Воспитательная работа

Локи с детства недолюбливал своего старшего брата Тора. Мало того, что тот по старшинству должен был первым взойти на престол, мало того, что он был намного сильнее и красивее самого Локи, так он еще и постоянно подтрунивал над своим младшим братом, частенько обзывая его слабаком и трусишкой. Да, природа обделила Локи физической силой, зато взамен ловкости и железных мускулов одарила его другим оружием, которым младший принц прекрасно овладел еще в детстве и теперь мастерски им пользовался. Дело в том, что Локи был очень умен и имел хорошо подвешенный, острый язык. Не многим из знавших принца пришло бы в голову дразнить или обижать его, зная, сколько колкостей и ехидства он может обрушить на головы своих обидчиков. Это был настоящий талант, и Локи этим талантом беззастенчиво пользовался. Все, кроме Тора, старались не задевать царевича по пустякам, но молодой Бог Грома в силу своих не слишком выдающихся умственных способностей постоянно цеплялся и придирался к младшему брату. А тот, не желая оставаться в долгу, выставлял Громовержца на посмешище перед его же собственными друзьями. В результате между братьями постоянно возникали стычки и словесные перепалки, из которых Локи неизменно выходил победителем. У Тора давно чесались кулаки начистить физиономию язвительному принцу, каждое слово которого в адрес Громовержца сочилось ядом. Но бить младшего брата, который к тому же был физически намного слабее его, он не хотел. Тем более Тор хорошо знал, что Локи потом развезет все таким образом и представит все в таком свете, что свет будет не мил. Вот и приходилось Богу Грома, скрипя зубами, терпеть все выходки младшего брата. Правда, Тор уже давно старался не задевать его лишний раз, но у Локи уже вошло в привычку время от времени доставать наследника престола язвительными замечаниями, вовсю пользуясь своей безнаказанностью. Несколько раз Громовержец терял терпение и выходил из себя из-за какой-нибудь особенно обидной насмешки. В такие моменты он хватал принца за грудки, как следует встряхивал его, угрожающе рычал и… отпускал, как только встречался с насмешливым взглядом зеленых глаз. Иногда Локи заходил слишком далеко, явно наслаждаясь опасной игрой и задирая старшего брата так, что лицо последнего наливалось кровью, а пудовые кулаки яростно сжимались. В таких случаях Тор едва сдерживался, чтобы не накинуться на трикстера и не избить его до полусмерти. Ситуация усугубилась еще больше, когда и без того зарвавшийся царевич застукал Тора за весьма неприличным занятием. Как-то раз Локи, не постучавшись, зашел в покои Громовержца, да так и замер на пороге комнаты, скрытый тяжелой портьерой, отделяющей спальню от маленькой прихожей, где и притаился трикстер. Помимо Тора в покоях находился еще один мужчина, вернее совсем молодой юноша. Это был кто-то из прислуги, и имени его Локи не знал. Но не присутствие постороннего лица в спальне наследника престола поразило его, а то, что вытворяли, лежа на широкой постели, будущий царь и его молодой гость. Локи был уже не ребенком и знал, что некоторые мужчины не брезгуют отношениями друг с другом и с удовольствием занимаются этим непотребством. Самому трикстеру это казалось отвратительным и противоестественным, и, увидев своими глазами весь процесс в действии, он лишь укрепился в своем мнении. Но Тор… Такого от старшего брата Локи не ожидал. Прямо на его глазах Бог Грома, само олицетворение силы и мужественности, мечта каждой женщины и конкурент любого мужчины, раскинувшись на кровати, стонал под ласками незнакомого хрупкого паренька. Локи, притаившись за портьерой, весь покрылся испариной, он старался даже