I'll Take Care of You

Чимин бережно держит Чонгука в своих руках, успокаивая и воркуя над ним. — Ах, Чонгук-и, посмотри, что ты натворил. С тобой всё будет хорошо, всё будет в порядке, — говорил старший заботливым тоном и мягким голосом. Чонгук захныкал, когда Хосок попытался согнуть его опухшую и быстро синеющую лодыжку, пара текущих слез скатилась по его щекам от боли. Чонгук впился своими короткими ногтями в шею Чимина; Чимин слегка вздрогнул, но прижал Чонгука чуть ближе к груди, крепко обхватив его руками, будто бы пытаясь защитить мальчика от любого вреда. Хотя он уже потерпел неудачу в этом, и Чимину больше были не нужны напоминания о том, каким плохим защитником он был. Чонгук получил травму после их двухчасовой тренировки, на которой Хосок пытался научить двух самых подходящих парней своей более сложной хореографии, которая, по его мнению, могла бы привнести новый элемент в их выступление на сцене. После пары неудачных попыток Чонгук подумал, что он, наконец, научился, поэтому он позвал парней, чтобы они проверили. Именно тогда он и упал на пол. — Я думаю, она действительно сломана, — тихо заявил Хосок, смотря на Чонгука извиняющимися глазами. — Она не может быть сломана, — вскрикнул Чонгук, отрицая. — Через два месяца состоится наш тур, она не может быть сломана! — сказал он громче, отчаянное рыдание вырывается из его груди. Он свернулся на коленях у Чимина и уткнулся в его одетое в джинсы бедро, которое вскоре стало мокрым от слёз. Рука Чимина автоматически потянулась к слегка потным волосам Чонгука, снова и снова водя по ним пальцами, а затем поглаживая их. — Извини, Чонгук, — прошептал Хосок, опустив голову. — Это не твоя вина, хён, ты знаешь это, — заверял старшего Чимин, хотя он знал, что этого будет мало для того, чтобы уменьшить чувство вины, которое он, несомненно, испытывал. Которое они оба испытывали. Что же за братья они были, если не смогли защитить их младшего? Хосок кивнул, вытирая заплаканное лицо тыльной стороной ладони. Чимин убрал руку с волос Чонгука и вместо этого водил маленький круг по его спине, чтобы попробовать успокоить его; грудь младшего парня поднимается и беспорядочно падает под его руками в отчаянных попытках вдохнуть воздух и сохранять спокойствие. Спустя несколько минут, когда Чонгук немного успокоился, Чимин поднял его в «свадебном» стиле и кивнул Хосоку, чтобы тот открыл для них дверь. Чонгук крепче обнял Чимина за шею, чтобы не соскользнуть, теплое дыхание щекотало изгиб шеи Чимина. Сначала Чимин вздрогнул, из-за чего ногти Чонгука слегка впились ему в плечо. Но как только он встал, он был устойчив и решителен. На этот раз он защитит своего Чонгука. — Теперь я позабочусь о тебе, Чонгуки, — решил Чимин. Его заявление было встречено тихим «спасибо», произнесенное приглушенно ртом Чонгука, который был прижат к белой хлопковой рубашке Чимина. Он посмотрел вниз, на мальчика, сдерживая себя, чтобы не поцеловать его в растрепанные чёрные волосы. По своему опыту мальчики знали, что недалеко от здания Бигхит был кабинет врача, однако, они также знали, что в это время утром, скорее всего, в нем не будет персонала. Хосок заявил, что он пойдет поищет аптечку, оставив Чимина, чтобы тот поднял Чонгука по многочисленным ступенькам, чтобы добраться до их общежития. Разумеется, он пыхтел более, чем немного, когда он, наконец, достиг вершины, даже несмотря на его хорошую физическую форму. — Знаешь, ты действительно мог бы подняться на лифте, — сказал Чонгук тихим, но смелым голосом, лицо все ещё прижималось к груди Чимина. Чимин мог чувствовать улыбку на губах Чонгука на его ключице. — Айщ, не говори так