Мальчик-Который-Немножечко-Химера

1981 год. Годрикова впадина. Вечер Хэллоуина, детишки, разодетые в костюмы разной нечисти, в темноте бегают от дома к дому. Взрослые же сидели дома и тихо наслаждались праздничной атмосферой. Так было и в доме семейства Поттеров… Но… Входная дверь, развалившись на кусочки, влетела в дом. Джеймс, отец семейства, крикнул супруге, чтобы та с ребёнком поднималась наверх, и, достав волшебную палочку, начал отправлять заклинание за заклинанием в сторону вломившегося, но тот, казалось, их не замечает. Фигура в чёрном плаще с глубоким капюшоном спокойным, прогулочным шагом шёл вперёд, вокруг него одно за другим образовывались щиты и тут же спадали, только палочка в правой руке едва заметно двигалась. Но вот он начал атаковать, всё также продолжая идти. Серии различных заклинаний и проклятий шли одни за другими. Джеймс на пределе сил успевал ставить щиты, либо уклоняться, однако о дальнейшем обстреле вломившегося пришлось забыть, полностью сконцентрировались на обороне. Но и это не продлилось долго. Со стороны «гостя» впервые прозвучали слова: — Авада Кедавра, — и зелёная вспышка, мелькнув, попала точно в грудь не успевшего отскочить мужчины, завершая тем самым полуминутную дуэль, что мало чего оставила от первого этажа дома. Лишь магия, вложенная в стены, не давала второму этажу упасть вниз. В то же время Лили Поттер с годовалым сыном успела подняться на второй этаж и перепробовала все доступные способы перемещения из дома. Ничего не сработало, в окно же не пропустили чары, должные оберегать, но сейчас обрекающие на смерть. Посадив сына в кровать, ей оставалось лишь дожидаться подмоги. Призыв о помощи был отправлен, и пусть враг заблокировал такую возможность. И на этот случай был предусмотрен вариант, ведь тогда не пройдёт и сигнал, говорящий, что всё в порядке, отправляемых автоматически каждые пять минут. Однако если союзникам нужно было пробираться от границы различных барьеров до дома, да ещё и пробираясь через препятствия, поставленные вторженцем, то вот самому незваному гостю нужно было лишь подняться по ступенькам. Вот он вошёл, красные глаза безразлично осмотрели помещение и Лили с ребёнком. Змееподобный человек, что скрывался за мантией, не обращая внимания на мольбы девушки, указал палочкой на ребёнка. — Авада Кедавра, — но ярко-зелёное заклинание попало не в ребёнка, а в прикрывшую его мать. Величайший Тёмный Маг последнего столетия лишь раздражённо вздохнул. Энергетика после последнего ритуала была ещё в раздрае, а после стычки с Поттером и наложенные «скрепки» уничтожились. Колдовать было неприятно, да и не полезно, как бы в разнос не пойти… Вот он подошёл поближе к мальчугану, посмотрел на него и, что-то пробормотав, вновь отправил смертельное проклятие. Зелёный сгусток угодил ребёнку в лицо, но… что-то пошло не так. Стороний наблюдатель бы увидел, как заклинание попало в ребенка, на секунду задержалось в нём, а после полетело обратно в пославшего его мага. Но тот не рухнул замертво, как должно было быть, а с криком боли и непонимания рассыпался прахом и через секунду лишь одежда, да палочка свидетельствовала о личности, навестившей чету Поттеров на Хэллоуин. ***** Через несколько часов. Двое, старец и женщина в возрасте, смотрели на ребёнка, что мирно спал. — Так это сюда… — сказала МакГонагалл, аккуратно проведя пальцем по линии шрама, проходившего у мальчика через правый глаз. — Да, глаз мальчика не пострадал, только цвет сменил на чёрный и, что интересно, то, что там произошло, уничтожило в мальчике родовое проклятие. Это никак иначе, чем Чудом нельзя назвать, — произнёс старец, смотря на ребёнка с грустной улыбкой. — Ну что же, нам пора, Мини, чары сна и согрева на ребёнка мы наложили, в дверь постучали, письмо положили, охранные чары на дом повесили… — Альбус, ты же тоже не хочешь оставлять ребёнка, так может… — Они его семья, Мини, не мы. Так будет лучше… — Будем надеяться, будем надеяться… Старик и женщина исчезли, и уже через минуту дверь дома, на крыльце которого лежала корзинка с ребёнком, открылась, и дитя занесли внутрь. ***** Спустя семь лет. Давно уже скрылось солнце за горизонтом, и жильцы дома номер четыре на Тисовой улице спали, все, кроме одного. В небольшой коморке, в чулане под лестницей, сидя в углу, бесшумно плакал мальчик. Его терзала боль, но не телесная, а душевная. Он не понимал, почему все относились к нему много хуже, чем к кузену Дадли. Не понимал, почему он должен работать целый