Северус, помоги!

Гарри оказался в глубоком детстве Северуса. Он увидел двух девочек, одна была рыжей, а у другой светло-русые волосы. Они качались на качелях, а за детской площадкой стоял мальчик, на вид лет девяти и смотрел на рыжую девочку. —Лили, перестань!—крикнула старшая, когда девочка слишком сильно раскачалась и слетела с качели, плавно приземляясь на землю. —А что в этом плохого?—спросила рыжая девочка. Гарри видел их диалог, в который потом, как он понял, вмешался Снейп. Потом появилась платформа 9 и три четверти. Он сидит с Лили в купе, они разговаривают, потом к ним подходят несколько ребят. Джеймс и Сириус. Они подкалывают Северуса, потому что он хочет поступать на Слизерин. Ещё сцена. Профессор МакКонагалл держит шляпу и распределяет учеников на факультеты. Лили Эванс попадает на Гриффиндор, а Северус Снейп — на Слизерин. И потом очень много издевательств со стороны мародёров, из-за которых у Гарри разрывалось сердце. —Я не то хотел сказать… Просто я не желаю, чтобы тебя дурачили… Он за тобой увивается, Джеймс Поттер за тобой увивается! — Похоже, эти слова вырвались у Снейпа помимо его воли. — А он вовсе не то… что все думают… чемпион по квиддичу… — Обида и неприязнь рвались из Снейпа сбивчивыми словами, и Лили все выше и выше подымала брови. — Я знаю, что Джеймс Поттер — безмозглый задавака, — прервала она Снейпа — Можешь не трудиться мне это объяснять. Но юмор Мальсибера и Эйвери — это безобразие. Безобразие, Сев. Не понимаю, как ты можешь с ними дружить! Гарри снова смотрел, как Снейп выходит из Большого зала, сдав СОВ по защите от Темных искусств, бредет прочь от замка и случайно оказывается рядом с местом, где сидят под буком Джеймс, Сириус, Люпин и Петтигрю. Но на этот раз Гарри не стал подходить ближе. Он и так знал, что произошло после того, как Джеймс заклинанием поднял Северуса в воздух и насмеялся над ним; он знал, что если он снова увидит унижения в человека, который сейчас приютил его и спас, он просто не выдержит. Он видел, как к группе приблизилась Лили и бросилась на защиту Снейпа. И слышал издали, как Снейп, вне себя от унижения и ярости, бросил ей непоправимое СЛОВО: — Грязнокровка! —Сцена переменилась… — Прости меня. — Отвяжись. — Прости меня! — Можешь не трудиться. После этого сцена сменилась и перед Гарри показался уже взрослый Северус. — Я… я просил… — Вы мне отвратительны, — сказал Дамблдор. Гарри никогда не слышал такого презрения в его голосе. Снейп слегка отодвинулся. — Значит, вам плевать, что ее муж и сын погибнут? Пусть гибнут, лишь бы вы получили то, что хотите? — Ну так спрячьте их всех, — прохрипел он. — Спасите ее… их. Прошу вас. — А что я получу взамен, Северус? — Взамен? — Снейп ошеломленно глядел на Дамблдора, и какое-то мгновение Гарри ожидал, что он будет спорить, однако после недолгого молчания Снейп сказал: — Все что угодно. Сцена сменилась кабинетом Дамблдора: — Я думал… вы… спасете ее… — Они с Джеймсом доверились не тому человеку, — сказал Дамблдор. — Как и вы, Северус. Вы ведь тоже надеялись, что лорд Волдеморт ее пощадит? Снейп задыхался. — Ее сын выжил. Ещё несколько сцен с разговорами о том, что Дамблдору предстоит умереть, что Гарри уже успел узнать сегодня и снова кабинет Дамблдора: — Значит, мальчик… мальчик должен умереть? — спросил Снейп очень спокойным голосом. — И убить его должен сам Волдеморт, Северус. Но если вдруг он не сможет этого сделать... Либо Гарри, либо тебе придётся убить Волдеморта.