Любовь и дружба

POV of Люси       — Нет, Люси! Остановись! Это может убить тебя! Перестань! — Локи пытался выбраться из магических оков, нанося себе ещё больший вред. Он кричал и я готова поклясться, что видела его слезы. Но сейчас это не столь важно, как то, что все мои друзья страдают из-за меня. Моя вина в том, что они здесь, сейчас. Не будь я наивной дурой, которая доверится любому прохожему, ребята сейчас сидели бы в гильдии общаясь со остальными или же были бы на задании. Я их в это втянула, мне и расхлёбывать!       — Небесная Кара Звёзд! — яркий свет последнее, что я помню, прежде чем сознание кануло в небытие.

***

      Как бы вы реагировали, если бы только что рисковали своей жизнью, а сейчас открыли глаза и осознали, что находитесь в непроглядной темноте, в которой нет ничего? Даже стен нет: просто каменный пол и вы. И больше ничего. Я вот подумала, что умерла. Глупо, знаю, но по другому не объяснишь. И где я? На рай не похоже, может в аду? Нет, навряд ли у Сатаны все настолько плохо с фантазией.       Уже который час брожу во мраке. Ничего. Совершенно. Неужели сюда попадают после смерти?       — Люси? — Этот голос… Нет, это не может быть правдой… Мне показалось. Я схожу с ума, — Люсьена, что ты тут делаешь?! — Я развернулась и обомлела. Это они. Слезы брызнули из глаз сами, невольно. Я прикрыла рот рукой. Теперь нет сомнений, что я мертва.       — Мама… Папа… — Я бежала к ним, протянув руки. Все, что было вокруг – это они. Их силуэты словно светились. Даже себя я не могла разглядеть во мраке. Они стояли, мама протянула ко мне обе руки, отец же одной обнимал Лейлу за талию, а вторую также тянул ко мне. Ещё пару метров… Еще один рывок… Я обнимаю их. Я обнимаю папу и плачу в плечо мамы. Они смеются, но как-то грустно. Мы осели наземь всё также обнимаясь. Я бы сидела так вечно, но мать отстранилась от меня чтобы заглянуть а глаза.       — Милая, почему ты здесь? — Теплая ладонь прикоснулась к моей щеке. Большим пальцем она смахивала слезы, нежно глядя мне в глаза.       — Я… Не знаю… Не знаю где я… Где мы…? — Это все, что я могла выдавить из себя сквозь слезы. С неким удивлением мама посмотрела на меня, затем покосилась на такого же удивленного отца, но тут же обернулась на меня.       — Это как бы переходный мир, детка, — начал отец, но дальше продолжила его супруга, — здесь некоторым людям дают выбор: вернуться или же нет… — Мама прикусила губу и задумчиво продолжила — Дают его только тем, кто это заслужил в жизни… Я рада, что ты одна из этих людей, но… Что случилось? Почему ты здесь?       Дальше все было как в тумане. Я плакала, рассказывая обо всем родителям. Я рассказала о Рикко, о Нацу, о гильдии… О том, что меня похитили и как я использовала Кару Звёзд… End POV of Люси       — Боже, Люси, — Лейла была шокирована историей жизни своей дочери. Она всегда следила за Люси: видела как та смеялась и плакала, как веселилась и страдала, как сражалась и конечно, как она помогала всем, кому могла. Лейла гордилась своей дочерью, но последних событий она не видела.       — Ты правильно поступила, Люси, — подняв лицо дочери за подбородок, Сердоболия ободряюще положила руки на ее плечи. — Это было достойно и храбро. Ради друзей ты пожертвовала собой, но как ты думаешь… что за чувства они теперь испытывают?       Люси была не в силах ответить на этот вопрос. Все ещё плача, она покачала головой, показывая, что не знает.       —Тогда посмотри, — Джуд указал на зеркало, что было за их спинами. Лейла и Люси направили взгляды туда, попутно смахивая слезы. End Pov of Люси

