словно боясь, что это хрупкое тело больше не выдержит. Нора же в ответ поцеловала палец. Долгие мгновения спустя Кэтрин подалась вперёд, чтобы поцеловать женщину, стоявшую столь близко. Возможно, что второго шанса у них не будет. Ей хотелось большего, но сейчас это невозможно. Кэтрин чувствовала солоноватый привкус на своих губах. «Так не должно быть, так неправильно!» — подумала она, давя эмоции в душе. — Ты должна назвать имя, — Кэтрин произнесла это. — Так ты за этим здесь?! — Нора отстранилась словно обожглась. — Мне нужен был предлог, чтобы прийти сюда, — сказала она, желая оправдаться. — Назови хоть что-нибудь. Имя. Место. Не важно. — Я не выдала этого даже под пытками. И сейчас не скажу. — Хорошо… раз так, — Кэтрин протянула руку, и Нора в ответ не отстранилась. Все обиды, размолвки и разговоры остались за решёткой, на свободе. Пленница догадывалась, что у них слишком мало времени. Они сблизились, чтобы вновь одарить друг друга нежностью и получить её в ответ. Кэтрин поцеловала свою любовницу, вкладывая в поцелуй все свои чувства. Горячо, страстно. Под пальцами, что касались обнажённых рук, Кэтрин ощутила лёгкую дрожь. От холода, от чувств… от боли. Лишь отстранившись, она заметила сине-чёрные отметины на руках и ссадины. Но Норе было плевать, пусть это наслаждение с болью, но всё же наслаждение. Этот поцелуй мог стать чем-то большим в других условиях. — Забудь, — Нора вновь привлекла к себе Кэтрин и положила руки к ней на талию. Её пальцы скользили по шёлку, чувствуя тепло, скрытое под ним. Тонкое, красное платье, достаточно короткое для того, чтобы можно было задрать юбку и дотронуться до кожи. Нора прижалась к стене, увлекая за собой Кэтрин. Тонкие и длинные пальцы легко преодолели преграду из нижнего белья. Ощутив прикосновение, Кэтрин сдавленно и едва слышно простонала. Нора легко закусила губу своей любовницы, а после стала спускаться ниже, касаясь губами шеи. Она слышала тяжёлое дыхание. Кэтрин готова была утонуть в своих ощущениях, но всё нарушил звук, вырвавшийся, казалось, из другого мира, чужого и холодного. Дверь где-то вдалеке скрипнула. Кэтрин обернулась, страшась того, что их заметят в недвусмысленной ситуации. Она отстранилась, когда услышала мужской голос доносившийся по ту сторону решётки: — Мисс Пейдж, у вас всё в порядке? Кэтрин тяжело вдохнула, пытаясь выровнить дыхание. Спустя секунду она ответила, скрывая дрожь в голосе. — Да, я почти закончила, — громко ответила она, чтобы охранник услышал её. Теперь время пошло на секунды, которые Кэтрин не собиралась тратить впустую. Она вновь притянула к себе Нору и поцеловала, жадно, страстно, желая прочувствовать этот момент до конца. Нора не заметила тот момент, когда ей в руку вложили кинжал. — Сегодня ночью. Ты поймёшь когда, — сказала Кэтрин, когда её губы почти касались уха любовницы. Кэтрин быстро поправила платье. А после сбежала, не прощаясь, оставив любовницу наедине с ожиданием ночи.