Письма призрака

- Завтра… - я залился краской. – Точнее уже сегодня. - То есть с утра ты начнёшь мне пачкать простыни, - издевательски произнёс Роберт, чёрт бы его побрал! - Ты когда-нибудь перестанешь надо мной издеваться? – процедил я сквозь зубы. - Позволь мне дать тебе один жизненный урок, - он повернул ко мне голову, - если не можешь изменить ситуацию – измени к ней отношение. - Это и есть твой жизненный урок? Я такое от папы чуть ли не каждый день слышал, - фыркнул я. - Слышал, но слушал ли? - Что ты имеешь в виду? - Ладно, объясню на пальцах. Смотри, - Роберт вытащил руку из-под моего плеча и лёг на бок, чтобы видеть меня, - я не перестану тебя подкалывать. И это моё право. Тебе это не нравится, тебя это бесит и так далее. А почему? Потому что тебе кажется, что я хочу тебя обидеть, когда это на самом деле не так. Хотя, - он поднял указательный палец вверх, - даже порой, когда тебя намеренно хотят задеть, лучше думать, что этот человек просто неудачно пошутил, и не хотел тебя обидеть. И тогда, когда ты понимаешь, что у какой-то шутки смысл лишь в том, чтобы вызвать смех или улыбку, ты уже не станешь обижаться или беситься, потому что, - Роберт пожал плечами, - какой в этом смысл? Я почесал затылок. - Это сложно. - Это только по началу сложно, а потом уже входит в привычку. - Ага, - я зевнул, прикрыв рот рукой, - понятно. - Давай засыпай, - сказал Роберт и перевернулся на другой бок. – У тебя завтра много работы. Я пихнул его в бок и тоже повернулся к нему спиной. Меня бросило в дрожь. И не потому, что меня злила его шутка, а потому, что она отображала действительность. Ведь завтра я превращусь в животное, истекающее смазкой и ползающее на кровати в поисках члена, на который можно насадиться. Это ужасно… Я помню свои предыдущие течки. Спасали только новомодные дорогущие препараты, которые помогали проводить течки без альфы безболезненно. Эти воспоминания сменялись другими воспоминания, и дошло до того, как перед моими глазами встала картина, как я четырёхлетний ел землю, думая, что таким образом получу способности управлять ей. Я потёр виски, отгоняя эти мысли и, наконец, смог уснуть.

***

Утром я проснулся в половине одиннадцатого. Роберта уже не было в комнате. Вместо него на его половине лежала моя сложенная в стопочку одежда. Усевшись на кровати, я потянулся и был удивлён: тело не ломало, не скрючивало, голова не гудело, а из зада не сочилась смазка. Отлично. Значит, есть время сгонять в комнату и выпить таблетки, чтоб спазмов не было. Быстро одевшись, вылетаю из комнаты Роберта и бегу в свою. Захлопнув дверь, тут же подбегаю к прикроватной тумбочке и открываю ящик, но таблеток там не оказалось. - Какого чёрта? Моё тело содрогнулось, а в низу живота неприятно затянуло. Я тут же подбежал к шкафу и дрожащими руками начал перерывать все свои вещи. Ну я же точно помню, что положил их в тумбочку. Но их там нет! Перевернув весь шкаф, я понял, что больше не могу стоять на ногах. Тело заныло и задрожало. На подгибающихся ногах я доковылял до кровати и упал на неё, согнувшись пополам. Перед глазами замаячили картинки прошлой ночи, и как бы не старался, я не смог отмахнуться от этих мыслей. Как Роберт прижал меня к стене, потом кинул на кровать, как заставлял меня изгибаться и буквально терять рассудок. Тело сразу же отозвалось жалобным, но болезненным спазмом, требуя своего. Но почему они не приходят? От моей комнаты сейчас такое амбре, что не почувствовать - невозможно! Ну и… Ну и ладно! Чёрт с ними! Не в первой без альфы течку проводить! Хотя… Я положил руку на живот. В этот раз спазмы стали чувствоваться в разы сильнее. Не знаю, протяну ли я так. И тут я с ужасом осознал, что приподнял таз над кроватью и кручу задом. Альфа. Мне нужен альфа! У меня уже голова кругом! Я сжал простыни и чуть ли не до крови закусил