***

      — Небесная Кара Звёзд! — вопль златовласки разрезал почти гробовую тишину. Направленные вперёд руки девушки светились. Нет, не магия в них — а сами конечности. Золотой свет поглотил их контур, становясь все ярче, ещё чуть-чуть и на них больно смотреть. Все вокруг Жозе преобразилось. Эффект был похожим на Звёздную Карту, но вместо планет и красивого фона была чернота, сквозь который изредка пробивался тусклый свет, тут же потухая в непроглядной мраке. И вот, сквозь пустоту прошел, словно пролетел золотистый силуэт. Ничего не было видно сквозь сияние, только контур тела изредка прерывался вспышками света. Глаза болели с непривычки. Команда Хвостатых, что до этого лишь молча корчилась от боли, сейчас почувствовала свободу. Ведь ленты Жозе отплыли к нему назад. Все, перекрикивая и перебивая друг друга, начали звать девушку по имени. Тишина. Гробовая. Она бесшумно ступала, словно плыла, не оборачиваясь на крики, нет, вопли и визги друзей. Яд все ещё поедал их тела, не давая сдвинуться с места. Больше всех страдали Локи и Эрза, но если же первый сам наносил себе все травмы, то Титания лишь жертва безграничной ненависти Жозе к ней. Он нарочно сильней сжимал ее в своей смертоносной магии, напуская все больше и больше мрачных лент.       — Люси! Люси, пожалуйста! Остановись… — Все попытки Звёздного Духа пошевелить хотя бы пальцем с треском провалились. Беспомощно глядя на свою хозяйку, что уже была поглощена магией, он с ужасом понимал, что теряет силу. Силу Контракта. Ему нельзя находится сейчас в этом мире. Если Люси порвёт с ним сделку, или же в крайнем случае умрет, то он навсегда останется здесь, медленно умирая, как это было до нее. Как бы он не хотел ее остановить, какие бы усилия не приложил, чтобы хотя бы на миллиметр сдвинуться с места, не вышло бы. Наверняка Король сейчас сидит и смотрит на своего подчинённого Льва, пытаясь вернуть его собственной магией. Что же, у него выходит…       — Прости меня, Люси… — Вот он пропал в таком же золотом свечении, в котором сейчас находится его хозяйка, оставляя после себя лишь несколько соленных капель слез. Никто не заметил его пропажи. Все внимание сейчас было лишь на ней.       Кстати, о Люси. Полностью потерявшись в почти что белом невыносимом свете, что даже контур лица пропал с головы, она как в замедленной съёмке двигалась навстречу оцепеневшему врагу. Ее вид притягивал и ужасал одновременно. Непонятная сила не давала ему двигаться. Вот она уже вплотную стоит к Жозе. По изменению золотистого пятна вместо тела, можно было понять, что она подняла голову, будто всматриваясь в его лицо. Хрупкая рука плавно поднялась в воздух, останавливаясь рядом с головой своей хозяйки ладонью к мужчине. На секунду все замерло. Время постепенно останавливалось. Но одно резкое движение сразу все изменило.       Рука некогда блондинки, вытянутая как бы в приветственном жесте, резко схватила горло Жозе с такой силой, что темный маг начал яростно хрипеть в попытках схватить воздух. Но девушка непреклонна. Через мгновение со всех частей тела тонкими полосками к крепко удерживающей мужчину конечности начала стекаться магия, чем как оказалось позже по рассказам Козерогом и был тот невыносимо яркий свет. Люси просто накапливала ее в своем теле, и когда полностью «зарядилась», выпустила такую мощь в тело Жозе. Только Заклинатели Духов могли держать в себе такую мощь. В многих сражениях такие маги копили магию перед боем, чтобы потом делиться ею с вымотанными и потрепанными войнами. Оттуда и появилась «Кара Звёзд». Но прервем наше путешествие по реке времени и вернёмся в настоящее, где от столь великой мощи Жозе можно сказать «разрывался» настолько диким, жутким, невыносимо жалким и хриплым воплем. Зрелище было не менее жуткое. Маг хватался за руку Люси, до последнего стараясь освоиться. С его губ текла перемешанная с золотыми струйками магии алая кровь. Постепенно зрачки глаз пропадали, а через пару секунд яркий свет, исходивший от Хартфилии, стал излучаться из рта и очей Жозе. Он сорвал голос и теперь лишь нечасто хрипел, делая рваные вдохи. Руки, как и все тело обмякло. Если бы не стальная хватка Заклинательницы, он бы давно лежал на полу. А сияние постепенно увеличилось, как будто кто-то постепенно прибавлял мощности, пока резко не замкнуло один из контактов и он резко потух. Как если бы кто-то щёлкнул выключатель. И опять тьма. Но сквозь нее все ещё видно полосы магии, что были на теле Люси. А теперь и ее саму можно было различить — мрак рассеялся, как и заклинание. Даже если бы Жозе попробовал убежать, он просто врезался бы в стенку купала, что не пропускал свет.       