день, когда кузен не делает ничего. Почему он, Гарри должен ютиться в этом маленьком чулане, где даже ему сложно вытянуться в полный рост. Почему ему ничего не дарят на праздники. Из-за чего на него сыплются оскорбления. Когда Гарри спросил, где он получил свой шрам, ему ответили: — Твои родители-алкаши напились и разбились. Сами сдохли, а тебе шрам оставили. Но Гарри не верил, он не принимал этого. Наверняка они никакие не алкаши. А может и не умерли вовсе, может они потерялись. Когда-нибудь они найдутся и вернуться, и тогда Гарри будет сидеть с ними смотреть телек, праздновать с ними в радостной атмосфере праздники, получать подарки и сам дарить. Так он себя утешал, но время проходило, а их всё не было. Много нехороших мыслей было у него в голове, и неизвестно, чем бы это всё кончилось, если бы он был обычным ребёнком, но… Гарри был не обычным. Он был волшебником, пусть и не знал этого. От сильных эмоций произошёл магический выброс, откинувший от мальца все неприкреплённые вещи, что вполне свойственно магам его возраста, вот только… случилось что-то не свойственное и волшебникам. Правый глаз мальчика изменился. Белок почернел, его пронизывает ярко выделяющиеся капилляры ведущие к зрачку, окруженному кровавого цвета радужкой. Очнувшийся через минуту мальчик ощутил сильную головную боль и пошёл в ванную, так как всё лицо было в чём-то. Окружающий мир приобрёл небывалую чёткость и, казалось, замедлился. Вокруг была какая-то цветная дымка. У мальчика начались проблемы с координацией, тело просто не успевало за восприятием. А уж когда он зашёл в ванную и увидел себя, то чуть ли не закричал от ужаса. Половина лица перемазана в крови, натёкшей, видимо, из правой глазницы, в которой светился красным глаз. Не успел он успокоиться, как открылась дверь и в ванную заглянула разбуженная шумом тётя. Та не смогла уже удержать своих эмоций, и весь дом оказался разбужен. Вернон подскочил, проверил сына, сказал ему запереться и не выходить из комнаты, а сам с ружьём в руках спустился вниз. Когда на Гарри начали орать, мальчик испугался, когда Вернон подошёл и схватил его за волосы, продолжая что-то верещать, мальчик и вовсе был готов умереть от ужаса. И вот, когда тяжёлая рука дяди замахнулась, случилось нечто странное. Из поясницы мальчика вырвалось полутораметровое красное щупальце, будто бы сделанное из крови, оно обхватило руку, что держала мальчика, и сдавило. Только благодаря хорошей жировой прослойке конечность не пострадала, но тем не менее мальчик оказался свободен. Вернон замешкался от боли и шока, Петунья же заорала как резанная. Мальчик был напуган, в голове судорожно метались лишь обрывки мыслей. Но тут в груди сначала потеплело, а потом резко обожгло. Одновременно с этим из мальчика вырвалась волна неконтролируемой магии. Все обитатели дома номер четыре на Тисовой улице потеряли сознание… Вот только, если у двух взрослых и их ребёнка чуть ли не буквально выбило дух до самого утра, то вот второе дитё, источник выброса, отключился по несколько другой причине, а потому и очнулся уже через полчаса. Когда Гарри очнулся, около часа ему потребовалось, чтобы прийти в себя и осознать всё случившееся, благо детская психика крайне пластичная, да и личные особенности мальчика… Потом некоторое время ему потребовалось, чтобы замести следы. Прибраться в доме и убрать на место ружьё (благо Гарри видел однажды, откуда Верное его доставал, чтобы похвастаться перед друзьями) удалось без проблем, а вот с телами всё оказалось не так легко. Дадли обнаружился сжавшимся под одеялом на своей койке. Мокрой койке. Глядя на кузена, Гарри впервые почувствовал по отношению к нему не страх и не зависть, а отвращение. С тётей Петуньей возникли трудности, но в целом всё вышло относительно легко. Сумев высвободить щупальце ещё раз, мальчик обхватил им тело тёти, однако ни сила мальчика, ни его вес не позволял поднять в воздух вес втрое большие его самого. Но и эта проблема бы решена. Используя как опору на землю всё тоже щупальце, что, как оказалось, способно вытягиваться аж до двух метров, мальчик, подражая им змеям, медленно и аккуратно смог донести родственницу до кровати. А вот с Верноном всё никак и ничего не получалось, больно уж тяжелый тот был. В конце концов Гарри дотянул его тело до лестницы и положил так, как, как он считал, должно лежать тело упавшего с лестницы и прокатившееся вниз тело человека. После этого Гарри ещё раз прибраться в доме, а то, пока возился, навёл