UnderTale?! Нет, DustTale!!!

Спагетти вышли отличные, и после еды меня ожидаемо разморило. Папирус, что странно, тоже выглядел сонным, наверняка магическое истощение. Наверное, именно поэтому я согласилась лечь спать вместе в кровать Папса, так как иначе это объяснить просто нечем... А приснилась мне, ожидаемо... ... Пустота. Похоже, я уже стала привыкать к этому бесцветному пространству, потому что Душа уже не вздрагивала от ощущения бесконечности, сравнимого лишь с ощущением свободного падения, которое я никогда не испытывала. Сегодня хотелось экспериментировать, и я подпрыгнула... А потом полетела куда-то вниз, потому что под ногами будто разверзлась невидимая пропасть. Где-то внутри тут же зародилось чувство сосущего страха перед неизведанным, нет - скорее первобытного ужаса... А вскоре это чувство полностью наполнило меня, и я начала получать удовольствие от гуляющего по жилам адреналина. Это даже круче прыжка с парашютом и езды на гоночном болиде - ощущение напоминало полёт во сне, какие бывают лишь у детей. Помнится, у меня такие сны держались дольше, но полёты стали совсем уж медленными и низкими, не принося того же удовольствия... Зато появился азарт в борьбе с силами гравитации, которые мне удавалось победить совсем ненадолго. Впрочем, бесконечное падение в чёрное ничто не в полной мере отражало мои эмоции. Сюда бы добавить описанный многими пережившими кому людьми свет в конце туннеля, вот тогда это было бы действительно невероятно... Стоило об этом подумать, как прямо перед глазами появилась тёмно-серая искорка, что на бесконечном чёрном полотне Пустоты сияла ослепительной звездой. И, будто этого мало, стала светлеть и медленно увеличиваться в диаметре. Вскоре крошечная пылинка превратилась в круглое отверстие, и я в него упала. Привыкший ко мраку Пустоты взгляд резануло белым светом, наполнявшим небольшое помещение, кажущееся... Знакомым?! Это же... - Да, это лаборатория Санса, девочка. Та самая, в подвале. Точнее, ИСТИННАЯ лаборатория. - возле прозрачных створок кабины воскрешения сидел белый пёсик, выглядящий очень знакомо. - Ты же помнишь лабораторию Хотленда? Под обычной, где доктор Альфис проводила свои разработки разной техники, была и подземная, где обитали Амальгамы и проводились эксперименты с Душами, Решимостью и прочими не самыми приятными вещами? Вот, здесь то же самое. Та самая кабина, где ты воскрешала монстров, одновременно является ещё и лифтом к этому уровню. И здесь можно творить нечто по-настоящему невозможное... потому, что здесь работаю Я. - и пёс гавкнул, широко улыбаясь. Эта улыбка была мне знакома... Слишком сильно знакома. - Тоби. Ну конечно, ты не мог не стебануться, затащив меня сюда в ходе интереснейшего эксперимента... Или это случайность такая удачная? - хитро-ехидная ухмылка сама вылезла на лицо... и я поняла, что копирую улыбку пса. - Что? Это не стёб и не случайность! Просто тебе самой захотелось остановиться, вот так оно и получилось! Я здесь абсолютно ни при делах! - возмутился белый пёс, которого с головой выдавала его улыбка. - Хотя, если всё так вышло, можем мы немного поболтать? А то я с того появления не пытался связаться, а тебе было не до мыслей о легкомысленной болтовне... Некоторое время я молча мерила невозмутимого Тоби Фокса тяжёлым взглядом, но вскоре поддалась и выдохнула, собирая мозги в кучку. - Ну не знаю, не знаю... Я вроде и сама уже во всём разобралась, но обсудить парочку моментов точно не помешает. Давай ты начнёшь, а потом будем импровизировать по ходу дела. - решительно выдала я, а пёс кивнул и начал... - Ну, начнём с того, зачем я тебя сюда затащил. - на морде Тоби читалась сосредоточенность. - Ты недавно утверждала Астеру, что воскрешать Азриэля собираешься после перезапуска. Типа он пока никак не поможет, и ты сама справишься. Но это не совсем верно: как ни крути, а этот мир практически