Судьбоносный волейбол

— Что ты сделала?! — Не верила услышанному высокая блондинка. Камия около десяти минут слушала рассказ смущенной подруги и пыталась поверить в случившееся, стоя на улице возле спортивного зала, где занимаются девчонки Карасуно. — You are crazy! — Спасибо за поддержку, my best friend! — Передразнила акцент девушки Хотару и снова скрыла лицо в ладонях. — Это полный провал, как мне теперь с Мегу-чан разговаривать? — Тебе стоило подумать об этом раньше, когда в твоей голове вообще появилась идея пойти в Шинзен, — цинично отметила Камия, смотря сверху вниз на брюнетку. — Уж не тебе меня в этом упрекать, — недовольно сложила руки под грудью Хинодэ, — не ты ли всегда лезла на рожон? — Если хочешь перевести стрелки, то знай, я никогда бы не променяла тренировки на парня, — разозлилась Камия. — What’s going on? Я думала, что к моему возвращению из Америки ты станешь первоклассным игроком, а на деле ты типичная девчонка, которая только о парнях и думает. — Не говори так, будто я за каждым парнем бегаю, — Хотару понимала, что разговор с лучшей подругой выходит из нужного русла. Не такого ответа от Анны она ожидала, когда прервала ее тренировку. — Слушай, я не хочу ссориться еще с тобой… — А я хочу! Я слишком долго молчала! — Начала выходить из себя Камия, все больше и больше повышая голос. — Я понимаю и принимаю твою причину не играть в волейбол тогда, когда твоя мама сошла с ума. — Блондинка сделала характерный жест, покрутив пальцем у виска. — Но сейчас все в порядке, ты живешь с отцом, и ты должна все силы отдать волейболу! Ты должна из кожи вон лезть, чтобы команду привести к победе, иначе ты не ас! Хотару чувствовала, как противный ком подступает к горлу, ей хотелось расплакаться от безысходности. Она искала поддержку, но получила лишь упрек от Анны. Хотелось сказать что-то в ответ и защититься, но Хотару боялась, что так только усугубит ситуацию с подругой. Своими необдуманными действиями она и так испортила отношения с Мегуми. По крайней мере, ей так кажется, потому что сразу после вынужденного поцелуя Куроо и Яно, Хинодэ ушла. Она даже забыла, что Тсукишима тоже находился там и не попрощалась с ним. Ещё страшнее представить, что теперь Кей о ней думает, как он отнёсся к произошедшему, и кто все-таки прав, а кто виноват. — Я понимаю недовольство Мегу-чан, — продолжала гнуть свою линию Камия, казалось, совсем не обращая внимания на блестящие черные глаза Хинодэ, из которых вот-вот скатятся вниз слезы, — блок-аут — твое единственное оружие, к которому те же Никахо стали уже привыкать и знают как бороться. Если так продолжится, то ты не будешь тем асом из своих мечтаний. Ты сама говорила, что ас — пробьет любую стену и обязательно станет надеждой своей команды в тяжелую минуту. Но представь, в середине игры ты поймешь, что твои атаки не проходят и не приносят очки. Сможешь ли ты продолжать верить в собственные силы, пытаться снова и снова? Даже ты сломаешься. И если ты потеряешь надежду, то что делать команде? Мы могли бы атаковать без тебя, но чисто человеческое беспокойство за товарища, не позволило бы нам это сделать. Мы бы хотели тебя приободрить, но как? Самим набирать очки, тем самым заставить поколебаться твою гордость аса? А вдруг ты ненароком подумаешь, что команда и без тебя справляется? Или вести игру ко дну, и тогда ты скорее всего подумаешь, что своим бессилием подвела нас? Меня не устраивает ни один вариант, поэтому я хочу, чтобы твой арсенал атак был шире, чтобы ты могла выбирать, и чтобы противники терялись в догадках, что теперь ты