немного беспорядка. Закончил он уже под утро, уставший и жутко голодный. Немного облегчив холодильник, так чтобы не заметили факт этого самого облегчения, Гарри отправился спать. ***** На следующий день Гарри разбудили только к обеду. Его родственники забыли всё, что случилось ночью. Благо, когда теряли сознания, Петунья упала на мужа, а тот, к тому же, ещё и не особо удачно приземлился. В общем, жизнь Гарри продолжила идти своим чередом. В ту ночь мальчик получил не только способность выпускать щупальце, усиляя тело, и менять цвет глаза, ускоряя реакцию. Нет, были и куда менее заметные изменения, но не менее важные. Поменялось всё его тело. Скелет, суставы, мышцы, жилы, кожа, всё его тело стало сильнее, гибче, выносливее и крепче, регенерация ускорилась, реакция обострилась… Всё стало лучше, не сильно, процентов на пятнадцать-двадцать, но вместе это делало заметную разницу с тем, что было. В свободное время, а это — два-три часа каждый день он перестал бесцельно бродить по улице, лишь бы не попасть на глаза банде кузена, взамен начал бегать по всему городку, ища разные интересные или приватные места. Когда он был уверен, что его никто не увидит он активировал свои способности. Реакция и восприятие обострялись ещё сильнее, тело же дополнительно усилялось, и Гарри носился в замедленном мире, выкладываясь до предела, пусть это и сильно напрягало мышцы, но было весело, да и со временем они становились всё крепче и сильнее, Гарри мог бегать быстрее, прыгать выше, а руки могли хоть целый день заменять ноги. Но иногда бывало случалось что-то странное. Не то, чтобы то, что он творил не было странным, но тут было ещё ненормальнее. Например, однажды его чуть не сбила машина. Он успел её заметить буквально в метре от себя, глаз в критической ситуации автоматически включился, хорошо хоть щупальце он смог сдержать, всё равно не поможет, мир замедлился, но Гарри понимал, что не успевает ни отбежать, ни отпрыгнуть. Нахлынули эмоции, мир помутнился, а когда через миг вернул резкость, то мальчик уже был на несколько метров в стороне. Окружающие списали всё на хорошую реакцию и физическую подготовку мальчика, но он то успел заметить, что никак не успевал, да и не двигался он. Или вот случай с книгой. Гарри сидел в библиотеке и читал книгу, когда к нему привязалась какая-то муха, с раздражения он резко дёрнул рукой. Муху прибил, но и книгу случайно порвал. А библиотекарша там… В общем, испугался Гарри тогда сильно, и вот, смотрит, а страница сама на место встаёт и как новенькая держится. Таких случаев было с десяток, но они были, и Гарри хотел научиться сам, осознанно всё это делать. Он пытался. Но таких же эмоций вызвать не получалось, а без них не получалось уже и «чудо». Разве что одно. Мальчик мог общаться со змеями. Он мог просто поговорить с ними, а мог и отдать приказы, которым они бесприкословно слушались. Когда эта способность сработала во второй раз, а потом и в третий, когда до него дошло, что осечек нет и не будет, его энтузиазм стал ещё выше, ведь это значит, что получить новые способности реально. Нужно лишь терпение. Подтверждению этому выступали глаз с щупальцем и змеиный язык. Было и ещё одно достижение… Однажды, как всегда обследуя город, Гарри проходил мимо секции Джиу-Джитсу, занятия которой в теплые дни проходили на улице, где каждый прохожий мог посмотреть на занимающихся. Взрослые мужчины били руками и ногами так быстро, что этих самых рук-ног не было видно. Гарри так засмотрелся, что не заметил, как его глаз активировался, а тело само начало повторять почти идеально точно. Сказывалась пусть и хорошая, но далекая от идеальной растяжка. Его заметил тренер, и удача была на стороне мальчика, так как стоял он к нему в пол оборота и левой стороной, так что необычного глаза не видел, а когда подошёл после тренировки, Гарри уже вернул нормальный цвет глазу. Какого же было удивление мальчика, когда тренер пригласил его. Так он начал заниматься. Сенсей оказался хорошим человеком, мальчик проникся к нему уважением и однажды рассказал про свою способность. Мужчина удивился, но сказал, что человеческое тело скрывает множество секретов, так что удивляться не стоит. С тех пор прогресс мальчика пошёл семимильными шагами. Детское тело было очень пластично, так что Гарри быстро достиг нужной растяжки, силы и выносливости у него, для его возраста, было хоть ведрами черпай, а с помощью глаза новые приёмы заучивались в рекордные сроки. *****1991 год. Отношения Гарри с