теперь! — воскликнул Чимин. — Я только что поднялся на четыре этажа ради тебя, — надулся он. — Я знаю, ты, должно быть, серьезно любишь меня, — сказал младший и посмотрел на Чимина так, чтобы он мог видеть широкую дразнящую улыбку на его лице. Чимин немедленно почувствовал, как его щёки краснеют в ответ; Чонгук действительно не знал, как прав он был. Он выпустил неожиданно игривого мальчика из рук, затем притворно ударил его по щеке. — Ты играешь с огнём, нахальный ребенок, — улыбнулся он, открывая дверь, пока Чонгук опирался на раму. — Понесешь меня снова? — невинно спросил Чонгук. Чимин лишь кивнул и поднял его обратно, обещая вспомнить то, как его прекрасный мальчик чувствовался в его руках до конца своих дней. ~ Чимин осторожно положил Чонгука на самую нижнюю койку, наклоняясь, чтобы не удариться головой о металлические прутья сверху. Хоть и мальчики обычно спали по-другому: Чонгук сверху, а Чимин снизу, Чимин и не думал о том, что положить Чонгука наверх было хорошей идеей, учитывая обстоятельства. Он деликатно укрыл пушистым одеялом сонного Чонгука, надежно закутывая его. Чимин по-глупому хотел, чтобы это происходило каждый вечер, чтобы он мог устроиться рядом с Чонгуком и крепко обнимать его, пока сон не появится на грани его разума, а на следующее утро проснуться, все ещё обнимая его. Хотя и не так, как они это делают на ночевках, а на этот раз так, будто он должен был защищать и оберегать Чонгука. Он быстро отогнал эту мысль, пытаясь сосредоточиться на Чонгуке, нос которого все ещё слегка был сморщен от боли. — Не двигайся, я принесу тебе обезболивающее, — прошептал Чимин. Младший парень слабо кивнул, его глаза немного прикрылись. Чимин дошел до их маленькой кухни как можно тише, чтобы не разбудить других спящих парней — он знал, как будет ворчать Юнги, если его разбудить. Он включил свет на кухне; Хосок оставил для него аптечку на стойке. Несколько секунд он рылся в разных лекарствах, прежде чем обнаружил обезболивающие. Чимин взял пару таблеток в руку. Он тихо налил в стакан воды, зная, как сильно Чонгук ненавидел глотать таблетки на сухое горло. Он шел мягкими шагами назад в комнату, которой он делился со спящим Тэхёном, пытаясь не пролить воду на деревянный пол. Чимин прошептал Чонгуку, пробираясь сквозь тьму, проверяя, спит ли он. Чонгук издал тихий звук в ответ, едва не заставив колени Чимина сдаться от того, как уязвимо он звучал. Чимин протянул руку, чтобы прикоснуться к руке Чонгука, будучи в состоянии разглядеть его в тусклом свете. Он положил таблетки в его ладонь. Затем он осторожно передал ему стакан воды. Чонгук сделал глоток из стакана, затем поставил его на тумбочку и вытер рот рукавом рубашки. Он жестом попросил Чимина подойти поближе. Больше к удивлению Чимина, Чонгук обнял его. — Спасибо, Чимини, — прошептал Чонгук Чимину на ухо, его горячее дыхание на щеке Чимина щекотало его. Чимин улыбнулся в плечо Чонгука, то знакомое теплое чувство охватывало его тело и заставляло его разум крутиться. — В любое время, Чонгуки, — сердечно ответил он. ~ На следующий день Чонгук был прикован к постели менеджерами. На его протест ему твердо ответили, что он не выйдет на улицу и не ранит себя еще сильнее во время его ежедневного графика, и что он должен сидеть дома весь день, лишь посещая доктора. Когда Чимин услышал об этом, он умолял менеджеров позволить ему остаться с Чонгуком, чтобы составить ему компанию, или, хотя бы, позволить ему отвести Чонгука к доктору самому. Они неохотно согласились. Чимин с воодушевлением побежал в комнату Чонгука, чтобы рассказать ему новости. Он постучал в дверь дважды, затем посмотрел за угол, ища