Это самое важное. Опять настало долгое молчание. Потом Снейп сказал: — Все эти годы… я думал… что мы оберегаем его ради нее. Ради Лили. — Мы оберегали его, потому что было очень важно его обучить, вырастить, дать ему испробовать свою силу. — Дамблдор по прежнему не поднимал плотно сомкнутых век. — Тем временем связь между ними все крепнет, болезненно разрастается. Порой мне кажется, что Гарри сам это подозревает. Если я не ошибся в нем, он устроит все так, что, когда он выйдет навстречу своей смерти, это будет означать настоящий конец Волдеморта. Но знай, что если Темный Лорд перехватит его раньше и Гарри будет обезоружен.. Ты должен спасти его, Северус. Другого выхода нет. Ты должен будешь убить Волдеморта. Дамблдор открыл глаза. Снейп смотрел на него с ужасом: — Так вы сохраняли ему жизнь, чтобы он мог погибнуть в нужный момент? — Вас это шокирует, Северус? Сколько людей, мужчин и женщин, погибло на ваших глазах? — В последнее время — только те, кого я не мог спасти. — Снейп поднялся. — Вы меня использовали. — То есть? — Я шпионил ради вас, лгал ради вас, подвергал себя смертельной опасности ради вас. И думал, что делаю все это для того, чтобы сохранить жизнь сыну Лили. А теперь вы говорите мне, что растили его как свинью на убой… — Это прямо-таки трогательно, Северус, — серьезно сказал Дамблдор. — Уж не привязались ли вы, в конце концов, к мальчику? — К мальчику? — выкрикнул Снейп. — Экспекто патронум! Из кончика его палочки вырвалась серебряная лань, спрыгнула на пол, одним прыжком пересекла кабинет и вылетела в раскрытое окно. Дамблдор смотрел ей вслед. Когда серебряное свечение погасло, он обернулся к Снейпу, и глаза его были полны слез. — После стольких лет? — Всегда, — ответил Снейп. Гарри вынырнул из Омута Памяти и уставился на Северуса. —Вы видели все? Теперь вам все ясно? —Профессор... вы и моя мать? —Да, Поттер. Все было так. Но сейчас... К вашему сведению, я больше не питаю никаких чувств к покойной Лили Поттер. Я должен был показать вам эти воспоминания, чтобы вы смогли увидеть всю картину, ясно? —Да, сэр. —А теперь следуйте за мной. Вам нужно отдыхать. —Профессор... И все же, я очень хочу поблагодарить вас. Вы столько сделали, столько спасали меня и убили Волдеморта. Я безмерно вам благодарен. Спасибо! Снейп не ответил, а лишь провёл его в комнату и перед тем, как выйти сказал: —Я буду в соседней комнате, зовите меня, не стесняйтесь. —Спасибо, спокойной ночи.. —Я уже устал от ваших слов благодарности, доброй ночи! На это Гарри лишь смущённо улыбнулся, снял с себя джинсы и улёгся на кровать. Столько мыслей про Снейпа, маму и отца.. если подумать, то Дамблдор не такой уж и ангел. А отца он вообще перестал уважать после всего, что видел. Он любил отца, бесспорно, но сейчас он особо не чувствовал никакого трепета, если бы слышал имя «Джеймс Поттер» Все же, усталость не дала ему долго думать и он уснул. Первый раз за долгое время в мягкой и удобной кровати. К Снейпу у него не осталось неприязни, только безмерная благодарность и доверие. Гарри проснулся в 10:00, очень отдохнувшим. Но его тело немного болело и он, натянув джинсы, вышел из комнаты. —Доброе утро, сэр! Снейп сидел на диване,но уже в белой рубашке и сюртуке, в брюках, как он обычно ходит в Хогвартсе, но без мантии. —Доброе, Поттер. Как самочувствие? —Немного болят ноги.. и руки.. и голова. Все болит. —Надо было раньше сказать! —Снейп встал с дивана и подошёл к шкафу с зельями, откуда достал небольшой флакончик, но жидкость там была уже прозрачной. —Это обезболивающее. Выпей. —Спасибо, сэр! Гарри попытался открыть флакон, но пробка плотно застряла и он, выдохнув, отпустил крышку. Тогда Снейп вздохнул и выхватил флакон из рук Гарри. Их пальцы на секунду соприкоснулись и Гарри еле заметно вздрогнул. —Вот! Держи, Поттер!—пробка,под воздействием сильных пальцев, спокойно вышла и Снейп протянул флакон мальчику. —Спасибо.—сказал Гарри и осушил склянку. Боль ушла и он стоял на месте, нервно осматриваясь. —Что, Поттер? Ах да, забыл сказать.. Завтрак на кухне, вы же помните, как туда добраться? —Да, сэр. Спасибо, сэр. —Может быть хватит постоянно говорить «Спасибо», Поттер? Ещё не надоело? —Нет, сэр.—сказал Гарри и направился в кухню. После плотного завтрака Гарри решил прогуляться. Место было знакомое и он гадал, где же мог видеть его? «Точно! Тут гуляла моя мама с Северусом! Знакомый лес.. Интересно, почему он осведомил меня о том, что больше не любит мою маму? Ну мне кончено все равно, но он хотел заявить о том, что свободен? Или ему настолько стыдно показывать то, что он влюблён, что он скрыл это от меня? И вообще, почему я об этом думаю?» Гулять Гарри пришлось не долго, небо затянули тучи и полил дождь. Хорошо, что Гарри не успел промокнуть, ведь чистой одежды у него не было. —Как погулял, Поттер?