губу. Ну же… Ну где вы? Почему вы не здесь? Придите и возьмите меня уже наконец! Это что: такая непосильная задача? Не знаю, сколько я так пролежал. Может час, может два. И за это время я испытал настолько болезненные спазмы, что чуть ли не взвыл. А их всё нет. Да где они шляются?! Всё! К чёрту! Это в конце концов их прямая обязанность! Не сейчас, конечно, но в будущем. Почему я должен мучиться, когда в этом доме два грёбаных альфы и бета, и все они – мои женихи! Я кое как поднялся на ноги, плюнув на огромное пятно от смазки, на задней части штанов в районе задницы, вышел из комнаты и сразу поплёлся в правое крыло. Мне не хотелось думать, где их искать, да и я не смог бы. Просто надеялся, что хоть кто-нибудь торчит в своей комнате. Но оказавшись в правом крыле, я почувствовал концентрат запахов в одной комнате – Стефана. Особо не церемонясь, я навалился на ручку двери и резко распахнул её. Меня окатила волна трёх ароматов. Трёх запахов, от которых моё тело вновь содрогнулось от сильнейшего спазма, но я устоял на ногах. Все трое практически синхронно повернули на меня головы. Роберт сидел в кресле, Стефан лежал на кровати, а Андрэ стоял около окна и остановился на полуслове, когда я ввалился. На меня сначала накатила злость. Какого они тут вообще уселись?! Мне хотелось буквально наорать на них, но вышло только протяжное: - Я хочу… - Готов, - произнёс Роберт и все трое оторвались со своих мест, приближаясь ко мне. - Что? – я смотрел на них затуманенным взглядом, держась за дверь. Стефан и Роберт приблизились ко мне вплотную и тут же начали стягивать с меня одежду, особо не церемонясь. Но мне уже было плевать, так как уже просто хотелось почувствовать внутри себя живой горячий член. От этой мысли тело снова содрогнулось, и по внутренней стороне бедра потекла капелька смазки. - Мы решили, что ты сам должен созреть для этого, - объяснил Стефан, стянув с меня рубаху, - поэтому и ждали, когда ты придёшь. - Ненадолго же тебя хватило, - усмехнулся Роберт, пристроившись сзади. Андрэ сначала стоял в стороне. Он то и дело сжимал кулаки и закрывал глаза. Он был красным как помидор от возбуждения, и я готов поклясться, что видел, как он жадно вдыхает воздух, который постепенно напитывался моим ароматом, и изо всех сил пытался держать себя в руках. Но вскоре он разжал кулаки и, быстро преодолев дистанцию между нами, резко поднял мою голову за подбородок и буквально впился в меня поцелуем. Как мало мне нужно было, чтобы поплыть. Я обвил руками его шею, чтобы просто не повалиться на землю, хотя, сомневаюсь, что мне бы позволили это сделать. Я почувствовал поцелуи на своей шее и горячие прикосновения по всему телу. Скорее я слышал лишь отголоски этих прикосновений, выхватывая их помутнённым сознанием, пока с не меньшей, чем Андрэ, жадностью сминал чужие губы в чувственном поцелуе. В какой-то момент я просто повис на Андрэ, так как от возбуждения у меня буквально подкосились ноги. Роберт обхватывал пальцами мой член, водя большим пальцем по головке. А я больше не мог терпеть, но при этом мне так не хотелось разрывать этот поцелуй, но подкосившиеся ноги – заставили. Андрэ тут же обхватил меня за талию, после чего подхватил на руки и понёс прямиком к кровати. Почувствовав под собой мягкую поверхность, я сразу перевернулся на живот и встал на колени. Да, грязно. Да, развратно. Но так сейчас необходимо. Я посмотрел на них через плечо. Все братья стояли по пояс обнажённые, демонстрируя свои, как у греческих богов, тела. - Выбирай, кто из нас будет первым, - произнёс Роберт. В обычной ситуации, я бы сгорел от стыда, но сейчас лишь украдкой глянул на Стефана. Он сразу уловил мой посыл, и я вновь уставился в матрас, предвкушая, наконец, получить желаемое. И получил. Стефан обхватил руками мои бёдра и плавно вошёл в моё тело, которое даже не