Blanco

Недовольно морщусь от неприятного звука. Как же надоел этот противный и ритмичный писк. Голова начинала уже болеть от этого. И еще это дебильное покалывание в правой руке, и в принципе ощущение скованности в ней. И эта тянущая боль в животе и спине. Да еще и запах больницы, а еще кажется цветов. Приятный запах цветов где-то сбоку. Он мне определенно нравился. Стоп. Резко открываю глаза, и тут же морщусь. Слишком яркий свет и слишком все вокруг белое. Зрение более-менее приходит в норму, я наконец позволяю себе рассмотреть место, в котором нахожусь. И это оказывается просто больничная палата, рассчитанная на одного человека. Вполне себе обычная палата. За исключением того, что рядом с моей койкой стояло кресло, и там лежала куртка мужчины. Но, как и ожидалось, никого рядом не оказалось. *Меня резануло ярким светом от белоснежных стен. Слабо оглядываюсь, замечая, что к моему тело протянуто очень много проводков и трубок. Тело ужасно болит, в особенности спина и шея. Значит я все-таки выжила в той аварии. Вздрагиваю от нахлынувших воспоминаний. Хочу забыть их. Они как самый страшный промежуток моей жизни. Приподнимаюсь на локте, чувствуя, как тянет спину и живот. Шиплю, но все-таки удерживаю тело на руках. Край одеяла был отброшен, и оно, кстати, больше походит на простыню. Я в больничной рубашке. И через нее чувствую плотные бинты. Даже легкое прикосновение вызывает боль. С большим трудом я приняла сидячее положение, держась за голову. Все же, болеть от этого писка она в итоге начала. *Сделав шаг вперед, ощущаю в спине и животе неимоверную боль, будто бы меня проткнули раскаленным ножом. В голове резко всплывают воспоминания прошлой ночи. Словно белой вспышкой я вспомнила все. Абсолютно все. Перед глазами пронесся тот ужасный момент. Буквально на несколько секунд я вновь оказалась там. Черт. Эрик! С трудом сбрасываю ноги с койки чувствуя, как сильно кружится голова и перед глазами плывет. Ух, так, только не упасть. Только не упасть блин! По привычке касаюсь щеки, и ощущаю под пальцами пластырь, на носу и правой скуле. Шикарно, еще и лицо разбила об асфальт. Да дурацкая капельница! Хотелось к чертям собачьим вытащить эту иглу из моей руки. Перебарывая головокружение, я повернула голову, занося руку над катетером в руке. Но останавливаюсь, услышав звук открывающейся двери. Буквально через пару секунд палату заходит Тони. Смотрю на него, а он в свою очередь смотреть на меня, точнее на то, как я пытаюсь убрать иглу из руки. Кажется сейчас начнется буря… - Даже не думай! - Тони в два больших шага оказывается рядом со мной, и с силой давит на плечи, заставляя лечь обратно. Мои выражения на испанском были просто пропущены мимо ушей. Он был зол и одновременно сильно устал. Синяки под глазами говорят о бессонной ночи. А потерянный взгляд настораживал и пугал. - Да со мной же все в порядке. Заживет быстрее чем отрастет твоя борода – язвлю, чувствуя злой взгляд Тони, который все еще удерживал меня в горизонтальном положении. - Да в порядке я! - порываюсь встать, и хватаю Тони за предплечье, и почти тут же падаю обратно, сгибаясь от тянущей боли в животе. Зря был сделан резкий рывок, однако. Крайне зря. Старк кладет руку на мое плечо, сжимая в поддерживающем жесте. - Алекс! -  перевожу взгляд на живот, и замечаю, как по рубашке расплывается красное пятно. Рана вновь начала кровоточить. Да что за невезение. Теперь я точно из палаты не выйду в ближайшее время. Старк вызвал врача, и потом его выгнали из палаты, дабы мне сделали строгий выговор и перевязку. Рана выглядела сильной я бы сказала. Ну да, в меня просто влетел кусок железа и сделал во мне дырку. Всего то. Хотелось почему-то рассмеяться от всей сложившейся ситуации если честно. Вот прям на полном серьезе. Это скорее всего было уже нервное, и да, я не удержалась от смешка. После чертовски строгого выговора, во время которого я подавляла смех, мне наконец то дали возможность остаться одной. Думали все? Нет, ни черта подобного. Старк тут же ворвался маленьким ураганом в мою палату. И кажется взгляд а-ля «я хочу оторвать тебе голову, но не буду так как ты моя дочь» говорил о многом. И о том, что мне не слабо так влетит от него сейчас. - А теперь объясни мне одну простую вещь. Какого черта мне звонят посреди ночи, сообщая что ты в реанимации после аварии!? - Тони говорил спокойно, но было видно, что он вот-вот перейдет на повышенные тона. Это было понятно. Его единственная, как я думаю, дочь, попадает в аварию в первый же день приезда. Да еще и в реанимацию. А вот желание перечить и вступать с ним в словесную перепалку у меня отпало после собственных умозаключений. Не хватало еще чтобы у него сердечный приступ какой-нибудь случился. - Вышла погулять, поехала на гонку, машина взорвалась, мне прилетело куском железа в спину. Теперь я в больничке как видишь - все-таки я немного начала язвить. Что поделать, мне можно. У меня дырка блин в теле! Имею право, как говорится. Хотя я полностью сама виновата в этом. Надо было уходить