Философия жизни

       — Доброе утро! Пригласите пожалуйста, к телефону Роджера. — Женский голос в телефонной трубке был ясным, с красивыми бархатно-музыкальными обертонами, даже чарующим. Брайан покосился на закрытую дверь комнаты, в которой пребывал их барабанщик после череды вечерних возлияний, плавно перетекших в ночные посиделки и предрассветный секс-марафон с очередной временной пассией.        — Не думаю, что это возможно, вежливо начал он. — Перезвоните…        — Малыш, — перебила его невидимая девушка, — я прекрасно знаю в каком непотребном состоянии сейчас пребывает милый Роджи. Просто иди к нему, погладь по тощей заднице, ибо пинки с утра он привык игнорировать, и передай ему, что Сэм соскучилась по этакому засранцу и горит желанием встретиться. У меня не так много времени между самолетами. Давай, зайчонок, я жду.        Опешивший Брайан недоуменно воззрился на телефонную трубку в своей руке. Малыш? Зайчонок? Серьезно? Первым желанием было просто положить трубку, сбросив звонок, но что-то подсказывало, на этом дело не закончится. Ну, что ж, почему бы не попробовать разбудить Роджера. Как минимум, это было любопытно — чем же закончится такое дело. Кажется, неведомая Сэм обладала каким-то непомерным самомнением. Долго будить парня не пришлось, как только до полутрезвого сознания донеслось «тебя там какая-то Сэм проездом хочет», он чуть не свалился с кровати, запутавшись в одеяле, чудом избежал столкновение с косяком и с крейсерской скоростью ринулся к телефону.        — Сэмми, милая! Привет! Да, скучал, — он засмеялся. — И даже не вру. Конечно, хочу. Сегодня в семь мы играем в одном клубе. Если хочешь, давай посидим там после? Или в любом другом месте. Отлично, пиши адрес.

