Revenge

Ким открывал подарок за подарком, выслушивая поздравительные речи их владельцев, которые с большим энтузиазмом объясняли, почему же именно такой выбор для презента они сделали. Тэхён улыбался, не переставая, пока не остался один единственный подарок. На темно-красной коробочке красовалась красивая записка, на которой аккуратными буквами было выведено: «От Чон Чонгука». Тэхён с интересом прокрутил её в руках, ощущая под подушечками пальцев приятную бархатную ткань. — Я долго думал, что именно подарить тебе, — Чонгук вышел вперёд, медленными шагами направляясь в сторону омеги, — но как только я увидел это ожерелье, сразу понял, что оно идеально тебе подойдёт, Тэхён, — Чон аккуратно забрал коробку из рук омеги, вскользь касаясь его тёплой ладони. Обойдя омегу, он остановился позади него, опаляя своим дыханием медовую кожу парня. Тэхён вмиг мурашками покрылся, а шея начинала гореть от тёплого дыхания. Омега списал эту реакцию организма на большое количество шампанского, даже и мысли не допуская, что причина может быть другая. Чонгук продолжал говорить комплименты, а Тэхён и рад был, улыбку свою скрыть пытался, радовался как дурачок. — Закрой глаза, — прошептал на ухо Чонгук, раскрывая подарочную коробку. Тэхён покорно прикрыл глаза, шумно сглатывая. Он слышал прекрасно шептание вокруг и удивленные возгласы, но предпочитал не обращать на них внимания. Он, по правде говоря, и сам шокирован был их сегодняшним общением с Чонгуком, ведь за весь вечер альфа даже ни разу не унизил, слова плохого не сказал. Может на самом деле Чонгук решил топор войны зарыть, думал про себя Тэхён, может искренне хочет наладить отношения. Спустя несколько секунд омега почувствовал на шее холодное прикосновение металла, а за тем услышал, как застежка ожерелья резко щелкнула позади. Оно было довольно тяжелое, и Тэхёну казалось слишком массивным, хоть и не видел он этого ожерелья со стороны. Ким глаза открыл, продолжая искренне улыбаться, но в глазах окружающих увидел только шок. Некоторые с неприкрытой ухмылкой стояли, кто-то шептался мерзко, а другие же и вовсе старались подавить смех. — Посмотри в своё отражение и хорошенько запомни этот момент, — ледяным голосом проговорил Чонгук, протягивая омеге зеркало, — ты — всего лишь омега, беспомощный, созданный, дабы альф ублажать, а не являться королем города, — слова Чонгука в разум Тэхёна врезались ножами, напрочь слова оттуда вытесняя, не давая сказать ничего в ответ. Он испуганно на себя смотрел, растерянно, не зная, что делать дальше. Тэхён в отражение своё глядел, а на шее видел невообразимой красоты ошейник. Расшитый драгоценными камнями, бриллиантами, но все-таки ошейник. Он не был похож на чокер, чистой воды собачий поводок. Тэхён уверен в этом. Или, возможно, Чонгук его с одной из своих шлюх в борделе снял, и омега даже не знал, какой вариант хуже. Ким лишь ртом воздух глотал, стараясь снять его, убежать, скрыться от позора этого поскорее, но Чонгук, как искусный палач, что с эшафота просто так уходить не разрешает, за застежку крепко пальцами держал, из хватки стальной не отпускал. — Ты думаешь, что можешь вот так просто, спустя столько лет, пригласить меня на свою ебаную вечеринку, сделав мне тем самым одолжение? — альфа рассмеялся, а от смеха его кровь в венах стыла. — Мне, Чон Чонгуку, подачки вздумал делать? — Ты больной…— прошептал испуганно Тэхён, стараясь вырваться из хватки Чонгука, который плотно держал того за ошейник, но все попытки оказывались тщетны. Чимин сидел в немом шоке, не веря своим глазам. Омега совершенно не понимал, что творил этот Чон Чонгук и, главное — что ещё можно от него ожидать. Но парню плевать было, он видел прекрасно, что Тэхён растерян был полностью, что ему срочно требовалась хоть какая-то поддержка. Чимин только собирался подняться со стула, идти на сцену и хорошенько врезать по морде этому долбанному Чон Чонгуку, но холодная рука, что схватила его за локоть, не дала ему встать из-за стола. — Тшш, — завороженно прошептал Юнги, усаживая омегу обратно на стул, — ещё не конец. — Мне плевать, — прошипел Чимин, не собираясь и дальше наблюдать за позором брата, но вмиг ставший серьезным взгляд Юнги, не давал омеге и с места сдвинуться. — Не лезь, — серьёзно сказал альфа, — только хуже сделаешь. Чимин испуганно сглотнул, переводя взгляд обратно на сцену. — Ты — никто