Чонгука. Он лежал на нижней кровати, угрюмо пялясь на стену. Сердце Чимина слегка дрогнуло, увидев его таким расстроенным. Он запрыгнул на кровать, поворачивая Чонгука так, что Чимин наклонился над ним. — Чонгуки, сегодня я остаюсь дома с тобой! — радостно объявил он. — Правда? — сказал Чонгук, открывая глаза, и Чимин клянется, что видел, как они слегка засверкали. — Но, хён, разве у тебя не много работы? Чимин пожал плечами, будто это не имело значения. Он лучше бы провел день дома с его прелестным Чонгуки, чем заниматься своим ежедневным графиком без него. — Я не хочу быть обузой… — неуверенно сказал Чонгук. — Чонгук! — воскликнул Чимин. — Я бы не умолял менеджеров позволить мне остаться с тобой на весь день, если бы я думал, что ты обуза, не так ли? — он игриво тыкнул младшего в грудь, на его губах была небольшая улыбка. — Аа, ты прав, — улыбнулся Чонгук на последнее. — Итак, тогда что мы будем сегодня делать? — Мы идем по врачам сегодня утром. Затем я запланировал кое-что, надеюсь, тебе понравится под конец дня. — Мне нравится всё, что ты планируешь, Чимини, — искренне сказал Чонгук, его внимание сконцентрировано на игре с пальцами Чимина. Он поднес их в своему рту, прижимая его нежные губы к грубым костяшкам Чимина. Чимин неловко сглотнул, отворачиваясь от Чонгука, чтобы тот не увидел, как он покраснел. — Йа, ты, паршивец. Давай собираться. Чонгук улыбнулся, затем свесил ноги на краю кровати. ~ — И как долго мне нужно это носить? — спросил Чонгук, свесив ноги с кровати, его глаза смотрят на его новые ботинки. — Около шести недель, к тому времени она должна быть вылечена, — ответил доктор. — Это подразумевает никаких танцев или бега, ты слышишь меня, Чонгук? — Чонгук кивнул, на его губах была улыбка. Их доктор знал, что Чонгук был не один в течение долгого времени; хоть он и хотел, ему просто приходилось иногда танцевать. Он ничего не мог с этим поделать. — Встретимся с вами через две недели для проверки, — объявил доктор, дотягиваясь до костылей Чонгука и передавая их ему. Чимин открыл дверь, говоря спасибо его доктору, а затем следуя за Чонгуком сзади, который слегка покачнулся на его новых костылях. — Серьезно, что мы будем делать с тобой? — Чимин покачал головой Чонгуку. — Купим мороженое? — надулся он в ответ. — Ты, озорной ребенок, аннулируешь мой банковский счет, — посмеялся Чимин. — Ну пошли тогда. Недалеко от доктора находился магазин мороженого, который дал Чонгуку возможность попрактиковаться ходьбе на костылях. Вскоре он освоился и быстро оказался впереди Чимина. Когда они пришли в магазин, Чонгук заказал рожок с мятным шоколадом, а Чимини заказал просто ванильный. Двое парней сидели снаружи за столиком для пикника и наслаждались тем, как чувствовалось солнце на их лицах и руках. Утро быстро перешло в день. Прежде чем они осознали это, уже было около двух часов и пора отправляться обратно в общежитие. Облака начали собираться по краям горизонта, и никто из них не хотел простудиться под дождём. ~ — Что ты запланировал для нас, хён? — сказал Чонгук после того, как они добрались до квартиры. — Ты скоро увидишь. Подашь мне эти подушки? Чонгук поднял подушки с дивана и передал их Чимину, как его и просили. Опираясь на костыль, он продолжил передавать подушки Чимину, пока он больше не мог видеть его. — Передай мне те одеяла! — проинструктировал Чимин из-под башни подушек, голос был слегка приглушен. Чонгук сделал, как ему сказали, думая, куда его хён залез в этом беспорядке из подушек. Он подошел ко входу в пещеру, которую сделал Чимин, просунув голову через щель между подушками. — Чимин? — спросил он. — Заходи! — Чимин выскочил