не дышать, боясь быть обнаруженным. Ему было весьма неприятно видеть трущихся друг об друга мужчин, но уйти или даже просто отвести взгляд он уже был не в состоянии. Словно зачарованный, принц пристально наблюдал, как юноша, еще почти мальчик, склонившись над Тором, ритмично насаживается ртом на его стоящий колом огромный член, а Бог Грома, положив широкую ладонь пареньку на затылок и сжимая время от времени его белокурые волосы, задает темп и глубину проникновения. Лицо Локи скривилось от отвращения, он хотел было потихоньку выйти из покоев брата, но, подумав, что из увиденного можно будет извлечь большую выгоду, остался стоять на месте, так никем и незамеченный. А между тем двое стонущих в постели мужчин перешли к более решительным действиям. Тор, поднявшись, поставил юношу на колени и заставил его низко наклониться, а сам, поплевав на ладонь и размазав слюну между ягодиц паренька, медленно вошел в него сзади, глухо застонав от удовольствия. Этого Локи выдержать уже не мог. Мысленно плюнув на царящий в покоях разврат, он осторожно выскользнул за дверь. После всего увиденного младшему принцу хотелось только одного – залезть в горячую ванну и как следует вымыться. А еще лучше выколоть себе глаза – и зачем только он на это смотрел! Перед его глазами снова и снова возникала картина, как Тор с рычанием натягивает на себя незнакомого мальчишку. Локи всего передернуло от чувства гадливости. Но уже спустя секунду его губы растянулись в тонкой злой усмешке – уж теперь-то старший братец прочно сидел у него на крючке. Мысль о том, что он теперь знает секрет брата, очень взбодрила трикстера, и несколько следующих дней он проходил в приподнятом настроении, бросая на Тора многозначительные взгляды. Громовержец все эти взгляды замечал, и они ему очень не нравились, ведь если Локи был так чем-то доволен, значит, он задумал какую-то очередную пакость. И объектом этой пакости, судя по всему, снова был выбран он, Тор. Как-то во время очередного шумного пира Локи, проходя мимо старшего брата, снова бросил на него глумливый взгляд и гадко улыбнулся. Прямолинейный, не любящий загадок и недомолвок Тор нахмурился и схватил его за руку, вынуждая остановиться. Затем он выволок его в темный коридор, подальше от чужих глаз и ушей, и устроил самый настоящий допрос. - Локи, - угрожающе произнес Бог Грома, больно сдавливая локоть трикстера. – В чем дело? Что происходит? - Ты о чем? – Локи напустил на себя невинный вид. – Я не понимаю тебя! Отпусти мою руку, пожалуйста, мне больно. - Ты все прекрасно понимаешь! – Тор выпустил брата и с силой тряхнул его за плечи. – Я же не слепой! Ты явно что-то задумал, и почему-то мне кажется, что твоя задумка мне не понравится! Говори немедленно, что у тебя на уме?! Не то… - Не то что? – холодно поинтересовался Локи, освобождаясь от железной хватки Громовержца. Взгляд его стал колючим и злым. – Ударишь меня? Вышибешь мне мозги? Ведь это вполне в твоем стиле – демонстрировать свою силу на тех, кто намного слабее тебя! - Что ты несешь?! Я ни разу не бил тебя по-настоящему, - начиная злиться, проговорил Тор. – Но чувствую, что пора это сделать! Если еще раз поднимешь меня на смех перед моими друзьями или хотя бы попытаешься опозорить меня – поколочу! Разукрашу твою наглую рожу так, что даже наша мать тебя не узнает! Локи захихикал. - Можешь начинать, - вызывающе прошипел он. – И тогда все узнают о твоем маленьком секрете! - О каком еще секрете? – насторожился Громовержец. - А о таком, - загадочно прошептал трикстер и сделал недвусмысленный жест руками в районе своего паха. – Я знаю, что ты спишь с мужчинами, вернее предпочитаешь молоденьких мальчиков, у