Осенние яблоки для Драко

Первое яблочное происшествие пришлось на тот день, когда Драко вызвали к профессору МакГонагалл накануне первой учебной четверти. Драко был вне себя от страха, и ему казалось, что на свете было только одно место, ужаснее Хогвартса. — Присаживайтесь, — сказала ему директриса таким тоном, будто Драко уже успел перед ней провиниться. — Итак, мистер Малфой, вас приняли обратно в Хогвартс только с испытательным сроком. Любое нарушение с вашей стороны будет расцениваться как желание оказаться в Азкабане. МакГонагалл смолкла; ее тонкие ноздри затрепетали при одном упоминании о тюрьме. Драко отвел взгляд и начал озираться по сторонам. На столе стояла ваза с фруктами. Драко порядком удивился: он всегда считал, что профессора питались одними сладостями. — Вы будете придерживаться тех условий, которые вам предписаны, — продолжила директриса. Драко кивнул, не отрывая взгляда от вазы с фруктами. — Вы сдадите шесть ТРИТОНов, и Мерлин вам помоги, если оценки не будут выше удовлетворительных. Драко снова кивнул. — На вас также будут возложены обязанности старосты. Со всеми привилегиями, разумеется. Однако вам не будет позволено покидать территорию замка, и я подчеркиваю — никаких прогулок в Хогсмид. Ни при каких обстоятельствах вы не будете упоминать имени Волан-де-Морта или Темную Метку, будете прилежно себя вести и, ествественно, нести полную ответственность за совершаемые вами действия. И последнее, — МакГонагалл строго взглянула на него. — Никаких стычек, перепалок или дуэлей с Гарри Поттером. Драко с недоверием покосился на директрису. Похоже, та была предельно серьезна. — Я предельно серьезна, мистер Малфой, — в подтверждение его мыслей сказала МакГонагалл, и Драко тут же уставился на вазу с фруктами. — Вам придется оставить Гарри в покое. Драко сухо кивнул, не отрывая взгляда от сочного яблока, невинно зеленеющего между грушей и апельсином. Подумай об Азкабане, — сказал он самому себе и сглотнул невольно подступивший к горлу ком. Все могло быть намного хуже. МакГонагалл вздохнула, облокотилась на спинку кресла и, казалось, немного смягчилась. — Не нарывайтесь на неприятности, Драко, и все будет хорошо. Усердно трудитесь и думайте о будущем. И, ради всего святого, ведите себя достойно. Можете взять его, если хотите. Драко в недоумении уставился на нее. — Яблоко, — пояснила МакГонагалл, кивнув в сторону вазы. — Вы смотрите на него уже минут десять. Не стесняйтесь. Драко многое мог бы сказать, но вместо этого тихо встал и взял яблоко. — Спасибо, — прошептал он, выходя из кабинета. МакГонагалл наверняка догадалась, что Драко благодарил ее не только за фрукт.

***

Второе происшествие нельзя было расценивать как нечто очень важное — скорее, подтверждение того, чего так опасался Драко. Он робко вошел в Большой Зал первым учебным утром, невероятно взволнованный. Один из его друзей погиб, двое других томились в Азкабане, еще трое снялись с насиженных мест и умчались покорять новые горизонты. Последние, кто остался, сидели за дальним концом Слизеринского стола. Драко вздохнул и направился к ним. В любом случае, стоило попытаться. — Отвали, Драко, — тихо прошипел Блейз Забини, лениво переворачивая страницу утренней газеты. — Мы не хотим иметь с тобой ничего общего. — Но… — Уходи, — в голосе Блейза сквозила неприкрытая злоба. Рядом с ним мирно завтракала Дафна Гринграсс, не обращая никакого внимания на застывшего перед ней Драко. Драко резко развернулся на каблуках и зашагал прочь из Зала, по пути лишь прихватив с края стола одно яблоко. Третьекурсники шарахнулись от него, и Драко, униженный и разозленный, зашипел на них и протиснулся сквозь кучку учеников. Те вздрогнули и как можно скорее отвернулись. Драко вышел во внутренний дворик, присел на пустую скамейку и почему-то вспомнил о МакГонагалл. Он быстро укусил яблоко, пытаясь сдержать подступающие к горлу слезы, и посмотрел на небо, такое же серое и беспросветное, как и его жизнь.