дальше. - А теперь без своего излюбленного сарказма, и объясни все подробно - он резко стал спокойным, и присел в кресло рядом со мной. Спокойно уйти из палаты мне видимо никто не даст. Ну ладно, не буду пытаться пока что. Стоит пока успокоиться, иначе та врач мне точно голову скальпелем отрежет, и я буду уже с красным браслетом, а не с белым. Выдохнув, я пересказала ему события прошедшей ночи в деталях. Про встречу с ребятами из команды, про неизвестного, про машину Эрика. Пришлось соврать про то, что я поглотила огонь. Не хотела я раньше времени раскрывать все карты, так сказать. Тони задавал некоторые вопросы, что-то смотрел в телефоне, и потом позвонил Пеппер, с просьбой приехать в ближайшее время. А потом молчание начало затягиваться. Тони обдумывал что-то свое, а я же хотела узнать, что там с парнями. И наконец я выдержала этой гробовой тишины. Серьезно, она слишком сильно напрягала. А еще в голове возникло воспоминание о падении Ника. Упал… Он будто поскользнулся на чем-то… на чем-то… поскользнулся… неизвестный, который уехал ровно после взрыва… Слишком много подозрительного. - Ты ничего больше не хочешь мне рассказать? – Тони устало и потерянно смотрел на меня. Сердце пропустило удар и в голове начали роиться сотни мыслей. Но ода буквально маячила красным флагом перед глазами. Он узнал. - Я вроде бы все тебе рассказала? – скорее спрашивала я, надеясь, что ошиблась в своих суждениях. Я очень надеялась, что он не узнал про мои силы… Тони же молча встал, и что-то открыл на планшете. А после протянул его мне, с пустым и холодным взглядом. Я же, была уверена, что мои зрачки расширились от ужаса. На экране была запись с видеорегистратора моей машины. Про который в тот момент, я абсолютно забыла. Дрожащей рукой я нажала на воспроизведение, и видео пошло. С того момента как я подбежала к машине Эрика и через секунду буквально вырвала дверь с петель. И первые кристальные слезы упали на экран планшета. - Все еще ничего не хочешь мне рассказать? Почему я должен был ставить на твою машину трекер GPS? Потому что ты могла хотя бы просто предупредить, что уезжаешь – поднимаю голову на отца, видя его выжидающий и слегка потерянный взгляд. - Я… Видя мое потерянное состояние, Тони вздыхает. Скрестив руки на груди, он смотрел на меня, как смотрит родитель на провинившегося ребенка. - Пеппер отдала мне конверт когда ты уснула в самолете, но я хотел, чтобы ты сама мне все рассказала. И да, я знал, что ты поедешь на гонки, как только представится возможность. Да, в машине стоит GPS-трекер, Хеппи поставил его, как только прибыла машина. Я вернусь через деять минут. За это время, я надеюсь, ты найдешь что мне сказать, и не попытаешься улизнуть из больницы. Даже если попытаешься, на улице сидит Хеппи в машине, а около двери стоит охрана. Да Алекс, я перестраховался на этот случай. У тебя десять минут – на последних словах он вышел из палаты, оставляя меня в одиночестве обдумывать его слова. То, чего я боялось, сбывается с крейсерской скоростью. Отец узнал о моих силах. До банального просто и тупо, видеорегистратор! Я остановила видео на моменте, где я поглотила огонь, и едва не ударила по койке от злости. Злости на саму себя. Правда всплыла, и уже ничего не изменить. Раз он знает о силах, вероятнее всего знает и о боях. Черт! С одной стороны меня радовало то, что лгать мне не пришлось, но и… *Но больше всего меня пугала его реакция на то, когда он узнает кто я на самом деле такая, и что скрываю. Меня пугало это ужасно. До дрожи в коленях, и тремора в руках. Я буквально представляла, как он направит меня свое оружие Железного человека и убьет на месте. Это пугало. Чертовски пугало. Я не хотела такого исхода. Я боялась. Боялась вновь оказаться прокаженной в глазах близких. Было страшно от того, что Тони просто мог отказаться от меня. Выбросить. Зачем такому человеку как Тони Старк, такая дочь как я? Мутант, способный управлять огнем. Мутант, который может сжечь до тла все, до чего дотронется. Мутант, которому приходилось избивать других мутантов ради денег… Девушка, которая постоянно попадает в неприятности. Девушка, которая жизнь других ставит превыше своей. Девушка, которая десяток лет моталась по миру в поисках адреналина и победы… Тони Старку не нужна такая дочь как я… Едва мой поток мыслей окончился, и слезы уже текли не переставая, дверь в палату открылась. Тони вернулся, порядком меня удивив. Я бы даже сказала, чертовски сильно меня удивив. - Мы не знали какой именно сок ты любишь, поэтому Хеппи привез два. И еще протеиновые батончики, и коктейль. А еще, фастфуд тебе сейчас нельзя, но можно немного сладкого, поэтому я съездил за чизкейком… Я сидела в прострации, когда Тони поставил все на стол над койкой и довольный, но порядком уставший сел в кресло. Он буквально вгрызся в гамбургер, и удивленно посмотрел на меня. - Что? Я пол ночи просидел в больнице около операционной, и еще половину утра, я хочу есть – я все еще не знала, что ответить. Его реакция… кардинально отличалась от той, что