провернешь. Слова Камии дали понять Хотару, что все делается только для ее блага. И чрезмерная строгость со стороны Мегуми тоже не ее прихоть или зависть из-за ее удачно складывающихся отношений с Кеем. Наверное, просто сыграло чувство гордости за саму себя. Ей очень льстило, что Яно пришла к ней с предложением стать асом. И никто даже не возражал, что из ниоткуда взявшаяся первогодка вдруг стала им. Она не переживала никакие кризисы как диагональный, ей удавалось раз за разом пробиваться и приносить очки команде. Естественно, в какой-то момент она посчитала, что сильна и может даже непобедима. Но она забыла слова брата. Забыла его после приезда с Весеннего турнира. Забыла, потому что не могла понять его. — Чем выше ты поднимаешься, тем больше встречаешь людей, которые сильнее и умнее тебя. Но побеждают те, кто больше времени тратит, чтобы отточить свои навыки. Я вспомнила. — Камия застыла перед преобразившейся Удай Хотару. Удай, потому что она снова напомнила себя в детстве, когда могла думать и говорить только о волейболе. Когда для нее существовал только волейбол. Когда ей хотелось познать все тайны волейбола. Когда она хотела покорить волейбол и встать на вершине. — У нас есть еще немного времени потренироваться перед ужином, так что пойдем. — Поманила за собой подругу Камия, которая не могла скрыть своей довольной улыбки. Она очень переживала, что нынешняя Хотару не поймет ее слов и намерений, лишь больше оскорбится, обидится и, не дай Бог, уйдет из команды. Дело даже не в том, что Хотару диагональный, она была и есть ее единственная подруга, на которую Анна всегда могла рассчитывать. Судоу и Кикучи обеспокоенно переглянулись. Они невольно стали свидетелями их разговора, и если ситуация с Хотару разрешилась, то совсем не ясно, в каком состоянии Мегуми после произошедшего. Моэ задумчиво посмотрела на кузину и предложила попросить помощи у Исихары. Возможно, как в ситуации с Хотару, лучшим решением будет разговор с близким человеком. *** Волосы цвета молочного шоколада — так описала Мегуми волосы Томоко в первый день знакомства. Тогда они уже как месяц учились в первом классе начальной школы, и если Исихара быстро завела себе друзей среди мальчишек, то Яно скромно держалась в компании еще двух таких же молчаливых девочек. Те девчонки ее совсем не интересовали, для Томоко они казались скучными, даже не визжали как другие от лягушек и жуков. Реакция Мегуми тоже отличалась, но была забавной. Она всегда прижимала локти к груди, а кулачки к лицу, закрывая ими лишь часть до носа. От ее внешнего вида мальчик, который хотел напугать ее, тут же осекся, лягушка выпрыгнула из рук, а он озвучил свою единственную мысль «Котенок». — Неко-чан! — Веселым голосом позвала Томоко свою подругу, найдя ее под одной из лестниц в школе Камикава. Она не знала точно, где Мегуми спряталась, и шла просто интуитивно. Она бы ни за что не предположила, что Яно спрячется под лестницей как когда-то в начальных классах. Девушка не плакала, даже намека на слезы не было, но выглядела она очень задумчивой и потерянной. — Как ты меня нашла? — Голос Мегуми звучал тихо, — иди на тренировку. — Со мной пойдешь? Я хотела, чтобы ты мне попасовала. — Как можно веселее сказала Томоко. — Сил нет… Как будто дементор поцеловал. — Осознав, что она сказала, Мегуми мгновенно покраснела и посмотрела на подругу. — Я передам ему, — нагло улыбнулась Томоко и присела рядом с подругой, — я слышала, что произошло от Шираиши. Ну и каково целоваться с ним? — Исихара игриво приподняла правую бровь. Она совсем не ожидала, что от Мегуми повеет