из-под одеяла, улыбнувшись ярче, чем когда-либо видел Чонгук. Он улыбнулся в ответ, бросив свой костыль снаружи и плюхнувшись в крепость из одеял, которую они построили. — Это очень круто, Чимини, — вздохнул Чонгук, прижимаясь к одеялам. Места хватало лишь для них двоих, если они немного прижимались. — Ага, — с энтузиазмом согласился Чимин. — Подожди здесь, — сказал он, выползая из крепости. Чимин быстро пробежал по общежитию до комнаты старших парней, доставая ноутбук Юнги из-под его кровати. Он произнес коротенькую молитву в надежде, что Юнги не будет против, что он взял его ноутбук, а затем побежал обратно в комнату. В наволочке его подушки, или, точнее, в наволочке подушки Чонгука, он полагал, что спрятал фильм и пару сладостей. Он аккуратно нес их на ноутбуке. Он вернулся в их крепость, желая снова увидеть Чонгука, хотя прошла лишь минута с их расставания; он выглядел таким милым, когда прижимался к одеялу, и Чимин не мог дождаться, чтобы увидеть это снова. Чимин снова сел рядом с Чонгуком, слегка одурманенный тем, насколько близко к нему сидел парень. Или, возможно, в их крепости быстро накапливалось тепло. В любом случае, он чувствовал, как бедро Чонгука сильно прижимается к его, и всё, что он знал, так это то, что он никогда не хотел, чтобы этот момент кончался. Он вытащил фильм и ноутбук Юнги, из-за чего Чонгук ахнул. — Всё нормально, мы вернем его до того, как он узнает, — заверял его Чимин. Чимин открыл ноутбук, снижая яркость, чтобы он светил не так ярко. Он ввёл пароль Юнги (который, после пары попыток угадывания, он взломал как «миншугагений1») и вставил DVD. Чимин знал, что это был любимый фильм Чонгука, и он выбрал его специально для него. Он также прихватил любимые сладости Чонгука, которые младший парень заметил с удивлением, когда Чимин достал их. — Ах! Я действительно люблю тебя, хён, — воскликнул Чонгук, обхватив Чимина руками и уткнувшись ему в плечо. Чимин застыл от удивления, затем обнял взволнованного парня в ответ, лёгкий смешок слетел с его губ. Чимин нажал кнопку воспроизведения, как только появилось меню DVD. Чонгук прижался к нему чуть ближе, удобно располагаясь. ~ — Чонгук, — тихо шепнул Чимин. Он напряг глаза, чтобы разглядеть парня рядом, парня, который, как теперь понял Чимин, крепко спал. Его сердце билось немного быстрее, ему было больно от того, каким восхитительным он был. Было только пять часов вечера, хотя Чонгук уже спал, будто было уже совсем поздно. Чимин знал, что другие мемберы скоро вернутся, но сейчас он пытался игнорировать это. Как можно нежнее он подхватил Чонгука на руки (что было не так легко, учитывая, каким крепким был Чонгук в последнее время) и встал. Он понёс Чонгука в их комнату, легонько положив его на кровать. Чонгук свернулся в клубок, во сне сжимая простынь в кулаке. Чимин нежно улыбнулся, вот он, мальчик, у которого было всё его сердце, весь его мир, и он даже не знал этого. Он прилег рядом с Чонгуком, обхватив руками все ещё теплую грудь мальчика и на мгновение закрыв глаза. Это был его мальчик, его солнышко. И он не променял бы его на весь мир. ~ Двое парней проснулись в клубке своих рук и ног: рука Чимина на лице Чонгука, нога Чонгука на животе Чимина, рука там, нога здесь. Сонным утренним голосом Чонгук несколько раздраженно сказал своему хёну, что он ударил его по лицу не один, а два раза прошлой ночью. Чимин так же раздраженно сказал Чонгуку, что его штаны пропали, и спросил, не против ли он. Они на секунду нахмурились друг на друга, а затем рассмеялись. — Эй, потише! — сонно пожаловался Тэхён со своей кровати на другой стороне маленькой комнаты. Чимин и Чонгук виновато