Я обещаю быть твоим, как ты - моим

Аesthetic-коллаж — https://vk.com/public108831172?z=photo-108831172_456239079%2Falbum-108831172_00%2Frev — Ты не сказал ему, — констатировал Друид, когда они вошли в пещеру, внутри которой находилось нечто наподобие кельи, вытесанной прямо в скале. — Александр, это мой дедушка по маминой линии, Древнейший Викторианий, — проговорил Магнус. — Но... Как?.. — сбивчиво прошептал юноша, не понимая происходящего и отказываясь верить в услышанное. — Я объясню, — пообещал принц. — Но сначала нам нужно осмотреть место убийства. Вы разрешите? — добавил он. — Конечно, — Друид лишь кивнул и проводил их в соседнюю келью. — Тело Габриэля сейчас готовят к погребальной церемонии. Следов крови нет, потому что его задушила тёмная магия, — объяснил он, после чего оставил соулмейтов одних. Алек молчал, пытаясь переварить услышанное ранее, и наблюдал за тем, как его муж выпустил из пальцев синие потоки магии. Они закружили по стенам тонкими нитями, но почти сразу же рассыпались на крохотные искорки, словно разбившись о защиту. — Демон, ничего не получится, — нервно рыкнул принц, обессиленно опустив руки. — Никаких следов, — вздохнул он, а юноша рядом вздрогнул, зацепившись взглядом за кое-что на полу. — Кроме этого, — глухо проговорил он, ощутив, как язык липнет к нёбу от волнения и страха. Магнус непонимающе нахмурился, наклонившись, чтобы лучше рассмотреть, но тут же выпрямился, а его кожа на мгновение вспыхнула красным. На каменном, покрытом пылью полу остался чёткий отпечаток круга с когтистой лапой по центру — тот самый, что принадлежал трости короля. — Я убью Асмодея, — прохрипел Магнус. Его трясло от ненависти, и Алеку было страшно от тех эмоций соулмейта, которые он ощущал в этот момент. — Он твой отец, — попытался призвать супруга к разуму юноша. — Не отец! — Магнус резко развернулся, сорвавшись; его метка обнажилась, а лицо перекосилось от злости. — Не отец... Он убил моего родного отца... А потом и мать... — едва слышно прошелестел потрескавшимися губами он, а его глаза заблестели от непролитых слёз. — Что?.. О Ангел... — Алек едва не задохнулся от чужой боли. — Мне так жаль, Магнус... Так жаль... — добавил он, сделав осторожный шаг навстречу и заключив принца в объятия. — Я убью его, клянусь, — как заведённый продолжал бормотать тот, вцепившись в камзол супруга дрожащими пальцами. Юноша не знал, сколько времени они так простояли, но в какой-то момент азиат вздрогнул и отстранился, посмотрев на своё кольцо, на котором плясала крохотная искорка. — Это Катарина. Здесь время бежит по-другому, она дала знать, что нас нет уже полчаса, — объяснил Магнус. — Пойдём, нам нужно поговорить, — добавил он, взяв мужа за руку и потянув на выход. — Что-то удалось выяснить? — спросил встречавший их у выхода Друид Викторианий, которого окружали остальные Древнейшие. Соулмейты одновременно низко поклонились им, принц сделал глубокий вдох, но ему понадобилась минутка, чтобы прийти в себя. — Это дело рук Асмодея, — наконец-то прохрипел он, а Друиды зашумели, отчего драконы рядом всполошились. — Но я разберусь с этим сам, — уверенно добавил Магнус. — Как прошла передача магии? — спросил у внука Викторианий. — Болезненно, — признался принц. — Я счастлив, что увиделся с Вами, вот только думал, что это произойдёт при других обстоятельствах, — добавил он. — Прогуляйтесь у склона с Орфом. Думаю, вам есть о чём поговорить, — кивнул на дракона Друид. — Берегите себя, дети мои, и держитесь вместе, как одно целое, потому что вы им являетесь, — напомнил он. Соулмейты откланялись, взобравшись на дракона, который спустил их вниз, к фамильярам. — Я должен был рассказать тебе всё раньше. Но пообещай мне, что больше никто не узнает об этом, потому что о моём родстве с Друидами не знают даже Рагнор с Катариной, — проговорил Магнус, устроившись на одном из камней у подножья Священных Скал. — Обещаю, ты же знаешь, — нахмурившись, произнёс юноша. — У Друидов не бывает соулмейтов, они не склонны испытывать чувства. Но если Древнейший всё же влюбляется, то это считается высшей формой любви. Моя мать была плодом такой любви, так что Друид Викторианий является моим дедушкой, — начал свой рассказ Магнус; Алек сел рядом с ним, решив не перебивать. — Моя мама обладала особой магией, которая частично передалась и мне. После окончания Великой Бойни, которую, как все думают, развязал младший брат Асмодея Азазель, наступило затишье. Никто не знал, да и сейчас не знает о происхождении моей матери, все считали, что она просто была одной из самых могущественных колдунов. Асмодей обратил на неё внимание, собираясь отобрать её силу. Король одурачил мою мать, посадив Азазеля в тюрьму и объявив его главным зачинщиком бунта, из-за которого и началась война. Асмодей заверял мою мать, что тоже хочет мира и равенства между всеми расами, и предложил ей брак. Они оба были довольно молоды и имели шанс встретить своих соулмейтов, но всё же поженились. У них не было детей довольно долго, а потом моя мать встретила колдуна с такой же меткой, как была у