родствениками было… никаким. Мальчик всё так же выполнял работу по дому и по несколько часов в день проводил на улице. Навыки мальчика в боевом искусстве значительно выросли, уже сейчас нет одногодок, что могли хотя бы сравниться с ним. В спарингах он уже стоял с ребятами примерно на три года старше, чтобы уравнять шансы. Тренер не мог нарадоваться на юного таланта, пусть тот и не соглашался ездить на соревнования куда-либо за пределы города. Не забывал Гарри и про особые способности. Вообще, вместе с телом мальчика, укрепился и этот странный отросток. Он стал гораздо сильнее и быстрее, чем был раньше. Выглядит он как щупальце, покрытое мелкой красной чешуёй, довольно крепкой. Этот хвост мог менять свои пропорции в некоторых пределах. Гарри научился удлинять или же укорачивать его при нужде, а так же заострять на конце, чтобы можно было колоть противника. Однажды ему это помогло. На него набросилась какая-то бешенная овчарка, он был поздно в парке, людей вокруг не было, и ему пришлось самому отбиваться. Странно, но при убийстве животного он ничего не почувствовал. Труп он там так и бросил, благо ничего кроме щупальца кровью не запачкал, а оно эту кровь само как-то и впитало. Из новых способностей же он научился поверхностно читать мысли людей, поднимать телекинезом полцентнера веса, создавать небольшой огонь, мог подморозить что-нибудь. Однажды он наморозил тонкий слой перед Дадлиной комнатой, за всё «хорошее». Лёд у Гарри мог выдерживать любую температуру, оставаясь таким же холодным и скользким, а потом бесследно пропадал, когда силы вложенные в его создание кончались. Так что когда Дадли криком и визгом призвал родителей, то ничего странного уже не было. Ну, а с помощью телекинеза он научился немного летать, ведь весил сорок шесть килограммов. Пусть не сильно долго и не очень быстро, но… Кто из вас не хотел научиться летать? Тут главное — силу потихоньку наращивать, да высоко не взлетать, падать будет больно… Все эти способности работали за счёт двух энергий, которые Гарри назвал духовной и жизненной. Именно их он видит своим особым глазом в виде крайне расплывчатого туманчика разноцветного. Как оказалось духовная рассеяна повсюду. Простые люди и животные лишь чуть-чуть выделяются на общем фоне, но вот когда мальчик оглядел себя… Он чуть ли не светился, а на месте груди и вовсе будто кто-то лампачку включил. Жизненной же наоборот мало в окружающей среде, но её много в растениях и животных, у животных скопление в районе сердца, у растений равномерно, но чем ближе к центру, тем гуще. Так же, жизненная энергия крайне неохотно выходит из тел людей, в то время как духовная образует ауру. От использования паранормальных способностей он терял либо одну из энергий, либо обе сразу, но потом они со временем востанавливалисьсь, а резервы и скорость восполнения после такого немного, но увеличивались. При опустошении любого из резервов до определенной планки появлялась слабость и вялость. Вот только если духовная тратилась лишь на особые способности, то жизненная тратилась даже на обычную активность. Каждую секунду тело потребляло какую-то часть этой энергии, и что будет при полном опустошении её резерва — страшно представить. Рассматривать других людей на подобное свечение было сложновато, потому что можно раскрыть свою особенность, но Гарри нашёл выход. Он садился куда-нибудь в неприметное место и уже оттуда наблюдал через прищур. Так однажды ему попался человек, на которого сложно было смотреть, глаз будто бы напрягался, да к тому же у него аура была даже насыщеней, чем у Гарри. Что мальчика удивило, ведь он ни у кого, кроме себя не видел развитого источника духовной энергии. У редких людей было чуть больше, у ещё более редких чуть ниже какой-то средней планки, но во всяком случае Гарри ни у кого не видел количество духовной энергии достигшего хотя бы четверть от его. А тут человек с уровнем духовной энергии в четыре раз превышающий его собственный! Гарри сидел на лавочке в Лондоне. Был пасмурный летний день. Семья Дурслей приехала сюда к родственникам Вернона, самого Гарри отправили гулять с наказом вернуться к вечеру: «и чтобы без опозданий, а то хуже будет!». До вечера ещё много времени, так что он решил проследить за этим подозрительным типом. Подозрительным он был по двум причинам, не считая энергетики: Во-первых, он был одет в какую-то мантию и остроконечную шляпу, что для нынешнего времени было странновато. Во-вторых, его никто не замечал, ни у кого