I'm Park Jimin!

На следующий день Чонгук действительно смог выучить и свою хореографию, чем немало удивил Хьюна. Мужчина действительно не понимал, что могло произойти с айдолом буквально за день, что он так улучшил свои навыки. Но эти мысли пытался всё же задвигать на задний план, чтобы нормально продолжать работать. А Чимин наблюдал то за Гуком, то посматривал на хореографа. На первого он смотрел из-за танцев, а на второго из-за постоянно сменяющихся эмоций. Призрак даже иногда начинал посмеиваться и прикрывал лицо руками, чтобы не заржать в голос и не отвлечь Чона. Но тут Пак обращает внимание на письменный стол в углу. Обычно он даже не подходил туда, но сейчас на столе лежало крайне много бумаг, это его и заинтересовало. Он аккуратно, обойдя Хьюна, подошёл к столу и взглянул на бумаги. Собственно, ничего мега-интересного он там не увидел, было множество бумаг, часть которых даже не касалась ни коим образом Чона. Но присмотрелся Чим к небольшому календарику, который стоял на этом же столе. Там был расписан полностью чей-то график. Присмотревшись, призрак понял, что всё это расписание соответствует младшему. Дни, когда у него были занятия по вокалу и рэпу, и дни, которые были посвящены хореографии, полностью совпадали с календарём. Вот: последние три дня были посвящены танцами, до этого два для вокала, до этого день, связанный с рэпом, и так далее. И тут Чим понимает, что следующие три дня будут днями отдыха. Призрак несказанно этому радуется, понимая, что Чон действительно заслужил перерыв, а ещё это означало, что эти дни они могут заняться всем, чем захотят. Когда у Чонгука был большой перерыв, Чимин подошёл и спросил его о выходных. — Да? — удивился Чон. Хоть рядом никого и не было, он всё же разговаривал тихо. — Я не знал. — Ты вообще в своё расписание не смотришь? — настало время удивляться Чиму. — Я крайне редко это делаю, потому что чаще всего мне с вечера говорят о планах на завтра. — Ясно всё с тобой, — с милой усмешкой сказал призрак. — А какие у тебя планы на выходные? — реакция на этот вопрос последовала крайне заторможенно. Но в итоге суть ответа заключалась в том, что планов как таковых вообще нет. И парни решили разобраться с этим вместе сегодня вечером.

***

Время близилось к девяти вечера. В гостиной сидели два парня и рылись в интернете в поисках мест, куда можно сходить на выходных. В такие моменты кажется, что вот оно счастье. В этих тихих осенних вечерах, проведённых с дорогим человеком (ну или призраком)). И всё было бы крайне здорово, если бы так и продолжалось дальше… Но обычно наши желания и то, что действительно происходит, отличаются. Чонгук решил налить себе чай, поэтому ушёл на кухню, оставляя Пака одного. Но то, что он увидел, когда вернулся, заставило его сердце пропустить пару, а то и больше, ударов. Чимин лежал на полу и корчился от боли. Не понимая, что происходит, парень бросился к Паку. Тот схватился за голову и был на грани того, чтобы закричать в голос. — Минни?! — в глазах Чона был дикий страх. — Что происходит? — но ответом послужил лишь крик призрака. Как бы Гук ни пытался успокоить Чима или узнать от него хоть что-то, внятных слов он получить не мог. Чонгук не знает, что делать, сердце бьётся как сумасшедшее, голова будто набита ватой, а в ушах эхо крика. Ему страшно. Очень. От непонимания. От незнания. От всего, что сейчас происходит. Чонгуку. Страшно. Но крик прерывается, а Чимин падает в сильные руки Чона, обессиленным, и он опять не знает: хорошо это или плохо, что призрак потерял сознание. — Минни?.. — на оклик отзывается лишь тишина. Парень встаёт на ноги, держа на руках Чима и кладёт его аккуратно на диван. он вновь окидывает старшего взглядом, а после выдыхает и прикрывает глаза. — У меня сейчас дежавю… — говорит он вслух. — Точно так же я принёс тебя в наш первый день знакомства… Ты с того момента совсем не изменился, всё тот же, так же выглядишь на лет восемнадцать максимум, в той же одежде, что и тогда… Только сейчас мне в разы страшнее за тебя, ведь ты стал мне таким родным… В комнате не горит основной свет, ведь его никто и не включал, лишь небольшой ночник служил источником хоть какого-то освящения. Чон крепко сжал ладонь Пака в своей и положил свою голову на диван, продолжая сидеть на полу. Спустя несколько минут он закрыл глаза и погрузился в царство Морфея.

