Ничто не проходит бесследно

«Корабль падает с гребня огромной замороженной волны и попадает прямиком в прорубь недалеко от входа Маринфорда. Придя в себя после падения, я подползаю к борту корабля, и моему взору открывается ужасная картина: кругом лежат мертвые и тяжело раненные солдаты и пираты. Те, чьи ранения не слишком сильные готовы вновь броситься в атаку, но пока все взоры обращены к нам. Наверное, не в каждой битве сбежавшие заключенные прилетают на линкоре дозора в качестве подкрепления. Но они меня волнуют в последнюю очередь. Бегло всматриваясь в лица, я ищу глазами брата. Его нет. Перебегаю на другую часть корабля. Там та же картина. Вот только на эшафоте рядом с дедушкой и еще кем-то вижу его- Эйса. Он все еще жив. Это главное. Я успел, и я спасу его. Набираю в легкие побольше воздуха и кричу ему об этом. Меня больше ничто не волнует, в голове лишь одна мысль «Успеть». Замечаю, что Кроки куда-то смылся. Этого еще не хватало. Я не могу тратить на него драгоценное время, но Эйс расстроится, если с тем дядей на крутом корабле что-то случиться. Кажется это Белоус. Пары секунд мне хватает, чтобы добраться до них и врезать Кроки, потом трачу еще несколько минут, чтобы перекинуться парочкой слов с Белоусом. Вокруг раздаются удивленно-испуганные возгласы. Удивлены, кучка трусов? Но мне сейчас не до вас. Я собираюсь прорваться сквозь оборону дозора и спасти брата. Остальное не имеет значения. Но, как бы я не пытался не отвлекаться от цели, окружающий пейзаж не дает полностью сосредоточиться на главном. Кругом горы трупов, повсюду слышны выстрелы орудий и стоны раненных. Даже не верится, что на этой чертовой базе дозорных смогло уместиться столько народа. Продвигаясь к эшафоту, приходиться не только уклоняться от всевозможных ударов, но и следить, чтобы не встать на кого-нибудь живого. Но, Господи, сколько же их? Я смотрю вперед, по сторонам, везде каждую секунду валятся штабелями все новые и новые люди. И абсолютно не важно кто это, дозорный или пират. Их больше нет, от них остались лишь бездыханные тела. Их командиры призвали их на поле боя, они пришли сюда, веря в свои идеалы, не предавая их до самого конца, каждый верил в свою правду, надеялся на победу, каждый умер со своей верой. И этого уже не изменить. Кто-то может и порадуется этим смертям, но кто-то будет страдать от горя, ведь не важно на чьей ты стороне, где-то в этом огромном мире есть люди, которые их любили… Но, черт, я слишком много думаю об этих мелочах. Главное спасти Эйса. Так и хочется закричать что есть сил: «Деда, помоги ему! Не дай им убить Эйса. Ты же его тоже любишь!», но я не могу этого сделать. Мы сами выбрали свой путь, сами решили пойти против деда, несмотря на все его яростные речи. Я знаю, он хотел, чтоб мы стали сильными дозорными, но мы хотели свободы. И теперь мы платим за это желание. Я предал дедушку, несмотря на его любовь и заботу, хоть кому-то она и может показаться странной, и теперь я не имею права его просить о чем-то. Даже если это вопрос жизни и смерти. Я сделаю все сам. Смотрю на эшафот и вижу полные боли и отчаяния глаза деда. Я знаю, он хотел бы сейчас быть со мной и спасать его второго внука, но есть ДОЛГ И ЧЕСТЬ. Пройдя такой долгий и тяжелый путь, заслужив любовь и уважение, он не может все просто взять и бросить. Он может лишь смотреть и не мешать. Бегу и спотыкаюсь о чье-то тело, оно еще издает какие-то стоны. Мельком смотрю на него и вижу вспоротый живот, кровь смешалась с грязью, и теперь он весь перепачкан непонятой жижей, лицо перекошено от боли, и ему вряд ли кто-то поможет…» Луффи резко сел на своей кровати. Вот уже которую ночь ему снятся кошмары. Он просыпается посреди ночи весь в поту, и слезы наворачиваются на глаза, иногда его выворачивает так, что он даже решил на ужине ограничиваться лишь своей порцией. Монки как всегда тихонько, чтоб не создавать шума, выходит на палубу. Единственное чему он рад, что он не кричит во сне, иначе все его накама тоже не могли бы нормально спать. Прохладный свежий ночной воздух отрезвляет и успокаивает. Юный капитан не понимает, как он смог пережить весь этот ужас тогда, два года назад,как он мог, поглощенный своей целью, своим желанием спасти брата, не замечать всех ужасов Импел Дауна и войны в Маринфорде, и почему ужасные воспоминания так ярко и даже детально решили вернуться сейчас. Хотя на второй вопрос ответ у него есть: два года были заняты тяжелейшими, выматывающими тренировками и мучительными переживаниями за своих друзей, ведь он не знал где они и что с ними. А теперь все здесь, рядом, живы, здоровы и веселы. Теперь он за них спокоен, а значит появилась лазейка для собственных переживаний. Луффи злится на самого себя, что не может просто взять и выкинуть чертовы мысли из головы, он боится, что веселая маска слетит с лица днем и друзья будут волноваться… Нет этого он не допустит, он сильный и справится со всем сам. Он поднимает голову вверх. Над ним чистое небо, усыпанное звездами, и луна светит таким приятным молочным светом. - Не спится?- приятный голос окликнул капитана. Луффи не нужно оглядываться, чтобы понять, кто за ним стоит. - Зоро.. почему ты не спишь?- не оборачиваясь спрашивает Мугивара. - Услышал, что кто-то уходит, решил узнать кто,- спокойно отвечает мечник. - Прости. - Луффи, если тебя что-то беспокоит, ты можешь мне рассказать,- сказал Зоро, кладя руку на плечо капитана и становясь рядом с ним у борта. - Я знаю… просто… - Не объясняй, расскажешь, когда будешь готов. Луффи только открыл рот, чтобы сказать «Спасибо», но мечник продолжил после короткой паузы. - Небо сегодня прекрасное, надеюсь, днем погода не испортится. - Кто знает…- задумчиво произнес Луффи, как только пришел Зоро, ему тут же стало спокойно, звук его голоса вытеснил все дурные воспоминания.- Зоро, останься со мной, даже когда мы достигнем наших целей. Парень сам не понял, зачем это сказал, слова сами вырвались. - Обещаю,- коротко ответил мечник.