я ожидала. Я бы сказала, что была в ступоре, хотя так и было в принципе. - Ты не будешь… пытаться меня как минимум убить? – от моего вопроса он едва не подавился гамбургером, и посмотрел, как на умалишённую. - Была конечно мысль оторвать тебе голову, но черт возьми, ты считаешь, что я настолько плохой отец? – он убрал пустую упаковку, и сделал глоток из бутылки. - Нет, ты не плохой отец, просто… я ведь… мутант… - слова давались мне весьма трудно. - А у меня в груди стоит дуговой реактор, который не дает шрапнели добраться до моего сердца – я сглотнула. Теперь же я осознавала, что мы не так и далеко ушли друг от друга в плане особенностей. - Лучше, просто задавай вопросы, так будет чуть легче… - Почти все что я хотел узнать, я узнал из письма твоего дедушки. Признаться, он весьма красочно описал то, что ты можешь делать – он сложил руки на груди, смотря на меня, и ожидая что я хоть что-то ему скажу. И как на зло, я не знала, что сказать, поэтому молчала. - Больше всего меня интересует то, почему ты сама не сказала про способности и бои? - Я боялась. Боялась реакции на правду. И в какой-то степени, молчание о силах стало привычкой. И привычка стала установкой по жизни – ухмыляюсь – я слишком часто сталкивалась со страхом людей, когда они узнавали о моих способностях. Все детство я сталкивалась с людским страхом, ненавистью, отвращением. Когда же, местные узнали, мне дали прозвище: El diablo de la familia Martínez… - Дьявол семьи Мартинес… - Тони смотрел на меня с грустью и сожалением. - Хах, да, хоть и прошло уже много времени, старшее поколение периодически так меня называет. Все более-менее успокоилось, когда появились близнецы. Примерно в то же время я начала увлекаться машинами. Закончила школу и начала пропадать. Но не все так хорошо. Ты ведь знаешь, что как правило, человек боится того чего не понимает. - Тебя боялись из-за силы, и того, что ты могла сделать, используя ее – грустно смотрю на отца. - Так было и будет дальше. Но есть и еще одно. Страх — одно из сильных человеческих чувств, и именно он часто руководит неприятием непонятного. Кроме того, появление чего-то непонятного может вызывать дискомфорт в сознании, и человек может пытаться избавиться от объекта, который вызывает эти ощущения. В моем же случае, попытается отравить… Но мне крайне повезло, мой организм буквально выжег яд из тела… Поэтому то, я и не рассказывала - Тони выглядел настолько ошеломленным и расстроенным, что мне самой стало больно - Да и, я в принципе редко рассказываю о свое боли. Когда команда распалась, я осталась одна. Одна наедине с болью и обидой. И в тот момент, я решила для себя – лучше быть одной, никто не сможет сделать тебе больно. Одиночество стало спутником, а собака стала единственным другом. В тот период я практически не появлялась дома… А когда приезжала, ничего не рассказывала, прикрываясь смехом и шутками… Постоянно держала все в себе. Переживала всю боль сама. И решила огородить их от себя и своей боли. И от того, чем занималась... Я сглотнула и посмотрела на потолок, стараясь не заплакать. Отец же молча слушал, не перебивая. А мои руки начинали мелко подрагивать. - Когда не было гонок, были бои. Тогда я считала их своей возможностью выплеснуть всю боль и злость. Считала себя практически непобедимой, до определенного момента. Я как-то познакомилась с девушкой, милая особа, с мутацией, позволяющей ей усилить свое тело, делая ее словно из стали. Но она, так же, как и я, слишком сильно была уверена в своих силах. Был бой, двое на одного. Нас поставили против мутанта с похожей силой как у нее. Мы простояли на ринге, ровно пол минуты. Мутант, против которого мы вышли, слетел с катушек. Начал разносить ринг. Когда же, один из охранников вышел на ринг с ружьем с транквилизаторами… Бера проломил ему грудную клетку одним ударом кулака… Он за несколько секунд убил двоих людей… Боже, я в жизни не видела столько крови… Я с силой закрыла глаза, сжимая ладони в кулак, вновь переживая воспоминания того дня. Неожиданно, отец обнял меня, и сил сдерживать слезы у меня не осталось. Я просто вцепилась руками в футболку отца, дрожа от переполнявших меня эмоций. - Поэтому я не хотела тебе ничего говорить. Потому что не хотела причинять боль еще кому-то… - Правда всегда ранит, но молчание может убить. В твоем же случае, молчание может сделать тебя уязвимой. Слабой? Алекс, рядом с близкими людьми, позволительно быть слабым и уязвимым… - Пап, прости меня… Он отстранился от меня, удивленно смотря в глаза. - Ты назвала меня папой? - Да? - Я думал ты всю жизнь будешь называть меня Старком или язвой – мы засмеялись, и отец сел доедать второй гамбургер. Я же, ела чизкейк и думала над произошедшим. Реакция Тони, была слишком… простой? Если подумать, то, с другой стороны, то это я бы назвала, адекватная реакция. Скорее всего, я слишком часто страдала от моих способностей, и просто привыкла к боли и осуждению. Видимо, я слишком долго была в своих мыслях, потому что папа щелкнул пальцами перед моим