копирка с оригинала и Азриэль здесь по-прежнему является Ангелом из пророчества. А значит, без его помощи спасти этот мир тебе не удастся. Да что тебе, это неписаное правило - житель Поверхности и житель Подземелья должны быть вместе ради спасения обоих народов. Фриск об этом постоянно забывала, а может, просто не могла понять, но... Она отдавала половинку своей Души принцу, но это было не то. У Азриэля есть и своя Душа, даже если её и не видно. Надо было сначала разбудить его Душу, которая даже после поглощения Душ людей и монстров проснулась лишь до тех пор, пока все они не вернулись по своим местам. А потом Душа Азриэля вновь заснула. Так что Фриск вместо обнимашек и последующей беготни до клумбы в Руинах с целью спасения Азриэля стоило просто объединить их Души, пока та не заснула снова. То есть, фактически, они должны были обменяться половинками Душ, причём добровольно. Да, Фриск при этом перестала бы быть человеком на все сто процентов, получив доступ к магии Азриэля и возможности превращения в монстра-босса типа семьи Дриимурров, но зато перестала бы умирать, потому что магия лишь стремилась завершить цикл как полагается. И раз вместо этого Фриск предпочитала повторять этот бесконечный круг постоянно, то это её ошибка. Так что придётся этим заняться тебе. А я помогу немного... - ну и ну... - Так это что же получается, мне надо будеть воскресить Азриэля и объединить с ним Душу? А это мне в реальности не аукнется? - нахмурилась я. Пёс кивнул: - Не должно. Ты ведь, как тебе известно от Астера, здесь лишь разумом, а Душа и тело принадлежат Фриск. Вот только она, походу, ещё ни разу не противилась твоим решениям, а значит, не будет и теперь. К тому же, когда Чара станет монстром-скелетом, то Азриэлю всё равно будет комфортнее быть рядом с человеком. Это поможет сдерживать его силу в рамках, а Фриск справится. - Ну, если ты так говоришь, то ладно. - пожала я плечами. - Как бы там ни было, мне всё равно придётся воскрешать принца... Кстати, а как насчёт Г... Астера? - А что насчёт него? - вот этот вопрос удивил пёсика.. По крайней мере он изобразил удивление на своей мордахе. - Ты не сможешь его вытащить из Пустоты целиком, этого нет в кодах мира. Вот когда ты закончишь своё путешествие, тогда... Возможно, ведь тогда мир уже не будет игрой, а станет обычной параллелью без перезапусков. А значит, игровые законы не будут мешать. Но до этого момента ещё дойти надо, а пока не заморачивайся. Подобная отповедь меня не удивила, но заставила задуматься. Слишком уж рьяно Тоби это сказал, что могло иметь свои причины. Блин, да я ломала логику этого мира не один раз, так почему не попытаться снова? Хотя стоит ли? Как-то сразу всплыла реакция Санса на намёк об учёном монстре, которая точно не была простым совпадением. Что-то тут нечисто, но думать об этом лучше не здесь, а наяву. С этой мыслью я вздохнула и потрясла головой: - Ладно. Будь по твоему, Тоби. Но как ты мне помогать собрался? Это же сон... - Что? Ты и правда думаешь, что всё это, как и Пустота, тебе снится?! - пёс рассмеялся лающим смехом, будто я сморозила удачный каламбур. - Глупая. Это Фриск снится, но не тебе. Для тебя эта лаборатория, как и я, как и Пустота, так же наяву, как скелет в твоих объятиях. Твой разум не привязан к этому миру, поэтому и рамок как таковых тоже нет. Ты сама ограничиваешь себя привычными рамками реальности, хотя это не принципиально. По крайней мере, здесь эти рамки просто не работают. Пока Фриск спит, ты свободна. Можешь попробовать выйти отсюда прямо сейчас. - и мотнул головой в сторону двери наружу. Хмыкнув, я вышла... ... Сноудин был чистым и красивым. Монстры стояли на своих местах, как в привычном мне Пацифист-руте, даже на секунду захотелось подойти поболтать. Но вместо этого я направилась в дом скелетов, в комнату Папируса. Всё же слова Тоби Фокса отпечатались в сознании