Профессор Гриндевальд

Кто бы мог подумать, что выбор псевдонима может обернуться колоссальным геморроем. Это ему не нравится, то не нравится. Это — женское, а это — было у пса его недруга. До того, как он его в лесу закопал. Пса, не недруга. Хотя, и двоих, чтобы яму лишний раз не рыть. Мерлин, благослови Финеаса Блэка, троюродного дядю которого звали Гидеоном. С фамилией, к счастью, было гораздо легче. Вариант «Грин» его вполне устроил. Также директором предпринимались самоубийственные попытки придать внешности Геллерта более дружелюбный вид. — Черта с два! Подметать полы своей бородой будешь только ты… Никаких рыжих усов!!! Убери палочку, пока я ее тебе… да простит меня Госпожа… И не думай, что я этого не сделаю. Гриндевальд ругался всякий раз, как Альбус убирал ему пару морщин и часть седины. Но отводил взгляд, как только очередные чары спадали и в зеркале отражался хоть уже не лысый и не беззубый, но все такой же ветхий старик. — Знаешь, Геллерт, одним из несомненных плюсов преподавания, является то, что, находясь в окружении юных жизнерадостных волшебников, мы невольно забываем о своих годах, — Дамблдор, заметив печальный взгляд друга, тоже подошел к зеркалу. Проницательный Фоукс начал подвывать на манер бамбуковой флейты. — Это sclerosis disseminata*, Альбус. — Умеешь ты испортить момент… — феникс смолк. Геллерт, немного поразмыслив, решил отпустить себе волосы до плеч. Седые пряди вились как и в юности, но теперь были тусклыми и безжизненными. Оценивающе оглядев свое отражение, Гриндевальд скривил губы в улыбке, не предвещающей ничего хорошего. — Так когда там у меня первые уроки? Посмотрим, насколько эти твои «цветы жизни», — передразнивая, — будут счастливы и жизнерадостны после встречи со мной, — уже шепотом добавил бывший Темный Лорд. «Мерлин, и почему я не ушел на пенсию? Сейчас бы мог носки вязать, а не вот это вот все» — подумал Альбус. * * * — Мистер Грин, добрый вечер, — блондин в лиловой мантии принялся трясти руку своего коллеги, непрестанно улыбаясь. — Очень, очень рад с вами познакомиться. Не желаете ли выпить? Мне подарили бутылку превосходного вина. Геллерт не заметил, как «коллега» все же отпустил его руку. Локонс поднялся по винтовой лестнице в свой кабинет, на ходу поправив прическу. — Не стойте, проходите, — донеслось из комнаты. Кабинет преподавателя напоминал комнату шестнадцатилетней студентки. Стены были увешаны портретами Локонса: в полный рост, на метле, в профиль, анфас, в бежевой мантии, в голубой и бирюзовой. У Гриндевальда задергался левый глаз. Локонс тем временем отлеветировал бутылку вина и два фужера с короткими ножками на круглый, из черного дерева столик, по обе стороны от которого стояли красные кресла. — Присаживайтесь, мистер Грин, — Локонс изящно плюхнулся на кресло, опять поправил шевелюру и ослепительно улыбнулся собеседнику. — Директор мне столько о ваc рассказывал. «Вот так б… новость» пронеслось в голове у Гриндевальда. — А кто я, вы, наверное, знаете, — у Локонса залблестели глазки. Гриндевальд отрицательно покачал головой. — Неужели?! Неужели вы не читали «Встречи с вампирами»? А «Йоркширские йети»? Собеседник опять помотал головой. Локонс в ужасе приложил ладонь к намазанным блеском губами. — Тогда приготовьтесь услышать историю, — драматично завыл Локонс. — Однажды статный мужчина, в расцвете сил, красавец, каких во всем мире не сыщещь, кумир и любимец всех женщин, герой и храбрец, гений и мудрец… «Мерлин, верните меня в Нурменгард!» * * * История о том, как одиннадцатилетний ученик угрохал Темного Лорда, произвела на Геллерта довольно необычный эффект. А именно: бывший Темный Лорд когтями вцепился в свой стол, отказываясь вылезать к этим маньякам. Грохот и звук чего-то разбивающегося заставил Гриндевальда сильнее сжать пальцы — Геллерт, прекрати портить раритетную мебель. Златопуст уехал на чтения, поэтому урок будешь вести ты. Гриндевальд на уговоры не поддавался и стол не отпускал. Спустя десять минут пыхтения новоиспеченного профессора удалось отделить от мебели, с которой он сроднился на молекулярном уровне. — В добрый путь, я в тебя верю — произнес Дамблдор напутственные слова и выпинал Геллерта за дверь. — Так! — на появившегося в классе преподавателя сначала никто не обратил внимания. Малфой продолжил кривляться, а Уизли — махать палочкой в попытке заставить обидчика облысеть. — А ну успокоились живо! — взмахом руки профессор заставил учебник Драко Малфоя взмыть в воздух и дать по макушке владельцу. Палочка Уизли хлестнула Рону по носу. Аудитория притихла. Драко гневно глядел на нового преподавателя, потирая макушку. Профессор довольно оглядел мигом смолкнувший класс и осознал, что вообще без понятия, что говорить этим детям. Он требовал старшекурсников, которым смог бы объяснить суть темной магии, а не эту грядку с овощами. Геллерт приманил к себе в руки книжку Малфоя, который инстиктивно прикрыл голову руками. «Встречи с вампирами» гласила обложка. Гриндевальд тут же сжег книгу. Послышался глухой стук — Долгопупс упал в обморок. Малфой, похоже, узрел Мерлина и теперь молился ему. Класс был в полном а… шоке. Вот теперь можно было работать. — Тема сегодняшнего урока… наведение порчи и способы ее снятия. Порча — темномагический ритуал, проводимый с целью причинения вреда тому, на кого накладывается, — ученики зашуршали тетрадками. — Это может быть страшное проклятие, забирающее у мага жизненную силу, превращая его в ходячего мертвеца, — Невилл грохнулся в обморок на бис, — или безобидное проклятие, — профессор замолчал, задумавшись. Внезапно класс разразился громким смехом. Не смеялся только Драко Малфой. Он сидел и хлопал ушами. Буквально. Ослиными ушами. — АААААА! — истошно завопил Малфой, схватившись за мохнатые уши. — Тихо! — рявкнул Гриндевальд. — Не смертельно, — такое утешение не особо помогло. Малфой завопил пуще прежнего, выскочил из кабинета и унесся в неизвестном направлении, припоминая матерью Божью и своего отца. Ряды гриффиндорцев зааплодировали.