***

Первым утром очухался Чимин. Он с трудом принял сидячее положение и хотел потянуться рукой к голове, но ему это не удалось, ведь ладонь была в оковах Чонгука, который всю ночь провёл в объятиях пола. Чим аккуратно сполз с дивана и приобнял Чона со спины. — Прости меня, Кукки, прости… — тихо пробормотал призрак. Гук вздрогнул и открыл глаза. Он посмотрел на источник звука. — Что вчера было? — первое, что он спрашивает. Он говорит это настолько уставшим голосом. будто его заставили всю ночь работать в шахтах. — Я… Не знаю… — Паку было тоже страшно. — Мне стало очень больно, будто меня разрывали… — Я понимаю, что ты тут не виноват, но, пожалуйста… Не пугай меня так больше, если с тобой что-то случится, я не переживу, — Чон перевернулся к призраку лицом и посмотрел на него, о чём-то задумавшись, но после отвёл взгляд немного смущаясь и пытаясь встать. Когда оба благополучно встали на свои двои, к Гуку пришла одна идея. — Слушай… А мы можем сходить в больницу, где ты лежишь? Может тогда будет всё более-менее ясно? Это предложение было крайне неожиданным. Чимин не рвался в больницу, где находилось его тело. Но сейчас выбора особого не было. — Прости за испорченные выходные… — сказал Чим. — Всё в порядке. Я не против потратить время на тебя, — после этих слов Чон отправился собираться. Время близилось к полудню, когда парни подошли к больнице. Чимин заметно нервничал, а Чонгук старался этого не показывать, но изменить того, что он сам крайне переживает, не мог. Айдол даже не знал из-за чего сильнее переживает: из-за того, что боится за состояние Чима, или причина заключалась в том, что он впервые увидит Пака в жизни. — Нам нужно сначала подойти к той девушке, — сказал Чимин, указывая в сторону регистратуры. — Зачем? Ты не знаешь, в какой палате твоё же тело? — удивился Чон. — Знаю, конечно! — насупился призрак. — Просто тебя должны отметить как посетителя. — Окей. Понял, принял, — Гук направился к той девушке. Подойдя к ней, он спокойно спросил о том, где лежит Пак Чимин. — А кем вы ему приходитесь? — спросила она. — Я его близкий друг, — на мгновение парень задумался, а после решил представиться. — Чон Чонгук, — только после этих слов девушка вгляделась в лицо молодого человека и осознала, кто перед ней стоит. — Мистер Чон, я сейчас не могу вас пропустить к пациенту, — смущенно начала та. — Он только после операции и к нему пускают только семью и тех, кто отмечен. Когда она произнесла эти слова, Чимин сорвался с места и перебрался в регистратуру. Он стал искать нужный документ. — Кукки, отвлеки её на минуту, — крикнул Чим. — Я впишу тебя в число тех, кто может меня посещать, — Чон ничего не ответил, а просто продолжил диалог. Пак аккуратно, но быстро стал искать документы по алфавиту. Нашёл то, что искал он очень быстро. Теперь нужно было вытащить папку, дописать имя и фамилию и вернуть всё на место так, чтобы никто не заметил. Он оглядел стол, за которым сидела девушка. Есть. Ручка лежала на краю и довольно близко к Чиму. Призрак вытащил папку и положил её на пол, а сам потянулся за ручкой. Если бы у него билось сердце, то оно бы сейчас из груди выскакивало. Он открыл нужную страницу и вписал строчкой ниже «Чон Чонгук». И тут он замялся, потому что выше было написано ещё только пять имён. Он прочитал их. Имена его согруппников. Пак помнил, как заполнял эту бумагу. Приходили ли его друзья к нему? Он не знал… — Извините, но я ведь пришёл к Ми… к Чимину, — слышит голос Чонгука призрак. Он захлопывает папку и возвращает её на место, а после кивает Гуку. — Я ведь, наверное, должен быть записан в число тех, кто может посещать его. — Я вроде бы не видела там Вашего имени… — Ну Вы посмотрите, пожалуйста, — улыбается Чон. — Я точно должен там быть. Девушка всё-таки встаёт из кресла и начинает искать папку. Чим в это время возвращается и встаёт рядом с Чонгуком. — Спасибо… — шепчет Чон. А девушка уже подходит к ним, кладёт документ на стол и открывает нужную страницу. — Вот смотрите, тут Вашего имени не… Что? — она подносит лист близко к лицу, всматриваясь и не веря своим глазам. — Быть не может… Мне уже самой лечиться надо, — тихо говорит она. — Простите меня, Вы действительно тут есть, — после этого она выдаёт парню пропуск со словами, что врачи могут его попросить. Чонгук принимает пропуск и благодарит девушку. — Палата №303 на третьем этаже, — добавляет она. Призрак сразу же