Он подарил ей крылья

      Кровь хлынула в голову. В ушах начало звенеть. Я не успел моргнуть, всё было так быстро, как кадры из фильма. Единственное, что я успевал увидеть, как я бросаю трубку, хватают вещи, запрыгиваю в машину и еду по адресу. Всё было на автомате, я не успевал думать. У меня не было времени обдумывать свои действия. Через несколько минут я был перед дверями больницы, пролетел ресепшн, но в операционную меня не пустили. Медленно сползая по стене, я видел её на кушетке. Разбитая голова, закрытые глаза. На секунду я подумал, что на месте Жени должен быть я. Я не знаю, сколько прошло времени, уснул в углу под дверью операционной. Меня разбудило легкое касание врача: -Извините, вы кто? Вам нужна помощь? -я слышал её слова отрывками сквозь сон. -А, что? Нет-нет, мне не нужна помощь. Как Женя? -А, вы тот самый хам, которому я звонила. -Попрошу соблюдать субординацию. -Да уж, извините.-её глаза недоверчиво прищурились, — Только странно, что Евгения сказала позвонить именно вам, учителю. Скажите всё, иначе мне придется звонить в полицию по изнасилованию несовершеннолетней. -Очень смешно. -Вы находите? -Да, нахожу. Ей 17 лет. Вы можете сами спросить её. -Хорошо, я поговорю. -А теперь будьте добры, скажите мне её палату. -42, прямо по коридору. -А вы умнее, чем я думал.       Через пару секунд я был около дверей в палату. Неуверенно постучал. Оттуда раздалось хриплое «входите».       Я зашёл. Она лежала на кушетке маленьким дрожащим телом, подключённая к разным аппаратам и под капельницей. Её нос был разбит. Женя, моя бедная Женя… -Ты даже не представляешь, как я испугался. -Ты прав, не представляю…-её голос был холодный. -А зря.       Я сел рядом и взял её руку. В её глазах вдруг резко загорелся огонёк надежды. Мы просидели так полчаса, в полной тишине. Я начал вставать с кровати. Женя вдруг ухватилась за мою руку: -Посиди ещё. -Что ж ты со мной делаешь. Меня здесь бесплатно не покормят. -Ах ты меркантильная зараза! -Мы снова на ты? -спросил я, улыбнувшись краешками губ.       Она хитро сощурила глаза, её рука легла на колено, зрачки начали увеличиваться. -Ну, если очень хочешь доминировать, мне придётся обращаться на вы.       О даааа, я знаю этот взгляд. К чёрту всё!       Я аккуратно нагнулся к её тоненькой шее и оставил на ней маленький, чуть краснеющий укус. Раздался тихий хрип, она потянулась к моим губам… Это был самый чувственный поцелуй за всю мою жизнь.       Сквозь поцелуй я услышал: -Жень, у тебя стояк, как тебе не стыдно? — она начала улыбаться. -И правда, как же мне не стыдно. Совращаю малолетних. Дорогая, не тяните свои ручки туда, куда вам по возрасту не положено.       Она вдруг оторвалась и легонько ударила кулаком в грудь, обиженно надула губы и отвернулась. -Эй, что ты обижаешься тут. Это у тебя сотрясение, а не у меня. Давай ложись и бляди постельный режим. Ой. -АХАХАХАХАХАХ, БЛЯДИ. Не думала, что филолог не может образовать повелительное наклонение от глагола «блюсти». Евгений Денисович, только об одном вы и думаете! — она лукаво сощурила карие глазки, и плюхнулась на кровать.       Глаза начинают слипаться. Похер, переночую в больнице.