носом, привлекая внимание. - Прием, Старк вызывает дочь! - Пап, мне нужно к Эрику с Ником – Тони посмотрел на меня, будто бы пытаясь прожечь дырку. Взгляд был уставший, но строгий. А мой уверенный, наверное, и сонный. Странное сочетание. Мы прожигали друг друга взглядом очень долго, и наконец Старк сдался. Я ликовала в душе. Один-ноль пока что, и в мою пользу, богатенькая бородка. Он поднялся с кресла, и подошел к каталке. - Мы с тобой еще поговорим на эту тему. В особенности что касается твоих ночных разъездов - последние слова он говорил тише. Так, а вот это мне не понравилось. Что-то с машиной? Или что-то еще случилось? - Я ведь с машинами ближе, так что гонять я буду в любом случае - улыбаюсь, и вижу, как Тони прикатывает ко мне инвалидное кресло. Кажется, я готова была спалить его к чертям собачьим. Ну нет, никакими силами, и не при каких обстоятельствах я не сяду снова в инвалидное кресло. Вот даже не просите. Нет. - Я не сяду. Не после того, как я полгода на нем проездила - Старк вздыхает и помогает мне сесть. Еще эти дурацкие тапочки, аж глаз дергается. Смирившись с неизбежным, я свешиваю ноги, и замечаю помрачневшее лицо Тони. Приподнимаю бровь, взглядом спрашивая, что не так. - Твоя машина немного пострадала при взрыве - я даже воздухом подавилась. Как так? Насколько? Черт. Я же ее оставляла далековато… - Объяснишь позже, сейчас проведаем ребят – вытащить иглу из руки мне не позволили, так что пришлось схитрить и просто незаметно ее выдернуть, за что я получила подзатыльник. Зло смотрю на Тони, и вижу победную улыбку. Ладно, один-один, бородка. Посмотрим кто-кого. Тони что-то недовольно пробурчал про то, что я буду сидеть под домашним арестом. Да, конечно. У меня было дико плохое предчувствие, в особенности, когда я увидела приоткрытую дверь в палату Ника. По пути, Тони задержал лечащий врач, и сделал строгий выговор, за то, что я не лежу в палате, а шатаюсь по коридору. Кивнув мне, он остался, и я пошла дальше до палаты. Я уже занесла руку чтобы толкнуть приоткрытую дверь, как услышала диалог. - Я знаю, что должен был следить за ней. Черт, Фил, все вышло из-под контроля! Да я облажался, опять, нет, она в палате, беседует с отцом. Да, Старк здесь. Хорошо. Принял… Слова друга эхом звенели в голове. Друга? А друг ли он мне? Черт! День принимает отвратительный поворот. Я мешкала с тем, чтобы зайти в помещение. Зайти в палату, где был человек, с которым я столько прошла. Где лежал человек, на которого я могла положиться. Тот который всегда мне помогал… Моя рука мелко дрожала, а непонимание и злость только увеличивались. Кажется, я даже услышала, как треснула стена в моем мире. Как лопнула нить доверия к этому человеку. Замечаю, что отец идет в мою сторону, и отхожу от двери. Выглядел он весьма напряженным, и я бы сказала он со злостью сел на диванчик. А мои руки продолжали мелко подрагивать от перенапряжения. - Только не долго. Не хочу опять слушать нравоучения о том какой я плохой отец от третьего врача по счету – Тони закатывает глаза на что я коротко смеюсь, и толкаю дверь. Раз уж сегодня день правды, я тоже хочу узнать все. Ник в спешке состроил сонное лицо, и я закрыла за собой дверь. - Алекс как ты… Я спокойно прошла к окну, опираясь на него копчиком. Казалось, что так будет проще вести диалог. Я сложила руки на груди, пустым взглядом смотря на Никласа. Злость брала свое. Контролировать себя становилось все труднее. С каждой секундой я норовила покрыться пламенем. - Я знаю тебя почти 5 лет. Точнее, думала, что знаю… – казалось мой голос выцвел. Потому что даже я удивилась тому, насколько безжизненно он прозвучал. Ник смотрел на меня с непониманием. - О чем ты? – улыбаясь спрашивает парень и садится на койке. Взгляд он не отводил, но выглядел потерянным. Если бы я не слышала разговора, то подумала, что ничего не произошло. Что все в порядке. - Твои слова: Я знаю, что должен был следить за ней – парень поднялся на ноги, и я мгновенно выставила перед собой руку, покрытую огнем. Жар переливался бледно-синим и светло-оранжевыми всполохами. Злость вырывалась наружу адским пламенем. Но я лишь зло смотрела на бывшего друга. - Черт… - Ты расскажешь мне все, иначе – пламя с руки перешло на все тело – живым ты отсюда не выйдешь – я едва не зарычала. При любом раскладе я бы не стала применять способности. Может я и не святая, но уж точно не убийца. Ник закрыл глаза, злясь. - Хорошо – он сел обратно на койку и пламя погасло. Я скрестила руки на груди, выжидающе смотря на знакомого. Потому что не знала, как мне его теперь называть. Доверия к нему, уж точно больше нет. - Говори, пока я не позвала отца – медленно, но, верно, терпение начало испаряться. - Что именно ты хочешь знать? - Кто ты, на кого работаешь, а какого черта ты следишь за мной – он виновато смотрел на меня, и даже на секунду я подумала, что он раскаивается. Но, нет. - Я агент ЩИТа – что-то новое, однако - Стратегическая Интервенционная Тактико-Оперативная Логистическая Служба, сокращенно Щит. Изначально служба была вне-государственным военным, анти-террористическим и разведывательным агентством США, целью которого является сохранение мировой безопасности. Это все что я могу рассказать про организацию… - Фил. Ты назвал имя Фил. На него ты работаешь? Он сказал тебе следить за мной? - Да, я работаю на него. Он отдал приказ следить за тобой… - Какова причина этой слежки? – я пыталась переварить сказанную Ником информацию. - Алекс… - Какова. Причина. Слежки – я даже не стала пытаться держать эмоции под контролем. Злость и ярость захлестывали словно лавиной. Хренова секретная организация мной заинтересована! Просто прекрасно! - Ты один из кандидатов Инициативы «Мстители» Она является секретным проектом Щ.