Два Дракона

Гардероб Стеллы летал по комнате, лавируя между поднятыми в воздух чемоданами, разделенными на 2 «лагеря». -Это отправляется к маме, а это к папе… - причитала она, продолжая разбирать свои вещи, – хотя нет, стоп, мне нужен синий топ для пикника у мамы и красное платье для парада у папы…. Я, почти не слушая эти причитания, стояла у окна, наслаждаясь видами леса и размышляя о своем. Честно говоря, даже спустя два года нашего общения я так и не смогла до конца понять ее в этой склонности к вещевому изобилию. Стелла напоминала образец эдакой идеальной диснеевской принцессы. Устроившись на подоконнике с чашкой чая, моего любимого каркаде с яблоком и корицей, я слушала баллады «Гонцов Осени», земной группы, игравшей в направлении фолк-металл. Их альбомы –словно отдельная история, рассказанная в бардовском стиле, рок-оперы, как их еще называли. Данная повествовала о жизни древнего вампира, о том, как будучи героем, истребляющим монстров, он пришел к пути тьмы. Кажется, я даже знаю, чем именно они вдохновлялись, история Влада Колосажателя, того самого, чей замок стоит в далеком северном городе *******. Заслушавшись я не сразу поняла, что девочки зовут меня. Пора было выходить во двор академии и провожать их. -Чем так заслушалась? – спросила Муза, вот уж кто действительно был ценителем хорошей музыки. -Вышел новый альбом моей любимой земной группы, – ответила я. – Как-то уже рассказывала вам о «Гонцах Осени». -Оу….рада за тебя, - она малость натянуто улыбнулась. – надеюсь, ты им довольна? -Очень! – а вот я оживилась. – В этот раз они затронули историю Влада Цепеша. В средние века на территории европейских стран существовало мощное религиозно-военное объединение, они называли себя Орденом Света и занимались истреблением монстров, принимали участие в судах над людьми, совершившими тяжелые преступления, а так же предметом их интереса были темные ведьмы и маги. Они считали своим долгом уничтожать зло, – история вызвала у подруги интерес, чему я не удивилась, в этом измерении любили подобные истории о паладинах света, повергающих зло. – И был среди них первейший из героев Влад Цепеш, он же Колосажатель. Свое прозвище этот охотник получил за фирменный почерк – насаживание монстров на колья, специально, что бы те не восставали и не возвращались к своим гиблым делам, – тут Муза скривилась, не по фейским душам были подобные жестокие картины. – Он был предан своими собратьями, погрязшими в жадности и тщеславии, и обратился в высшего вампира, повелителя нежити, но даже так, он не потерял любовь к миру благодаря своей жене и спас его от катастрофы в лице повелителя демонов. В их лицах сошлись тьма и хаос, мрак и зло. Влад победил, но Орден не принял этой победы, окрестив его гораздо большим монстром, чем повелитель демонов. Мир, который он защищал, отвернулся от героя, а позже Орден убил его возлюбленную, за что и поплатился своим существованием. С тех пор, как гласит легенда, темный охотник ждет ее возвращения в своем замке, продолжая хранить землю от демонической угрозы и наводить ужас на неправедные души, – окончание рассказа было воспринято с еще большим скепсисом, чем середина. -Любишь же ты подобные «сказки», – вздохнула она. – А я вот не понимаю подобного. По сути, здесь вампир выступает положительным персонажем, да и до своего обращения он не отличался положительными качествами, как посмотрю. Человек, сажавший своих врагов на колья, ни как не может быть героем, на мой взгляд. Его падение во тьму было закономерным, – пожала плечами Муза. -Возможно, – не стала спорить я, – но в этом все и дело, он был и есть тьма в чистом виде, но, отнюдь, не зло. В его планах не было уничтожения мира или его порабощения. Наоборот, когда все, что Влад любил оказалось в опасности, он заставил эту самую опасность содрогнуться от страха и забиться в самый дальний угол, забыть о всяких претензиях на завоевание мира. -Это слишком сложно и… как-то, на мой взгляд, преподносит не ту мораль, какую следовало бы, – покачала головой фея. -А если примерить это на уже знакомые тебе реалии, тех же ведьмочек из Облачной Башни? Хочешь сказать, они не заслуживают нашей дружбы и доверия? – я понимаю, у каждого есть право на собственные мысли и выводы, но терпеть не могу подобного лицемерия. После всех событий последних двух лет феи и ведьмы приобрели довольно тесные контакты. Проходили даже обмены