Два Дракона

Не ожидал, что торжество будет таким. Блум рассказывала мне о том, как проходит Новый Год в их доме, но, все же, я оказался не готов в полной мере испытать подобный опыт. Не верилось до конца, что эти люди действительно приняли меня, что о шагах им на встречу я не пожалею. В итоге все опасения оказались напрасны, в этот вечер точно. Он оставил о себе светлые воспоминания, одни из немногих на моей памяти. Ужин, стихи, фейерверки, столько всего, что приобрело совершенно иной вкусовой оттенок, чем прежде. Столько тепла было в этих разговорах за столом, легких шутках во время игры в карты и чтения стихов. Майк и Ванесса не видели и не чувствовали во мне чужака, как все остальные, живущие в магическом измерении. Я заметил, что эта планета, в общем-то, бедная на магические ресурсы, даже мою энергию принимает едва ли не с распростертыми объятиями. Земле не хватало сильных существ, чтобы реализовать свой потенциал, не хватало того, что было у каждой планеты магического измерения – рожденных на ней магов. Интересно было бы узнать, куда они все подевались. В сказочки об инквизиции я не верил. Так можно было избавиться от слабаков, но не от настоящих мастеров. На улице мы с моей любимой феей знатно поигрались с магическими искрами, устроив городу незабываемое представление. Пара драконов, скорее всего так и пролетала до самого утра, пока совсем не рассеялась. Блум выглядела такой счастливой, так нежно льнула ко мне, что я не мог снова не ответить ей. Мы стояли, обнявшись, под звездным небом, ставшим нашим общим холстом для волшебных картин. Моя девочка, моя хорошая, нежная, добрая, обаятельная, яркая и, пока еще, совсем немного коварная фея. Я понял, что весь вечер шел по ее замыслу, начиная разговорами за ужином, которые Блум осторожно направляла в нужное ей русло, до самого вручения подарков. Именно к нему я и оказался не готов совершенно. Были сомнения, что они решатся на это, что действительно решат все вместе что-то подарить, все же я был еще не так хорошо знаком Ванессе и Майку, чтобы делать такой шаг на встречу, и тем не менее, они подобрали что-то на мой вкус, учитывая, что Блум довольно хорошо его изучила. Принимать книги было тяжело, в первые минуты я не смог сказать ничего кроме быстрых извинений. Нужно было успокоиться, просто принять всю эту ситуацию. Фея пошла за мной следом, ее мне очень не хватало в этот момент. С помощью Блум удалось довольно быстро прийти в себя. Уговорив меня прийти сюда, именно эта девушка подарила мне все эти воспоминания, все это тепло и нежность, пусть и временно, но семью. Я подготовил подарки не столько из желания сделать приятное, сколько из желания вложиться в их будущее. Ванесса держала магазинчик с цветами и небольшую теплицу? Ее вполне возможно обогатить чем-нибудь экзотичным, вроде светлянок, пещерников или кристаллитов. Выращивать довольно просто, а в продажу можно и по высокой цене пустить. Майк пожарник и работа у него весьма опасная, хороший защитный артефакт в таких случаях лишним совсем не будет. Теперь его жена и дочь могут быть уверены, что отец семейства точно вернется домой с очередного пожара. С Блум все куда проще, феечка любит украшения, хотя открыто признавать это не хочет, правда наслаждаться ими ей это не мешает. Позже мы с девушкой устроились в ее комнате за каким-то фильмом, немного поколдовав над мебелью, когда родители феи сели в гостиной за новогодним концертом. Мы спокойно лежали рядом, окутывая друг друга теплом своих огней. Как же не хватает этой близости, ощущения Блум в своих объятиях. Моя дорогая, если бы ты только знала, что я испытываю к тебе, если бы ты только знала, как вторгаешься в мои сны и занимаешь мысли, как тяжело искать спасения от этого наваждения и страсти. Я люблю тебя, сокровище мое. Если бы ты только знала…. Ты бы уже не смогла отпустить меня, пошла бы следом, я бы стал причиной надрыва твоей души. Довольно скоро девушка уснула, и я стал думать о том, как бы встать так, чтобы не разбудить ее. Благо можно использовать краткое перемещение. Я уже собирался вернуться домой, когда в комнату заглянула Ванесса. Увидев спящую дочь, женщина улыбнулась и жестом позвала меня за собой. -Майк тоже уже уснул. – Сказала она. – Может по чаю? – Я