в этом городе, — голос Чонгука эхом по всему залу разносился, от чего все присутствующие невольно съежились, боясь идти против «дьявола», предпочитая молчать. — Ты как был подстилкой, так и останешься. Уж я то об этом позабочусь, обещаю, — альфа наконец отпустил Тэхёна, посмотрев в его карие глаза. Внутри Чонгука ликовало всё от того стыда и страха, что он там видел. Тэхён, в первый раз наверное, предстал таким растерянным и растоптанным перед альфой. И Чонгуку это безумно нравилось. До ломки костей, до чертиков перед глазами. Чонгук чувствовал своё превосходство над омегой, даже таким гордым и неприступным. Сейчас же тот скорее на котёнка был похож, которого выкинули на улицу. Чонгук сам себе аплодировал стоя, ведь теперь он и вправду каждого в этом городе на колени смог поставить. Пускай Тэхён и слезинки не проронил, но ведь и Чонгук не говорил, что на этом конец будет. У него ещё много мыслей есть, идей, а Тэхён одним лишь видом своим это нездоровое желание внутри альфы ещё больше распалять начинает. Ломать, уничтожать, контролировать. Чонгук никогда не понимал людей, которые говорят, что контроль переоценивают. Альфа же думает, что нет ничего лучше, чем держать всё в собственных руках, управлять, помыкать. — Я обещал тебе, что мой подарок будет самым лучшим. Думаю, что я сдержал своё слово, — без единой эмоции на лице, Чонгук спустился со сцены, на ходу забирая своё пальто со стула и направляясь к выходу. Тэхён так и остался посреди сцены стоять, приковав всё внимание к своей шее. Он уже был готов заскулить от безысходности, и вправду как дворняжка настоящая, но Чимин вовремя к брату подскочил, снял гадкий ошейник с его шеи и откинул в дальний угол. Ким не понимал, что именно в этот момент чувствовал. Обиду и стыд? Бесспорно. Оно мерзким узлом внутри собралось, заставляя глаза слезиться, растеряно взгляд вниз опускать. Но это всё были цветочки, по сравнению с той лютой ненавистью, что внутри омеги с невиданной силой бурлила. Тэхён по натуре добрым человеком был, помогал окружающим, но сейчас его ненависть, казалось, заполнила его доверху, выливаясь через край. Омега осознал, что добротой не всегда можно решить все проблемы, что вера в лучшее только усугубляет ситуацию, делает в конечном счёте больнее. Возможно, если бы Тэхён не поверил Чонгуку, не поселил глубоко в душе зернышко надежды, что даже такой человек, как Чон Чонгук, способен измениться, стать лучше, то сейчас было бы не так больно. Тогда бы он принял этот удар в грудь с гордо поднятой головой, а не в спину исподтишка. Омега со сцены спускался, наступая со злостью на ошейник, валяющийся на полу, с улыбкой разочарования на лице. Дурак. Тэхён сам себе удивлялся, доверчивости своей. Но ничего, теперь парень больше таких оплошностей допускать не будет. Если Чонгук хочет войны, то он её получит.

***

С самого утра в одном из самых больших небоскрёбов Сеула шум не стихал ни на минуту. Высокое стеклянное здание «Goldenness» располагалось в самом центре города, выполняя функцию главного офиса клана Чон. Именно здесь заключались многомиллионные контракты, самые крупные сделки, ну и конечно, начинались многие интриги и сплетни. Сегодня же обычно спокойный и размеренный день превратился в полнейший хаос, ведь за последнюю неделю количество проблем на фирме увеличилось вдвое. Чонгук стоял во главе длинного стола, по бокам от которого сидело множество его подчиненных. Альфа пристально оглядывал присутствующих, встречаясь взглядом с каждым, от чего те, стыдливо поджав губы, боязливо опускали взгляд вниз. — Что-то я не расслышал, — медленно проговорил Чон, — какие убытки мы понесли за сегодняшнее утро? Никто не осмеливался повторить это шестизначное число, продолжая молчать. — Вы что, оглохли, идиоты?! — Чонгук резко ударил кулаком по своему столу, от чего некоторые омеги громко вскрикнули. — Господин Ким Тэхён отказался сдавать свои склады под наш товар, потому…— главному бухгалтеру не дали договорить, грубо перебив его на полуслове. — Мне плевать, слышите! ПЛЕВАТЬ! — по слогам произнёс Чонгук, — делайте что хотите, но чтобы к завтрашнему дню я получил свой товар обратно! — альфа демонстративно отвернулся к окну, давая понять, что совещание окончено, и далее он говорить не намерен. Тихо поклонившись, сотрудники поспешили выйти за пределы этого душного кабинета, который все