требовало подготовки. Я громко и пошло простонал, и как же мне было плевать в этот момент на все приличия, которые нам вдалбливаются в головы с детства. Вот она: жизнь. Настоящая, живая и бурлящая! Но тут меня взяли за лицо и оторвали от матраса. Роберт смотрел на меня хищными блестящими глазами. Казалось, ещё немного и он обнажит свои клыки и вгрызётся мне в шею, оставляя явную и видную за версту метку. - Поработай ртом. У тебя это отлично получается. После чего перед моим лицом возникает уже возбуждённый член Роберта. Я без особых церемоний вбираю его в рот, не чувствуя боле того отвращения. Наоборот. Мне понравилось. Мне понравилось ощущать его вкус, его резкий запах, ударяющий в нос. Я провёл языком от основания по всему стволу и начал посасывать головку, пока Роберт запустил руку в мои волосы и сжал их на затылке, намотав на кулак. Но мне и на это было плевать, так как чувства, переполнявшие меня, с лихвой перевешивали, и боль казалась незначительной. Он тянул меня за волосы, призывая делать всё усерднее. И я не мог не повиноваться. Но тут я почувствовал, что мне мало. Я оторвался от Роберта и выловил глазами Андрэ, стоящего рядом. Я обхватил одной рукой его член у основания и вобрал уже его. Андрэ глухо простонал, когда я сделал это и положил руку на мою голову. Движения сзади участились, да и я сам был на грани. Стефан вцепился пальцами мне в бёдра и в считанные толчки кончил. Я почувствовал тёплую жидкость у себя на спине, которая постепенно стекла по моим бокам. Следующим был Роберт. Он пристроился сзади и насадил меня на себя настолько резко, что я замычал и нечаянно выпустил зубы, на что Андрэ болезненно зашипел. - Извини, малыш. Это было резко, - насмешливо произнёс Роберт, начиная не менее резко толкаться в меня. Стефан приблизился ко мне, и я обхватил рукой его член, начиная водить по стволу. И вновь я почувствовал сжатие волос. Андрэ начал сам толкаться мне в рот и с глухим рыком кончил. Сперма потекла у меня изо рта, и у меня не было выбора, кроме как проглотить остатки. Я не вытирал губы, сразу переключившись на Стефана. Эти ароматы опьяняли. Я хотел чувствовать их постоянно. Я буквально не мог остановиться. Это просто какое-то безумие! Почему то, от чего я раньше воротил нос, сейчас приносило мне такое извращённое удовольствие?! Но после нескольких резких толчков, Роберт схватил меня за шею, прижал к нему спиной, заставив оторваться от братьев, и до крови укусил меня за шею, кончив, после чего я вновь рухнул на кровать, стоя на коленях. Дальше был Андрэ. В отличии от своих братьев он вошёл очень медленно и осторожно, как будто боялся меня поранить, вместе с тем пробуя меня на вкус. Войдя до конца, он остановился, видимо желая распробовать всю палитру чувств. Он то и дело сжимал пальцы на бёдрах, на которых уже красовались синяки от Роберта и Стефана, но тут же переставал давить на кожу. Я чувствовал, как он боялся. Боялся отдаться этим чувствам, погрузиться в это безумие с головой и из последних сил держал себя в руках, чтобы не сорваться, но иногда он прокалывался. И я чувствовал, как дрожали его руки, поражаясь его выдержке. Он двигался размеренно, плавно и даже как-то нежно. Он не потерял голову даже на последних толчках. Они были быстрыми, но не были резкими. И это был невероятный контраст после Роберта, который просто брал так, как он хочет. И так по кругу. Стефан – мягко, но настойчиво, Роберт – жёстко и агрессивно, - Андрэ – нежно и заботливо. Их сперма была везде: на моей спине, лице, волосах, руках. В какой-то момент меня просто перевернули на спину, широко раздвинув мои ноги в стороны и вновь пошло по накатанной. Но, честно говоря, я смутно помнил, что происходило дальше. Я уже был настолько измотан, что буквально действовал на автомате. Эйфория от неизведанного прошла. Осталась лишь усталость.