романтикой, но хотела, чтобы она просто на нее посмотрела и рассмеялась. — Это было просто соприкосновение, и Мамма Мия очень быстро спихнула его с меня… — Пробурчала Мегуми, утыкаясь лбом в колени. — И ничего не хочу продолжить, — пресекла попытку пошутить Исихары, — он меня бесит. Нечто подобного от подруги Томоко ожидала. Все же Мегуми ни насколько не изменилась, как и ее отношение к Куроо. Хотя появилась одна любопытная деталь — парень каждый день ей пишет, а она отвечает на его сообщения. Наверное, именно поэтому ей так легко теперь дерзить капитану Некома. Если вспомнить, то раньше на его шутки и подколы она краснела, заикаясь, пыталась отвадить от себя подальше. — Удивительно, что рядом с ним ты становишься плохой девочкой. — Яно на фразу подруги мгновенно отреагировала и уставилась на нее круглыми серыми глазами. — Спятила? В смысле «плохой девочкой»? — Грубишь, дерзишь, остришь, язвишь, передразниваешь… — Сгибала по порядку пальцы на правой руке Томоко и довольно посмотрела на Мегуми, которая от ее слов покраснела. — Я то знаю, что ты и такое можешь, но люди привыкли тебя видеть правильной девочкой. Мегуми недовольно поджала губы. Не то чтобы она намеренно создала такой образ, просто воспитание и характер не позволяют вести себя по-другому. Но и она может злиться, о чем люди забывают и удивляются, когда видят её потемневшие глаза. — А Мамма Мия больше ничего не сделала? Просто спихнула Куроо и все? - Как бы невзначай уточнила Томоко. — Может и хотела что-нибудь сделать, просто не успела. Я сразу сбежала оттуда. — Резко Мегуми прижала колени к себе и заныла. — Так неловко! Там ещё были Акааши-сан и Бокуто-сан! И ваш русский! — Вспомнила про Льва Мегуми и обхватила руками голову, ещё больше впадая в уныние, — что они подумали о нас? Первая встреча и такое впечатление… — Не беспокойся, я с ними знакома и они хорошие парни. Скорее всего они даже беспокоятся о ваших отношениях с Хо-чан. На слова подруги Мегуми лишь безнадёжно покачала головой и мельком глянула на Томоко. — Что ещё? — Тут же поняла Исихара, что ещё не со всеми своими беспокойствами поделилась подруга. — Если бы Мамма Мия не спихнула Куроо, а он захотел поцеловать меня по-настоящему, то я бы… — И это нормально, если бы ты ответила на его поцелуй, — пыталась успокоить её Томоко до того, как девушка разразится сто и одной причиной, почему это не нормально. — Но он же меня бесит, почему я готова была..? — Томоко не знала, хотя у неё были кое-какие мысли, но не могла их правильно сформулировать. Да и стоит ли сейчас говорить ей это? — Я себя не понимаю, после расставания с Тай-чаном мне очень быстро понравился Иваизуми-сан, и он только недавно меня отверг, почему я уже была готова поцеловать другого? — Про сенпая не забывай, — напомнила про Сугавару Томоко, отчего Яно тяжело вздохнула. В её памяти тут же всплыло лицо волейболиста и его нежный взгляд. На душе стало только тоскливее. — Пойдём. — Поднялась на ноги Исихара и отряхнулась от пыли. — Куда? — Заволновалась Мегуми, боясь, что подруга потащит её в Шинзен. — Просто пошли. — Голос Томоко звучал успокаивающе, и Яно послушно последовала за ней. Выйдя на улицу, Томоко встала чуть позади Мегуми. — Оглянись. — Яно посмотрела направо и налево, но ничего не увидела. — Присмотрись внимательнее. — Настаивала Томоко, и Мегуми лишь пожала плечами, словно говоря, что ничего не изменилось. — Помнишь, ты ругалась на меня, что я вечно куда-то спешу, все хочу успеть сделать, и не замечала, как прекрасен этот мир? В этот момент словно весь груз с плеч свалился, а