Хвостатые не увидели врага, лишь горстку пепла, рядом с которым лежала и их подруга. Вся в садинах, порезах, ранах. Нога неестественно вывернута. В общем все то, что они увидели когда ворвались в темную гильдию. Только вот если не считать светящихся полос по всему ее хрупкому стану. Руки до сих пор светились золотыми перчатками. Состояние у нее было критическое. Это понятно сразу.       Кстати, о состоянии. Все ужасающие раны и яд на телах команды, что принесла магия Жозе растворились, заживая прямо на глазах. Силы как магические, так и физические полностью восстановились. Как только Нацу открыл глаза, то перед глазами понеслись только что произошедшие события. Сорвавшись с места, он ринулся к блондинке, постоянно спотыкаясь и пару раз упав, он сел перед ее обмякшее телом на колени.       — Люси… — Он пораженно уставился на искалеченную девушку, но та не отзывалась. Тогда он тряс ее за плечи, с ужасом понимая, что она может и не проснуться… — Люси! Люси, очнись! Прошу, не бросай меня!       Слезы сами стекали по его горячим щекам, превращаясь в пар. Остальные уже стояли рядом, смотря на это. Многие плакали. Даже Эрза не сдержала слез. Рен потерянно стоял рядом. Он был там. Он видел, что сделала эта девушка. Видел, как на нее смотрели остальные. Ему было жаль ее. Впервые в жизни он кого-то жалел. Он как-будто чувствовал боль остальных, да и боль Люси тоже. Сострадание. Он открыл все ещё одно чувство после встречи с командой магов. До этого он жил лишь ненавистью и страхом. Призрением и желчью. Сейчас же ему противно от самого себя. Эта Люси пожертвовала собой ради кого-то. Он впервые видит это. Видит любовь и настоящую искреннюю дружбу. Боль он видел и раньше в ужасающих количествах, но не такую. Боль потери любимого человека ему не известна. Мать он терпеть не мог, как и брата, как и всех разом. Ему было жаль себя. Больно лишь ему. И никто более не достоин его жалости. Так он думал.       — Нацу… ее больше нет…       — Нет! Подождите! — Венди ринулась к телу своей подруги, оставляя в недоумении остальных. Приложив уже светящиеся лодошки к золотистым рукам златовласки, она что-то нервно шептала. Даже оставшиеся драконослееры не понимали, что она говорит.       — Она ещё жива. — Вынесла вердикт девочка с несвойственной ей серьезность. Не один мускул не дрогнул на ее миловидном детском личике. — Ее надо скорей отнести к Полюшке. Скорее, поднимайте!       Никто не стал перечить или распрашивать. Просто все ринулись поднимать израненную девушку, стараясь не задеть раны. Эрза и Нацу взялись за ее руки, и, если с сакуровласым все было нормально, то повседневный доспех аловолосой наколося в первую же секунду соприкосновения с сияющей конечностью, заставляя девушку взвизгнуть и инстинктивно выронить обмякшую руку.       — Что с тобой, Эрза? — Нацу держал Люси за вторую руку ничего не замечая.       — Она расколенная… Магия в ней слишком расколенная. — Быстро поправившись, проговорила в ответ Титания. — Неужели ты не чувствуешь, Нацу?       — Он же огненный убийца драконов, куда ему! Он огонь жрет, так что навряд ли он что-то почувствовал! — Жмурясь от ощущения, насколько сильный жар исходит от рук блондинки, ледяной волшебник всплескнул руками.       — Прости, Нацу, но это скорее всего так. — Задумчиво проговорила Леви. — Лучше ты один возьми Люси там, а ты, Грей, попробуй ее охладить. Если она чуть не расплавила доспех Эрзы, то вряд ли что-нибудь еще выдержит такое…       Всё было сделанно так. Осталась лишь одна проблема – добраться до гильдии. Все были на грани обморока от истощения, но никто не подавал и виду. Друзья несли девушку над собой даже не предполагая, что она все видит…       — Все хорошо, Люси — шептал Нацу над самым ее ухом, — Я рядом, а значит бояться нечего.