даже на секунду взгляд на нём не задерживался, его обтекали и никто не подошёл ближе чем на метр, а ведь шёл тот в толпе. Слежка привела его в какую-то малонаселённую улицу. Цель скрылась в заведение с вывеской «Дырявый Котёл». Вот только, что вывеска, что отделка заведения не очень подходили этому веку. «Ну, рискнём», — подумал мальчик и вошёл. Внутри оказался старинный паб, за круглыми столиками сидели всякие подозрительные личности в тех самых мантиях и шляпах, Гарри даже на секунду почувствовал себя неудобно в своих кросовках и джинсах, что сочетаются с волосами и глазом и зелёной ветровке с накинутым капюшоном, что замечательно подходят… второму глазу (родственники по случаю поездки расщедрились на новые вещи). Почему-то именно такие мысли полезли в голову мальчика. Гарри тряхнул головой, прогнал неуместные мысли и прошёл дальше, перестав загораживать вход. Да вот только цель скрылась в неизвестном направлении, и куда идти дальше мальчик не знал. Повернуть назад и выйти было бы глупо… Бармен, видя задумчивость и растерянность на лице мальчика, решил тому помочь. — Эй, парень, — позвал он его негромко. — Ты маглорождённый чтоли? Первокурсник? — Эм, — Гарри не знал, что ответить, ибо значение первого термина даже не знал, так что решил просто кивнуть. Не самое лучшее решение, конечно, но хоть что-то. — Понятно. И как пройти на Косую не помнишь? — как-то даже понимающе спросил мужчина. На что Гарри лишь помотал головой. — Не разговорчивый значит. Ладно, меня Том зовут, пошли проведу. — сказал он и махнув пареньку рукой вышел через дверь в противоположной от входа стене. Мальчик поспешил за ним. Дверь вела в какой-то тупичёк на улице, и Гарри уже было заподозрил неладное, когда заметил мирно дожидающегося его Тома, это успокоило. — Запоминай, — сказал бармен и начал стучать какой-то указкой по кирпичам на стене. Гарри в голову опять полезли нехорошие мысли, и он уже думал, как бы быстренько сбежать. Но то что произошло дальше выкинуло все эти мысли подальше и оставило лишь удивление. Стена по которой стучал Том начала… складываться. Кирпичи, стуча друг об дружку, начали ползти к соседним стенам и куда-то в них уходить. — Ну вот, дальше сам. — Спасибо, сэр, — только и смог вымолвить малец, переваривая случившееся. — Да не за что, обращайся, тебя как зовут-то? — Гарри, сэр… Гарри Поттер, — сказал мальчик и пошёл впрёд. И он уже не видел, как бармен Том шокированно смотрел на него и тихо прошептал: — Поттер?.. ***** Гарри оказался на какой-то кривой торговой улице, здания здесь держались явно на… магии. Мельком активированный глаз подтвердил это. Улица бурлила энергией, а все люди были с насыщенной энергетикой и ядрами, однако только духовной энергетики… Тот, что привёл мальчика сюда оказался по силам явно ниже среднего, но даже так, Гарри был сильнее многих детей своего, и даже старше года на четыре, возраста. Первым ему попался магазин одежды, мимо которого он, не заходя, и прошёл. Против мантий он ничего не имел, но вот денег на дейсвительно хорошую одежду не было. Следующим был магазин с мётлами, возле которого стояло несколько детишек от пяти до девяти лет, они увлечённо что-то обсуждали. Потом были ещё какие-то магазинчики, иногда встречались кафешки. Но вот показался и книжный, к которому Гарри и направился. Казавшийся снаружи маленьким, внутри магазин был размером с весь дом Дурслей. Каковы же были шок, неверие и восторг мальчика, когда он увидел такие названия как «История Волшебного Мира», «Всё О Магических Созданиях», «Сотни Чар На Все Случаи Жизни» и им подобными. Посмотрев украдкой на стелажи своим волшебным оком, мальчик увидел, что на всех книгах стоят однотипные… магические узоры. Гарри видел их сильно размытыми, а некоторые части и вовсе будто бы прерывались резко. Но у него есть хотя бы это. У остальных он пока не заметил ничего необычного, кроме нарядов и колдовства теми самыми указками. Похожая есть у мистера Дэрвна, учителя по истории в школе, где учится Гарри. Человек он хороший, да и учитель отличный, но вот деревянная большая указка может и лупануть рядом по парте в самый неожиданный момент, если ты где-то сильно провинился перед ним. Хм, вопрос, неужели чтобы колдовать такими плетениями обязательно нужна эта палка? А если потеряется или сломается в самый ответственный момент? Хм, может у всех есть запаски, ну или ими пользуются вот в такие моменты, когда всё спокойно и нет нужды тратиться лишний раз? А что, вполне. А остальные