Мегуми сняла чёрные очки. Она увидела, насколько прекрасна природа Сайтамы. Маленькие яркие звёздочки сверкали на чёрном небе, которое переливалось до сине-фиолетового. И луна освещала улицу больше, чем пробивающийся искусственный свет из окон Камикавы. Где-то вдали расположились цикады, и их стрекот эхом разносился по округе. Мегуми глубоко вздохнула и почувствовала аромат только что приготовленной еды их менеджерами и учителями наставниками. И это так сильно напоминало дом, что тепло окутало девушку с головы до пят. Слабая улыбка появилась на лице Яно. — Ты так сильно зациклилась на учёбе и волейболе, чтобы не думать о парнях, что забыла, как прекрасен этот мир. — Удивительно, что это говоришь мне ты, Томо-чан, — обернулась к подруге Яно, сделала пару шагов и обняла её. Исихара довольно улыбнулась. В такие моменты она понимает, насколько ей не хватает подруги в Токио. И как ей хочется стоять с ней по одну сторону сетки. Понимают ли Карасуно, какое это счастье играть с Мегуми, а не против неё? — Я не так хороша в учёбе, как ты. И уж тем более не знаю парней как… Парней. Они для меня все просто друзья. Но одно я могу сказать. Ты можешь думать об учёбе и волейболе своей головой, но всю эту любовную хрень пропускай через сердце. Возможно что-то окажется не таким, как ты представляла. *** Девчонки Карасуно были полны беспокойства. Все они были в курсе вчерашнего происшествия, но не ожидали, что все обернётся холодной войной между Яно и Хинодэ. Они играли друг с другом, сеттер даже давала пасы, но абсолютно не разговаривали. Хинодэ в своей привычке не просила девушку бросать мяч ей, а после успешно полученного очка не давали «пять» и не кидались обниматься. Камия мгновенно разозлилась на подругу за её молчание, потому что даже она понимала, что Хотару должна сделать первый шаг. Но той было просто тяжело признать свою вину и извиниться. А Исихаре даже не надо было говорить с Яно, она и так знала, что и у неё есть гордость, да и ас много обидных вещей наговорила. Второгодки пытались вразумить обеих, но все было безуспешно. Не только Карасуно видели смену атмосферы в команде. Никахо, Камикава и тем более Некома тоже ощущали напряжённость воронов. Шираиши своим даже в красках описала произошедшее, отчего все остались недовольны. В их глазах именно Куроо остался виноват — нечего лишний раз вообще подходить к Яно. — Эй, Куроо, — подошел к другу капитан Фукуродани, — ты ничего не слышал о девчонках из Карасуно? — Брюнет лениво посмотрел на Бокуто и ехидно улыбнулся, его выражение лица так и спрашивало "Почему они тебе стали интересны?" — Просто они вчера ругались! — Как будто неверное истолкование его самых искренних тревожных чувств оскорбило Бокуто. Ведь он действительно переживает, а тут Куроо шутки шутить изволит. — Вы что-то сказали о Карасуно? — Краем уха услышал монолог беловолосого Савамура и решил уточнить. За ним пошел и Сугавара, который определенно точно услышал часть про ругань. Куроо не успел прервать начало возбужденного рассказа друга, но хотел. Всем третьегодкам Некома известно про симпатию либеро девчонок Миками Саюри к Сугаваре, и то, что он ее бесконечно отвергает из-за собственных чувств к Яно. Еще не хватало, что из-за произошедшего концентрация и внимание на тренировке у Коуши спадут. Одно радует, фанат волейбола Бокуто все время перерыва потратил на описание импровизированного матча между Яно и Хинодэ, так что он не успел перейти к самому горяченькому, или холодненькому. Это с какой стороны посмотреть. Если называть поцелуем между Куроо и Яно (что не совсем