The Path

До того, как Вилле приехал домой к Йонне он и не думал рассказывать тому о пинках, полученных судьбой. Он хотел лишь попросить прощения и навсегда забыть о существовании этого голубоглазого милашки. Но всё получилось совсем иначе. Они проговорили с Йонне до глубокой ночи и открыли друг другу много личных переживаний и разочарований. За эти несколько часов Вилле в корне изменил своё к нему отношение. Он уже не призирал его за развратное поведение и за отвратительно-пошлые поцелуи с гитаристами в барах Хельсинки. Больше, он проникся нежными чувствами к этому беззащитному парню, который за свою недолгую жизнь повидал много зла и жестокости. В какой-то степени он даже испытывал благодарность к Йонне, благодарность за то, что тот вернул его в мир, где можно чувствовать, доверять и даже любить. Также он мысленно благодарил Юрки, который направил его на эту встречу с Аароном. «Если бы не мой Вампир, то я ещё не скоро узнал бы о чувствах Йонне», - подумал Вилле и бросил взгляд на часы: половина четвёртого ночи. Он порядком устал от этого длительного разговора и быстрее хотел уснуть, чтобы завтра с новыми силами вступить в новый мир, дверь в который он открыл с помощью человека, которого пару часов назад считал последней шлюхой Финляндии. Йонне надеялся, что Вилле останется у него до утра, но не стал возражать, когда тот протянул ему руку для прощального рукопожатия. Он и так чувствовал себя самым счастливым человеком, проведя столько часов в компании главного рокера Финляндии и поговорив с ним на самые личные темы. Йонне аккуратно пожал протянутую руку и помог Вилле открыть дверь с бесчисленным количеством замков. После того, как его любовь покинула его квартиру, он ещё долго стоял, облокотившись на стену и плакал. Это были слёзы счастья, того счастья, которого он ждал на протяжении всей своей жизни. Его счастье носило самое красивое имя на земле – Вилле Херманни Вало. *** Прошёл месяц с того ночного разговора в квартире Йонне. За этот месяц многое изменилось в жизни каждого из них. Они стали друзьями и проводили много времени в компании друг друга. Йонне всё больше отдалялся от Ларри и Кристуса, и это служило причиной для их ссор. Он всё ещё продолжал целовать гитаристов во время концертов на потеху публике, но в барах и на вечеринках он придерживался с ними дистанции и не позволял себе ничего лишнего. Если в это время в баре находился Вилле, то Аарон предпочитал проводить время исключительно в его обществе. Гитаристов не устраивало такое положение вещей, особенно бушевал Кристус. Поцелуев во время концертов ему не хватало, и он требовал большего. Но Йонне впервые с момента их знакомства не шёл у него на поводу и на все его приставания отвечал твёрдым отказом. Кристус не поднимал руку на Аарона лишь по одной причине: он не хотел неприятностей с Вало. Вилле никогда никому не позволял оскорблять, обижать унижать и уж тем более бить своих друзей. На репетициях Крис постоянно пытался задеть Йонне, отпуская в его адрес неприятные фразы про их отношения с лав-металлистом. Аарон терпел эти выходки – он научился контролировать свои эмоции и перестал плакать после каждого злого выпада со стороны Кристуса. Он вообще очень изменился: стал более сдержанным и уверенным в себе. Он повзрослел. Но ему было еще далеко до Вилле, который отличался холодностью ума и жаром сердца, умением повелевать и способностью быть преданным другом*. А Аарон хотел быть именно таким: хладнокровным и немного отстранённым для всех и преданным и открытым для самых близких людей. Месяц дружбы с Вало послужил для него отличным уроком жизни, но ему хотелось большего, чем дружба. Его любовь становилась всё сильнее и сильнее. Иногда при разговоре с Вилле ему приходилось отводить взгляд и разглядывать свои кеды, чтобы Его Адское Высочество не заметил той страсти, которая пылала в глазах Йонне. Вилле старательно делал вид, что не замечает этого страстного взгляда полного любви, однако ему очень тяжело давалось такое притворство. Этот взгляд невозможно было не заметить. Нельзя было пропустить мимо ушей и пламенные и сбивчивые речи Йонне. Вилле не мог и не хотел переступить через ту границу, что отделяет понятие «дружба» от понятия «любовь». Аарон не требовал от него любви и страсти, но, безусловно, где-то глубоко внутри он мечтал о далеко не дружественной ночи. Да и далеко не об одной такой ночи. Проводя с ним всё больше и больше времени, Вало тоже начинал испытывать к Йонне ещё более нежные чувства, но не воспринимал их как любовь. Не хотел воспринимать. Он не был уверен в своих чувствах и не хотел разбивать сердце Йонне в очередной раз. Он привязался к нему и действительно не хотел его терять. Также он думал о Юрки и его отношении к налаживающемуся контакту между его лучшим другом и бывшим любовником. Не было лучшего варианта узнать его мнение, чем откровенно спросить глядя в глаза. Вилле быстро собрался, накинул кожаную куртку и поехал в гости к другу, не забыв прихватить бутылку красного вина. Юрки выслушал абсолютно спокойно, на его лице не дёрнулась ни одна мышца, когда Вилле рассказывал о влюблённом взгляде Йонне, который с каждым днём становится всё ярче и ярче. «Что ж, видимо, ему на самом деле наплевать на этого мальчика. Хоть какой-то груз с плеч», - подумал Вало и выжидающе посмотрел на друга, излив душу. Вампир улыбнулся мягкой улыбкой и тепло посмотрел на Вилле. -Вало, неужели ты пришёл спросить, не буду ли я против ваших отношений? Я тебе уже говорил – я забыл про Йонне, он для меня больше ничего не значит. Я не испытываю к нему никаких чувств, ни положительных, ни отрицательных. Вообще никаких. Когда ты мне рассказывал сейчас о том, что между вами происходит, твои глаза светились счастьем. Я давно тебя не видел таким. Если этот мальчик растопил лёд в твоих глазах, то тут тебе не нужны уже никакие советы. Сердце – вот твой главный советчик. Я – не твоё сердце и совета дать тебе не могу. Вилле искренне улыбнулся и приобнял друга за плечи. -Юрки, ты - не моё сердце, ты – часть моей души. Если бы не ты, то ничего этого сейчас бы не было. Мои глаза не светились бы счастьем, а сердце не обрело бы вновь способность чувствовать что-то светлое. Я тебе благодарен за всё, и ты единственный человек, к которому я могу обратиться за советом. -Надеюсь, что ты не будешь обвинять меня, если у вас с Принцессой что-то пойдет не так. Но я искренне верю, что у тебя наконец-то всё будет хорошо. Просто обязано быть. Ты этого заслуживаешь как никто другой. - Я никогда ни в чём тебя не обвиню, - твёрдо пообещал Вилле. - Что бы не случилось – второго такого друга у меня нет. Все слова, сказанные ими в этот вечер, были искренними. Юрки не кривил душой, говоря, что роман Вилле и Йонне никоим образом не затрагивает его чувств. Вилле сказал чистую правду про то, что Юрки - часть его души и самый близкий друг. Да, любовь имеет тенденцию приходить и уходить, оставляя на сердце очередной шрам, а дружба умеет преодолевать любые преграды. По крайней мере они оба в это искренне верили. *Прямое заимствование одного из описаний Шерлока Холмса в книге Артура Конан Дойля "Записки о Шерлоке Холмсе".