способности не светят, так как нет нужды, ну или не принято здесь, в общем, мальчик решил не выделяться и особенностями своими не светил. Можно было бы сказать, что он выделяется современной одеждой, но нет, примерно половина людей на улице была одета в обычную одежду, другое дело, что не вся эта одежда была сейчас в обиходе. Взяв книги «Основы Магического Мира» и «Традиции Магического Мира», Гарри подошёл к продавцу. — Сколько стоят эти книги, сэр? — полжил он их на прилавок, где продавец, кинув быстрый взгляд на названия, тут же сказал цену: — С тебя галлеон и два сикля. От названной стоимости мальчик немного растерялся. Пока он шёл, слышал, как люди использовали в контексте с покупками эти слова, но то, что буквально за углом используется уже другая валюта… Хотя может это такие жаргонизмы? Ну там галлеон — пятифунтовая купюра, а сикль — однофунтовая? — А сколько это в фунтах, сэр? — Маглорожденный, чтоли? — опять Гарри назвали этим словом, может оно означает тех, кто родился не среди этих магов, а у обычных людей? Оставалось лишь кивнуть. — Я не знаю нынешний курс, не слежу за этим, тебе к гоблинам нужно, — однако видимо увидев в глазах собеседника искреннее удивление, мужчина лишь вздохнул, буркнул что-то неразборчиво и скзал: — Выйдешь из магазина, повернёшь на лево, пройди немного и увидишь большое белое здание — волшебный банк, им гоблины заправляют. Вот у них и можешь обменять деньги. Не забудь поставить книги на полки. — Да, конечно, спасибо, — ответил Гарри и пошёл на выход, конечно же не забыв вернуть книги на их законное место. Когда он выходил, то услышал что-то про какой-то Хогварттс и работающих там халтурщиков, наверное, какие-то проблемы с поставками или тому подобным… Последовав указаниям, мальчик и вправду увидел огромное белое здание, оно заметно выделялось на блеклом фоне улицы. Над входом висела вывеска с названием банка. «Гринготтс». Зайдя внутрь и пройдя через небольшой коридор, Гарри оказался в просторном зале, где за множеством стоек находились маленькие сморщенные человечки, с кожей цвета от обычного человеческого до зелённого. Людей было, на удивление, мало, так что свободных гоблинов было много и сидели они не без дела. Кто-то взвешивал и осматривал драгоценные камни или же металлы, а кто-то сидел с огромными книгами и разбирался с документами. Отойдя в уголок подальше от малочисленных людей, Гарри обратился к зелёному гоблину. — Хм, — оторвался тот от весов, заметив, что к нему подошли. — Здравствуйте. — Здравствуйте, — поздоровался Гарри, ему было неуютно. Хотя неуютно ему стало ещё когда он вошёл в Дырявый котёл, но здесь это чувство увеличилось. — Ваше имя? — Гарри Поттер, сэр, — гоблин странно на него посмотрел и спросил то, чего Гарри никак не ожидал: — Гарри Джеймс Поттер? — мальчик кивнул, пусть и не понимая, откуда они знают его полное имя. — Вы пришли для посещения своего сейфа? — У меня есть сейф? — Да, вы разве не знали? — гоблин приподнял бровь, видимо в знак удивления. — Нет, можно ознокомиться с перечнем, что в нём находиться? — Конечно, давайте ваш ключ, — ключ? Но откуда у Гарри ключ от сейфа о котором он даже не знал? Видимо, гоблина такие вопросы волновали мало. — У вас нет ключа? — догадался он, видя растерянность мальчика. — Может мистер Поттер желает востановить свой утерянный ключ? — Эм, да, наверное. — Стоимость услуги пять галлеонов на проверку, и, в случае удачи, ещё двадцать будет забрано из сейфа на востановление ключа. — эта идея казалась Гарри всё менее привлекательной, но вдруг всё окупится. Хотя, тут бы ещё сместной валютной системой разобраться… — Сэр, я не знаю курс валют и у меня всего сорок фунтов с собой, — на самом деле сорок три с пенсами, но гоблину об этом знать не нужно. — Один галлеон равяется пяти фунтам, так что свои сорок фунтов вы можете обменять на восемь галлеонов, чего вполне хватит, даже сдача останется, — у Гарри возникло ощущение, что гоблин потишается над ним… — Я согласен на проверку, сэр, — сказал Гарри и отдал двадцать пять фунтов гоблину. Точнее попытался отдать. — Извините, мистер Поттер, но менять деньги не входит в перечень моих обязанностей, я занимаюсь платежами и выдачей денег. С валютами работают другие гоблины. — Но я не хочу обменивать, я лишь оплачиваю услугу, — губы гоблина расплылись в оскале. — Услуга стоит пять ГАЛЛЕОНОВ, мистер Поттер, — кажется у Гарри вздулась вена на лбу. Глаз так и просится активироваться, а щупальце уже готово вылезти и показать