***

Если бы медаль присуждалась в номинации «Стань невидимкой без магии», Драко обязательно получил бы ее. Прошло уже, кажется, четыре дня с тех пор, как он перекинулся с кем-то парой слов, не считая глухой стены, пропускавшей учеников в гостиную. Хотя и там Драко долго не задерживался: ловить на себе презрительные или испуганные взгляды ему совершенно не хотелось. Все свое свободное время Драко проводил на улице. Осень быстро простирала свои объятия над Шотландией, и Драко временами казалось, что участившиеся дожди и порывы холодного ветра были олицетворением его несбывшихся надежд. Дни сменялись днями, листья кружились и опадали разноцветным ковром на землю, и Драко чувствовал себя абсолютно и ужасающе одиноким. Он приметил одно дерево, покосившуюся старую яблоню, под которой теперь частенько сидел. Со стороны замка не было видно, как Драко прислонялся к корявому стволу, закрывал глаза и не шевелился часами, вдыхая свежий осенний воздух. Закрывая глаза, он мог представить, что сидит здесь по собственному желанию — не потому, что все сторонятся его. Хотя был один человек, не избегавший Драко. В коридорах в толпе спешащих учеников или на уроках, Гарри Поттер наблюдал за ним со странно-любопытным выражением, как будто Драко был сложной, но крайне интересной загадкой. Драко закусывал губу и неустанно повторял про себя наставления МакГонагалл. Оставь Гарри в покое. Драко очень надеялся, что хотя бы его дыхание не раздражало Поттера.

***

Четвертое происшествие было совсем незначительным, но Драко цеплялся за него, как за спасательный круг. На одном из уроков по Трансфигурации ученикам было предложено превратить фрукт в маленькое животное — довольно сложное задание даже для старшекурсников. Драко ухмыльнулся: он уже занимался этим на досуге. Лишенный общения и друзей, он в свободное время мог только плакать, думать о прыжке с Астрономической башни или читать книги. Драко уже порядком устал от первого занятия; на Башню проход был закрыт, и поэтому учеба казалась единственным верным — и возможным — решением. Драко еще раз внимательно перечитал задание, сосредоточился и направил палочку на неподвижно лежавшее перед ним яблоко. В легкой дымке на парте появилась черепаха, лениво перебирающая лапками. Драко не без удовольствия отметил, что ананас Грейнджер даже не пошевелился. На Драко уставился весь класс — и даже этот Гарри-чертов-Поттер, — а профессор МакГонагалл добавила десять очков Слизерину.

***

Самое важное происшествие Драко категорически не нравилось. Конечно, он считал его важным, но в то же время старался о нем не думать. Шла третья неделя сентября, и Драко как всегда сидел с самого края Слизеринского стола, в одиночестве и тишине поглощая свой завтрак. Он бессознательно скрестил ноги и прижал локти ближе к телу — наверное, защитная реакция организма на всеобщее озлобление. Драко съел кашу и по привычке взял с блюда зеленое яблоко. Он уже откусил кусок, когда вдруг поднял взгляд и увидел, как Золотое Трио вошло в Большой Зал. Драко встретился глазами с Поттером и моргнул. Поттер тоже моргнул, прищурился и внезапно кивнул в знак приветствия. Драко глубоко вздохнул, позабыв про яблоко во рту, и резко закашлялся. Казалось, он целую вечность боролся с застрявшим в горле куском; его глаза заслезились, а на щеках выступил нездоровый румянец. В воспаленном сознании вдруг пронеслась мысль, что он пережил войну и Темного Лорда, а теперь умрет из-за чертова яблока. Глаза Драко застлала красная пелена. Он едва слышал чьи-то испуганные голоса, как вдруг кто-то схватил его за шиворот, вытащил из-за стола и больно ударил между лопаток. Маленький кусочек выскочил изо рта, и Драко судорожно вздохнул, пытаясь насытиться воздухом. Его руки все еще сжимали чью-то рубашку. — Только не умирай, — раздался, как в тумане, взволнованный голос Поттера. Драко сквозь слезы посмотрел на его обладателя. — Еще не надоело всех спасать? — прохрипел он. Поттер покачал головой. — Нет, как видишь. Ты в порядке? Драко вяло кивнул и ослабил хватку. Они молча стояли и глядели друг на друга примерно с минуту. Поттер с любопытством изучал Драко прищуренными зелеными глазами, а последний делал вид, будто совершенно этого не замечает. — Значит, — наконец сказал Поттер, — больше никаких смертей? Драко закусил губу. — Постараюсь. Поттер кивнул и отступил, слегка улыбаясь. — Тогда ладно. Увидимся позже, Малфой. Драко посмотрел ему вслед, и два коротких слова сами сорвались с его губ. — Спасибо тебе. Поттер замер, оглянулся, медленно кивнул и продолжил свой путь. Драко привалился к краю стола и закрыл глаза, мысленно проклиная свое бессчетное количество долгов Поттеру. Оставалось лишь уповать на его сообразительность. В самом деле, Поттер ведь понял, что Драко благодарил его не только за спасение от яблока?..