—спросил Снейп. Он читал какую-то книгу, очевидно из старого шкафа. —Хорошо, спасибо, сэр. —Поттер! —Извините, сэр, я больше не буду говорить спасибо. —И извиняться хватит! Вы не ребёнок, Поттер, и я прекрасно понимаю всю сложившуюся ситуацию. Садитесь!—он указал на место рядом с собой на диване, и Гарри осторожно, будто софа может его съесть, сел. —Я сказал домовику постирать вашу старую одежду, думаю, что она уже лежит в вашей комнате. И только не надо говорить спасибо! —Хорошо, сэр. Что читаете?—Гарри не хотел, чтобы наступило неловкое молчание и задал этот странный вопрос. —Это какой-то магловский писатель, честно, не знаю, как это оказалось в моем шкафу, где моя покойная мать собирала книги, написанные сильнейшими магами. —Дайте-ка посмотреть..—сказал Гарри и потянул руку к книге.— Это «Портрет Дориана Грея», Оскар Уайльд, кажется. А вот, тут написано! Да, он! Я читал этот роман, когда мне было совсем скучно у Дурслей. Это мои опекуны. Тетя Петунья отдала мне много старых книг, которые должен был читать Дадли, но его ума , видимо, не хватало.—Ещё неделю назад Гарри бы не подумал, что будет сидеть в доме Снейпа и рассказывать ему про своё детство.—И как, интересно? —Если честно, не очень.—ответил Снейп спокойным голосом—Петунья сильно отличается от той, которую ты видел в воспоминаниях?—Северус усмехнулся. —Нет, она стала хуже, но знаете.. Я думаю, что она любила Лили и любит сейчас. Просто завидовала, что не была волшебницей. Она не так уж и плохо к ней относилась, если подумать. —Я тоже так думаю. Не хочешь чая?—странный вопрос, как для Северуса Снейпа, но Гарри уже привык к тому, что он способен быть и заботливым —Да, если можно. Тогда Снейп позвал домовика и попросил принести ему чай. Через минуту на столе стояло две дымящихся кружки. —Поттер, нам с тобой ещё жить тут несколько месяцев. Обычно, я провожу время спокойно и никуда не выбираюсь, что не скажешь о тебе. Ты же Золотой Мальчик, любишь славу? Или я ошибаюсь? —Профессор, вы думаете неправильно. Я, как и вы, предпочёл бы просидеть в доме все каникулы,если только не с Дурслями, конечно,а не шарахаться по Хогсмиду или Диагон-Аллее, чтобы каждый озирался и шептал за спиной: «Видишь шрам? Это же тот самый Гарри Поттер!» Это откровенно раздражает. Поэтому спасибо вам, что приняли меня. —Не за что. У тебя не болит ничего? —Нет, спасибо, все хорошо, сэр. —Может оставить формальности? Не обязательно всегда назвать меня Профессор или Сэр—Снейп немного улыбнулся, Гарри никогда не видел его таким. И в первые ему захотелось обнять этого холодного человека, разделить с ним все печали, о которых он насмотрелся в его воспоминаниях, рассказать про своё тяжелое детство, послушать его историю, которую он держал в себе и таил от мира всю жизнь. Гарри начал всматриваться в черты лица Северуса. Большой нос, чёрные, как два уголька, глаза, тонкие губы, морщинка между бровями, которая четко проявлялась, когда он злился. И когда же Гарри успел все это в нем разглядеть? Когда начал обращать внимание на мелочи? Когда перестал видеть в злом профессоре с сальными волосами, человека с ранимой душой и большой травмой детства? И сейчас его очень тревожила мысль о том, что он не хочет покидать этот дом, а лишь хочет прижаться к профессору и не отпускать. После небольшого чаепития Снейп сказал: —Лучше тебе выспаться. Скажу тебе так, после Круциатуса обычно плохо спится. По себе знаю. Так что не бойся звать меня, я рядом. —Хорошо, спасибо. Спокойной ночи! Ответа нет. Гарри казалось, что Снейп не заботится о нем, а лишь выполняет долг перед Дамблдором или все ещё любит его мать. Он дошёл до своей комнаты, лег в кровать и, укрывшись одеялом, почти сразу уснул.