верно), то жарко станет всем от смущения как минимум. А если сказать, что это месть Хинодэ, то подается она только в холодном виде. — У Яно-чан все хорошо? — Беспокоился Сугавара, даже не зная всей истории. Но о чем речь, если в обычной жизни у него сердце вырисовывает сальто, стоит только Мегуми споткнуться. — Не переживай, — успокаивал друга Савамура, обнадеживающе похлопав по плечу. — В команде они не одни, остальные помогут им снова помириться. — Хотя мысленно Савамура добавил, что было бы неплохо, будь с ними Мичимия. Она бы точно нашла подходящие слова для Яно. — Посмотри на это с другой стороны. Яно-чан знает и может противостоять их маленькому гиганту. Она просто потрясающая. — И все же я волнуюсь. — Вздохнул Сугавара. — Она же такая нежная, ранимая, ей и так сложно с этой должностью капитана, а тут поссорилась со своим асом. А она связующий! Вот представь, я поругался с Асахи, но при этом должен пасовать ему на матчах. — Савамура не нашелся что сказать. Он понимает, и это настолько же напрягает, как ссора Хинаты и Кагеямы. После нескольких матчей менеджеры принесли приготовленные угощения родительского совета Шинзен. Сугавара сел рядом с Яку, и они спокойно разговаривали на самые разные темы, отличных от волейбола. — Ты действительно не можешь помочь с Миками-сан? — Жалобно посмотрел на приятеля Сугавара. — Извини, я пытался и чуть не поссорился с ней. Больше лезть к ней не хочу. — Яку чувствовал себя отчасти виноватым, ему хотелось помочь и тому, и другому, но Миками менее понимающий человек, чем Сугавара. — Она очень тяжёлый человек, её сложно в чем-то убедить, и договориться невозможно. Все должно быть так, как она хочет. Даже если ты сегодня же начнёшь встречаться с кем-нибудь, Саюри от тебя не отстанет. Её бы упрямство в волейболе, цены бы ей не было. — Разве она не стала настолько хорошим либеро из-за своего упрямства? — Удивился Сугавара, не совсем понимая смысл слов Яку. — Да, в средней школе, а потом она привыкла к своим высоким показателям, и теперь после трех подряд упущенных мячей, или просто нападающий хорош, и она не может принять, её начинает трясти. После пяти у неё начинается истерика. Однажды они играли... — Хинодэ-чан заставила поцеловаться Яно-чан и..?! — Раздался крик Хинаты, который даже не в силах был договорить имя Куроо и просто тыкал в него пальцем. Сугавара не мог даже пошевелиться — настолько ошеломило услышанное. Он надеялся, что Хината не так все понял, или Лев, с которым до этого он разговаривал, не правильно выразился. В конце концов, может ему все сниться, может голос Хинаты ему почудился? Но испуганно-злое лицо Яку говорило само за себя. И растерянный Савамура, который тоже услышал восклицание Хинаты, в тот же миг решил проверить состояние лучшего друга. — Я убью этого переростка, — сквозь зубы процедил Яку и поспешил разъяснить всю ситуацию, хотя сам знал только со слов Куроо, будь он не ладен. Сугавара слушал парня как в прострации, но основную суть уловил — Куроо упал на Яно, а Хинодэ решила отомстить капитану. То есть поцелуй не поцелуй, но губы капитана Некома были на губах его любимой. — Не забивай себе этим голову, — пытался приободрить его Яку, но тщетно. Внешне Коуши выглядел как обычно, но на матчах справлялся хуже. Особенно если они играли против Некома, а по ту сторону сетки мелькал этот Куроо. Казалось, что сердце разорвётся. Хотелось реветь как малолетнему от безысходности. Сугавара даже воображал, как со всей силы попадает по этой наглой капитанской физиономии мячом во время матча, и никто ему ни слова не скажет. Но