посмотрели друг другу в глаза, пытаясь не засмеяться снова. — Хочешь позавтракать? — прошептал Чимин. — Да, но просто останься здесь ещё немного, — ответил Чонгук, прижимаясь лицом к плечу Чимина, и Чимин мог поклясться, что увидел, как щёки парня покраснели. — Да, я могу сделать это, — согласился Чимин, устраиваясь позади Чонгука и прижимая его к своей груди. — Да, — думал Чимин, — я могу сделать это. ~ Тем утром на их встрече за завтраком их менеджеры объявили, что Чимин должен присматривать за Чонгуком в течение недели, чтобы он не попадал в неприятности, но, в основном, сдерживал его, как только это возможно. В основном, что Чимин слышал, было то, что он получил неделю отдыха, чтобы он мог защищать и заботиться о Чонгуке. И это была музыка для его ушей. ~ Парни, если кратко, наслаждались их свободным временем. Чимин приготовил для них всевозможные планы, водя Чонгука в парк и в другие места, когда он мог, но в основном находя способы сделать пребывание дома интересным, потому что именно там Чонгук был официально заключен. Сегодня они потратили большую часть дня в своих кроватях, зарывшись носами в книги (или, в случае Чонгука, в бесконечные игры, которые он скачал на телефон Чимина), и спали. — Чимини? — сказал Чонгук, пытаясь привлечь внимание старшего. Чимин выглянул из своей кровати, свисая головой вниз. — Что тебе нужно, Чонгуки? Чонгук покачнулся и сморщил нос. — Можешь снять мои штаны за меня? — Эй, разве ты не достаточно хорошо справлялся с этим во сне? — заявил он, но сдался, когда Чонгук начал скулить «пожалуйста, хён». Он спустился со своей кровати, приземляясь с глухим звуком на пол. Чонгук поднес его телефон обратно к лицу, когда Чимин подошел к нему. Он попытался успокоить свои нервы, прежде чем сесть на край кровати. Чимин осторожно справился с кнопкой, стараясь не касаться заманчивого нежного живота Чонгука, который находился в миллиметрах от его дрожащих пальцев. Наконец, кнопка расстегнулась, и Чимин перешел к ширинке. — Хён, — сказал Чонгук, позволяя его телефону упасть на грудь. Чимин со страхом встретился с ним взглядом. — Твои руки трясутся, — подметил он. Чимин нервно улыбнулся, неуверенно засмеявшись: «Ах, здесь холодно». Он извинился. — Хён, — сказал Чонгук, на этот раз серьезнее. Он сел так, что его лицо было прямо перед лицом Чимина, смотря ему в глаза. Руки Чимина все ещё были на ширинке Чонгука; он не смел двигаться. Он мог чувствовать, как нежный живот Чонгука касается его руки, который отделен от прикосновения лишь тонкой белой футболкой Чонгука. Чонгук издал легкое «хм» и упал назад на кровать, подбирая телефон, который снова упал на край кровати. Чимин быстро расстегнул ширинку и стянул джинсы Чонгука, прежде чем он сошёл бы с ума, затем заявил, что собирается приготовить обед и быстренько сбежал на кухню. Чимин небрежно бросил ингредиенты для сэндвичей из холодильника на стол, все ещё потрясённый до глубины души своим опытом. Что пытался сделать Чонгук? Ещё хуже, знает ли он? Он приготовил им обоим сэндвичи, будто бы пытался успокоиться. Он поставил тарелку с сэндвичем Чонгука на маленькую тумбочку рядом с его кроватью. — Ах, спасибо, Чимин, так мило, — поблагодарил его Чонгук. Чимин быстро улыбнулся, прежде чем снова поспешно покинуть комнату. Он упал на диван, поднося свои маленькие руки к лицу и раздраженно проводя ими по волосам. Он не мог поверить, что он был настолько глуп, чтобы попасть в ловушку Чонгука, не говоря уже о том, чтобы чуть не забыть о его реальных чувствах к мальчику. «Боже, — подумал он в отчаянии, — так глупо!» С этих пор он должен быть намного осторожнее, иначе может потерять его