И.Т.а, группа из самых выдающихся индивидов, для защиты Земли от неминуемых глобальных угроз. Данные индивиды действовали бы как команда быстрого реагирования на эти угрозы, которые были бы не по силам человечеству. Это максимум что я могу тебе рассказать! – оттолкнувшись от подоконника я пошла к двери. - Эрик знает? - Эрик поэтому и расформировал команду… - С этого момента, ты для меня просто давний знакомый. Увижу тебя – пеняй на себя. И передай своему начальнику: из-за прошлой дружбы… Дверь резко открылась, запуская лечащего врача. Я же выдохнула, под тяжелым взглядом женщины. - Иду я, иду – доктор Аманда Перриш, как было написано на пейджере, скрестила руки на груди. От этой женщины шла просто убойная аура. Вот серьезно. Как-то перечить резко перехотелось. Да и силы как-то резко закончились. - МакКалистер! – Ник резко побледнел, и, кажется, престал дышать. А я же вышла из палаты совершенно разбитая, и потерянная. Слежка. Щ.И.Т. Инициатива Мстители. Сохранение мировой безопасности. Тони пришлось рассказать правду. Боже, единственное чего мне хотелось, чтобы этот треклятый день наконец закончился. - Алекс? Я смотрю на отца и вновь не знаю стоит ли говорить об услышанном. И я решаю пока ничего ему не рассказывать. - Немного поругались, и я слегка вымоталась. Нужно еще сходить к Эрику, и на сегодня я не вылезу больше с койки - мученически опустила руки, на что отец меня приобнял. В итоге мы под удивленные взгляды шли до палаты Эрика. Точнее медсестры буквально разгневанными фуриями налетели на меня, ругая, за то, что я встала, и за то, что я не в инвалидном кресле. Я же просто их проигнорировала. Нашлись мне, и без вас забот хватает. Стоило войти в палату, как на нас посмотрели врачи. И от их взглядов захотелось куда-нибудь спрятаться. Желательно куда подальше, а лучше вообще в другую страну. Ибо они не предвещали ну ничего хорошего. От слова совсем. Но состояние не позволяло даже нормально отреагировать. Как мне объяснил его лечащий врач, особо серьезных травм он не получил, из такого, только лишь несколько сломанных ребер, и мелкие царапины, и ушибы. И все. Эта новость несказанно меня порадовала. Будем честны, я очень сильно радовалась, что с Эриком ничего серьезного не было. А потом врач ворчал на меня за нарушение правил, и на то, что с моим ранением я должна сидеть на мягком месте ровно и не дергаться. А еще лучше лежать в палате и отдыхать. Так же он сделал выговор Тони, за то, что он вообще позволил мне сделать это. А после врач Эрика и Старк удалились из палаты, оставив меня один на один с парнем, лежащим на больничной койке. Тишина давала со всех сторон, и казалось, что у меня буквально сердце остановится если сейчас что-нибудь произойдет. Перенапряжение на сегодняшний день, побило все рекорды. Эрик вроде просто спал. Если судить по закрытым глазам и спокойно вздымающейся груди. Возможно нет, и он все слышал, но притворился спящим и резко раскроет глаза, напугав меня до чертиков. Или же пора меньше накручивать и наконец перестать быть каменной статуей и подойти. Медленно двигаюсь к его койке, замечая, что на нем множество бинтов и пластырей. Хмурюсь, и аккуратно опираюсь руками о край. Замечаю, что на носу пластырь. Кажется на скуле ссадина. И разбита губа. Ничего, на нем все быстро заживало. Сейчас не исключение. - Нам с тобой голову оторвут, Эрик Бейкер – тихо говорю я и сжимаю ладонь парня. Холодная. Буквально ледяная. Вообще сначала показалось что я кусочек льда сжала, а не человеческую кисть. Вздрагиваю, но ладонь не отпускаю. Мысли в голове путались, и в висках начала чувствоваться боль. - Из нас, больше всего пострадала именно ты, так что тебе голову оторвут в первую очередь – он медленно приоткрывает глаза и слабо начинает улыбаться. Взгляд бегает по пластырям на лице, и на повязку на руке, которую я сама только что заметила. Хотелось одновременно его обнять, ударить и еще наорать на него, не стесняясь в выражениях. - Если ты шутишь, значит все в порядке – облегченно выдыхаю и позволяю себе улыбнутся. Парень пытается сесть, на что я едва ли не рычу. Надавив на плечи ослабленного Эрика, заставляю его принять обратно лежачее положение. Будь он в форме, скорее всего лежащей оказалась я, а он бы смеялся. Как обычно в принципе. - Ну, по крайней мере Ник тоже получит по голове от женушки – неожиданно выдает он с серьезным выражением лица, на что я лишь отвожу глаза. - Я знаю про слежку, Щ.