***

Я смутно помнил, как заснул. Открыв глаза, я обнаружил, что за окном уже темно. Рядом со мной лежали с одной стороны – Стефан, с другой – Роберт, обнимая меня. Мне тут же захотелось вылезти и сбегать в ванную, чтобы смыть с себя весь пот, засохшую на теле сперму, да и просто сполоснуть своё тело. Я тихонько вылез из-под обнимающих меня рук, надел на себя брошенную на полу одежду, так как не нашёл халата, и поплёлся прямиком в ванную, заметив краем глаза, что Андрэ на кровати нет. Быстро пробежав по коридору, забегаю в ванную и вижу в углу за стеной двигающуюся тень на стене. - Извините, - сразу произнёс я, не думая, что кто-то будет здесь в такое время, - мне следовало постучать. Я хотел было уже уйти, но потом услышал: - Мишель? Это был Андрэ. Ну да, мог бы и догадаться. - Ты не против, если я… - Не против, - сразу же произнёс Андрэ. Его голос показался мне немного нервным и, будто раздражённым. Я без особых стеснений прошёл за стену к Андрэ и начал снимать с себя грязную одежду. Стесняться уже не было смысла. Я закинул грязную одежду в корзину, набрал воды в таз и принялся усердно натирать своё тело. Андрэ то и дело хотел мне что-то сказать. Я видел это по его частым поворотам тела в мою сторону и взглядам, но сам не спрашивал. То, что вчера братья Гросс не стали заявляться ко мне, а дождались, когда я сам приду, стало для меня показательным и даже поучительным. Поэтому я не давил на Андрэ расспросами. Но тут он, наконец, даже не сказал, а воскликнул: - Мишель, прости! Я медленно и удивлённо повернулся к нему, одарив непонятливым взглядом. - Ты о чём? - Я пообещал, что не трону тебя, а сам… - он опустил голову. - Да ладно тебе. Я же сам к тебе пришёл, да и ты ни к чему не принуждал. Почему ты винишь себя в том, что было по обоюдному согласию? - Потому что я нарушил слово, данное не только тебе, но и себе. И… Просто я теперь чувствую себя не в своей тарелке. И мне даже как-то противно теперь от самого себя. - Потому что доверился чувствам, наплевав на принципы? – спросил я, окатывая своё тело водой. - Это не по-взрослому. - А бегать от своей собственной природы из-за какой-то там душевной травмы – по-взрослому? Я встретился с его удивлённым взглядом. - Андрэ, я чувствовал, как ты хотел сорваться. У тебя даже руки дрожали, выдавая тебя с головой. - Я чувствовал, что делаю что-то неправильное. Услышав это я с психа кинул ковшик в таз и развернулся к нему. - Интересно, что же такого ты делал неправильно? То, что помог мне во время течки не испытывать наисильнейших и очень болезненных спазмов! Или то, что выполнял свою прямую обязанность! Почему бы просто не расслабиться? Зачем настолько усложнять свою жизнь и… - но договорить мне не дал Андрэ, резко притянув к себе и впившись в меня поцелуем. Он всё так же жадно сминал мои губы, и я вновь начал плыть. Я обнял Андрэ за шею, запустив руку в его густые пепельного цвета волосы, привставая на носочки. Он услышал меня. Но Андрэ не водил беспорядочно руками по всему телу, а лишь прижимал меня к себе. Это не было обычной похотью, но я и не решусь сказать, что это была любовь. И я бы мог свалить это всё на течку, но в глубине души понимал, что дело тут не в ней. Отстранившись, Андрэ смотрел на меня полупьяными глазами. - Я хочу тебя, - приблизившись, Андрэ прошептал мне на ухо. – Прямо здесь и сейчас. - Так чего ты ждёшь? – я провёл рукой по его спине, после чего Андрэ прижал меня к стене, пристроившись сзади. Размазав смазку по головке успевшего встать во время поцелуя члена, Андре слегка раздвинул мне ноги, заставив выгнуться в спине, после чего плавно вошёл, держа меня за бока. Спазмы уже прошли и помимо наслаждения я почувствовал небольшую боль, но так даже лучше. Ведь это настоящий Андрэ, а не Андрэ за призмой желания и похоти. Я прислонился лбом к холодному кафелю стены, держась за неё руками. Но когда Андрэ начал медленно, как и во время спазмов осторожно, двигаться, он накрыл своими ладонями мои руки, сжав их, переплетя пальцы. Это было настолько невинно и настолько пошло одновременно! Я не думал, что после произошедшего хоть что-то может заставить меня залиться краской вновь! Да что же ты делаешь со мной?! Движения участились, а от