***

Шестое происшествие приключилось, когда Драко лежал, закрыв глаза, под старой яблоней, и мечтал о Хогсмиде и Викторе Краме. Последний обычно не занимал его мыслей; расстаться же с желанием выбраться за территорию замка никак не получалось. Драко почувствовал уже знакомое щекотание в носу и влагу под закрытыми веками. Ему было так одиноко. От грустных мыслей Драко отвлек глухой звук удара. Он нехотя приоткрыл глаза и увидел только что упавшее яблоко рядом со своей школьной сумкой. Стоило ему протянуть за ним руку — и на него лавиной нахлынули воспоминания о недавнем печальном происшествии в Большом Зале и чертовом Поттере, снова спасшем его. Драко приподнялся на локте, окинул взглядом низину и темнеющий в последних лучах заходящего солнца замок и не поверил своим глазам: прямо по дорожке, ведущей к озеру, шло Золотое Трио. Они смеялись и шутили, и Драко с завистью отметил, как Уизли игриво пихнул Поттера, за что тот обсыпал его целым ворохом опавших листьев. Ненависть и обида свернулись в его душе темным комком. У него не было друзей. Ему не с кем было шутить, некого было пихать, и даже разговаривать было не с кем. И хотя Драко понимал, что в нынешнем положении вещей был виноват только он сам, легче не становилось. Драко напрягся, когда Поттер вдруг поднял голову и посмотрел в его сторону. Последние солнечные блики отразились в его очках, и плакать почему-то захотелось еще больше. Поттер, остановившись, улыбнулся и помахал Драко рукой, а потом отвернулся и быстро зашагал обратно к своим друзьям. Зависть тут же сменилась гневом. Как Поттер посмел помахать ему, будто бы они были старыми приятелями?! Глупый идеальный Поттер, который даже слово не обронит в коридоре! Поттер, которому Драко был обязан всем и которому ему нечем было отплатить. Не долго думая, Драко вскочил на ноги, подобрал с земли яблоко, замахнулся и что есть силы швырнул им в сторону Поттера. Сказать, что он был впечатлен собственной меткостью — значит сильно преуменьшить. Яблоко попало точно в затылок гриффиндорцу. Поттер споткнулся и прижал руку к голове, дико озираясь по сторонам. Поправив очки, сползшие на нос, он, наконец, взбешенно посмотрел на Драко. — Какого черта, Малфой? — прокричал он, сбиваясь с дорожки и направляясь к холму. — Ты помахал мне! — закричал Драко в ответ, только потом сообразив, насколько глупо прозвучало его заявление. — Ну да! — в голосе Поттера проскользнуло недоверие. — И в чем проблема? — Иди к своим чертовым друзьям! Поттер был вне себя. — Сам иди к своим и прекрати меня доставать! — У меня их нету! — рявкнул Драко и закрыл лицо руками. Поттер замер, нахмурился и почесал затылок. Он с минуту выжидающе смотрел на Драко, а потом быстро развернулся и побежал догонять друзей. Драко наблюдал сквозь пальцы, как Золотое Трио исчезало за поворотом. Драко упал на землю и заплакал: не было смысла больше сдерживать слезы. Все сказанное им было правдой — грязной, неприглядной правдой, в которой он сам себе долго не хотел признаваться. А теперь еще Драко отчислят из школы за то, что он кинул яблоко в глупую и ужасно надоедливую голову Поттера.