***

      — Что… что это? — Накрыв своими нежными руками пухлые губы, златовласая девушка все ещё смотрела в волшебное зеркало, которое теперь лишь отражало ее красное заплаканное личико.       — Мы лишь показали что сейчас творится на Земле, — максимально непринужденно пожал плечами пожилой мужчина, — чтобы ты сделала правильный выбор. Ты должна вернуться и жить.       — Но как? Как я могу посмотреть им в глаза зная, что из-за меня их чуть не убили?! И они же сейчас несут меня куда-то! Я… они… они ненавидят меня, зачем мне возвращаться…?       — Эй, народ! — Грей, что поддерживал голову Заклинательницы испуганно покосился на остальных, — Я не чувствую пульса…       Венди отталкнула его, судорожно щупая тоненькими пальчиками лебединую шею. Лицо ее исказилось от негодования, а челюсти резко сомкнулись с оглушительным скрипом.       — Черт! Мы не успеем! Придется спасать ее!       — Господи, дорогая, что ты такое говоришь? Ты дорога им, поэтому сейчас они заботятся о тебе! Они любят тебя, и ты это знаешь!       — Но…       — Что ты делаешь?! Венди, если ты используешь это заклинание – ты умрешь! Смысл спасать одного ценной жизни другого! — Шарли тресла подругу за плечи. Она в слезах умоляла ее не делать этого.       — Но что если я никогда не смогу больше жить так как прежде? Что, если все изменится?       — Венди, нам не нужны такие жертвы! Представь каково будет самой Люси! Она не простит себя!       Девочка все ещё молча сидела у тела умирающей подруги. Спрятав за челкой намокшие глаза она обдумывала самое важное, а может быть и последнее решение в ее жизни – отдать ли жизнь за друга..?       — Все уже изменилось, Люси. Ты просто не замечала этого. Вспомни Нацу, вспомни друзей. Они готовы жизнь за тебя отдать, а ты бежишь. Разве так поступают друзья?        — Если я этого не сделаю – умрем мы все! Она заберёт с собой всю нашу радость! Как я буду жить?! Как будем жить мы?!       — Я… я люблю их, мама.       — Тогда иди. Твое время ещё нескоро придет. Живи счастливо, моя дорогая Люси.       Женщина поддалкнула дочь в спину, направляя во тьму.       — Просто иди. Иди на их голоса.       Два шага и она во тьме. Все, что есть – плач голосов. Таких родных. Идти на них все, что сейчас ей надо.

***

      — Обратной дороги не будет, — Эрза смахнулся слезы, что так предательски сбегали по нежным щекам. — Подумай хорошенько, Венди.       — Я уже. — Девушка уверенно кивнула. В глазах игрался страх, но на лице теплая улыбка. Сцепив руки в замке, она склонилась над обмякшем телом. Страшно. Но это ее выбор.       Вот уже девушек поглатила нежно-синяя печать, отстранив из друзей. Все были в отчаянии. Кто-то рыдал, кто-то был в ступоре. Все прощались с Венди. Мысленно и словами.       — Я сделаю это Люси! Я спасу тебя! Ты дорога мне! Ты дорога им! Как ты можешь умереть?! Я этого не допущу! — По щекам снова катятся слезы. Не только страха, но и радости. Радости, что подруга будет жить. Но… но небольшой движение рядом быстро вернуло ей трезвость ума.       — Я и не собираюсь умирать, Венди. Вы мне и это спокойно сделать не дадите. Прошу, убери печать.       — Люси…       Магия рассеялась, а остальные уже готовились к худшему. Но вместо одной в живых были обе. Крики, нет, вопли радости. Все набросились на них с объятиями, но когда услышали болезненное шипение со стороны блондинки, сразу отстранились. Все, кроме одного.       — Ты хотела оставить меня? — Несмотря на пыхтение Люси, Нацу крепко обнимал ее, — Как бы я жил без тебя, странная Люси?       — Нацу… — шопот ее губ вводил сакуровласого в состояние полного счастья, — Давай оставим все разговоры на потом, прошу… Мне надо немного отдохнуть…       Снова она сбегает от него. Но недолго ей осталось бегать – придет в себя и парень не отпустит ее, пока та всё не объяснит.

