Банка с пауками

Умирать было не больно, это Питер осознал с запозданием. Смотреть на собственные исчезающие руки и ноги было очень страшно, но чувствовалось это просто как ледяной холод — или же как полное ничто. Когда он рассыпался, его сознание не исчезло — и это было сложно объяснить. Это было похоже на паучье чутье — но совсем по иному, основанное не на интуиции, а на голом сознании. Он объективно не мог видеть, не мог что-либо чувствовать — ведь его, как такового, не было совсем. Но в то же время он оставался где-то среди миллиардов остальных жителей вселенной, чьи эмоции — от недоумения до ужаса, заполнили собой всё, что им осталось. Миллиарды кричащих душ, запертых в никогде. Половина живой Вселенной в одном сжатом и одновременно бесконечном объеме. Время не шло — потому что здесь его не было, и Питер не мог сказать, сколько уже прошло. Он и не пытался считать, в общем-то, пытаясь искать хотя бы кого-то. Да, с практической точки зрения это не принесло бы… буквально ничего, но он не мог позволить себе сдаться окончательно. И всё ещё надеялся на мистера Старка — ведь тот не рассыпался пеплом, и наверняка что-то сможет сделать. Он всегда что-то делает, он же Старк. Поиски продолжались, но исследовать половину Вселенной быстро, даже имея в качестве средства передвижения только собственное сознание, было всё же сложно. В какой-то момент Питер почувствовал что-то странное. Что-то совсем не отсюда — странное зовущее ощущение, нить, которая тянула его куда-то — и натягивалась всё сильнее.В какой-то момент она дернула так сильно, что Питер выпал куда-то, где не было мириадов чужих голосов — но был бесконечный (снова бесконечный, кажется, вскоре у него начнется агорафобия) простор и миллиард вероятностей. Вселенные проносились мимо него, как на ускоренной перемотке, пока его тянуло всё дальше и дальше… Всё произошло в одно мгновение — вереница реальностей вокруг резко схлопнулась в одну, которая вдруг развернулась шире, шире… Резко Питер понял, что он вновь ощущает что-то, кроме холода и отсутствия ощущений, ветер ударил ему в лицо, а перед глазами возник стремительно приближающийся рекламный экран, и… Да, он не успел среагировать. Наверное, это было простительно, потому что, даже будучи героем, ты не каждый день переживаешь собственную почти-что смерть, полет через вселенные и внезапное воскрешение, да и падать было в принципе невысоко. Но Нью-Йорк, в котором он оказался, был совсем… иным. Как бы то ни было, Питер всё ещё оставался Человеком-Пауком. Он не собирался отступать, даже оказавшись в параллельной реальности. В конце концов, теперь он мог действовать.