Collection of drabbles from porcupine

— Ты меня не любишь. Вот так просто. Даже без криков. Впечатляет. — С чего ты взял? — Это и так понятно. Что тебе, блядь ты такая, понятно? — думает Тэхён, сдерживая себя от пробития своей же башкой двери. А если ещё и повезёт, то и пакова башка от него никуда не денется. — По-моему, я никогда не давал тебе поводов думать так, — медленно, чеканя каждое слово. Будь он в другой ситуации сам бы испугался своего тона. Но сейчас Ким, главная нянька этого больного, Тэхён чувствует только непередаваемую ярость, которая, кажется, льётся из всех его щелей. А вот и крики, и рыдания. Пока что побиты все рекорды, отмечает про себя Тэхён, долго держался. Будь он в другой ситуации, ему бы самому стыдно стало, что довёл невменяемого. Он быстро вскакивает со старого обшарпанного кресла, спотыкается о ножку такого же по новизне стола и зажимает Чимина в объятьях. Пытаться утихомирить бесполезно, главное, обезвредить. Стойко выдерживает все удары неслабых ног по его, заваливает на койку. Сквозь крики Пака слышатся недостоны пациентки из соседней палаты. И бросить бы Тэхёну всё, да свалить к чёртовой матери, пока сам окончательно не свихнулся. Но не может. Любит так. И ненавидит столько же. Самому бы разобраться для начала, а не этому психованному что-то доказывать.