Мне нравится лишь одна личность - Ты.

— «Желание животного!» — увидел перед собой надпись альфа. Испугавшись, он отступил от Пака.  — Извини. — сказал Мин и взяв пакет поспешил в дом.        Чимин остался стоять, чувствуя на губах, которые едва касались Миновых, вкус мяты. *  — Юнги, открой! — Пак уже час стоял у двери в комнату альфы, но тот не отвечал. — Юнги! Открой дверь!        Пак сел под дверью, прислонившись затылком к матовому стеклу. Хоть и не чётко, но розововолосый видел стоящего Мина, напротив. Чимин не понимал, почему старший так себя ведёт. Ничего ведь… не было…        Омега простоял пятнадцать минут под дождём и, видимо, простыл. Голова начала болеть, стало жарко и уже который раз он пытался чихнуть. Встав с пола, Пак взял из аптечки градусник.  — Вот же… Чёрт… — сказал омега вслух. — «37. 9°C» Похоже, мне следует взять больничный. — специально громко сказал Мин и так же специально громко поднялся на третий этаж. Зайдя в комнату, омега плюхнулся на кровать. Взяв рабочий сотовый, он нашёл в информационном журнале номер «Основы». Пытался дозвониться до Мина, но тот специально не отвечал… Наверное…  — Алло. Здравствуйте мистер Мин. Да нет, с Юнги все в порядке и с остальными тоже. Я звоню, потому что, кажется я приболел. Извините, у меня сегодня день рождения и я сходил ночью в магазин и попал под дождь. Наверное, из — за него. За Юнги смотрел Джонхёк. Он не выходил из дома. Мне будет достаточно одного дня. Даже, возможно, меньше. Спасибо. Извините. До свидания. — Пак вздохнул с облегчением. Все отзывались о главе компании, как о жестоком человеке, а он оказался очень даже понимающим. — Юнги, я на больничном, так что не беспокой меня на протяжении всего дня! — крикнул Пак, высунув голову из комнаты.        Закрыв дверь на ключ и оставив его в дверном проёме, первым делом омега решил принять теплую ванну, которую, конечно, не рекомендовано принимать при болезни, но Мину очень хотелось. *  — Его уже долго нет. Кому — нибудь надо выйти и проверить его. — сказал Джин.  — Ну так иди и выйди. — сказал Агуст.  — Не моё время. В отличии от некоторых у меня не хватает ума выходить во время выхода другого. Это опасно.  — Ничего не произошло. Все в порядке.  — Конечно в порядке. Неизвестно что произошло, не вытащи Шуга тебя. — сказал Хосок, обнимая шатена, который зло посматривал на альфу, что очень раздражало. — Если что, он сам сел, его никто не принуждал. — будто оправдываясь, сказал Чон.  — Гук, на выход! — скомандовал Юнги, сразу исчезая за дверями звукозаписывающей комнаты.  — Теперь его долго мы не увидим. — покачал головой Намджун.  — Окей, давненько я не выходил. Заодно познакомлюсь с новеньким.  — Вряд ли, он на больничном сегодня. — хмыкнул Сокджин.  — Ну мы это посмотрим. — улыбнулся Чон. *  — Эй ты, новенький! — розововолосый постучал в дверь. Ответа не последовало. Терпения у альфы очень мало, поэтому через мгновение дверь была выломана.  — Твоего же!.. Ты кто?.. — Чимин только вышел из ванной, вытирая волосы. — Подождать не мог? Я же громко сказал, что сейчас подойду! Нетерпеливый, так ещё и глухой.  — Я — Чон Чонгук!  — Да, да, я понял. Двадцать два года, альфа, занимаешься тхэквондо, имеешь чёрный пояс. Надо подписать ещё: глухой и нетерпеливый. И три восклицательный знака. — улыбнулся Пак.  — Вообще охренел?  — Да ты ещё и матершинник. Откуда ты только… Ладно, неважно. Чего надо? Я на больничном, если что.  — Знаю… Из — за тебя хён ведёт себя странно.  — Хён? Какой именно? По идее все личности для тебя старшие. И я тоже.  — Юнги — хён. Он злится, но в то же время он беспокоится. — сказал Чон. — И все из — за тебя!  — Я то тут при чём?  — А при том, что… Юнги никогда не говорил никому о своих отношениях с отцом. Ни при ком он его не упоминал, а тут решил рассказать, при каких обстоятельствах он может прийти.  — И?  — Похоже Ди правильно говорит, что ты ему нравишься. Ещё никто не оставался тут дольше четырёх недель, а ты уже полтора месяца сидишь с нами.  — И что… Да почему вы все твердите одно и тоже? Почему вы решили за него? Может это не так. Может я ему отвратителен. Он сам этого не говорит.  — Это не так…  — С чего ты решил? Где доказательства того, что я ему нравлюсь. Вот пусть Агуст выходит и доказывает, а лучше, если я реально нравлюсь Мину, то пусть сам скажет это.  — Если он скажет, что ты ответишь?  — Я подумаю что ответить. А теперь иди, внизу, на кухне торт… Пошли обедать. Иди. Я переоденусь и приду. — сказал Пак, выталкивая альфу из комнаты. *  — Если бы Шуга не вытащил своего Ди из разума, неизвестно, что могло бы произойти. — сказал Сокджин, когда Чимин сидел рядом с ним, на полу, в библиотеке. — Это опасно. Нам не раз это говорил психиатр, но Ди такой… Хуже чем Тэ, Гук и Ви вместе взятые и увеличенные в сто раз.  — «Своего Ди?» — спросил Пак.  — Да, Агуст уже давно, так сказать, забил омегу. Не понятно только, что в нем его привлекло. Немой и странный.  — Не надо… Шуга очень начитанный и он может не говорить устно, у него хорошо получается говорить письменно. — Пак достал тетрадь из стола, в котором лежала, ещё недочитанная книга. — Правда ему стоит научиться красиво писать. Ему трудно это делать, так как его никто не учил. И видимо, в начальных классах и вообще в школе, он не выходил, он стеснителен.  — Это почерк Шуги? — Джин внимательно рассматривал странные, на первый взгляд закорючки и палочки.  — Да. Почерк у него, конечно, не очень разборчивый, но зато, формулирует он очень даже хорошо. — улыбнулся Пак.  — Юнги уже достаточно долго сидит в звукозаписывающей комнате.  — Комнате? — переспросил Пак.  — Да. Когда начали появляться личности, он создал у себя в голове типа общей комнаты, где мы сидим вместе и у каждой личности также есть комната, в которой он, скажем так, царствует. У Юнги — это звукозаписывающая студия, где он любит записывать треки, которые иногда могут крутиться в голове.  — Получается он не выходил уже пять с половиной часов. Гук куда — то ушёл после того, как поел торт, вернулся спустя часа четыре.  — Гук, наверное, ходил на пробежку. У него есть тайный ход, о котором знает лишь он и Тэ. Они часто выходят ночью. Никто, кроме них, не решается на такое. Безбашенные личности.  — Странно слышать, что это тайный ход. Мы сегодня с Юнги через него в магазин ходили. — улыбнулся Мин. — И было страшно смотреть на Юнги, когда Агуст вышел.  — Он специально так сделал. Он, как и Гук, немного нетерпеливый. У него же застряли в башке, что ты ему нравишься, вот он и сделал это. Из — за него — ты простудился.  — Я быстро поправлюсь. Не стоит волноваться.  — Хорошо. Иди отдыхай, я сегодня сам приготовлю ужин. К тому же только на четверых готовить надо. — сказал Джин и покинул комнату омеги. *

Юнги не выходил две недели, за это время Агуст хоть и выходил, но разговоров про симпатию «Основы» к Паку, не было. Шуга медленно, но верно тренировался чистописанию, Джин с Чимином начали изучать новые рецепты приготовления сладкого картофеля, РМ учился делать красивые упаковки, а после оставлял их в комнате Хосоку. Хоуп вместе с Чимином баловались в танцевальном зале. У Намджуна внезапно появился интерес к кулинарии. Тэхён решил, что Чимину можно доверять, поэтому начал делиться своими «секретиками» с Паком, только он говорил это не вслух, а писал на бумаге, правда он не учел то, что все его мысли, которые он писал, слышали и остальные, поэтому Чонгук тоже давно не выходил из своего тренажерного зала. Ви нарисовал Чимина, когда тот сидел в библиотеке, около камина.

