Латная любовь!

      Очнулся Иван уже в кровати, в доме Роберта, рядом с ним сидела Лилли и гладила его по руке.       — Ох! — простонал парень. — Что произошло? — первым делом спросил Иван.       — Ты снова спас меня! — со слезами на глазах ответила девушка.       — Почему ты плачешь?       — Просто… — вытерла слёзы девушка, — меня ещё никто так не защищал, никогда. Спасибо тебе большое за то, что ты есть!       — Ну… тут скорей моей матери спасибо, она ведь меня родила! Хотя, так-то и отец в этом процессе поучавствовал! — пошутил Иван, чем вызвал у девушки улыбку на лице.       — Спасибо за то, что ты такой!       — Какой?       — Такой, какой ты есть, прошу тебя, оставайся таким же добрым!       — Для тебя я стану ещё добрее! — подбодрил её парень, но слёзы вновь потекли по щекам девушки.       — Спасибо тебе! — воскликнула она и кинулась к Ивану для того, чтобы обнять его.       Он тоже обнял её и свободной рукой гладил Лилли по спине.       — А что там твой отец говорил? — спросил Иван.       — Ничего, он был очень зол, но мы с Бернардом его успокоили.       — С Бернардом? Серьезно?!       — Да, Бернард поверил в тебя, и тоже встал на твою защиту, он, кстати, хотел с тобой поговорить! — сказала девушка и, высвободившись из объятий, повернулась к двери и скзала: — Вхоюи, Бернард! — после чего в комнату сразу же зашёл дворецкий.       — Простите за беспокойство! — сразу начал тот.       — Ничего страшного! Ты хотел с ним поговорить, давай, я уже ухожу! — сказала Лилли и, вытерев слёзы, покинула комнату, оставляя мужчин наедине.       — Да, что Вы хотели? — спросил парень.       — Для начала, хотел бы предложить перейти на «ты», для удобства.       — Без проблем! — согласился Иван.       — Послушай, Иван, я очень давно знаком с леди Сато, так что никому не позволю её обидеть! Давай договоримся так: если ты думаешь, что леди Лилли будет для тебя очередной куклой, которую ты, прости меня за выражение, трахнешь и забудешь, то отбрось эту мысль сразу, ибо тогда ты пожалеешь! Я, вроде бы, увидел в тебе хорошего человека, и леди Лилли тоже, так что не разочаруй меня, понял? — серьёзным тоном сказал Бернард.       Иван лишь только засмеялся.       — Что смешного? — с недоверием спросил Бернард.       После этих слов парень рукой отодвинул длинную часть своих волос, открывая правый глаз, одновременно закрывая второй, и уставился на Бернарда.       — Послушай теперь ты меня! Твои слова сейчас меня очень оскорбляют, я не видел и не вижу в Лилли девку, которую я, как ты выразился, трахну и забуду. Если бы я действительно хотел этого, я бы её даже не спасал, присоединился бы третим к тем гопникам и был бы счастлив. Так что не говори то, чего не знаешь! — закончил Иван и закрыл глаз, прикрыв его волосами.       — Да уж… не обижайся, но… в какой-то степени для тебя хорошо, что леди Лилли слепа.       — Да без тебя прекрасно знаю! Да даже если бы и видела, Лилли не такая, как ты думаешь! — в голосе Ивана появилось лёгкое раздражение. — Она бы не стала лицемерить, я более чем уверен, что я ей понравился не из-за цвета глаз!       — Извини, я не хотел тебя обидеть! — поспешил извиниться дворецкий.       — Да без проблем, не ты первый, не ты последний, кто мне напомнил про моё уродство! — фыркнул Иван.       — Хорошо, я доволен твоим ответом! На этом, пожалуй, всё, хочешь чего-нибудь?       — Воды! Так и не попил… Постой! — остановив дворецкого перед выходом, сказал Иван.       — Что-то ещё? — удивлённо спросил Бернард.       — Да! Расскажи мне свою историю! — попросил парень.       — Какую историю?! — удивился дворецкий.       — Ну… знаешь… ты так говорил… В общем, я чувствую, ты что-то не договариваешь! Расскажи, как ты познакомился с Лилли! — воскликнул парень.       — Ах… вот ты о чём… Хорошо, я расскажу, возможно, эта история прояснит тебе, почему я так отношусь к леди Лилли, — сказал Бернард и начал свою историю. — Всё началось с того, что моя дочь нашла себе какого-то ухажёра, страшным альфонсом оказался этот тип! Я это сразу еще понял, говорил ей, но эта дурочка влюбилась по уши, даже не хотела слушать меня! Ну и случилось так, что в нашей с супругой квартире им жить стало тесно, вот она и выгнала нас на улицу, не дав нам с собой ни копейки денег, лишь нашу одежду, но её мы быстро продали, так как голод был сильнее холода. Так мы и стали бездомными! Поначалу всё шло ужасно: новая среда, всё непривычно, еду приходилось добывать с боем, хорошо, если бой был с котом за мёртвую птицу, или в мусорке искали, на помойках всяких, это у нас считалось фортуной! Хуже было, если приходилось драться с другими бездомными! Как правило, в таких боях мы почти всегда проигрывали, оттого и голодали часто! Конечно, мы ходили собирать милостыню, мы даже попытались, вначале, сходить в центр помощи бездомным, но… увидели поле: «Причина по которой вы стали бездомными?» — и оно быстро отбило у нас желание ходить по таким местам. Летом было хорошо, хотя… Еда на помойках гнила, если успевала и её никто не ел до нас, трудно было, но потом пришла зима и все стало ещё ужаснее! Моя супруга сильно заболела, в больнице нас выставили, дочь обратно не пускала, денег на лекарства не было, выживать стало практически невозможно! — рассказывая всё это, на старых глазах Бернарда наворачивались слёзы, — Потом моя супруга умерла! А самое страшное, что я её даже похоронить нормально не сумел, дочь вообще забыла тогда про нас! — удерживал в себе слёзы дворецкий, но выходило плохо. — Пришлось… пришлось… просто закопать её… В ужасной яме, вырытой мною и парочкой других бездомных, которые помогли мне. Палками разрыли холодную землю и палками же закопали обратно, накидав сверху кучу битых кирпичей, дабы бродячие псы не разрыли яму! Я был убит горем, мне ещё никогда не было так плохо! Я долгое время был в депрессии, но те ребята, которые мне помогли, они отвели меня… даже не знаю, как описать это… это был какой-то город бездомных: наспех собранные палатки из всякого мусора, куча бочек с горящими палками и досками внутри, которые ночью и светили и грели! Они меня накормили, напоили, да, вода и еда были далеко не такие, какую подают в этом доме, но… в тот момент она была даже вкуснее этой! Эта еда и забота буквально вдохнули в меня жизнь обратно! Один из них дал мне флягу с каким-то спиртным, это не было саке, они явно сами производили этот напиток, но тогда он согрел меня, дал сил жить, этот же человек, его звали Ян-Кунь, приютил меня у себя на первое время. А жил он в небольшой яме, в самом низу которой была дырявая кастрюля, с тёплыми, тлеющими углями, которые и обогревали эту яму! Тебе покажется смешным, но тогда я чувствовал себя комфортнее, чем в этом доме! Но я ни в коем случае не хочу снова оказаться там! И никому не пожелаю! Но, о чём это я? Он приютил меня в этой яме, позже другие бездомные помогли мне собрать и обогреть своё убежище! И знаешь, возможно ты думаешь, что бездомными становятся от личной лени, от нежелания работать и прочего. Так вот, я спешу тебя огорчить — многие из тех людей, которые жили в том городке, были людьми культурными, у одного из них было даже три высших образования, это был старик лет семидесяти, он уже плохо видел и плохо ходил, но все ему помогали, никто никого не бросал, кого-то из этих людей тоже выгнали дети или внуки на улицу, у одной женшины кредиторы забрали квартиру, а кредит она брала на то, чтобы вылечить паралич своей дочери, хоть она теперь и ездит на инвалидной коляске, но она уже не прикована к кровати! Конечно, мне тоже приходилось работать, каждый в этом городе занимался чем-то своим, чем-то, что поможет этому городу! Женщины шли в большой город собирать милостыню, дети собирали с мусорок всё, что можно было есть, в этом им, кстати, помогали некоторые взрослые! Я, например, каждое утро вставал, одевал старенький, потрёпанный пуховик, который мне выдала эта обшина, и шёл собирать всё, что можно было бы спалить в этих бочках. Кстати, по поводу работы! Никто не хотел брать нас на работу! Все или шарахались от нашего вида или запаха, или же не брали, по причине: «Бездомные ленивые и не хотят работать!» Так я и жил около двух лет, пока однажды не встретил леди Лилли, которая возвращалась из школы, ей тогда было ещё одиннадцать лет. Она шла вместе с Вильгельмом и Дорианом, и, как бы они её не уводили, но она рвалась ко мне, дабы поговорить с «интересным дядей». Ну, а после разговора она привела меня в этот дом, никогда не забуду, как маленькая одиннадцатилетняя девочка спорит со взрослым отцом, Робертом! Спорили они долго, казалось, Роберт уже доказал девочке, что бездомным нет места в этом доме, но она расплакалась и, назвав своего отца злым и бездушным, убежала к себе в комнату. Именно после этого Роберт и взял меня в этот дом, именно после этого их дом стал моим! После этого я поклялся, и себе, и семье Сато, что буду служить им до конца своей жизни. Но я не забыл про своих друзей, из, как мы его называли, «маленького городка» — я каждые выходные еду туда и отдаю старые вещи и остатки еды этим людям! Надеюсь, теперь ты понимаешь, почему я не позволю обидеть леди Лилли? — закончил свою историю Бернард.       