***

      Спустя пару бокалов темного и получаса непринужденной беседы, Роджера наконец-то стало немного «отпускать». Они огненно отыграли выступление, адреналин и возбуждение бурлили в крови. Обычно сразу после выступления он гасил этот огонь с какой-нибудь милой леди и выпивкой. С некоторыми от встречался время от времени, некоторые были новенькими, но ни одна из них ни шла ни в какое сравнение с той, что сидела сейчас с ним рядом.       — Родж! Ты только посмотри, — его соседка резко втянула воздух и восхищенно ахнула. — У неё же размер пятый, не меньше. Вон-вон, рыженькая такая, с короткой стрижкой у стойки. В твоем вкусе, а? А задница… о-о-о, ты только посмотри какая у нее задница!       — Сэмми, уж не сменила ли ты ориентацию? — засмеялся парень, приобнимая ее одной рукой. — Мне начинать волноваться?       — Ах, Родж, оставь! — она кокетливо покосилась на блондина. — Эх, все-таки завидую я вам, мужикам… немного. Роджер опешивший от такого заявления выгнул бровь.       — Ну, сам посуди, — вам же все как на блюдечке преподносят. Все сразу видно, сиськи, жопы. А нам… женщинам. Ох, Роджер, знал бы ты, как нам с вами сложно…       Ну, эта песня была вечной и знакома каждому мужику. Однако неожиданно было слышать такое от вечно неунывающей Сэм. Он уже приготовился внутренне и морально, что сейчас его будут использовать не по назначению, а как жилетку. И придется выслушать, что все мужики козлы. Или сволочи. Или козлы и сволочи одновременно. Он сам периодически попадал то в категорию сволочей, то козлов, то бабников, то вообще крайних мудаков.       — Сэмми, не знаю, что тебя так расстроило, но…       — Расстроило, Родж? Расстроило?! Ох… наверное. Понимаешь, меня безумно бесит несовершенное устройство мира! — ее глаза ярко блестели, хотя пива они выпили еще не так много чтобы напиться, но достаточно, чтобы расслабиться. — Вот ты посмотрел на девушку и сразу оценил ее «секс-потенциал», так?        — Ну, — несколько стушевался Роджер. — Я не был бы столько прямолинеен…        Но, встретившись со скептическим взглядом подруги, продолжил:        — Ну да, да. Грудь, фигура, рост, масть… Тьфу. Ну, то есть, привлекательная и все такое.        — Во-о-от! То есть сразу определяешь, встал у тебя на нее или нет. — Роджер закашлялся, поперхнувшись отпиваемым пивом, и почувствовал себя несколько не в своей тарелке. — А я пока штаны с мужика не сниму, никак его потенциал оценить не могу! Вот где справедливость? Нет, но как биолог ты меня должен вообще-то понять. Вот представь, встречаешь парня, рост, красавчик, плечи, осанка, божественный голос. А у него член как корнишон и яйца как желуди. Прикинь, какая подстава. Такой вечер обломился. Нет, он старался, лизунчиком оказался, но я то хотела другого. Или вот случай был, на конференции. Сморчок какой-то невзрачный. А у него хрен 20 сантиметров и в обхват сантиметров девять. Еле управилась.        Роджер закашлялся снова и почувствовал, что кровь резко начинает приливать к лицу. Студенческая подруга, у которой, похоже, наболело и нужно было высказаться, продолжала свою речь.        — Нет, ну вот скажи мне, — чего это вы мужики настолько зациклены на размере этого своего органа? Нет, ну скажи!       — Э… — Роджер честно пытался собраться с мыслями, чтобы как-то сформулировать и озвучить блудившую в сознании мысль. — Ну, потому что женщинам нравится.       — Что?! — ему в грудь прилетел шутливый удар кулаком. — Да ты охренел? С чего вообще взял, что такая елда может нравится? Блин, чувак, я думала у тебя лучше с логическим мышлением.       — Да что не так-то? — недоуменно возмутился Роджер. — Больше всегда лучше!       — Охренеть! - девушка подперла рукой щеку и изумленно уставилась на приятеля. - Ты хоть сам понял, что сказал? - И принялась методично загибать пальцы. - Во-первых, это часто очень больно. Во-вторых, неудобно, блин, либо у него рука занята, либо у меня — глубину контролировать. В-третьих, прикинь, это недолго вообще-то, раз пять туда-сюда, разве ж это удовольствие? Ты ж знаешь, я люблю чтобы процесс протекал активно и продолжительно. В-четвертых, еще же его ширину учитывать надо. Ну, одно дело длинный и тонкий, а если длинный и толщиной с восьмерку? В-пятых, почти все носители такого весомого достоинства считают само его наличие благославлением небес и совершенно не желают работать в постели.       — Ох, да, — она иронично фыркнула и шаловливо покосилась на друга, — Вот давай в тебя запихнем как-нибудь такое осадное бревно, да еще с таким видом, будто сделали одолжение. Посмотрим, как ты запоешь.       Блондин икнул и в ужасе распахнул глаза, не желая даже на секунду представлять такую картину. Он категорически не желал, чтобы кто-нибудь, что-нибудь в него запихивал, не смотря на размер! Сэмми тем не менее воодушевленно продолжала.       — При этом же по-человечески просишь, чтоб не пихал далеко, не-е-ет, вот обязательно нужно выебнуться! Совсем о женщине не думает. А орал? Блин, да тут просто челюсть вывихнуть можно. У меня потом пару дней ее сводит. И опять же, и пихает, и пихает. Так и задохнуться можно.       — Вот то ли дело умеющие, чувствительные, но средние или небольшие, — ее глаза мечтательно затуманились. — Не заебёт, так защекочет. Вот он правда там куда-то так залезает, куда большие не достают. И после анального ничего не болит. Да и в рот неплохо помещается.       Она чувственно облизнулась. Роджеру остро захотелось провалиться куда-нибудь, например, под землю, или под стол. Он любил общаться с Сэм, но честно говоря, уже забыл, насколько откровенна в своих разговорах эта девушка. Интересно, когда мужчины обсуждают подробности своих побед, у случайно услышавших их женщин такая же реакция? Чтобы вот так остро хотелось встать и… спрятаться. Чтоб не поймали.       — Вот маленькие — это даже не так и плохо. Главное, чтобы прямые. А то, знаешь, есть совсем какие-то кривые да изогнутые. А если он еще большой, так вообще чувство, что куда-то в печень упирается или другие внутренности. Вот скажи, где справедливость, Роджер? Почему я сразу не могу выбрать член на свой вкус, а? Вот сразу при знакомстве. Везет же вам, мужикам. Вы почти всегда в выигрыше, - сунул, кончил, вынул, а нам работать и работать, чтоб заслуженное удовольствие получить.       — Хм… — Парень тихонько заржал, ситуация была феерически комическая. — Ну, может, потому что нужно выбирать человека, а все остальное приложится… Ну, там, отношения…       — Ой, да брось! Ты вот своих «леди на неделю» выбираешь по принципу устройства отношений? Так чем я хуже? У женщин и мужчин же одинаковые права? Вот и я хочу право предварительного выбора! Ах, вот если бы можно было сразу все оценить… Размер… изгиб… обхват…       — Ну, считай это счастливой лотереей, — он отсалютовал ей бокалом.       — Скорее уж русской рулеткой, — фыркнула она, отпивая из своего.       Между ними повисла тишина. Сэм притиснулась спиной к Роджеру устраиваясь поудобнее и чувствуя как сомлевает от тепла дружеского тела рядом и выпитого алкоголя. Было хорошо. Блондин подгреб ее на себя, устраивая с большим комфортом. Вокруг кипела жизнь, звучала музыка, общались люди, сновали официантки. Сэм задумчиво осмотрелась вокруг.        — Слушай, а это кто такой? — она ткнула слегка локтем друга привлекая его внимание. — Ну, такой кудрявый и чернявый, вооон, возле бара.        — Сэмми, притормози. — Роджер вздохнул. В голосе девушки он услышал потревожившие его интуицию нотки. — Это Брайан. Кстати, мой друг. Как ты могла видеть, мы вместе играем в группе.        — А ничего так. — Она с интересом оглядела фигуру парня, стоящего вполоборота у стойки бара и потягивающего напиток, медленно и оценивающе осмотрела с ног до головы. — Немного, не в моем вкусе, но какие руки. Да и задница красивая. Роджер, знаешь что? Пожалуй, у меня появились планы на ближайшие пару часов. Малыш, ты же расстроишься, что я тебя покину? Была рада тебя повидать.– Она подскочила с места и чмокнув в щеку убежала.