И.Т. и прочее – тихо говорю я, пытаясь разобрать мысли. - Я и сам не знал, пока не услышал его разговор по телефону после той аварии – парень кладет руку на лоб, смотря на меня. - Ты по этому расформировал команду? – кажется, правды сегодня слишком много. Через чур много для меня. - Думал, что так смогу тебя отгородить от этого, но, не вышло – я грустно улыбаюсь. - Все равно спасибо…. - Я предлагаю закрыть эту тему, чтобы всем было легче. И да. Старк. Он то, чего здесь делал? – кладу руку на затылок, и улыбаюсь, смотря в потолок. Он ведь не знает. Блин. Как неловко то получается. Чувствую на себе пристальный взгляд, и стараюсь не рассмеяться. Блин, идиотизм какой-то. - Ну, как бы, Тони Старк мой отец – выдаю я и медленно-медленно перевожу взгляд на парня. Он смотрел на меня крайне удивленно. Ну ладно, он смотрел на меня ну просто офигеть какими удивленными глазами. - Серьезно? – Эрик поднимает бровь вверх, как бы спрашивая, ты прикалываешься что ли? Эх, нет, я вполне себе не шучу. - Серьезно – наступает тишина, нарушаемая лишь пиканьем прибора, дыханием Эрика и щебетом птиц за окном. Опять тишина, да что сегодня за любовь к тишине то а?  — Это, весьма неожиданно, учитывая некоторые твои особенности – медленно и тихо, так чтобы услышала только я, произносит Бейкер. Киваю, не зная, что на это ответить. Сжимаю руками поручень, и смотрю на белый браслет. Костяшки на руках побелели, от того, как сильно я сжала бедное железо. - Он знает. Точнее узнал вчера. Видеорегистратор – я отчаянно хотела забыть сегодняшний день. - Черт. Гениально и глупо одновременно. В твоем духе, Алекс – смеется Бейкер, и я вслед за ним. Мы еще какое-то время разговаривали и после оба ушли в свои мысли. Каждый обдумывал новую информацию. А за размышлением я и не заметила, как дверь в палату открылась, и не замечала ледяной ладони на своей руке, с силой, сжимающей поручень. - Ваше время кончилось, и вы тоже идите в палату! – в помещение зашла врач, стоп. Это ее голос я слышала! Да я определенно уже слышала этот строгий, и в то же время мягкий голос. *— Разряд! — тело дернулось. Как же хочется спать… вокруг мутные силуэты, что происходит… - Да, сейчас – женщина смотрит на меня очень строго, и скрещивает руки на груди. Вновь поворачиваюсь к Эрику, и наклоняюсь к нему. - Будь осторожна, я не знаю, что именно хочет от тебя Щит, но думаю ничего хорошего – едва слышно произносит Эрик, так что я едва расслышала. - Я завтра зайду –Взгляд женщины стал мягче. Она улыбается уголками губ и выходит. Ледяная рука пропадает. Я же медленно иду к двери. Положив ладонь на холодную железную ручку, оглядываюсь на парня, и мягко улыбаюсь, прежде чем выйти из палаты. Оглядевшись, замечаю, что отец разговаривал с лечащим врачом. С миллионом мыслей и разбитым состоянием я вернулась в палату, вместе с отцом. Погруженная в свои мысли, я все-таки легла на койке. И на перед тем, как уйти, Док сказала, если еще раз она увидит меня в коридоре, то привяжет к кровати. Да, перспектива такая себе если честно. Тони она выгнала, под предлогом того, что надо провести осмотр, так как цитирую: Из-за твоих похождений рана могла вновь начать кровоточить, и вообще, тут больница, а не летний лагерь для подростков. Позже ко мне приехала Пеппер, и под ну очень строгий выговор, теперь у меня позднее сидела. Женщина привезла мне спортивные штаны, и свободную футболку с кроссовками, за что я ее чуть не расцеловала. Дождавшись пока я переоденусь, вновь зашла Аманда, чтобы поставить мне катетер. И капельницу, а лишь потом запустила Пеппер. Тони же уехал по делам. А я не могла сконцентрироваться на том, что просила Пепп. Мысли были где-то очень далеко отсюда. Женщина показывала мне фотографии квартиры, которые сама и сделала. Она оказалась просто идеальной, но пустой, как я и просила. Хотелось хотя бы это самостоятельно сделать, но и тут меня обломали. Пеппер показывала мне каталоги с мебелью, и мы засиделись до самого вечера. Каталоги быстро сменяли друг друга, мы даже спорили, какой цвет будет у ковров. Смешно, но весело надо признать. Помогло немного отвлечься. Но вот когда Пеппер открыла мне каталог с растениями, мы зависли надолго. Было столько всего, но первое что я выбрала, была монстера. Громадная, с крупными листьями. Потом была экзотическая пальма, ховея, которая тоже была крупная. Сансевиерия. Еще несколько, и несколько настольных, я бы сказала. А вот выбирать подушки и плед, Пеппер сказала мне самой. И все это затянулось до самого конца времени посещений. И я была вымотана. Максимально. Вымотана морально до состояния пустоты, и вымотана физически до ноющей головной боли. Но было приятно. В компании с этой женщиной, чувствовалось спокойствие и возможно та самая материнская забота, которой мне так сильно не хватало. Да и учитывая, что произошло за этот чертов день, мне было необходимо разгрузить мозг более спокойным занятием.