слишком мощно. Зрелище в комнате младшего скелета предстало... безумно милое. Фриск лежала с Папсом в обнимку, положив свою ладошку на его шейные позвонки, а щекой расположившись на широкой костлявой ладони младшего скелета. Оба при этом улыбались так, что я буквально чувствовала, что им снится один и тот же хороший сон... Вот только за спиной Папируса я видела едва заметный силуэт, напоминающий Гастера. Этот силуэт протянул руку к черепушке скелета, неощутимо касаясь... и тут же улыбка померкла, а сам Папс вздрогнул во сне. Его Душа тут же загорелась, пропитывая кости оранжевым светом, но этого было мало... И тут Фриск нахмурилась во сне. Её ладошка, лежащая на шее скелета, принялась источать жидкую Решимость, и эта алая светящаяся субстанция стала медленно испаряться, окутывая спящих плотным облаком. Силуэт, заметив это, резко отдёрнул руку, будто боясь испачкаться, а затем плавно исчез... Лишь за секунду до этого я увидела крошечные сине-жёлтые радужки, окутанные фиолетовым пламенем. Гастер... Его Душа точно трёхцветная... То есть была такой. Стоп... А почему так, если изначально его Душа была фиолетовой? Экспериментировал над собой? И что получилось?! Сейчас об этом думать я не стала, подойдя к Фриск и Папсу. Алое облачко Решимости легко пропустило мою руку, и я коснулась пушистых волос Фриск: - Ничего с вами не случится плохого, ребята. Обещаю, я защищу ваше счастье. - слова прозвучали в комнате громом с небес, и я ощутила, что таю, втягиваясь в тело Фриск как призрак в манекен. Да... Моё место внутри, а не снаружи... *** Всё же просыпаться на костях тот ещё экстрим. Открыв глаза, я первым делом увидела черепушку Папируса, который выглядел крайне умиротворённым. Моя рука лежала на его шейных позвонках, а сама я лежала щекой на костлявой ладони младшего скелета. Улыбка вылезла сама, и я мысленно хихикнула: наверное, не будь я неравнодушна к Сансу, точно влюбилась бы в него хоть ненадолго. Впрочем, может, Фриск сможет осуществить это вместо меня... ... Похоже, мне стоило осторожнее убирать руку: задев шейные позвонки Папса подушечками пальцев, я вызвала этим странную реакцию - от основания черепа вниз по позвоночнику поползли тонкие оранжевые магические нити, слегка искрящиеся. Вместе с этим на скулах младшего скелета засветился румянец, а сам он шевельнул пальцами, погладив меня по щеке, что лежала на его ладони. Это действие вызвало теперь уже реакцию тела... причём ни разу не мою собственную: видимо, Фриск начала просыпаться. Ну, оно понятно, ведь я позволила себе выйти из нашего общего тела ненадолго, и это могло подействовать. Не знаю, какие последствия за этим последуют, но сейчас я позволила девочке действовать... а та потянулась к Папирусу и коснулась губами его зубов. Медленно, робко и решительно одновременно. Ощущение при этом возникло странное, но отторжения я не заметила. Значит... Неужели я была права о чувствах Фриск к Папирусу? Хотелось бы верить в это... Тем временем в глазницах младшего скелета загорелись оранжевые зрачки: - А... Что? Фриск, ты... ты что делаешь? - спросонья голос Папса был тихим и немного хрипловатым... или это из-за магии на его костях? Я же вздрогнула: - Это... Не знаю. Наверное, приснилось что-то... - где-то в глубине подсознания Фриск вздрогнула вместе со мной, это было весьма ощутимо. - А ты как спал? - Странно... - румянец поблёк, а Папирус опустил взгляд куда-то вниз. - Сначала снилось что-то приятное, с Андайн и Сансом, и Андайн вручала мне комплект брони с эмблемой Королевской Гвардии, а Санс сиял радостью, что моя мечта сбылась. Там и ты была, Фриск... Ты улыбалась мне, радовалась вместе со мной... Это было так приятно... Ты говорила, что дома нас ждёт праздничный ужин с особыми спагетти по человеческому рецепту, а потом ты сказала... Что в качестве подарка... Ты позволишь мне лично поймать тебя и доставить к королю