свою меткость лицу этого мелкого уродца. — Хорошо, — после нескольких вдохов и выдохов сказал мальчик. — К какому гоблину я могу обратиться с этим вопросом? — К каждому второму, мистер Поттер, — мальчик прикрыл глаза, медлено кивнул, отошёл, сделал пару повторений вдох-выдох и внимательнее осмотрел зал. Как он тут же заметил, гоблины с весами и гоблины с книгами и бумагами сидели через одного. Он подошёл к соседнему от прошлого карлика. Этот был лишь с лёгким зеленоватым оттенком. Он также, как и прошлый отрвался от своего дела, стоило подойти к нему поближе. — Здравствуйте, — поздоровался гоблин. — Здравствуйте, — ответил Гарри и замешкался на секунду, вдруг он ошибся и опять обратился не к тому. Этой заминкой воспользовался гоблин. — Как ваше имя? — Гарри Джеймс Поттер, сэр. Я хотел бы обменять фунты на галлеоны. — Вам есть тринадцать, мистер Поттер? — Гарри начал подозревать неладное. — Нет, сэр. — Тогда ничем не могу вам помочь. Пусть приходит ваш опекун и он меняет деньги. — кажется у мальчика задёргался глаз. Гарри попращался с этим гоблином и подошёл к предыдущему. — Здравствуйте, — поздоровался гоблин. — Здравствуйте, — ответил мальчик. Вдох-выдох. — Ваше имя? — Гарри пришлось резко опустить голову вниз, так чтобы гоблин не увидел, как всё же активировался глаз. — Гарри Джеймс Поттер, сэр, — ответил через полминуты мальчик, подняв голову с обычными глазами, пусть и разных цветов. — Я хотел бы спросить у вас, проверка на кровь, востановление ключа к сейфу и последующие изъятие денег оттуда имеет возрастное ограничение или же требование прийти с опекуном? — Проверка — нет, восстановление с опекуном — нет, без опекуна — с пятнадцати лет, — а ведь он всего лишь хотел обменять деньги… — Это все ваши вопросы? — с неподдельной участливостью спросил гоблин, вот только оскал всё портил. — Да, конечно, спасибо, — сказал Гарри и отправился на выход. Он встал возле здания банка и рассматривал прохожих. Вот кажется его цель. По улице шёл парень в обычной современной одежде. Ноги были в синих джинсах и кедах, торс же прикрывали серая кофта с накинутой на неё серой куртке без капюшона, каштановые волосы же ничем прикрыты не были. Он просто шёл по улице, раглядывая содержимое витрин и никуда не торопился. Гарри не знал как начать разговор, но решил действовать как пойдёт. Пройдя через неплотную движущуюся толпу, он смог нагнать того, кто ему, как он надеялся, сможет помочь. Дотронувшись до плеча, чтобы привлеч внимание, он обратился к нему: — Мистер, не могли бы вы мне помочь? — тот удивился, но ответил согласием, что обрадовало Гарри. — Гарри Поттер. — представился Гарри, когда они вышли на небольшую площадку перед банком, на которой не было людей. — Седрик Диггори, приятно познакомиться, — ответил тот и пожал протянутую руку. Через секунду его лицо приняло ошарашенный вид, его взгляд метнулся к правому глазу мальчика, а именно к шраму проходившему через него. — Правду пишут, и даже про цвет… И чем я могу быть полезен национальному герою? — с усмешкой спросил он. — Кому? — не понял Гарри. Вопросов было уже многовато… — Ну, ты же победитель Тёмного Лорда, герой Магической Британии… — с каждым словом Гарри становился всё более удивлённым. — Погоди, ты что, хочешь сказать, что не знал об этом? — Нет, я и об этой самой Магической Британии узнал-то только сегодня. Я всю жизнь рос у родственников в обычной Британии, они и магию-то считают выдумкой. — Но… В таком случае… Тебе же ещё нет одиннадцати, — с какоё-то странной интонацией произнёс парень. — И? — не понял Гарри. Хотя… некоторые мысли начали появляться. — Ну, как я понял, ты жил в семье маглов, то есть не магов и даже не подозревал о магии, так? — всё было так, за некоторым исключением, но мальчик кивнул. — Значит ты жил как обычный маглорождённый, то есть не должен был узнать о магическом мире до одиннадцати лет, именно в одиннадцатый день рождения приходит письмо из Хогвартса, школы чародейства и волшебства. Потом к тебе приходит кто-то из учителей и объясняет основные правила магического мира, проводит на Косую Аллею и помогает с покупками, — всё сразу встало на свои места. И слова Тома и бубнёж продавца книг. — Так как ты узнал, к тебе пришёл кто-то из знакомых родителей? Из дальнейшего разговора Гарри узнал много нового. Зря он так и не поинтересовался у родственников о родителях после той ночи. Оказывается, мама Гарри была маглорождённой волшебницей, а отец чистокровным, да к тому же аристократом. Когда