*  — Ты же в курсе, что сегодня у Чимина последний день? — спросил Агуст, когда Юнги вышел из своей студии.  — Что? — Мин, кажется, сильно удивился.  — Уже прошло два месяца. Контракт истек. Про продление никто ничего не говорит. Если ты не заметил, ты просидел в своём кабинете около двух недель. Чимин волновался, у каждого спрашивал, как ты. Знаешь, неудобно как — то все время говорить, что «Нормально. "  — Сам виноват, что я так себя веду. Из — за твоей выходки это произошло. — Мин оттолкнул от себя блондина, проходя в основную комнату. — Где все? — спросил Юнги.  — Снаружи.  — То есть снаружи?  — Все решили, что тебя нужно собирать. И ещё. Сегодня придёт кое-кто. Мне отец сказал. Так что после меня и Шуги выйдешь. Если что, не удивляйся обстановке. Организм трудно принимать такое количество ран, ожогов и шрамов. Тебе предстоит долгое восстановление. — сказал Ди, отходя в сторону. — И ещё. Пока все выходили и на теле появлялись раны, Чимин был рядом.        С этими словами, Агуст вышел. Шуга тут же появился рядом с листом бумаги и ручкой.  — «Мы встретимся в скором времени. " — написал омега и обнял беловолосого. Отстранившись, Шуга отбежал на место, где только что стоял Ди, и поклонившись, выпрямился, помахав рукой, шатен улыбнулся и исчез.        Юнги остался один. Оглядевшись, он увидел рисунок Ви. На нем были изображены все личности. Намджун, РМ, Джин, Юнги, Агуст, Шуга, Ви, Тэхён и Чонгук. В нижнем правом углу было видно, что омега пытался нарисовать ещё кого — то, но видимо это были неуспешные попытки. Но судя по начатым розовым волосам, это был Чимин.  — Да не, стой, это не так делается. — услышал альфа. Обернувшись, он увидел танцевальный зал, кажется это был Шуга, который в очередной раз захотел потанцевать в зале. Чимин показывал движения, а шатен пытался повторить, но безуспешно.        Сев на диван, напротив воспроизводящейся картинки, Мин следил за каждым движением Пака, отражаемым в зеркале.        Через секунду, изображение сменилось на другое, Пак уже был в фартуке и поварском колпаке. Вместе с Джуном они готовили массу для безе. В итоге вся масса была на Джуне… То есть на теле Юнги… Звонкий смех омеги, заставил улыбнуться Мина.        Звук треска заставил отвлечься от картинки. Стены, словно решили сбросить слой краски, начали обсыпаться. Пол начал опадать, словно листья… *  — Юнги, ты меня слышишь? — альфа открыл глаза и из — за резкого белого света, слепящий глаз, Мин хотел прикрыть глаза рукой, но почувствовав, что стоит капельница, явно не с катетером, решил, что лучше оставить конечность в покое. Почти сразу же альфа также почувствовал, что кто — то сжал его ладонь.  — Юнги, это я, психиатр Ли Донгу. Узнаешь меня? — врач все так же нависал над альфой, с чертовым фонариком, слепящий глаза.  — Вы… — начал Мин, но почувствовал, что говорить получается как — то трудно.  — Что? — кажется доктор непозволительно близко приблизился к Мину.  — Да уберитесь вы от меня со своим фонариком! — собрав всю силу, крикнул Мин.  — А, ну все в порядке. Чимин, оставляю его на вас. — кивнув, доктор удалился из палаты, вместе с медбратом.  — Ты как? — Чимин приставил к кровати стул, садясь рядом с альфой. Мин кивнул, говорить, кажется, было очень сложно. — Больно говорить? Ты не знаешь, как попал сюда? — Мин покачал головой. — Говорят, все решили разом выйти, в итоге я нашёл тебя в библиотеке, без сознания. Я вызвал скорую, позвонил твоему отцу, он вылетел из Штатов сразу. Он кого — то там нашёл, они сегодня все приедут. Как сказал твой отец, это будет сюрпризом. — Юнги нахмурился. — Ты две недели уже лежишь без сознания, тебе капали глюкозу, чтобы поддерживать твоё состояние, так что сейчас тебя отключать от капельницы и будем начинать кормить тебя. Сначала пюре и простенькие кашки, а после уже что — то более похожую на еду. Я позову медбрата. — сказал Чимин, вставая со стула. Мин недовольно промычал. — Я быстро.  — Ты мне нравишься. — сказал альфа, снова собрав все силы. Пак остановился перед кроватью Мина. Улыбнувшись, омега вышел из палаты.        Внутри… То есть в голове было тихо, непривычно тихо. Как бы от такого не сойти с ума. Юнги выдохнул и прикрыл глаза. Но сразу раскрыл. Что он только что сказал… И что значит эта улыбка? Он согласен? Или он уйдёт и это прощальный жест? Или он подумает? Что это?        В палату зашёл медбрат в жёлтом костюме с железным подносиком, на котором была ватка, бинт, лейкопластырь.  — Где Чимин? — спросил Мин.  — Он ушёл. — ответил медицинский работник, перекрывая трубку капельницы. Омега не понял, почему Мин начал пускать слёзы. Убрав капельницу с двух рук, медбрат вышел из палаты, оставляя Юнги одного. Кое-как приняв сидячее положение и прослушав хруст всего позвоночника, альфа закрыл лицо руками. Неважно, что он альфа, сын влиятельного человека, то что он Мин Юнги, он может просто взять и пореветь.  — Юнги, что случилось?! — услышал Мин. Чимин оставил тележку у кровати, сразу же подбегая к Мину. — Ты чего? Что с тобой? Ты почему сел? Тебе нельзя.  — Мне сказали, что ты ушёл. — сквозь следы сказал Юн.  — Я за твоим обедом ушёл, глупый. — Пак обнял шатена. — Я ждал целый месяц, чтобы ты сам сказал это. Ты же не думал, что я уйду, после таких слов? — улыбнулся Мин.  — Так что ты ответишь на это? — поинтересовался Юн. Ничего не ответив, Чимин чмокнул альфу в губы.  — И вправду, мята. — снова улыбнулся Пак, проведя языком по верхней губе. Мин сильно обнял Чимина, насколько это было возможно.