***

Три дня. Три чертовых дня я пролежала в больнице! Правда в основе своей я проспала эти трое суток. Организм никак не хотел бодрствовать. И в те редкие моменты пока я бодрствовала, ко мне заходил Эрик, и мы разговаривали, пока я опять не отключалась. Организм будто перезагружал настройки за эти три дня. Скажем так систематизировал всю полученную мной информацию, во избежание перегрузки. Когда же Тони наконец то приехал забрать меня, это было счастье. Я никогда не была так рада отцу, как в тот момент. Собрав вещи, мы пошли к машине, под мои радостные мысли. Но перед этим зайдя к Эрику, и обнаружив его спящим, я ушла. Старк отвез меня на квартиру, как я и просила. Правда сначала он был категорически против этой идеи, так как хотел, чтобы я находилась рядом. Под присмотром, так сказать. Но мне удалось его переубедить. Либо он решил, что это поспособствует налаживанию контакта. Он был прав. В квартире меня ждало удивление. - Стой, это ведь не та квартира, которую я выбрала… - Да, это второй вариант, который тебе предлагала Пеппер – филантроп улыбался, а я стояла в шоке. - Пап, ты понимаешь, я ведь не миллиардер, я финансово не смогу тянуть эту квартиру… - Ну, на этот счет можешь не беспокоиться, я купил ее. Считай это подарком на день рождения! – весело отвечает гений, смотря на мое состояние. Состояние шока. - Ты… - Пеппер приедет чуть позже, а я убегаю по своим делам, развлекайся! – и он буквально почти убежал. Быстрым шагом покинул квартиру, оставив меня в одиночестве и шоке. Я осматривала гостиную, находясь в смятении. Мебель и некоторые мелочи были доставлены, стояли на местах. Но хоть квартира была наполнена вещами, я все равно ощущала давящую пустоту вокруг. Все казалось искусственным в какой-то мере. Я принялась рассматривать квартиру. Просторная, что могу сказать. Огромный зал, совмещенный с кухней. Просторная кухня, большая зона гостиной. Громадный телевизор на стене, и приставка. Угловой диван, за которым стояли 2 открытых книжных шкафа. И лестница ведущая на второй этаж. Я решилась подняться наверх. Ванная комната, так же большая. Просторный кабинет, совмещенный с зоной отдыха. И опять игровая приставка. Черт, даже мини-холодильник! И спальня, размерами примерно, как гостиная. А также небольшая к моей радости лоджия, с мягким угловым диванчиком и с большим количеством растений. Все еще находясь в культурном шоке я спустилась вниз, и направилась на кухню. Вся квартира была выполнена в темных оттенках. Что мне нравилось. И много растений, что радовало еще больше. Но предстояло много чего убрать и разобрать многие коробки с вещами, которые мы заказали. Ох, чувствую это затянется на очень долгое время. Я пила сок, когда услышала женский голос. - Алекс? – на кухню вошла Пеппер. Я даже удивилась. Честно. Простая футболка и джинсы с кроссовками. Она меня удивила, это после строгих костюмов и туфель. Женщина казалась такой простой и домашней, что было приятно. А еще она веселая. - Он выкупил весь этаж и перестроил в квартиру? - Вообще, это было офисное помещение. Да, он перестроил весь этаж. В этом весь Тони… Я прибывала в еще большем шоке.