мальчику был год, день рождение у него, кстати, тридцать первого июля тысяча девятьсот восьмидесятого года, в ночь Хэллоуина к ним домой заявился Волан-де-Морт, маг, чьё имя и по сей день, спустя почти десятилетие после его смерти, боятся произносить. А все произошло из-за того, что было произнесено пророчество о том, что Тёмного Лорда, кем тогда и был Волан-де-Морт, одолеет дитя, родившееся в конце июля. Под критерии подходили два ребёнка. К одному Лорд направился сам, к другому пошла его правая рука — Беллатриса Лестрейндж. Дом Поттеров был под чарами Фиделиуса, чарами идеального сокрытия. Единственная его брешь — хранитель тайны, который и выдавал доступ к защищённой области. Как оказалось, Сириус Блэк — лучший друг Джеймса Поттера, отца Гарри, и хранитель тайны Поттеров, предал их и перешёл на сторону Волан-де-Морта. Лорд добрался первым, убил обоих старших Поттеров, но вот мальчика не смог и сам испустил дух. Белла, узнав о смерти повелителя через чёрную метку, которая была у всех Пожирателей Смерти, прихвостней Волан-де-Морта, запытала родителей второго ребёнка до состояния овощей, когда её наконец схватили. Сириус же обезумел, убил другого друга отца и больше десятка маглов, после чего был также пойман. Обоих, как и остальных, пойманых без своего Лорда, Пожирателей отправили в Азкабан, самую надёжную тюрьму для магов. Невил, второй ребёнок из пророчества, остался на попечение бабушки, а вот судьба Героя никому, кроме узкого круга лиц была не известна, было лишь известно, что Гарри пережил Аваду Кедавру, темнейшее заклинание, запрещённое, а так же излюбленное заклятие Лорда. И что после этого у него остался шрам через глаз, в который и попала Авада, а сам глаз потерял свой изумрудный цвет и почернел. Интересно, что и Авада — это изумрудного цвета луч. Так же Седрик рассказал и о том, что все волшебники колдуют волшебными палочками, только самые могущественные могут делать это без неё. Так же сказал и о том, что более ничего необычного, кроме магии у волшебников нет. У Древних Магических Родов есть там какие-либо Родовые Дары, но это скорее предрасположенность к какому-то разделу магии и определённые знания и хитрости, собираемые и передаваемые из поколения в поколение. Разговор длился с час, Гарри распрашивал его о новом, для него, мире, немного рассказал о себе, он же как раз рассказывал об этом самом мире, в котором родился и ориентировался без проблем и тоже рассказал о себе. Узнал Поттер и про Хогварттс, как уже говорилось — местную школу магии, и про политику нынешнего министра, которая принижает права магических народов, относительно волшебников, и всё больше знаний запрещает, узнал и про гоблинов, которые периодически начинали войны с волшебниками, кровавые войны, пока их в очередной раз победив не сковали магическими клятвами и посадили деньги волшебников считать, да хранить, с чем они уже несколько веков и справляются отлично. Правда Гарри с этим «отлично» был несколько не согласен. Ребята как-то незаметно перекочивали с площади перед банком в кафе Фортескью, где Седрик взял парочку мороженных обоим. Но вот, мороженное доелось, разговоры договорились и Седрик таки вспомнил, что изначально его для другого побеспокоили… — Слушай, Гарри… — А? — вяло отозвался мальчик, слишком уж многое нужно было обдумать. — А ты чего меня остановил-то тогда? — поднял бровь парень. — А, точно, — хлопнул мелкий Поттер себя по лбу. — Мне же помощь твоя нужна. — Ну? Не тяни уже, помогу, если в моих силах. — Да, мне там гоблины деньги зажали… — Гарри пересказал всю историю, что случилась с ним в банке. Он подождал, пока его собеседник отсмеётся и продолжил. — Я изначально хотел, чтобы ты для меня сорок фунтов поменял на восемь галеонов и дать тебе за беспокойство, но… — он выразительно посмотрел на тарелки из-под мороженного, которое пусть и вкусное, но и не дешёвое, а они его не мало съели. — Да ладно тебе, чего уж там, так помогу, — махнул рукой парень. — Не каждый же день удаётся пообщаться с подобной знаменитостью, — ухмыльнулся он. — Да иди ты, — беззлобно ответил мальчик и улыбнулся. — Спасибо. — Да не за что. Пошли? — Ага. Пусть друзьями они за один день не стали, но приятелями уж точно расстались. Конечно же, получив какие-никакие деньги он пошёл… в книжный, ага. А потом поспешил к родственникам, ибо время-то поджимало. В книжном он набрал себе литературы на все деньги, книги Гарри любил лишь чуть меньше тренировок. Это лето будет насыщенным.