студентками. Среди нас сейчас училось двадцать девочек из Облачной Башни, а среди них столько же фей. -Да, я так считаю, – припечатала Муза, с абсолютно ровным и холодным выражением лица, словно это была непреложная истина, из разряда голубого неба и теплого солнца. – Ты бы еще предположила, что можно доверять Трикс или кому-нибудь вроде Даркара. Я не стала спорить и продолжать этот разговор дальше. Такова была ее правда и ее взгляды на жизнь и на этот мир, мои отличались, но это мое дело, равно как ее взгляды – лишь ее собственное дело. Я стала частью магического мира всего два года назад. Откуда пришла? Из измерения почти полностью лишенного магии. Хотя, на мой взгляд, она была там. Скорее всего, запечатана, ибо не может быть столько сказаний написано на пустом месте, лишь под влиянием других миров. Тот мир отличался от этого. Чтобы перечислить все отличия не хватило бы и всей жизни. Так же отличалась и я от моих сокурсниц и подруг, в обоих мирах. Эта история с легендой не была первой в нашем общении. Я не всегда реагировала однозначно на сказки Магикса, потому что автоматически начинала анализировать с точки зрения своего мира. Муза рассказывала мне историю о Страшном Мунке и волшебной флейте. Мунк – чудовище со склонностью собирать в своем логове золотые вещицы. Нашел он как-то раз в старом заброшенном замке золотую флейту и утащил к себе. Любил Мунк играть на ней с заходом солнца, от чего в его пещере начинали танцевать золотые побрякушки, а он наслаждался этим зрелищем. Эту мелодию услышала принцесса и приказала верному рыцарю добыть волшебную флейту, как условие для получения ее согласия на брак. Рыцарь пришел к Мунку, скрутил его и забрал все сокровища, бросив их к ногам принцессы. Девушка согласилась выйти за него, что стало традиционным сказочным концом. Кто в этой сказке чудовище? Считается, что Мунк, потому, что он монстр, нечто косматое и клыкастое, а рыцарь и принцесса – положительные герои, потому что сделали волшебную флейту достоянием королевства. Забавно, а вот я бы не была так однозначна, рыцарь в данном случае все равно, что грабитель, а принцесса пожелала завладеть чужим имуществом. Монстр жил себе спокойно, не лазил по людским селениям, сокровище нашел в заброшенном месте, но все равно остался отрицательным персонажем. Как-то это не честно на мой взгляд. Да и это далеко не первый пример подобной истории в здешнем фольклоре. Когда я впервые прибыла сюда, этот мир очаровал меня. Создалось впечатление, что я могу стать полноценной его частью. Живя на Земле я чувствовала отдаление и одиночество. Наш класс никогда не был дружным, скорее даже наоборот. Разбившись на группки, мои одноклассники враждовали между собой, временами подставляли друг друга, издевались. Собачья стая, иначе не назвать. Поначалу я уходила, когда слышала об очередных планах по поводу закрытия кого-то в туалете, драк после уроков, молчала, когда они унижали тех, кто, так или иначе, отличался. Я была той, кто незаметно сидит на задней парте и помалкивает, пока один случай не перевернул мое отношение к подобному и мое положение в том числе. В нашем классе была девочка, Мари. Она была слегка полновата, не более того. Это стало предметом насмешек и издевательств. После года в положении девочки для битья, она покончила с собой. В возрасте тринадцати лет Мари наглоталась таблеток. Ее смерть ничего не изменила. Ребята, повинные в ее смерти, не сожалели о своих делах, они просто нашли новую жертву, Пьера, рыженького мальчика с плохим зрением. Для меня же Мари стала переломом в жизни. Я осознала насколько была слаба, насколько была труслива. Это было больно, это было страшно, это было мерзко. Кто хуже? Тот, кто бьет? Тот, кто смотрит на это? Тот, кто уходит или отворачивается? Ответ очевиден, все! Все, кто не имеет в себе сил заступиться. Осознав это, я заступилась за Пьера, самое тяжелое решение в моей жизни, как мне казалось тогда. Я боялась, понимала, что это может плохо кончиться, но уже не могла иначе. С тех пор Пьера оставили в покое, но роль жертвы досталась мне. В последний год учебы в средней школе мне поджигали волосы, обливали грязью, воровали обувь. Это было похоже на охотничий азарт. Я не вела себя как Пьер или Мари, не отвечая на их издевательства. Я била в ответ, как словесно, так и физически. Не типичная жертва, кто-то посильнее, кого интересно ломать. Мама предлагала перевести меня