нового переизбытка эмоций я буквально валился с ног. - Андрэ… - простонал я. Андрэ вошёл в меня до упора и повернул мою голову к себе, поцеловав в уголок губ, чем снова вогнал меня в краску. Но потом всё-таки уложил меня на холодный кафель и накрыл мои губы поцелуем, пока разводил мои ноги в стороны. И вновь он во мне. Я хватаюсь Андрэ за плечи, но мои стоны уже не такие громкие. Они тихие, потому что не предназначены для других ушей. А только для Андрэ. И мне было, чёрт возьми, хорошо, но это так отличалось от того, что было со Стефаном или с Робертом. Это было нечто другое, но только что? Вцепившись в Андрэ ногтями, я понимал, что уже близок, как и он, судя по движениям. - Ми… шель… - простонал Андрэ и, быстро выйдя, кончил мне на живот. Нависая надо мной, он пытался отдышаться, но увидев мое немного раздосадованное лицо, задал вопрос: - Ты… не успел? Я лишь отрицательно покачал головой и уже хотел было подниматься на ноги, но Андрэ нажал мне на плечи, заставив лечь обратно. Я окинул его непонятливым взглядом и в который раз уже покраснел, когда он приподнял меня за бёдра и вобрал в рот мой ещё стоявший член. Я закрыл одной рукой глаза, а вторую запустил в его волосы. Он плотно сжимал свои губы и дополнительно проводил по стволу языком, что приносило потрясающие ощущения. Но надолго меня не хватило. Как только я понял, что сейчас кончу, я попытался оторвать его от себя, но он не поднял головы, и я кончил прямо ему в рот и только после этого он отстранился и сплюнул белёсую жидкость. Я не понимал, что со мной происходит, но я просто взял его за шею и вновь притянул к себе, накрыв губы поцелуем. Я не думал, просто делал. Как и он. Мы просто лежали и целовались, прижимаясь друг к другу, но, когда начали конкретно замерзать, нехотя отстранились друг от друга. Набрав по новой горячей воды, мы начали мытьё по новой, но когда уже всё подходило к концу, и я взглянул на свои волосы, то жалобно протянул: - Андрэ! У меня в волосах засохшая сперма, которую я вымыть не могу. - Садись, - Андрэ кивнул на небольшой железный стул. - В смысле? - Садись, я помогу. Только халат сними. Я послушно скинул халат и сел на стул, после чего меня окатило тёплой водой, а в волосы запустились руки, отчаянно натиравшие их. - Откуда ты знаешь, что делать? - Да Роберт один раз рассказывал, как своему омеге тоже из волос сперму помогал вымывать. В общем намылить нужно раза два и вот в таком состоянии уже конкретно снимать засохшие капли с волос. - Роберт? - Ну да. Просто он очень любвеобильный благодаря своему темпераменту. - Мне казалось это больше к Стефану подходит. Андрэ прыснул от смеха, услышав это. - Я не знаю, кем нужно быть, чтобы Стефан смог по-настоящему тебя полюбить. Да, он добрый и никому не пожелает зла, но в вопросах любви он довольно холоден. За свои восемнадцать лет я не помню ни одного омегу, которым он бы прям болел, нежели Роберт, который влюблялся постоянно. Разговоры пришлось прекратить, так как Андрэ нужно было сконцентрироваться. В итоге, просидели мы так около часа. Порой Андрэ сильно тянул волосы, что мне даже было больно, но я стоически терпел. Благо хоть не мёрз так быстро из-за пара. И вот долгожданная промывка волос от мыла. - Вроде всё, - сказал Андрэ, ещё раз посмотрев на мои волосы. - Спасибо, ты мне здорово помог. - Да не за что. Я быстро вытерся и накинул халат на плечи, и мы с Андрэ вместе покинули ванную. В гробовом молчании мы дошли до моей комнаты, и Андрэ, пожелав мне уже скорее спокойного утра, чем ночи, поплёлся к себе. Мне так хотелось с ним поговорить, ведь, наверняка, это странное чувство некой привязанности почувствовал не только я. Но вместо этого я просто зашёл в свою комнату и упал на кровать. Я сомкнул свои глаза, желая поскорее заснуть, но почувствовал холодок над собой и когда открыл глаза, увидел склонившуюся надо мной Худую фигуру. Я истошно заорал, упав с кровати, и пополз по полу к окну, пока не упёрся в стену спиной. А худая фигура так же медленно, как и всегда, шла ко мне. Я еле-еле поднялся на ноги, держась руками за подоконник. - Нет… Не хочу… Не надо… Но когда Худая фигура подошла ко мне, она коснулась пальцем моего лба, и я, закатив глаза, повалился на пол.