***

Мы довольно весело провели время, за уборкой помещений. И за тем, что развешивали некоторые украшения интерьера. Женщина много рассказывала, как и я в свою очередь. Пепп парадировала Тони, как и я, и мы заливались смехом. И управились со всеми делами мы уже ближе к вечеру. Даже успели сходить в магазин и закупиться продуктами, и вещами так сказать, первой необходимости. А еще я успела заглянуть в один отдел. И в итоге у меня теперь была большая плюшевая акула, и несколько гирлянд разной длинны и вида. Так же были куплены красивые рамки под фотографии. И много мелочевки для интерьера. Завтра я обязательно всем этим займусь, но сегодня уже все. Сил не было ни на какие домашние хлопоты. Серьезно, мы провозились до самого вечера. И теперь уставшие, но довольные проделанной работой мы сидели на кухне. - Ох, кофе остыл – женщина потянула руки к чайнику, как я улыбнулась, и сама взяла кружку. Использовав силы, я сделала напиток вновь горячим. И застыла с протянутой рукой, понимая, что только что сделала. - Вау – медленно поднимаю глаза на Пеппер, которая в свою очередь смотрела на мою руку. Я черт возьми только что использовала силы перед ней! - Я читала то, что передал мне твой дедушка, но, чтобы видеть это в живую, это поражает – женщина, кажется, удивлялась как ребенок. А после приняла кружку с кофе. Я видела искорки осторожности при этом движении, но все же. - А ты можешь показать? – Вирджиния смотрела на меня с неподдельным интересом, словно маленький ребенок. Выдыхаю, и ставлю кружку на стол. Мгновение и на моей ладони появляется небольшое пламя. Женщина удивленно смотрела на все это. Оно брыкалось, языки пламени окружали пальцы, после небольшого движения руки, пламя резко сорвалось и маленьким фениксом вспорхнуло вверх, медленно распадаясь на искры. - Вау, это красиво – хотя этот так и есть. Огонь — это опасность. Это страшно. Но это в то же время довольно красивое явление – изрекает Поттс, делая глоток кофе. — К сожалению, не все такого мнения — выдыхаю, и слышу звук открывания двери. Нежданный гость выругался, и что-то видимо пошло не так. Послышался грохот, а затем звук падения. Видимо Тони запнулся о мой рюкзак и свалил одну из коробок. Класс. — Хотел называется сюрприз сделать — непонимающе смотрю на Старка, который заходил на кухню. Сюрприз? Чего? Что еще придумал отец? Что на этот раз? — Так вот зачем ты уезжал — Пеппер смотрит на мужчину, в руках которого была папка с документами. Документы… боже избавь меня от его гениальных покупок! - Как же я устал - Тони падает на стул, и обессиленно откидывается на спинку, расстегивая кофту. Так не привычно видеть их обоих расслабленными и по домашнему спокойными. — Есть что-нибудь выпить? — Тони снял кофту, кладя ее на стол. О да, выпить есть. Я уже оценила набор алкоголика на кухне. — Виски, бурбон, абсент, и еще много чего — кошусь на Тони, понимая кто именно купил весь этот алкоголь. Но коварно улыбнувшись, наливаю мужчине кофе. Кружка оказывается перед Тони, и тот скидывает бровь. Два-один, бородка. Пеппер улыбается, и извинившись, уходит по делам. — Да ты шутишь! — Железный человек лишь вздыхает, и принимает напиток. А тем временем принялась за документы. Так, это документы на квартиру, и гараж. О, будет куда машину поставить. - Не стоило так тратиться - тихо говорю я, чувствуя, как совесть буквально съедает меня. Я здесь сколько? Меньше недели? И уже столько всего произошло! - Только не начинай, и пошли в гостиную - фыркаю, и убираю документы в шкаф. Стоило мне выйти в комнату, как я едва не взвыла от досады. Коробка была на полу, хотя я четко помню она была сверху. И на полу были фотографии и фотоальбомы. Видимо ее Тони и сбил. Отец поставил кружку на стол, а я принялась собирать фотографии. Тем временем филантроп буквально упал на диван. Видимо усталость все-таки дает о себе знать. Провести столько часов в больнице, а после этого еще и квартирой заниматься… Титанический труд я считаю. — Это ты? — оборачиваюсь, видя в руках Старка фотографию себя. Я маленькая с полотенцем на голове и с собакой в обнимку. Ударяю рукой о лоб, и подбираю последнюю фотографию. Господи, да тут все мои самые идиотские фотографии собраны. Ну шикарно. Кто бы не положил этот альбом, я уже мысленно его проклянула. — К моему сожалению я — сажусь рядом на ковер, положив фотографии и парочку фотоальбомом рядом с собой. Знаете, а смотреть фотографии со Старком оказалось забавно. Особенно учитывая, что некоторые были из ряда: Глаза бы мои не видели эти фотографии. Спрятать их в коробочку, и закопать где-нибудь, где их никто и никогда не найдет. К примеру, где я с голой задницей сижу в кусте цветов. Или, где я измазанная грязью стою рядом с собакой, не менее чистой чем я. Или, где я стою посреди двора и ем траву. Боже избавь меня от этого стыда. Хотелось провалиться сквозь-землю. Были правда и красивые фотографии. Где, к примеру свет падал так, что мои глаза казались огненными рыжими. Или, где я была в машине, которая шла в заносе. Фотографии с гонок вообще хранились в отдельном фотоальбоме. Я за каким-то чертом принесла ноутбук, где были многие интересные видео. И наши семейные посиделки затянулись до поздней ночи. Сказала бы идеально, если бы не постоянные язвительные комментарии Тони, подколы и смех. Хорхе снимал меня, когда я строила из себя супергероя? Да, и еще так незаметно. Стыд был в тот момент просто неописуемым. Ближе к часу ночи, мне смертельно хотелось спать. И видимо в итоге я практически уснула, ибо плохо что помню из последних десяти минут перед тем, как уснуть. Последнее что я запомнила, как Тони поднял меня на руки, и унес в спальню, укрывая одеялом. А затем я провалилась в царство Морфея.