***

Должно быть, последнее происшествие осталось только между ними с Поттером, потому что Драко не отчислили из Хогвартса и даже не вызвали к МакГонагалл. Неделю спустя он все так же лежал под своей яблоней, лениво наблюдая за огненно-рыжими листьями, тихо опускавшимися на землю. Драко мучал вопрос, почему же Поттер не сдал его директрисе. Может быть, ему просто было неловко. «Профессор МакГонагалл, Малфой швырнул в меня яблоком!» звучало нелепо и по-детски. Может быть, Поттеру было просто плевать на Драко, или он не считал его достойным даже одного своего слова. Драко сжал зубы, отказываясь верить последней догадке, и вдруг решил, что ненавидит осень и яблоки. Он прикрыл глаза, глубоко вздохнул и приготовился было мечтать о теле Оливера Вуда, когда на него сверху что-то посыпалось. Что-то, очень похожее на сухое, колючее одеяло. Драко вздрогнул и мгновенно выпрямился, отчаянно вытирая запачканное лицо и шею. Он затравленно огляделся по сторонам, посмотрел вниз и понял, что испугавшим его одеялом были всего-навсего опавшие листья. Поттер стоял в полуметре от него, скрестив на груди руки и обронив сумку где-то у ног. В его свитере запутались маленькие веточки и кусочки травинок. — Это в отместку за яблоко, — как ни в чем не бывало сказал он и отряхнулся. — Ты только что посыпал меня грязной листвой? — неверяще прошептал Драко, вытащил из волос сучок и повысил голос. — Какого боггарта? — Прекрасный вид, не правда ли? — Поттер уселся на землю рядом с Драко, скрестил ноги и задумчиво посмотрел на озеро. Драко с минуту молча пялился на Поттера, а потом вернулся к вытаскиванию листьев и веточек из волос. Когда рядом с ним образовалась порядочная кучка сучков, он прочистил горло. — Зачем ты пришел? Поттер пожал плечами. — Думал составить тебе компанию. Драко ощетинился. — Ты? Составить мне компанию? Поттер пододвинул сумку поближе. — Можешь уйти, если хочешь. Драко остался: ему нечего было терять. Его гордость давно уже была растоптана. — Держи. — Поттер покопался в своей сумке, достал большое яблоко и протянул его Драко. — Ты пропустил завтрак. С минуту Драко просто смотрел на Поттера, удобно устроившегося на охапке листьев и глядевшего куда-то вдаль. В его голове копошились сотни мыслей, самыми яркими из которых были сомнения. Драко недоумевал, почему Поттер принес ему яблоко или откуда он узнал, что Драко пропустил завтрак. Наконец, он решил остановиться на приятно согревающей мысли о том, что Поттер хоть чуть-чуть беспокоился о нем даже после всех этих стычек. Драко взглянул на яблоко в руке и с хрустом вонзил в него зубы. Какое-то время они сидели в тишине. Сентябрьский ветер кружил листья над их головами и посылал по поверхности озера легкую рябь. Переполняющее чувство счастья на мгновение притупило ноющую боль в груди. Драко сильнее сжал яблоко и задумался, было ли слишком неправильным с его стороны наслаждаться компанией Поттера. — МакГонагалл просила оставить тебя в покое, — наконец сказал он, бездумно очерчивая пальцем след от укуса. Поттер тихо рассмеялся. — Ну мне-то никто не запрещал к тебе приставать. Драко в другой раз откусил от яблока, и Поттер недоверчиво покосился на него, поправляя съехавшие на нос очки. — Умирать не собираешься? — он определенно дразнил Драко. — Нет пока, — Драко слабо улыбнулся, не зная, что еще сказать. — Очень хорошо. Поттер улыбнулся в ответ, и сердце в груди Драко отчаянно затрепетало.

***

Драко потерял счет съеденным яблокам после той встречи с Поттером. Теперь они, как старые приятели, каждый день встречались под раскидистым деревом, и Поттер кидал ему стянутый со стола фрукт и просил его прекратить прогуливать завтраки. — Почему это? Мне приносят завтраки в постель, — серьезничал Драко и получал за это пригоршню листьев. Они много разговаривали. Не только о яблоках — обо всем, избегая лишь самых опасных тем. Поначалу было трудно и неловко, но со временем смех становился все более и более искренним, а улыбки — теплыми и открытыми. Сегодняшний день Драко собирался расценивать как происшествие номер семь и одна двадцать пятая, когда Поттер вдруг оторвался от созерцания озера, наклонился и мягко поцеловал Драко прямо в губы. Драко был слишком ошеломлен, чтобы как-то отреагировать, и поэтому просто уронил недоеденное яблоко. Поттер немного отодвинулся и рассмеялся, заметив его ошарашенный взгляд. — Ты на вкус совсем яблочный. — С чего бы это? — безучастно отозвался Драко, Поттер снова захихикал и потянул его за шарф так, что их носы смешно столкнулись. — Знаешь, ты такой хороший, когда никого из себя не строишь, — прошептал он и снова поцеловал Драко. В этот раз Драко ответил ему: обернул руки вокруг шеи и прижался к нему в неловком объятии. Только бы Поттер не исчез, не растаял, словно позабытое воспоминание, не растворился облачком пара на холодном осеннем ветру! Но Поттер, похоже, и не собирался никуда уходить: лишь немного наклонил голову и, приоткрыв губы, окутал Драко щемящей нежностью и влажным жаром своего рта.

***

Драко мог бы придумать целую поэму о поцелуях Поттера, о его невероятно зеленых глазах и превратностях судьбы, так долго державшей их порознь, но у него никогда не было способностей к стихосложению. И поэтому, когда Поттер мягко перевернул его на спину и прижался к его губам в голодном, жадном поцелуе, последними связными мыслями Драко были Мерлин, как же хорошо и как же мне нравится Поттер и спасибо судьбе за эти чертовы яблоки.