***

       Брайан думал о чем-то своем. События последних двух часов складывались в воспоминаниях в какой-то феерический и гротескный калейдоскоп. Так не бывает. Он встряхнул головой, пытаясь отогнать разрозненные мысли и вслепую пошарил рукой рядом в поисках рубашки. Хотя вряд ли она здесь…         — Знаешь, Роджер… Она… как ураган. И сопротивляться совсем бесполезно. Не могу даже сказать, что чувствую…        Блондин затянулся сигаретой.        — А я знаю. Чувствуешь, будто бы тебя поимели. Кстати, именно так оно и есть.        — Спасибо, что уточнил. А то я не заметил.       Сложно было не заметить. На шее парня расцветали пятна засосов, и если даже на груди были видны царапины, то о том, что могло твориться на спине, думать не хотелось. Надо бы найти хоть что-нибудь из одежды, а не светить голым задом в присутствии приятеля. Как только они вошли в квартиру, Сэм заявила, что она и так слишком долго сдерживалась, и буквально завалила парня прямо у входа. Путем неимоверных усилий ко второму раунду они таки переместились на диван. Вернувшегося Роджера встретил пребывающий в одиночестве ошеломленный и слегка помятый друг, полусидевший-полулежавший на диване в состоянии крайней задумчивости и глубокого погружения в себя.        — Тебе кофе сделать? Или сразу чего покрепче налить? — По собственному опыту Роджер знал, что после общения с Сэм требовалось подкрепить силы. И успокоить нервы. Девушка была она напористая и выносливая.        — И где таких делают? В голове все еще звучало «Котенька, мне пора бежать, скоро самолет. Не скучай. Ты был просто супер, я тебе еще как-нибудь позвоню, ладно? Бай-бай, зайчик». И как будто ее и не было.        — На факультете философии. — Роджер затушил окурок. — Мы с ней зачет пересдавали. Тогда и познакомились. У нас такой диспут разгорелся о жизни, удовольствии и сексе… Ее потом через пару лет ассистентом профессора пригласили поработать по окончании курса.        — То есть это сейчас была философия?        — Угу. Философия жизни. P.S. Песня в тему: 9-й Район - Постельный рок-н-ролл