берёт инициативу на себя и показывает Чону дорогу, тот в свою очередь молча идёт за ним. А когда они подходят к нужной двери, Гук берёт папку с личным делом пациента и после этого заходит. В палате из посетителей и персонала никого нет. Очень тихо. И было слышно слабое дыхание Чимина. Точнее тела Чимина. Чонгук сначала посмотрел на того, с кем сюда пришёл, а после на его тело и наконец-то решился подойти ближе. Этот Чимин отличался от его Минни. Он был худее, волосы длиньше, сам парень был в больничной одежде, а так же в глаза кидались капельницы и стоящая рядом аппаратура. Чон подошёл к стулу, который стоял около больничной койки, и сел. — Ты будто просто спишь, — сказал он. — Кома действительно обозначает сладкий сон, хоть это и не сон да и далеко не сладкий, — начал Чим. — Моё тело просто ни на что не реагирует. И то, что как бы я и оно не вместе сейчас крайне странно. Я ведь не умер ещё… — Ты не умрёшь. — Умру… — Сам посмотри, — сказал Чон, протягивая папку призраку. — Тебе удачно провели операцию, поэтому вероятность восстановления после аварии намного возросла. Скорее всего именно из-за этого ты вчера почувствовал адскую боль, — парень улыбнулся и вновь посмотрел на тело. — Глазам не верю… — прошептал Чимин. — Но… Что будет, если я очнусь? — неожиданно спросил он. — Я ведь буду тебя помнить? — Я не знаю… — оба замолчали. Призрак положил папку на тумбочку, а Гук прикоснулся к руке лежащего тела. — Знаешь… Твоё тело холоднее, чем… Я не знаю как назвать твою настоящую форму, — парень нелепо почесал затылок свободной рукой. — Я понял о чём ты, — улыбнулся призрак и хотел уже что-то ещё сказать, но его перебил шум в стороне двери. В палату зашёл высокий парень. Он был определённо чем-то озадачен, потому что сначала даже не заметил Чонгука. Руки у него были в карманах, а взгляд в полу. Волосы были короче, чем у Гука, но всё равно были красиво уложены. Он довольно громко выдыхает и поднимает глаза, натыкаясь на постороннего. Потребовались доли секунды, чтобы он понял, кто такой парень перед ним. — Какого ты тут делаешь? — довольно грубо спрашивает вошедший. О Чон Чонгуке он был наслышан. Знаменитый молодой айдол, выступающий в соло. Складывалось впечатление, что в жизни он будет зазнавшейся выскочкой, поэтому парень был готов к словесной перепалке. Чонгук в свою очередь был очень растерян, а Чимин стоял в ступоре. Повисло молчание. — Это Намджун-хён, — выдавил из себя Чим. — Он лидер моей группы. — Вы ведь Намджун, да? — аккуратно спрашивает Чон, чем поражает названного. Причём удивлён Джун был не столько знанием своего имени, сколько обращением на «Вы». — Ну да… — более спокойно ответил он. — Я просто пришёл проведать Чимина, — Гук абсолютно не ожидал, что встретит кого-то из друзей. — Ты с ним знаком? — Намджун обратил внимание на пропуск и папку, лежавшие на тумбочке. Пропуск явно давал понять, что в списке возможных посетителей сольник присутствует. — Никогда не слышал, чтобы он про тебя говорил… Но раз уж на то пошло, то не стоит обращаться ко мне на «Вы». — Хорошо, спасибо, — улыбнувшись, сказал Чонгук, вставая со стула и ближе подходя к Намджуну. — Я наверное оставлю тебя и Минни, просто мне уже идти надо и… — договорить он не успел. — Минни? — опешил Джун. — Ты… Всегда его так зовёшь? — в этот момент Чон понял, что сказал, но ему ничего не оставалось, кроме как кивнуть. — Он один раз Тэ врезал, когда тот его так назвал, — под нос сказал Нам, но его услышали, однако ничего не сказали. — Ладно… Не буду тебя задерживать. Может, ещё увидимся. — Угу, — ответил Чон и вышел из палаты, а за ним проскользнул и Чимин.

***

Улица встретила их приятным, но холодным осенним ветром. Оба парня облегчённо выдохнули, когда отошли на какое-то расстояние от больницы. — Значит ты только мне разрешаешь себя так называть, да, Минни? — лукаво спросил Гук. — Ну… От тебя это как-то по-другому звучит, — подумав, ответил Чим. — Когда это говорят другие, мне не очень приятно, но с тобой такого нет… — Ого, даже так. Чимин кивнул. — Ясно всё с тобой, — рассмеялся Чон. — У нас с тобой ещё два с половиной дня выходных, поэтому можем пойти туда, куда хотели. В ответ был вновь милый кивок. Чонгук задумался о том, что когда Пак так делает, то выглядит совсем как ребёнок, пусть за всё это время парень понял, что лучше этого «ребёнка» не злить… Улыбнувшись своим мыслям, он вернулся к разговору с Чимом…