Азгору... И даже посмотреть, как вы будете ломать Барьер... - на этом моменте на глазницы Папируса навернулись оранжевые магические слёзы. - А потом всё превратилось в кошмар. Я принёс тебя на руках во дворец короля, и передал Азгору прямо в руки. Ты улыбалась... Так, будто всё как надо... А затем король потрепал тебя по волосам и... ударил прямо в грудь своей лапой... Достал твою Душу... И съел её... Прямо на моих глазах, будто меня там и не было. А ты всё улыбалась, но... улыбка стала пустой, лишь маской. Посмертной маской... Теперь эта улыбка горела на лице короля, который плакал. Это... Страшно... Неужели для этого и нужен был человек? А остальные шесть Душ? Они тоже были получены... Так?! Нет... Не хочу в это верить... - и младший скелет расплакался, по-прежнему держа свою ладонь на моей щеке. Как моя рука взлетела, стирая дорожки со скул Папируса, я и сама не заметила. Просто в какой-то момент вдруг поняла, что стираю светящуюся субстанцию с лица младшего скелета, при этом сама рыдаю как крокодил над добычей. Слёзы лились не переставая у нас обоих, пока я, не стерпев внутренних требований от Фриск, не решила утешить Папса... Да. Я просто притянула его к себе и слизнула его слёзы. При этом мы оба оказались слишком близко, и вспышка румянца на наших лицах тоже стала одновременной: - Фриск... Ты... Что делаешь, Фриск?! - выдал Папс, а я лишь вздрогнула: - Утешаю. Хватит плакать, Папирус. Слёзы тебе не идут. - и я аккуратно коснулась кончиками пальцев его шеи, вызывая искристые нити. - Но... Разве так утешают? - румянец засветился ещё плотнее. Милота... - Конечно. Самое действенное средство против истерики - поцелуй. Даже на скелетов действует, как видишь. - сказала, поглаживая шею Папса. - Ну, раз действует... Тогда я тоже попробую. - нерешительно выдавил скелет... и лизнул меня в щёку, по которой текли слезинки. Его оранжевый язык не отличался от обычного, разве что по коже от такого прикосновения побежали мурашки. Истерика тут же была забыта... а Папс, будто закрепляя результат, положил свою ладонь на мою шею, тихонько поглаживая... прямо как я сейчас. - Ого... Как интересно... Папирус... Ты замечательный ученик! И правда действует... - попыталась я сбить градус смущения, потому что Фриск где-то в глубине просто горела как яростное пламя... или нет, скорее ревнивое. - Я рад это слышать, Фриск. - Папирус ярко и невинно улыбнулся, разрывая контакт и пряча язык за зубами. - Потрясающее утро сегодня, верно? - Агась... Сегодня великий день, Папс... Но почему именно, я тебе не скажу. Ты сам всё увидишь... - я хихикнула. Сон, или что там было с Тоби Фоксом, буквально прямым текстом говорил, что надо действовать. Раз уж я не привязана к этому миру как Фриск, то и ограничений гораздо меньше. - Да! Буду только рад. А сейчас идём готовить завтрак, а то у меня скоро кости сведёт от голода! - младший скелет пылал энтузиазмом пополам с румянцем, явно вызванном попыткой сказать костяной каламбур в стиле Санса. Хех... Завтрак готовили вместе. Я вспоминала навыки готовки из дома, а Папс готовил спагетти под моим чутким руководством. В итоге на завтрак помимо пасты были ещё пирожки с рыбой, луком и морковкой. Мысли в моей голове крутились путанные, но я старалась не зацикливаться на них. Наконец пирожки были красиво размещены в широком блюде, а мы с Папирусом уминали приготовленные им спагетти. Вкусно было невероятно, что вызывало желание немного погордиться моим преподавательским талантом, но вместо этого я радовалась вместе с младшим скелетом. А после завтрака мы отправились в подвал за домом, где я уже воскрешала монстров. С собой я взяла лишь пакетик с прахом Флазри и не поместившийся в блюдо пирожок... ... Подвал не изменился за время моего здесь отсутствия. Папирус очень внимательно осматривался, явно не понимая, зачем мы сюда пришли: - Фриск... А зачем мы здесь? Я тут