***

      «Где я?» — первая мысль всех, кто приходит в себя после долгой отключки или тяжких ран. Но ее первый вопрос был «Где они?»       — Люси, как ты? — Полюшка с несвойственной ей нежностью пролепетал ей этот вопрос.       — Все в порядке, — после небольшого ступора и осознания того, что она в лазарете родной гильдии, девушка села на кровати, как на глаза ей попались перебинтованные руки от плеча до кисти.       — Что это? — Целительница покосилась на золотоволосую так, будто хотела узнать это от нее, но после серии тяжелых вздохов и ворчания присела на край кровати.       — После использования того заклятия, бо́льшая часть магии так и не вышла с твоего тела, скопившись в руках, — старушка (Авт: не дай бог Полюшка узнает о том, как я ее назвала) указала на конечности, — Это теперь как сила Игнила, что Нацу тренировал год после распада гильдии, только куда сильнее. Ее малая часть уничтожила Жозе. Теперь твоя сила возрасла – сравнится с Эрзой, наверное – главное сейчас отдохнуть, чтобы полностью оправится.       — Спасибо, Полюшка. Вы так добры ко мне.       — Если бы я тебе не помогла, Хвост Феи был бы ещё очень долго хмурым. Больше людей я ненавижу только унылых людей, так что поправляйся и проваливай.       — Вы в своем репертуаре.       — Ты что-то сказала? — Темная аура, источником которой была целительница и ее швабра, в миг заполнено комнату.       — Н-нет, ничего!       Спас девушку от дополнительных физических увечий скромный стук в дверь. Но благодарение всех богов быстро сменилось проклятьями всех и вся, когда в небольшом проёме показалась розовая макушка.       — Можно? — Нацу робко спросил, глядя на Полюшку. Он лишь изредка украдкой мог кинуть в сторону Люси взгляд а-ля «сейчас будет долгий и неприятный разговор».       — Конечно, проходи. Сейчас я сниму повязки с рук и оставлю вас наедине.       За долгое время пара перекинулась лишь парой фраз: приветствием и вопросами сродни с «как ты?». После этого Люси окунулась в своих мыслях. Зачем он пришел? Почему молчит?       — О, Боже, что это? — удивлённый вскрик резко выдернул ее из раздумий. Вопросительный взгляд на шокированного Драгнила, затем на растерянное лицо Полюшке, а затем на освобожденную от бинтов руку.       — Какого черта?! Что это?!       Рука от предплечья до локтя была усыпана созвездиями. Не только зодиаков, нет. На обеих руках было по звёздной карте. Там были все космические тела, начиная Полярной звездой и заканчивая Малой Медведицей. Это было неописуемо красиво.       — Видимо магия оставила свой след. Было бы глупо предполагать, что такая мощь прошла бесследно.       Закончив работу в полной, даже гробовой тишине, Полюшка вышла, кинув на последок лишь «Зайду через час».       Дверь захлопнулась, а Люси сразу же оказалась в крепком кольце рук лучшего друга.       — Ты не представляешь, как я боялся тебя потерять.       Крепче прижимая ее к себе, Нацу зарывался носом в ее золотистых локонах благодаря всех богов за то, что она рядом. Большего не нужно. Лишь бы ощущать запах шоколада и ванили от ее кожи.       — Нацу… — всхлип аккуратного носика сыграл роль отрезвляющей пощечены. Он отстранился, заглядывая в кофейные глаза. В них играла вина. В его же серых блестело лишь непонимание и изредка просачивалось желание.       — Нацу, прости… Прости меня. Я такая дура! Ты всегда был рядом, защищал. Ты бросался ко мне на выручку чтобы непроизошло! А я… Я так гнусно поступила… Чертов Рикко! Я доверилась ему! Такая наивная! Дура! Да, наивная дура! Я пойму, если ты не захочешь меня ви…       Весь этот поток «чепухи», как считал Нацу, он же и остановил.       «Такие красивые губы не должны нести такой бред» — Эта мысль крутилась в розовой голове пока на смену ей не пришел план. План, как остановить поток слов. План из одного пункта, который сразу же был выполнен.       Люси ошеломленно раскрыла глаза, взирая как уже бывший друг накрыл своими раскалёнными губами её. Лицо сразу же покрыл румянец до кончиков ушей. Сердце забилось с сумасшедшей скоростью, что не скрылось от чуткого слуха драконоборца.       «Такой милый… красивый… идеальный…» — за пару секунд в ее блондинистой голове проскочили все моменты с ним. Как она смеялась из-за его шуток и как плакала ему в плечо. Он всегда был рядом, чтобы не случилось. — «Как я не понимала, что люблю его? Ещё этот Рикко… Как же ему было плохо из-за меня…»       Неумело и несмело она ответила. Как могла, но ответила. Это был зелёный сигнал для него. Сидя у самого края кровати он нежно и медленно притянул ее за талию не прерывая поцелуя. Он подмял ее под себя, все ещё не отпуская талии. Только когда лёгкие жалостливо сжались, через «не хочу», но они отстранились друг от друга. На пару сантиметров, но они отстранились. Заглядывая в глаза друг другу они переговаривались взглядами, пока тишину не прервал шопот.       — Я люблю тебя, Нацу…       — А я люблю тебя, Люси. Пойдем домой.       Подхватив свою Люси на руки, он выпрыгнул в окно и поспешил к их домику в лесу.

Этой ночью было очень много признаний в любви.