которых только-только пух на щеках пробился! Я все это видел своими глазами! Видел, как какой-то паренек из нашей челяди ублажает тебя своим телом! Трудно передать словами выражение лица Бога Грома. Он схватил Локи за шиворот, явно намереваясь вытрясти из него душу, но принц предупредительно поднял вверх указательный палец, останавливая его. - Нет-нет-нет! – пропел он. – Не стоит! Представляешь, какой будет скандал, если при дворе узнают об этих твоих милых шалостях? Позору не оберешься! А я еще добавлю интимных подробностей, и тогда наш отец уж точно не позволит взойти на престол такому извращенцу! Тор молча разглядывал лицо улыбающегося трикстера, борясь с искушением переломать ему все кости. Затем он оттолкнул Локи в сторону и, повернувшись к нему спиной, направился обратно в зал, туда, откуда доносились звуки музыки. И младший принц, чувствуя себя хозяином положения, последовал за ним. Весь вечер Бог Грома просидел с хмурым лицом в отличие от Локи, который просто-таки светился от счастья. Тор медленно напивался, опрокидывая в себя бокал за бокалом и постепенно пьянея, и мрачнел еще больше. А его младший брат, за которым он следил пристальным взглядом, был беззаботен и весел, чувствуя, что теперь Громовержец был полностью в его власти. Локи, поглядывая в сторону Тора, громко смеялся и отпускал сальные шуточки, скрытый подтекст которых понимали только они с братом. Трикстер и представить себе не мог, что, играя подобным образом с огнем и угрожая вот-вот раскрыть секрет Бога Грома, он незаметно подталкивал его к краю пропасти. Пир был в самом разгаре, когда Локи, весьма довольный собой, откланялся присутствующим и направился в свои покои. Тор проводил его тяжелым взглядом, затем не без труда поднялся и, покачнувшись (он был уже изрядно пьян), последовал за своим младшим братом. Никто даже не обратил внимания на его уход. Ничего не подозревающий Локи вошел в свою комнату, на ходу расстегивая застежки на своем камзоле. Он стоял спиной к двери, что-то мурлыкая себе под нос, а когда обернулся, то нос к носу столкнулся с Тором, который бесшумно проник в его спальню следом. Локи сначала испуганно охнул, потом на его лице вновь заиграла презрительная улыбка. - Заблудился в поисках мальчиков? – игриво спросил он, не обращая внимания на тяжелый взгляд Бога Грома. – Если ты целенаправленно шел ко мне, то напрасно – я не по этой части! – и отвернулся от брата. На его плечо тут же легла тяжелая ладонь, заставившая его снова повернуться лицом к Громовержцу. - Ты! – с яростью выдохнул Тор. – Гадина! Ты достал меня окончательно! Ты перешел все границы дозволенного! Я и так слишком долго терпел твои выходки… Локи сморщил нос и демонстративно помахал перед своим лицом рукой. - Фу-у-у, Тор! – жеманно, явно издеваясь, сказал он. – От тебя за версту разит перегаром! Ты пьян, иди к себе! И оставь меня в покое, я устал и хочу спать! Тут он снова обратился к Тору. - Скажи, - вкрадчиво спросил он у тяжело дышащего Громовержца и с каким-то нездоровым интересом посмотрел на него, - а ты всегда сверху? Или потом партнеры меняются местами, и тебя тоже кто-то жарит? И что ты чувствуешь, когда тебя трахают, а? Глаза Тора налились кровью. Он коротко замахнулся и ударил младшего брата кулаком под дых. Локи охнул и согнулся пополам. Следующий удар пришелся принцу в челюсть, и трикстер рухнул на кровать, около которой они стояли, лицом вниз. А Тор, войдя в раж, уже не мог остановиться. Не давая брату опомниться, он навалился на него сверху, схватил железными пальцами за шею и вдавил его лицом в перину. Локи, чувствуя, что задыхается, бессильно бился под ним, дергая руками и ногами, но