уже бывал прежде? - голос скелета дрожал. - А ты уже забыл? Ну да, магия сглаживает острые углы... - хмык вырвался самопроизвольно. - тогда я не буду бередить прошлое. В общем, мы сюда не за разговорами пришли, Папирус. - я подошла к машине поближе и закрыла глаза, как во время сна. В тот же миг перед глазами замельтешили строчки кодов, и я принялась их набирать на клавиатуре аппарата. Вся моя Решимость была сосредоточена на желании вернуть к жизни существо со спящей Душой, чей прах был у меня с собой. Это желание пылало во мне подобно огню Гриллби, и я вся горела этим пламенем. Ошеломлённый вздох младшего скелета был полнейшей неожиданностью, и я обернулась. - Что не так? Ты чего вздыхаешь? - Фриск... Ты... Горишь... Фриск? Человек?! - выражение черепушки Папса выглядело донельзя шокированным, будто он привидение увидел. Я и сама покосилась на стеклянные створки камеры воскрешения... и вздрогнула: это точно была не Фриск! Глаза этого человека были тёмно-карими, цвета крепкого кофе, короткие волосы стояли вертикально, двигаясь как языки пламени... Но что шокировало, так это кроваво-красное пламя вокруг всего тела, состоящее из уже знакомой дымки Решимости... и ещё черты лица были мои. Да, теперь лицо Фриск было искажено так, что я видела в его чертах себя из реальности. - Ого... Так вот как я на самом деле выгляжу... - хихикнула я. Папс вздрогнул от моей интонации, пронизанной ехидством. - Да брось, я всё ещё Фриск... Лучше вспомни о своих друзьях, Папс. Как давно ты их видел последний раз? - Эээ... Уже очень давно... Кроме тебя, у меня только один друг, не считая Андайн... Это цветок... Золотой цветок... - младший скелет говорил странно тихо, будто уже забыл о Флазри. Ничего, ещё вспомнит. Я вздохнула: - Тогда постарайся вспомнить его образ во всех подробностях. Этот цветок не только твой друг, и мне потребуется помощь, Папирус. Представляй его вид, голос, слова, сказанные им, смысл его слов... И я тоже буду вспоминать... Папирус молча кивнул и подошёл поближе, положив ладонь мне на плечо без капли страха. Окутавшее меня пламя перекинулось на скелета, по пути окрашиваясь его магией до розанжевого оттенка, и вскоре мы оба пылали одним сиянием. Пакетик с прахом полетел в открытые створки камеры, моя рука клацнула кнопкой ввода, двери захлопнулись... И наша совмещённая сила потекла через мою руку в машину, наполняя камеру Решимостью и магией. Розанжевый туман наполнил пространство камеры, и вскоре из кучки праха проклюнулся росток, пробились два листочка, распустился бутон... А затем вокруг цветка стала уплотняться магия, смешанная с Решимостью, меняя очертания на фигуру монстра ростом где-то с Ториэль, то есть около двух метров. Силуэт за дверями камеры имел знакомые по реальности очертания Азриэля Дриимурра, Абсолютного Бога Гиперсмерти, как он называл себя в игре. Наконец дверцы распахнулись, и в клубах магического тумана вышел... - Братик-Азри!!! Ты вернулся!!! - Фриск кинулась к нему, наплевав на мои предостережения... Впрочем, ей повезло: Азриэль был ещё дезориентирован после воскрешения, и не стал атаковать - его вообще больше волновало, как на ногах устоять. А Фриск, перехватив у меня управление, прилипла к нему с обнимашками, едва не уронив принца обратно в камеру воскрешения. Я стояла возле Папируса, глядя, как Фриск радовалась. Как-то не сразу дошло, что мы разделились, а я стою отдельно от девочки в виде живого факела с человеческими очертаниями фигуры, эдакая воплощённая Решимость. Папирус выглядел тоже крайне шокированную, но не говорил ни слова... я же боялась даже пошевелиться, не желая утратить форму: ведь это не сон сейчас. Хотя Тоби Фокс ведь говорил, что для меня рамки этого мира мало что значат, а это может означать то, что я могу быть не только частью Фриск, но и самостоятельной личностью... Ну ничего, ещё найду время поэкспериментировать...