От такого душераздирающего рассказа у Ивана тоже проступили слёзы       — У тебя кровь! — сказал дворецкий, увидя красную полоску, тянущуюся по правой щеке парня.       — Не обращай внимания, специфика глаза! — успокоил его Иван, стерая влажные «дорожки» с щёк. — Ты даже не написал заявление в милицию? Это у нас в России милиция, полиция, или как её там, не работает! — сказал Иван.       — Нет, конечно! Я любил свою дочь! И сейчас люблю! Я часто пишу ей, правда, никогда не получал обратных писем, но всё же! — старался не унывать Бернард.       — Хорошо, спасибо тебе! Я не забуду твоей истории, спасибо, что доверяешь мне! — поблагодарил парень.       — Без проблем! Не разочаруй меня! Ещё я думаю, что Роберт не оставит это всё просто так, так что будь осторожен! — предупредил парня Бернард.       — Хорошо! Слушай, а у вас тут есть гитара? — смущённо спросил Иван.       — Думаю да, а что? — удивился дворецкий.       — Да так… мысль одна есть! — заговорчески улыбнулся парень.       Уже вечером, встав у окна наперевес с гитарой, Иван ждал, когда Бернард попросит Лилли выглянуть в окно. И вот это случилось, окно открывается и из него показывается милое девичье личико.       — When the days are cold, And the cards all fall! And the saints we see, Are all made of gold! — начал петь Иван, попутно перебирая струны на гитаре.       А Лилли в это время увлечённо слушала, стоя у окна. Но в этот момент под небольшим навесом, который располагался как раз под окнами Лилли, показался Роберт, у него была бутылка коньяка и два бокала на небольшом столике, который стоял под этим в навесиком, больше похожим на большой балкон на первом этаже.       Закончив петь, Иван получил аплодисменты от девушки и похвалу в виде слова «Прекрасно!», а также кучу других слов благодарности. Но вдруг парень заметил, что его зовёт к себе хозяин дома, такое нельзя было игнорировать, поэтому Иван, откланявшись, пошёл к Роберту.       — Садись! — сказал мужчина, — Будет серьёзный разговор!       — Душить меня не будите? — спросил парень, садясь за стул.       — Кстати, об этом! — вдруг воскликнул отец, наливая коньяк себе и уже готовясь налить парню, но тот прикрыл бокал рукой.       — Я не пью! — поспешил сказать Иван.       — Хм, ну как хочешь!       — О чём вы хотели поговорить? — вернул его на нужную тему парень.       — Да вот о нашей общей… так сказать, проблеме! Для начала я бы хотел извиниться за произошедшее сегодня днём! Не стоило на тебя нападать!       — Проехали!       — Ну хорошо, а теперь ближе к сути! Вот тут сто тысяч долларов! Забирай их, садись в машину, и уезжай домой, и чтобы больше я тебя тут не видел! — грозно сказал отец.       — Вот как… дёшево! — хмыкнул парень.       — Тебе мало?! — удивился Роберт.       — А Вам не мало? Вы сейчас буквально оценили свою дочь в сто тысяч! — слегка опечаленно сказал Иван.       — Послушай ты, сопляк, моя дочь — самое дорогое, что у меня есть! — хлопнул по столу Роберт.       Иван лишь повторил трюк, который он провёл ранее с Бернардом — начал говорить, смотря на собеседника вторым глазом.       — А теперь послушай ты меня! Мне вот этих твоих подачек не надо, можешь засунуть их… ну… сам догадаешься, куда! Даже если ты весь этот дом перепишешь на меня, я не оставлю Лилли!       — Да посмотри ты! Такая возможность выпадет лишь раз в жизни! Бери деньги! — продолжал Роберт.       — Ты прав! Такая возможность выпадает лишь раз в жизни, возможность найти такую девушку! А про деньги… я уже говорил, куда их можно засунуть! — сказал Иван и встал из-за стола. — Спасибо за неприятный разговор! — добавил он и направился к выходу.       — Щенок, да как ты смеешь! — схватил его за воротник Роберт, когда парень проходил мимо него. Но в этот же момент сверху донёсся грозный женский голос, говорящий: «Папа!» Роберт в тот час же отпустил парня, а он, лишь смеясь, пошёл дальше к выходу.       Отдав гитару Бернарду, Иван поблагодарил его и пошёл к Лилли.       — Будь осторожен, Иван, Роберт это так просто не оставит! — напоследок сказал парню обеспокоенный Бернард.