согласился, торопиться мне некуда. Ванесса поставила чайник и разлила нам чай. – Уже домой собираешься? -Да. – Коротко ответил я, это было очевидно, но Ванесса, похоже, хотела поговорить. -Может, лучше останешься? – Неожиданное предложение, однако. – Свободная комната у нас есть. -Честно говоря, неожиданное предложение. С чего вдруг? – Ее предложение вызвало некоторое замешательство, тем более, что вызвано действительно теплым отношением. -Знаешь, я редко ошибаюсь в людях, тем более в тех, о ком говорит моя дочь. Когда она говорила о принце, он не вызывал у меня ни доверия, ни симпатии. Мне было ясно, что это временное увлечение и временная влюбленность. Каждой девочке хочется, чтобы мальчик за ней поухаживал, это опыт, который следует пройти каждой, чтобы научиться не терять голову. Такие отношения, построенные на красивых словах, в итоге не выдерживают настоящих проблем, жизни вне магии и борьбы со злом. О тебе Блум говорит совсем иначе. У нее горят глаза, она восхищается, тянется за тобой как за наставником. Это стало причиной, почему я согласилась принять тебя. В тебе моя девочка нашла то, чего ей не хватало в магическом мире, силу близкую к ней самой. Она говорила, что любит тебя, но до сегодняшнего праздника я не понимала до конца насколько. Думаешь, я не заметила, как Блум манипулировала разговорами, или как запаслась стихами на всякий пожарный? Именно она руководила сегодняшним вечером, тихо манипулируя своим отцом и мной. Майк этого не заметил, он простоват для таких вещей, но ты-то, полагаю тот, кто на интригах собаку съел, сразу все понял. - Я кивнул, комбинация Блум не стала для меня такой уж тайной, ее даже разгадывать не приходилось по ходу дела, все детали и слова были очевидны. Майк действительно не понимал, а Ванесса предпочла подыграть дочери. Видимо из-за ее чувств ко мне. – Завтра у вас выступление, потому мне и показалось, что можно было бы и не расходиться до конца. Ты важен ей, вреда нашей семье не причинишь, тем более, что и мы ничего плохого тебе не желаем. -Наверное, я еще не готов принимать такие шаги в свою сторону. – Ответил я. Да, такое предложение было весьма лестным и целесообразным, но после такого вечера мне нужно было побыть одному, что бы привести мысли и чувства в порядок. -Понятно. – Взгляд Ванессы потеплел и она продолжила. – Там в магическом измерении действительно так плохо в плане правды? – На что я дал утвердительный ответ. Не стоило пояснять что именно, Блум наверняка рассказала родителям какую-то часть, самую приглядную. Да и чего греха таить, фея и сама знала очень немного об этой стороне моей жизни. -Мне никогда не стать полноценной частью того мира. – Тут я иллюзий не строил. Обретя свободу, я мог бы отправиться в измерение демонов и попытаться создать собственную семью, как вариант мог бы рассмотреть этот мир, или какое другое измерение, но Ведьмы были той цепью, что приковывала меня к Магиксу. -Знакомое ощущение. – Покачала головой Ванесса. -Неужели? – Тут мне сложно было поверить, тем более… со стороны человека. -Моя семья тоже особой нежности ко мне не питала, а первый муж оказался мразью. – Пожала она плечами. - Я не сразу смогла найти в себе силы разорвать те цепи, что сковывали меня. На это меня подтолкнула опасность для жизни. Если бы я не нашла в себе силы уехать из Италии, я бы умерла. Потому мне знакомо твое положение, пусть и по-своему. – Я напрягся. Глядя на эту счастливую мать семейства, полную любви, заботы и нежности сложно было поверить, что за ее спиной такая тяжелая история. -У меня нет семьи в привычном вам плане. Было время, когда я очень хотел назвать Древних Ведьм своей семьей, но быстро понял, что ценности как личность не представляю, а нужен только как собака на поводке. Они никогда никого не любили, были попросту не способны на это. Я стал удобным инструментом из-за печати, и по этой же причине идеальным средством для вымещения злобы. – Откровенность за откровенность. Ванесса хотела понять меня, потому и завела весь этот разговор, потому и показала свое понимание моего положения. Она готова была обнажить свои раны, чтобы увидеть мои. -Это ужасает. – Ответила она. – Мне сложно представить, на что способны ведьмы, но подобной участи не заслуживает