воспитание и характер не могли позволить ему такой вольности. Хотелось оставить кого-нибудь виноватым. Начиная от Хинодэ, которая по сути и является виновником трагедии, до Яно, которая так не кстати решила упасть. — "Она не сильно ушиблась?" — тот час забеспокоился её состоянием Сугавара. А еще он вспомнил, что у Мегуми не очень хорошее отношение к Куроо, так что вполне вероятно, что она очень переживает из-за случившегося, значит, она тоже жертва. И если бы все это время Мегуми не продолжала отталкивать Коуши, он бы обязательно побежал к ней, чтобы все проверить и успокоиться. — Сходи к ней! — Настаивал на своём Бокуто во время тренировки с Тсукишимой. — Разве та мелкая не твоя девушка? Тсукишима неохотно кивнул, ему все ещё непривычно говорить о Хотару как о своей девушке. Тем более с людьми, с которыми он не близок. По правде, Кея немного волновала вся эта ситуация. Он знает, что Хотару сделала то что сделала сгоряча. И уверен, что уже через 10 минут переживала и корила себя. Он писал ей утром, в обед и после основной тренировки. Целых три раза, и ни одного ответа. Может это месть за его вчерашнее молчание, когда она написала в два раза больше сообщений? — А если она действительно не получила ни одного паса? — Ужаснулся Бокуто, но его тут же успокоил Акааши, который убедил, что это невозможно, тренера бы не потерпели такого ребячества. — А вдруг Яно-чан и вовсе не пришла на тренировку, потому что её стошнило из-за поцелуя с Куроо? — Эй! — Возмутился капитан Некома. — Узнай хотя бы ты! Ведь там твоя сестрёнка Мия и Шираиши, напиши им! — Не мог успокоиться Бокуто, чьё волнение и интерес за день только увеличились. — Мия отключила свой телефон, а Шираиши не отвечает. Как и остальные из Некома, — Куроо подозревает, что девчонки устроили ему молчанку, потому что приняли за врага всего девчачьего народа. — Тсукишима..! — Вновь пытался подействовать на парня Бокуто, как тот неожиданно согласился. Что движило им, Кей не знал, но в Камикаву он пошёл. Его счастье, что Хотару занималась в ближайшем к главному входу спортивном зале. — Кей? — Удивилась Хинодэ. — Что ты здесь делаешь? — Выглядела Хотару растерянной и слишком напряжённой. — Пришёл узнать о твоём состоянии, на сообщения то ты не отвечаешь. — Блондин сам удивлён, что его это вообще задевает. Казалось, что он будет только рад, если Хотару начнёт писать меньше. — Я решила до конца тренировочной недели сократить до минимума наше общение. Вчерашний день показал, что я становлюсь слишком одержимой тобой. И я не ожидала, что ты напишешь и тем более придёшь сюда сам. — Не ожидала? — Почему-то это слово его задело. — Ожидаешь ли ты хоть чего-нибудь от меня? — Нет. — Слишком просто произнесла Хотару, не догадываясь, насколько это важно знать Тсукишиме. — "Жестоко..." — Я знаю, что тебе все еще неловко из-за статуса наших отношений, поэтому ты пока ничего не сделал. — Решила объяснить свое мнение Хотару, зная, что вопросов много он не задаёт, как бы его это не интересовало, — мы ведь с тобой даже не целовались ещё. А от всего остального я ничего не жду, ведь ты как всегда будешь крут. Касается это учёбы или волейбола. Тсукишима вновь посмотрел на девушку другими глазами. Сколько всего ещё в ней таится, и до каких пор она продолжит его удивлять? В волейболе он никогда не старался, но Хотару считает, что он в нужный момент сделать все от него зависящее? — Тогда и ты будь крутой и извинись перед Яно. — Слабо улыбнулся Кей, отчего и Хотару ответила ему более яркой улыбкой. — Она одна из немногих людей, перед кем мне не стыдно извиниться.