эти долгих полчаса казался для них скорее преисподней с разъяренным дьяволом во главе, нежели обычной приемной для переговоров. Чонгук тяжело дышал, крепко сжимая кулаки и стараясь хоть немного успокоиться. Чертов Ким Тэхён. Альфа предпочитал всегда оставаться хладнокровным, решать проблемы на чистую голову, но этот мальчишка смог разбудить зверя, что спокойно на пороге спал до этого, подложив лапки под голову. Внутри Чонгука злость с невероятной силой разрасталась. Тэхён ему палки в колёса вздумал вставлять, из-за него Чонгук несёт огромные потери в бизнесе. Глупец. Альфа ведь уничтожит его по щелчку пальцев, если решится обрубить в ответ все их связи, разорвать сделки, и так с большим трудом заключенные. Чонгук конечно знал, что Ким решит отомстить ему за его выходку на дне рождении, но не думал, что этот омега окажется настолько безалаберным и импульсивным, чтобы так в открытую объявлять войну «дьяволу» города. Хорошо, что армий вооружённых они не имеют, думал про себя Чонгук, иначе бы выживших уж точно не осталось. Их ненависть взорвалась бы атомной бомбой, забирая в диапазон поражения всё вокруг, уничтожая. Но Чонгук и без армии за спиной справится, в одиночку сможет выстоять эту холодную войну. — Чонгук, — Юнги аккуратно позвал альфу, не решаясь подойти ближе, оставаясь сидеть на другом конце стола. Чон и ухом не повёл, глубоко дыша, а из носа, как у быка, казалось, пар уже идти начинал. — Ты ведь сам виноват в этой ситуации, — спокойно продолжал Юнги, — неудивительно, что Тэхён не хочет больше вести с тобой бизнес. — Заткнись, — сквозь зубы процедил Чонгук, прислоняясь лбом к холодному стеклу. Чонгук устало прикрыл глаза, наслаждаясь охлаждающим эффектом. Сейчас необходимо действовать рационально, не поддаваться эмоциям. Но это было слишком трудно. Непосильно для Чонгука. Потому уже через секунду он решительно повернулся к Юнги, строго смотря в глаза: — С сегодняшнего дня перекрыть поставки всех видов товаров для клана Ким, — спокойно сказал альфа, — все земли, выданные им в аренду, забрать, а меня в немедленном порядке связать с главой третьего клана — Ким Намджуном. — Но как же…— Юнги испуганно наблюдал за другом, даже не представляя к каким последствиям могут привести выполнение всех его поручений. Но Чонгуку, казалось, плевать было на это. Его влияние слишком велико, так что сопутствующие потери он сможет легко перенести. А вот Ким Тэхён вряд ли. Чонгуку хотелось его уничтожить, обанкротить, всё что угодно, лишь бы этот омега не остался в выигрыше. Ни при каком раскладе. И самое главное — альфа мог это сделать. Юнги по одному взгляду Чонгука понял, что спорить и объяснять на какие они риски идут бесполезно, потому просто беспомощно кивнул. Уже собираясь уходить, блондин остановился у самой двери, не зная стоит ли портить настроение своему хозяину ещё больше, но Чон избавил его от этих терзаний, задав вопрос первым: — Что там по нашему вопросу, Юнги? — альфа подошёл к столу и налил стакан своего любимого виски, сразу же жадно осушая его, — есть какие-либо продвижения? — Прости, Чонгук, но нет, — Юнги провёл пятернёй по платиновым волосам, — я опросил почти каждого незнакомого мне гостя на той вечеринки, но никто никогда не видел похожего кулона и где его можно купить тоже не знает. — Ясно, — Чонгук с громким стуком поставил стакан на стол, раздраженно поджав губы, — как всегда. — Я знаю, что уже спрашивал, но может ты ещё что-нибудь помнишь об этом парне, помимо медальона на шее? — Ты думаешь, я настолько тупой, что не сказал бы об этом, если вспомнил?! — более резко, чем нужно, переспросил Чон. Этот парень привык всегда получать то, что хочет, но последнее время проигрывал по всем фронтам. И это его ужасно злило, заставляло ненависть внутри клокотать, застилая полностью глаза пеленой. Чонгук держался. С эмоциями ему всегда было крайне тяжело справляться… хотя, помимо отрицательных, он, в принципе, никаких и не испытывал более. Чонгук глубоко вздохнул, стараясь успокоиться. А Юнги, тем временем, уже давно за дверью скрылся, не желая попадать под горячую руку своего хозяина. Надо оставаться спокойным, сам себе повторял Чонгук, он сможет найти того парня из далекого детства, который, кажется, последний слышал его искренний смех. Ничего, был уверен альфа, он ещё успеет поквитаться с Ким Тэхёном. Ему просто нужно время.