ни одно живое существо. – Ванесса сглотнула, в глазах этой женщины стояли слезы. – Я знаю, что такое быть предметом подобного вымещения, но сама едва выдержала два года такой жизни. Как ты выжил? – Губы женщины слегка дрогнули. Выживание, она правильно поставила вопрос, выдавая свое понимание. -Тяжело. – Коротко ответил я. – Много раз действительно думал о смерти, но тогда это бы означало, что им удалось сломить меня и взять верх. Меня удержало появление относительно кровной родственницы, если так можно выразиться. Я был рожден из двух душ, младшей принцессы Домино Марии и высшего демона Вармингеля Вальтериона. Когда обратился в первый раз, по собственной глупости, меня нашла его мать и призвала в свой дом. Ларданен Вальтерион выхаживала меня и учила пользоваться демонической стороной силы. Между нами встала печать Ведьм. Не сумев снять ее, Ларданен прогнала меня из своего дома, не желая видеть почти до самой своей смерти. Перед окончательным падением своего дома, она позвала меня назад и передала во владение все, что у нее оставалось. Сложно сказать было ли это примирением или в ней говорило отчаяние, но родового имени, как демон я не лишился. Ларданен научила меня стойкости и помогла научиться обходить печать и ее условности. Так появилась хоть какая-то надежда на нормальную жизнь. – Я говорил спокойно, почти отстраненно. Эти факты вызывали боль в душе, но не так как прежде. Ванесса побледнела, она поняла, какого это было. Занятно иметь человека, который понимает и без полной картины слов. – Кто вас так обидел в прошлом? Отец или бывший муж? – Этот вопрос меня крайне интересовал, хотелось знать, чью душу мне забрать. -Бывший. – Ответила она. – Мои родители были жестоки и слепы, особенно моя мать. Отец замкнулся на своей работе и дома почти не бывал, а когда появлялся, мне казалось, что лучше бы так и продолжал пропадать. Он не знал собственной семьи и пытался воспитывать меня такими вот наплывами и жестоким давлением, оно не было постоянным, но мама ничего не пыталась с этим делать. Она была похожа на тень, а не живого человека. Рядом с мужем почти как безропотная рабыня, а без него словно пустой сосуд. Мать давно уже никого не любила, ни своего мужа, ни меня. Я чувствовала, как они изламывают меня, заставляют стать такой же послушной тенью, но я смогла удержаться. Поступая в университет, я искала силы, а не удовлетворения. Не считаю, что ошиблась с этим, мне нужно было научиться быть сильной. Адвокатура казалась мне идеальным вариантом, пока к концу учебы я не поняла, что не хочу работать по профессии всю жизнь. В тот год я совершила самую тяжелую ошибку в жизни, вышла замуж. – Ванесса тяжело вздохнула и налила себе воды. Видимо, говорить об этой части собственной жизни ей было говорить тяжелее, чем о родителях. Я взял женщину за руку, желая поддержать ее в эту минуту. –Спасибо. – Тихо молвила она, прежде чем продолжить. – Мой бывший очень хотел детей, а я не могу рожать из-за старой травмы. Когда мне было десять, я упала с лошади, повредив спину и таз. Я могла забеременеть, но выносить ребенка и родить не смогла бы без последствий. В лучшем случае осталась бы инвалидкой на всю оставшуюся жизнь. Он долго хотел детей и унижал меня за это, а я…считала, что люблю его и терпела. – Она не хотела описывать всего этого, не хотела повторять тех ужасных слов, которых была не достойна от того, кто ее не стоил. – Я забеременела после подмены моих противозачаточных таблеток. Не сумев уговорить меня на жертву своей жизнью, он ее спровоцировал. Первый месяц мой бывший был так счастлив, будто летал на крыльях, а я была низвергнута им в преисподнюю. Чтобы спасти свою жизнь я уехала во Францию, развелась и сделала аборт. Это лишило меня возможности иметь детей, но я осталась жива и здорова, смогла встретить Майка, взять к нам Блум. – Она была готова разрыдаться, эта сильная волевая женщина, отличная мать и замечательный человек. Я обнял ее, желая предать сил и успокоить. Мы были похожи, очень похожи. -Вы замечательная женщина, Ванесса, сильная и заботливая. Блум повезло с матерью. – Она обняла меня в ответ. -Ей повезло не только с нами, но и с тобой тоже. Ты близок ей, защищаешь там, где не можем защитить мы. – В этом Ванесса права.