сбросить с себя гору мускулов был не в состоянии. Дав глотнуть ему немного воздуха, Громовержец склонился к самому уху брата и зашептал, обдав его запахом перегара: - За твои дурацкие издевки тебя надо наказать! А то ты совсем зарвался! Хорошо было бы вырвать тебе твой поганый язык, но мы поступим по-другому! Кажется, ты хотел узнать, что чувствуешь, когда тебя трахают? Сейчас тебе представится такая возможность! Все еще удерживая трикстера, Тор торопливо выдернул из своих штанов пояс, заломил ошалевшему царевичу обе руки за спину и крепко стянул его запястья. Локи удалось поднять голову и обернуться к возящемуся за его спиной Богу Грома. - Ты что задумал? – завопил он. – Совсем спятил?! Ну, теперь я точно расскажу всем про твои забавы! И конец твоей репутации, от нее останутся лишь жалкие ошметки! - Валяй, - спокойно отозвался Тор и слез с брата, от всей души хлопнув его широкой ладонью по заду. Локи вскрикнул и принялся брыкаться. А Громовержец перевернул его на спину и тут же получил сильнейший удар ногой в грудь, от которого он едва не слетел с кровати. Окончательно озверев, Бог Грома снова занес кулак над головой младшего принца, но тот так испуганно зажмурился и сжался, что Тор сдержался и опустил руку, ограничившись мощным толчком в плечо Локи. - Лучше не дергайся, братец! – угрожающе проговорил он, снова наваливаясь на извивающегося под его тушей трикстера и буквально вдавливая его в кровать. – Я долго терпел твои измывательства, и пришла пора тебя проучить! Можешь рассказывать что угодно и кому угодно, мне все равно! Но помни, за каждую издевку, за каждое свое поганое слово ты получишь сполна! Говоря все это, Тор, снова сидящий верхом на связанном брате, принялся торопливо расстегивать на нем штаны, вытащив предварительно пояс и из них. Этим поясом он ловко стянул ноги трикстера, не без труда поймав их за щиколотки и сжав так, что у младшего затрещали кости. - Ну, и что ты сделаешь? – рассерженной змеей зашипел Локи. – Изобьешь меня до смерти? Изнасилуешь? Я тебе этого никогда не прощу! – он задергался с новой силой. – Отвали от меня! Иди лучше трахать молоденьких мальчиков, а меня оставь в покое!.. - Если не заткнешься, - пыхтя, предупредил его Бог Грома, с трудом удерживая бешено сопротивляющегося принца, - мне придется сделать это самому! И уж поверь, я смогу заткнуть тебе глотку кое-чем! Заодно и проверим, так же ли хорошо ты можешь ублажать своим поганым ртом, как и разносить им по округе сплетни и дрязги! Так что, лучше лежи и помалкивай. Не будешь дергаться, и урок пройдет быстро и практически безболезненно… хотя последнее – вряд ли… С этими словами он взялся за штаны трикстера и стянул их ему до колен. Тут Локи начал понимать, что его старший брат решил не просто напугать его, а действительно намерен осуществить свою угрозу. Осознание сего факта привело к тому, и принц, улучшив момент, изо всех сил ударил лбом в лицо Громовержца. Тот взревел, схватившись за разбитый нос, из которого тут же ручьем побежала кровь, и врезал Локи кулаком по скуле, вырубив его на несколько секунд. Затем он подтащил обмякшее тело брата к краю кровати, устроив его таким образом, чтобы трикстер стоял коленями на полу, а грудью лежал на постели. Бросив быстрый взгляд на дверь и, убедившись, что она заперта на ключ, Тор повернулся к Локи и успокаивающе похлопал его по голому заду. Принц, тяжело дыша, чуть повернул голову, скосил на него глаза, и зрачки его расширились от страха – Бог Грома быстро стащил с себя брюки, обнажив внушительный, уже сильно возбужденный член. Увидев его вызывающе торчащую плоть, Локи заверещал и попытался отползти, но Тор прижал его одной