в другую школу, но ей отказали, учитывая, что на носу были выпускные экзамены, до которых оставалось всего несколько месяцев. Я выдержала. Возвращаться туда не было ни какого желания, но вопрос о том, что делать дальше для меня оставался открытым. После того, что было, я не хотела возвращаться в школу, ни в одну. Стелла решила этот вопрос своим появлением, открыв мне путь в Магикс. Земной мир жесток, очень жесток. Он один пролил крови больше, чем все миры магического измерения. Земля была слишком тяжела для меня. Пробудь я там дольше, сломалась бы, но Магикс, ставший моим спасением, оказался слишком приторным. Среди девочек я узнала, что такое настоящая дружба, но не стала по-настоящему своей. Во дворе нас ждал сюрприз, посол из Солярии объявил о Бале Принцессы для Стеллы. Девушка была растеряна, хотя это не умеряло ее счастья. Могу ее в этом понять, очередной повод надеть красивое платье, потанцевать с какими-нибудь принцами, а то и с Брендоном. Король Радиус собирался сделать важное объявление. Фея полагала, что это будет связано с возобновлением отношений между родителями. Правда я не разделяла ее уверенности в этом. Скорее всего, у ее отца появилась другая женщина. А может быть это связанно с чем-то еще, но точно не с тем, на что так надеется Стелла. Слушать меня она не стала, продолжая таить надежды. Подготовка к празднику не отличалась от всех прочих походов по магазинам. Хотя я сама ничего и не покупала, но было весело общаться с девочками, смеяться вместе с ними. Правда вскоре мы разошлись, и стало уже не так весело. В процессе всех поисков «идеального платья» для бала и переодеваний я ощутила тоску по дому. Мне не хватало Ванессы и Майка, моих мамы и папы. Я редко бывала дома, и не смотря на постоянную переписку с родными, скучала по ним с той же неистовой силой, с какой цветок скучает по теплым и нежным рукам садовода. Сама открывать порталы я не могла, так что все зависело от тех немногих, кто мог подарить мне возможность побывать дома, директрисы или Стеллы. Своеобразную перчинку в сумасшедший квест с платьем внесла девушка по имени Химера. Имя, означающее призрачную мечту, недостижимую цель, заранее провальный путь. Очень жестоко называть ребенка подобными именем, все равно, что обречь на крушение всех планов и мечтаний. Почему я не удивлена ее озлобленности после этого? Эта девушка смогла первой купить тряпочку, которую Стелла присмотрела себе. Удивляет порой, как некоторые так расстраиваются из-за подобных мелочей, правда не в отношении феи Солнца. Развод родителей всегда тяжело сказывается на детях, многие винят себя, другие стараются заполнить в душе образовавшуюся пустоту, ощущая жалость к себе. Стелла это отрицала, но безразмерными тратами она именно это и делала, старалась заполнить бездну, которую не заполнить никакими физическими богатствами. Купаясь в любви, моя подруга оставалась жутко недолюбленной. Столкнувшись с ее отцом, я поняла почему. Любовь в его взгляде смешивалась со своеобразной жалостью. Мне был понятен этот взгляд, так и говоривший: "Моя бедная девочка, лишенная полноценной семьи. Я должен дать тебе больше, должен дать самое лучшее". Только вот подобным он только сильнее питал пустоту в душе дочери. Стелла всегда будет искать больше, всегда будет подсознательно искать все новые и новые источники любви. С этим можно справиться, если осознать проблему, прийти к ней не отрицая, но она к этому не готова, и кто знает, будет ли готова когда-нибудь. Дворец Солярии оставил о себе весьма двоякое впечатление. Роскошь здесь соседствовала с излишеством, а вкус с показушной безвкусицей. Хотя кто знает, может все дворцы такие. Я видела их не так много, что бы судить. Мне предоставили весьма шикарные покои, как гостье принцессы, а Стелла провела экскурсию. Особенно сильно лично меня зацепила обсерватория с моделью вселенной Магикса. В ее просторах не было Земли, но были сотни других миров. Среди них сиротливым шариком бороздило искусственный космос Домино, моя родная планета, опустошенная семнадцать лет назад. Три древние ведьмы решили уничтожить искру Огня Дракона и оставшихся носителей этой силы: меня, мою биологическую мать и сестру. По их вине Дафна мертва, а родители исчезли. Где они? В каком они мире? Никто не знает. Охватывая взглядом все эти парящие шарики планет, я словно бы гадала, какая именно из них? Где та, на которой я смогу их найти?