Ванильный Джокер

      — Трудно говорить людям, что у тебя все нормально, когда ты сам не знаешь, что с тобой происходит… — бормотал себе под нос мужчина, расположившийся в дальнем углу комнаты. — Готово. Отправить! — он нажал на «Enter» и отложил ноутбук в сторону.       Затем он поднялся, потянулся и направился к заложнику.       — О, Бэтси снова вернулся в игру! С добрым утречком, выспался? — во всю улыбался Джокер, рассматривая лицо Брюса. — Знаешь, я не привык смотреть на тебя без маски. Может, лучше надеть её обратно?       — Джокер?! — Уэйн, завидев своего злейшего врага, по старой памяти потряс воздух хриплым басом, отчего тот вздрогнул.       — Бэтси, все темы — избиты, все фразы — затасканы, таланты — зарыты, все люди — под масками, — изрек некстати свою великую мудрость клоун, сладко улыбаясь.       — Поэтому ты снял мой костюм? — деликатно поинтересовался Уэйн, оглядывая себя: он был в смокинге, поверх которого и был натянут Бэт-костюм в самый разгар вечеринки. Скрывать свое настоящее «Я» не было больше нужды.       Брюс Уэйн также нашел себя прикованным к железному стулу: тело облегала мощная цепь, а руки были окольцованы железным прутом (спрашивать, как у него это получилось, Брюс счёл лишним). Брыкаться и пытаться вырваться казалось бессмысленным: без своего Бэт-костюма он и булыжника не сдвинет.       — Что тебе нужно? — не мешкая спросил заложник, тщательно вглядываясь в лицо психопата.       — Что? Так сразу? А как же «на брудершафт»? Когда найдешь то, что так долго искал, судьба не даст тебе взять это просто так… — Джокер сделал грустную гримасу и обиженно вышел из комнаты, громко хлопнув дверью.       Пока злейшего врага не было на месте, Бэтмен успел разведать обстановку: это небольшое складное помещение без окон, слабо освещаемое небольшим торшером в дальнем углу; на стенах, поверх серой однотонной краски, мелькали красные пятна с рисунками, что в полумраке были непроглядны; самой яркой деталью являлся дорогой антикварный деревянный стол 19-го века, на котором красовался ноутбук «Apple» последней сборки. Спрашивать, с каких пор Джокер стал обладателем миллионного достояния, Уэйн тоже не счёл нужным.       Где-то вдалеке Брюс расслышал приближающиеся раскаты смеха, после чего в комнату ворвался сам Джокер, гордо держа перед собой поднос с бутылкой и двумя бокалами.         — Соскучился, Бэтси? — он театрально прошел вперёд, точно в руках его находилась сама корона Британской империи. — Это нам пригодится. Мало иметь ловкость поймать счастье, нужно еще иметь силы его удержать! — и поставил поднос рядом с заложником.         — Ты собрался отравить меня? — миллиардеру по-прежнему стоило сил, чтобы разговаривать своим обычным голосом: в костюме Бэтмена он чувствовал себя куда увереннее…         — Я собрался напоить тебя! — клоун вновь рассмеялся, вытягивая из кармана складной ножичек. Одним нажатием он выставил острие лезвия напоказ и медленно подошел к Брюсу. — Хочешь знать, откуда у меня эти шрамы?..       Кажется, ему не раз приходилось быть свидетелем подобных сцен, но ещё ни разу чтобы здесь, прямо перед собой, прямо перед своим лицом. Хотя, было дело…         — «Нет, но я знаю откуда вот эти», — Джокер попытался спародировать глухой бас Бэтси, вновь заливаясь смехом. — Это мы проходили, но я же не закончил, — он прислонил кончик острия к его щеке. — Ну, открой ротик.         — Прекращай, — невозмутимо ответил Брюс, пытаясь скрыть подкатывающий к горлу страх.         — Знаешь, чем больше ты стараешься добиться человека, который тебя не ценит, тем больнее для тебя будут удары его равнодушия… — мужчина угрюмо хмыкнул и грубо схватил его за подбородок, вставляя лезвие к уголку губ. — Шрамы… Когда-то я был богатым, влиятельным, имел множество поклонниц, прямо как ты… И вот я иду по ночным переулкам, оглядываюсь и вижу группу молодых парней, надвигающихся прямо на меня. Мною сразу овладела мысль: больно — терпи, спросили — не лги, плохо — держись, помни — это жизнь. — Джокер причмокнул, в то время как Брюса смутила неуместность последней фразы. — На меня осыпался шквал ударов, а один из парней спросил меня: «Че ты такой серьезный?» Так и случилось, что, порой, за минуты счастья мы платим месяцами боли… — в комнате успела грузом повиснуть тишина.         — Джокер? — снова спросил Брюс, но уже спокойно. Лезвия давно не наблюдалось во рту, а сам мужчина был где-то позади.         — Шрамы, которые оставили близкие люди, не залечит никто. Они знали, куда бьют… — снова постукивание по клавишам и снова — тишина.         — Может, выпустишь меня? — подобная неловкость ситуации начала нагнетать. — Джокер!       Спустя некоторое время клоун поднялся и, взяв в руки бокал, подошел к Бэтси.         — Пей, тебе тоже полезно, — он начал пытаться влить в Брюса жидкость.       Вид Джокера неожиданно обескуражил защитника правосудия: он был совершенно… разбитым? Куда подевались прошлая улыбка и неумолимый задор с весельем? Кажется, он даже проникся жалостью, наблюдая за страданиями его злейшего врага. Нет, оно не может так быть…       Жидкость, судя по легко узнаваемому запаху, действительно оказалась крепким спиртным, с чем Бэтмен сейчас точно не хотел иметь дело.       «Скорее всего, это — очередной отвлекающий маневр. От Джокера можно ожидать все, что угодно и нужно быть начеку» — подумал он.       — Ну, не стесняйся, пей, — клоун снова попытался насильно влить жидкость, но в конце концов она покатилась рядом с уголком губ. — Нет? Хо-ро-шо…       Джокер подошел обратно к столу, наливая очередную порцию, и вернулся к Бэтси:       — Единственный плюс в алкоголе: при его воздействии человек не в состоянии держать маску, начинает говорить душа, — с видом знатока изъяснялся клоун, покачиваясь из стороны в сторону бокал, и иногда глотая содержимое бокала.       И тут в голове Бэтмена прояснилась картинка: Джокер просто переборщил со спиртным, чем и объясняется не типичность его поведения, а это значит…       Брюса окатило волной липкой жидкости.         — Я просто захотел, — он снова беззаботно улыбнулся. Кажется, его былое настроение вновь на месте. — Ты по-прежнему отказываешься пить? Знаешь, нужно бороться не до конца, а до победы, потому что это — разные вещи! — мужчина вновь подошел к Брюсу и попытался напоить: — Нет? Не хочешь по-хорошему, значит? — он резко хватает за подбородок и оттягивает его вниз, вливая оставшуюся жидкость, а затем захлопывает обратно.       Миллиардер кинул недовольный взгляд на стоящего перед ним психопата, но спиртное проглотил. Коньяк, крепкий коньяк 20-ти летней выдержки. Брюса чуть не стошнило: жидкость вязко, обжигая стенки, катилась по горлу…         — Хороший мальчик, — Джокер грубо потрепал волосы Уэйна. — Бэтси, самый сильный страх — стать лишним в жизни того человека, который тебе реально дорог.         — Откуда ты этого понабрался? — спросил Бэтмен долгожданный, витающий в помещении с первой наимудрейшей фразы Джокера, вопрос.         — Жизнь научила…