рукой к кровати, а второй огладил его ягодицы и просунул между ними пальцы, слегка надавив на сфинктер. - Прекрати! – взвизгнул Локи, виляя задом и выгибаясь. – Это уже не смешно! Хватит! - А я и не собирался смешить тебя, - ответил Громовержец, плюя себе на ладонь. – К тому же мы только начали! – и он, еще крепче зажав брата, быстрым движением протолкнул в него палец. Локи закричал, задергался, стараясь избавиться от неприятных ощущений в заднице, но Тор не давал ему даже пошевелиться, удерживая его и размеренно двигая взад-вперед рукой. - Хватит, мне больно! – заорал трикстер, поняв, что шутки кончились, и вырваться ему не удастся. - Это разве больно, - прохрипел Бог Грома, с трудом проталкивая в узкое отверстие уже два пальца. – Да расслабься ты! Сейчас еще не больно… - он тяжело дышал, орудуя в теле брата и все больше возбуждаясь. – По-настоящему больно будет, когда я начну трахать тебя, а сейчас я тебя только подготавливаю! Какой же ты узкий… Так и хочется засадить тебе сразу на всю длину! - Пожалуйста, прекрати! – Локи сморщился от отвращения. – Не надо! Умоляю! Но умолять разошедшегося Тора было бесполезно. Вынув пальцы из задницы трикстера и заставив его расставить колени пошире, Громовержец просунул ладонь между его бедрами и принялся ласкать его мошонку. Принц тут же сжался и заскулил, а Тор играл с его вялым, невозбужденным членом, еще больше мучая тем самым своего брата. - О-о, - выдохнул он, - да ты, я смотрю, совсем не хочешь меня! Очень жаль, тебе же хуже… Но тут Локи затих, и Бог Грома сразу же насторожился, догадавшись, в чем дело. Он схватил царевича за волосы и зашипел, наваливаясь на него всем телом: - Только начни колдовать, мразь, и я тебе все ребра переломаю! Ясно? – Локи зажмурился и закивал головой. – Вот и отлично. А теперь расслабься и получай удовольствие… Он встал на колени позади всхлипывающего трикстера и развел в стороны его ягодицы, рассматривая маленькую сжатую дырочку. Чуть помассировав ее, он снова протолкнул внутрь два пальца и тут же резко выдернул их обратно. Локи жалобно пискнул и содрогнулся всем телом. Это завело Громовержца еще сильнее. Совершенно не обращая внимания на то, что его брат совершенно не возбужден и лишь страдает от его действий, Тор снова поплевал на ладонь и размазал слюну по сфинктеру Локи. - Советую расслабиться, братец, - проговорил он, придерживая свой внушительных размеров член пальцами и приставляя головку к заду трикстера. – Будет не так больно. Впрочем, мне все равно! Больше он ничего не говорил, начав медленно входить в тело Локи. Почувствовав, как чужая плоть поникает в него, с трудом раздвигая так и не подготовленные как следует мышцы, принц заорал благим матом и задергался, не давая Тору войти в себя полностью. Громовержца подобное сопротивление привело в ярость, и он снова ткнул брата лицом в перину. - Еще раз вякнешь или дернешься, и я засуну тебе в задницу кулак! И уж тогда пощады не жди! И Бог Грома снова принялся проталкиваться в узкое нутро трикстера, постоянно замирая и поглаживая его напрягшиеся бедра. Наконец, он полностью вошел в него и замер на некоторое время, все же щадя своего стонущего брата и давая Локи немного привыкнуть к весьма неприятным ощущениям. - Вот так, хорошо, - пробормотал Тор и двинулся назад, полностью выходя из узкого тела и снова медленно погружаясь в него. - Пожалуйста, хватит! – шептал несчастный принц, по лицу которого градом катились слезы. – Не надо! Но Бог Грома его даже не слышал. Он медленно трахал все еще зажимающегося трикстера, не обращая внимания на его слезы и мольбы. Движения Тора становились все резче и нетерпеливее, а рывки более