неё, — тяжело сглотнув, проговорил принц. В это время Орф дал о себе знать, подобравшись ближе, отчего Алек вздрогнул и отшатнулся. Магнус взял мужа за руку и протянул её вперёд, заставляя прикоснуться ко лбу дракона и погладить, как это было в день их свадьбы с Аяме. Орф прикрыл свои тёмные глаза, обрамленные длинными ресницами и издал какой-то неопределённый звук, явно обозначающий, что ему приятно. Дальше Алек гладил его сам, а принц продолжил свой рассказ, немного переведя дыхание. — Мой настоящий отец был обычным магом, который порой приносил во дворец ингредиенты для снадобий и зелий. Его звали Архан, он был беден и не мог ничего предложить моей матери, кроме своей любви. И она выбрала его... — Катарина сказала, что у тебя особое отношение к понятию соулмейта, — вдруг вспомнил юноша. — Моя мать с самого детства повторяла мне, что нет ничего более прекрасного и чистого, чем связь истинных. И я верил в это, мечтая встретить тебя, Александр. Но время шло, а судьба всё никак не желала столкнуть нас, и в какой-то момент я потерял надежду, — проговорил Магнус, взглянув на супруга с особой нежностью. — Я думал, что ты унаследовал свою метку мага от Асмодея, — выдохнул Алек, встрепенувшись: — Точно. Когда я спросил у Катарины так ли это, она ответила мне, что она досталась тебе от отца, но она не стала уточнять, от короля ли, — поражённо добавил он, когда всё наконец-то встало на свои места. — Моя мать тайно встречалась со своим истинным, Асмодей знал об этом, как и о том, что метка Архана была схожа с его собственной. Он выждал момента, когда моя мама забеременела мной и её сила увеличилась из-за связи с её соулмейтом, а после убил моего настоящего отца. Вот тогда с короля слетела маска, он предстал настоящим — коварным и жестоким, — продолжил принц. — Мама поняла суть его замысла, она успела рассказать мне всю правду. Я тогда был ещё подростком, не знал, как мне справиться с ненавистью к Асмодею. Мать раскрыла мне правду и впервые отвела к Друидам, познакомив с дедушкой. — Но что за соглашение? Почему королева Эльза заключила его? — нахмурился Алек. — Король потребовал объединения Эдома и Арнии, он запугивал мою мать, угрожал. Ей пришлось согласиться на то, чтобы её королевство временно подчинялось Эдому, но когда придёт моя очередь занять место Асмодея, всё должно стать наоборот, — ответил Магнус. — Он будет пытаться убить меня, чтобы заполучить мою силу. Асмодей ужасен, он не остановится ни перед чем, раз посягнул на жизнь Древнейшего, — покачал головой он. — Так ему удалось отобрать силу твоей матери? Все говорят, что она тяжело заболела и её не смогли вылечить даже лучшие колдуны, — севшим голосом спросил юноша, боясь причинить мужу ещё больше боли своим вопросом. — Асмодей отравил её. Он так поступал со многими, его оружие — это тёмная магия и яд. Но ему не удалось заполучить от моей мамы ни крупицы её силы, потому что она оказалась хитрее, — ответил Магнус. — Моя мать и Друиды провели ритуал, связав себя со мной. Поэтому, когда она скончалась, вся её магия перешла ко мне точно так же, как сегодня утром от Друида Габриэля, — объяснил он, а затем поднял на супруга неуверенный взгляд. — И когда наша с тобой связь раскроется, я стану ещё сильнее и наконец-то смогу нанести Асмодею смертельный удар, покончив с ним. — Но почему тогда король не убил меня, а ещё и организовал нам свадьбу? — вскинулся Алек, пытаясь осознать услышанное. — Разве он не боится, что ты сможешь победить? — Асмодей думает, что я не знаю правды, что действительно считаю его своим отцом. На самом деле он только и ждёт момента, когда наша связь истинных затянется в узел, потому что тогда ему достанется от меня ещё больше магии. Асмодей не единожды применял тёмное заклинание, чтобы забрать чужую силу. Он убил даже собственного брата, когда Азазель попытался передать из тюрьмы письмо Конклаву, где раскрыл всю правду: Великую Бойню начал не он, а Асмодей, — проговорил Магнус. — Ты поэтому подделал консуммацию? Чтобы мои крылья не раскрылись? — глухо спросил юноша, а принц вздрогнул от внезапного недоверия в его голосе и эмоциях. — Мой ангел, послушай... — начал было он. — Нет, это ты послушай, — перебил Алек. — Получается, я — всего лишь счастливая возможность достижения цели, чтобы отомстить королю, — истерично продолжил он, вскочив с камня на ровные ноги. — Нет, это не так. Я люблю тебя, — прохрипел Магнус, поднявшись следом и сделав шаг навстречу. — Ложь. Каждое твоё слово и каждый поступок. Ты просто используешь меня, — юноша отступил назад, а его глаза налились слезами. — Александр, пожалуйста, услышь меня и пойми, — взмолился принц. — Я не хочу видеть тебя, — вскипел тот, резко оглянувшись. — Где чёртов выход отсюда?! — вскрикнул он. Магнус лишь сокрушённо покачал головой, пытаясь не поддаться эмоциям, потому что хоть кто-то должен был мыслить трезво в этот момент. На кольце снова заплясала искорка, и принц поспешил открыть портал, чтобы они поскорее вернулись домой, хоть теперь он и не был уверен, что Александр всё ещё считает Арнию своим домом...