мальчика. ~ — Идёт дождь, — тихо подметил Чимин, когда фильм закончился. Они оказались в крепости из одеял, которая все ещё стояла у них в гостиной, прячась от быстро наступившего холода. Чонгук посмотрел на него, послушав на секунду. — Ага, если подумать, то утром было солнечно, — предположил он. Чимин кивнул в знак согласия. — У тебя есть там мусор? — спросил Чимин, наклонившись над Чонгуком, который сел в тот момент, когда Чимин двинулся. Внезапно два парня очень быстро оказались лицом к лицу, или, точнее, носом к носу, прижавшись друг к другу. Чёрт возьми. Они оба застыли на месте, никто из них не осмелился пошевелиться. Сердце Чимина вырывалось из его чертовой груди, он был уверен, что если он не отодвинется, то задохнется в любую секунду. Он не мог поверить, что это снова происходило; его разум опустел, и он не мог думать ни о чем, кроме тупых красивых ресниц Чонгука и его носа, который был так близко к носу Чимина… Чонгук смотрел Чимину в глаза, а Чимин смотрел в ответ, неподвижно застряв на месте. Наконец, Чонгук тихо рассмеялся, наклонив голову и потянувшись за пустым пакетом со сладостями рядом с ним. — Вот, — сказал он, передавая мусор Чимину. Чимин тихо взял пакет у Чонгука. — Спасибо, — сказал он, затем встал и быстро вышел из крепости. Он неуклюже вошел на кухню, бросил пакет на пол и прижался к столику. Раскачиваясь взад-вперед, он пытался восстановить дыхание. — Что за хрень это была? — спросил он себя. Он должен был быть более осторожным! Он закрыл глаза, пытаясь успокоиться, качаясь взад-вперед. Это было до тех пор, пока знакомая пара рук не легла на его бедра, и он перестал двигаться, почти восстановленное дыхание теперь снова застряло у него в горле. — Чимин, — сказал Чонгук позади него. — Ч-Чонгук, — запнулся Чимин. — Ч-что ты делаешь? Чонгук подошёл ближе и взял Чимина за запястья, поворачивая его, чтобы встретиться с ним лицом. Когда глаза Чимина остались приклеенными к полу, именно тогда он обхватил лицо Чимина руками, поднимая его подбородок так, что он смотрел Чонгуку прямо в лицо. Чонгук яростно впился губами в губы Чимина, целуя его и крепко сжимая его пухлые щёки. После удара, он резко отстранился от Чимина, грудь поднимается и падает, пока они оба пытаются восстановить своё дыхание. — Блять, — сказал Чонгук. — Блять, — повторил Чимин. — Откуда ты знаешь? — спросил он, плотно соединяя пальцы. — Хён, как я мог не знать? Ты не был особо незаметным, — рассмеялся он. — Когда ты обнимал меня в тот вечер, когда я сломал ногу, я мог слышать, как сильно билось твоё сердце, когда я произнес твоё имя, или когда я сказал, что ты любишь меня; я мог чувствовать, как твои плечи напрягаются, когда я улыбаюсь тебе, и твои глаза, когда моё лицо прижималось к твоей футболке. Когда я спал рядом с тобой, то, как ты смотрел на меня рано утром, прежде чем понял, что тебе есть что прятать, это не было чем-то, что кто-то мог бы принять за ошибку. — Чонгук, — Чимин вздохнул. — Мне так жаль. Я знаю, что не должен был позволять себе чувствовать эти вещи к тебе, и я ненавижу себя за это каждый день. Но было так трудно держаться от тебя подальше, и дошло до того, что я даже не пытался. Прости, если ты меня ненавидишь. — Чимини, — нежно сказал Чонгук. — Всё нормально. Он приблизился к Чимину, нежно проводя руками по рукам старшего. — Чонгук-а, — выдохнул Чимин. Они снова наклонились вперед, на этот раз просто слегка касаясь губами, сладко. Когда они оторвались друг от друга, Чимин улыбнулся, прислонившись лбом ко лбу Чонгука. — Ты станешь— — Да, — прервал его Чонгук, улыбаясь. Чимин засмеялся, снова прижимаясь губами к губам Чонгука. Его.