яростными. - Это… научит тебя… впредь не дерзить мне … - с трудом выговорил он между толчками. Локи тихо вскрикивал каждый раз, когда Громовержец особенно глубоко и грубо проникал в него, причиняя сильную боль. От ощущения скользящего внутри члена его время от времени накрывала волна отвращения, и тогда к горлу подступала едва сдерживаемая тошнота. Принц, елозя в такт рывкам Тора щекой по парчовому покрывалу, пытался расслабиться, но у него это плохо получалось. Тогда он попробовал абстрагироваться от всего происходящего, надеясь на то, что весь этот кошмар рано или поздно все равно кончится, но тут Бог Грома, явно подходя к финалу, задал такой темп, что у Локи потемнело в глазах, и он едва-едва оставался на грани сознания, чудом не лишаясь рассудка от боли и унижения. Тор рычал, дергая уже не сопротивляющееся тело брата на себя и яростно вколачиваясь в него. Оставляя синяки на нежной коже его бедер и ягодиц, он неистово двигал тазом и жадно хватал ртом воздух, стараясь проникать в трикстера как можно глубже. Но и этого ему показалось недостаточным. Сжав свой член у основания, Бог Грома вышел из тела полуживого Локи, затащил его на середину кровати, уложив на спину, торопливым движением освободил от пут его ноги и полностью стянул с него штаны. Локи слабо заскулил, поджал колени к животу, пытаясь хоть как-то закрыться, но Тор широко развел ему ноги в стороны и улегся сверху, придавив едва дышащего принца всей тяжестью своего мощного тела. Царевич даже не вскрикнул, почувствовав, как в него снова проникает плоть брата, он лишь крепко зажмурился. А Тору достаточно было сделать еще пару бешеных движений бедрами, чтобы обильно излиться в тело принца и замереть в нем, тяжело дыша и содрогаясь от наступившей разрядки. Наконец, он скатился с трикстера и вытянулся рядом на скомканном покрывале. Локи, почувствовав свободу, отодвинулся от него, отвернулся и свернулся калачиком, поджав колени к груди. Полежав немного, Громовержец сел на кровати и пододвинулся к неподвижно лежащему младшему брату. Он провел пальцами по длинным стройным ногам принца, заставляя его покрыться мурашками, и неожиданно раздвинул ему ягодицы. Локи дернулся, пытаясь развернуться лицом к Тору, но тот не дал ему этого сделать. Продолжая держать его, Бог Грома наблюдал, как из растянутого покрасневшего сфинктера медленно вытекает его семя вперемешку с кровью. Взявшись за край покрывала, он резким движением вытер тканью перемазанный зад брата и, наконец, отпустил его. - Я надеюсь, ты усвоил урок? – спросил Тор, одеваясь и разглядывая дрожащего трикстера. – В следующий раз думай над каждым своим словом. А расскажешь кому о нашем с тобой сегодняшнем «уроке», и в следующий раз тебя поимеют уже сразу несколько мужиков. И они не будут с тобой так же ласковы, как я. Ты понял? – Локи нервно кивнул головой. – Прекрасно. – Тор обошел кровать и уселся около сразу втянувшего голову в плечи царевича. – А если кто-то узнает о моих отношениях с молодыми мальчиками, я натяну тебя так, что ты потом неделю ни ходить, ни сидеть не сможешь. Уяснил? – снова молчаливый кивок. Бог Грома поднялся на ноги и с показной заботой накинул на младшего брата мятое покрывало. Затем, ласково погладив его по спутавшимся волосам, вышел из покоев, оставив трясущегося Локи одного. Урок пошел младшему принцу на пользу. Тор первые несколько дней не спускал с него глаз, следя за каждым его словом и жестом, а Локи, бледнее, чем обычно, вел себя тише воды, ниже травы, изредка бросая на Громовержца полные ненависти взгляды. Однако он ни словом не обмолвился ни о нездоровых интересах наследника престола, ни о проделанной им «воспитательной» работе.