Принц для Белоснежки

      - Пожалуйста, быстрее! - в который раз просил Чуя, не в силах усидеть на заднем сидении такси. Он нервно стучал каблуком туфли по коврику, лежащему на полу салона, и не мог найти себе места. Его не отпускало чувство беспокойства и того, что он может не успеть, из-за чего становилось противно, и больше разгорался огонь гнева.       - Молодой человек, я не могу быстрее, - отвечал водитель уже раздражённо. - Ограничение скорости. Я не могу ехать быстрее.       Накахара с громким выдохом откинулся на спинку сидения, снова выпрямился, нервно сцепляя пальцы в замок, глядел в окно на мелькающие огни фонарей на фонарных столбах и прикидывал, сколько ещё ехать. Ему казалось, что машина движется слишком медленно. Попытки дозвониться до Осаму не увенчались успехом - телефон не отвечал. Если с Дазаем что-то случится, это будет только его, Чуи, вина, ведь он не смог приехать сегодня за другом. Единственный раз. Как эта белобрысая тварь смогла подгадать, что именно сегодня Накахара не встретит Осаму с работы? Что она задумала? Мысли - страшное оружие, когда ты не в силах что-то предпринять, а можешь лишь ждать и гадать. Мысли убивают медленно, но тем не менее, наверняка, подобно пущенной в висок пуле.       -Остановите машину! - крикнул парень, не выдержав гнёта собственных мыслей, когда они добрались до портового района, и движение такси замедлилось ещё больше. Протянув деньги водителю, Чуя выбрался из машины, захлопнув дверь.       Белой молнией он нёсся мимо плохо освещённых доков и тёмных громадин транспортных контейнеров, прикидывая, куда именно Хигучи могла потащить Дазая. Сердце мучительно сжалось при мысли о том, что с парнем могло что-то случиться. Его впутали во всё это только из-за Чуи.       Блять, да он прибьёт эту суку!       Завернув за ветхое здание с облупившейся серой штукатуркой и чёрными провалами разбитых окон, парень заметил красный огонёк от тлеющей сигареты. Следом он разглядел силуэт, отделившийся от стены и выходящий из тени. Тусклый свет фонаря позволил разглядеть тяжёлые чёрные ботинки с заклёпками, немного грязные к низу штаны с кожаными ремнями, теряющийся в темноте такой же чёрный плащ. Чуя с ненавистью смотрел в нездорово-бледное лицо с мёртвым взглядом, обрамлённое короткими чёрными волосами, концы которых были окрашены в светло-серый цвет.       -Давно не виделись, Накахара, - хрипло произнес парень и небрежным жестом стряхнул пепел с сигареты.       - Дыра в лёгком курить не мешает? - оскалился Чуя, сильно сжимая кулаки и удобнее упираясь отведенной назад ногой в асфальт, готовый в любой момент сорваться с места. Словно в ответ на его слова парень коротко прокашлял в поднятую ко рту ладонь.       - Я вот пытаюсь понять, - продолжил будничным тоном темноволосый, - что меня бесит больше всего: то, что Ичиё всё ещё сохнет по тебе, то, что в прошлую нашу встречу ты на пару месяцев отправил меня в больницу, а сам вышел сухим из воды, или то, что ты оказался пидором...       Руки Чуи, сжатые в кулаки, задрожали от гнева, который тронул и лицо парня злобной гримасой.       - А точно не то, что я ушёл на своих двоих, а тебя на каталке укатывали? А, Акутагава? - Накахара едва не рычал: человек, стоящий перед ним, выводил из себя одним своим присутствием.       - Неприятная вышла ситуация, - поморщился облачённый в чёрное парень. - Я, как ты помнишь, очень не люблю оставаться в проигрыше. А ты всё не появляешься и не появляешься. Ты не представляешь, в каком шоке была Ичиё, которая так долго к тебе подкатывала, а ты, как оказалось, по мальчикам... Но зато, при всей её тупости, ей хватило мозгов использовать парнишку, чтобы мы смогли встретиться с тобой.       - Где Дазай? - рявкнул Чуя, едва сдерживаясь, чтобы не наброситься на Акутагаву и не разукрасить ярко-красным его бледное лицо, но важнее было узнать, что с Осаму.       - А вообще, ты меня удивил, - продолжал Акутагава, словно его и не прерывали вовсе. - Когда Ичиё рассказала, как ты взбеленился на неё из-за того парня, я думал, ты прямо из воздуха передо мной материализуешься после сообщения. Теряешь хватку, Накахара! Я двадцать минут ждал, пока ты вырядишься для свидания...       Сигарета вылетела из тонких пальцев, очертив тлеющим угольком в воздухе красную дугу, когда кулак в чёрной перчатке встретился с щекой Акутагавы, отбросив последнего назад. Но упасть ему не дали - крепко сжимая левой рукой рубашку на груди парня, Чуя рванул его на себя, застыв в считанных миллиметрах от лица противника. Правую руку он отвёл назад, замахнувшись для нового удара и не обращая внимания на упавшую с головы шляпу.       - Ещё раз спрашиваю – где Дазай? - яростно сверкая глазами, с угрозой выкрикнул Накахара.       Акутагава зашёлся новым приступом кашля, вынуждая Чую отстраниться от его лица, но хватку парень не ослабил.       - А с чего ты вообще решил, что он здесь?       - Что? - секундного замешательства хватило, чтобы Акутагава поднял руку и нанёс сильный удар в диафрагму, заставляя противника громко охнуть, сгибаясь и выпуская из пальцев ткань рубашки. Чуя едва успел поставить под летящее ему в грудь колено скрещенные предплечья, пригасив атаку врага, но всё равно был вынужден отступить на несколько шагов, пытаясь выровнять дыхание.       Акутагава приближался, покинув пятно мутного света фонаря и вновь сливаясь с темнотой доков. С разбитой губы по белой коже, пачкая подбородок, стекала струйка крови. Его серые глаза холодно сверкали жаждой мести.       - Блять, Накахара, что с тобой? - в жестоком голосе сквозил неприкрытый азарт. - Как стал долбиться в жопу с парнем, так сам перестал им быть? Кстати, как у вас, педиков, это происходит? Ты мальчик или девочка? С твоей смазливой мордашкой, наверное, девочка. А хорошим девочкам драться не положено.       - Заткни пасть! - Чуя снова бросился на противника, но Акутагава ловко увернулся в сторону от атаки, пытаясь нанести удар в спину. Накахара резко развернулся, блокируя его и вновь оказываясь с парнем лицом к лицу.       - Ты мне задолжал. А я должников не жалую, - голос, ставший похожим на шипение змеи, вызвал вселенское желание лишить его владельца способности говорить.       Губы Чуи исказила злая усмешка и, чуть откинувшись назад, Накахара с силой ударил лбом о лоб противника. Тот отшатнулся, мотая головой и заливаясь приступом кашля. Не теряя ни секунды, рыжий атаковал, нанося боковые удары по корпусу дезориентированного Акутагавы, слабо прикрывающегося руками. Облачённые в перчатки кулаки тяжело обрушивались на плечи и ребра. Чуя не обращал внимания на прилипшие к взмокшему лицу и лезущие в глаза волосы. Ему хотелось сломать все кости этому гаду, а потом вырвать из его хриплой глотки ответ – где его Осаму?!       Внезапная вспышка боли едва прорвалась через застилающее взор и окутавшее мозг желание уничтожить. Чуя отпрыгнул назад, отдаляясь на безопасное расстояние от Акутагавы и прижимая правую руку в животу. Он знал, что ничего не увидит в темноте ни на чёрной ткани рубашки, ни на перчатках, зато ясно мог разглядеть в руках покачивающегося врага ловящий отсветы фонаря раскладной нож в алых потёках. Ситуация становилась до фантомной боли в боку знакомой и крайне неприятной. Вот только своего ножа в этот раз у Накахары не было.       - У тебя дурная привычка лезть под нож из-за каких-то никчёмных людей, - выкашливал слова Акутагава, сплёвывая кровь с губ и вытирая их рукавом плаща.       - А ты, я смотрю, хочешь завести привычку после встреч со мной просыпаться в больнице, - парировал Чуя, обливаясь потом и пытаясь прощупать рану на животе. Вроде бы, просто лёгкий порез, ничего серьёзного.       - Я бы на твоём месте так не распылялся, друг мой.       - Хер собачий тебе друг, а не я!       - Поверю на слово, ведь ты у нас спец по членам, а? - с издёвкой приподнял бровь Акутагава.       Чуя зарычал, прикидывая варианты нападения, учитывая новые обстоятельства в виде наличия ножа у Рюноске. Как ни крути, а со всех сторон выходит дерьмово. Что с Дазаем, и где он, парень так и не узнал. Сам Чуя один и без оружия, в отличие от охающего Акутагавы, у которого, Накахара на сто процентов уверен, рядом есть подручные. Как же жаль, что Чуя ему год назад только лёгкое проткнул, а не голову об стену размазал. Хотя сейчас это можно исправить.       Накахара рванул к противнику, немного уходя вправо, чтобы не оказаться под прямым ударом ножа, и улыбнулся, увидев, что Акутагава повёлся на его манёвр, поворачивая руку для удара вбок. За мгновение до встречи, Чуя затормозил, оттолкнувшись правой ногой и бросая собственное тело влево, уходя от удара. Ребром правой ладони он ударил парня по запястью, выбивая из пальцев нож, а левое обрушил на опущенные плечи, заставляя Рюноске упасть на колени. Противники одновременно потянулись за валяющимся на асфальте оружием, но Чуя оказался быстрее. Преимущество его было недолгим - Акутагава схватил парня за ногу и рывком отправил навстречу земле. Рыжий зашипел от боли, падая на живот, но не растерялся: резко перевернулся на бок и ударил ногой. Он надеялся попасть ботинком в лицо ублюдку, но промазал, хотя и пинок в худое плечо позволил освободиться от тощих пальцев на щиколотке. Чуя вскочил и, сгребая в охапку волосы Акутагавы, приставил нож к его горлу, тяжело дыша и подрагивая от поднявшегося адреналина.       - Спрашиваю ещё раз, урод. Где Дазай?       - А если не отвечу, то что? - издевался Рюноске, давясь хрипом. - Убить кого-то у тебя кишка тонка, золотой мальчик.       Чуя отвёл руку с ножом назад, крутанул его, беря обратным хватом, и вонзил в плечо, прорезая чёрный плащ. Его лицо само исказилось от боли, когда над доками раздался дикий вопль, но парень постарался удержать себя в руках.       - Я тебе вентиляцию второго лёгкого устрою, - заорал Накахара, вновь занося нож. Ему было уже плевать на последствия, хотелось только выбить из ублюдка нужную информацию. Новый удар остановил спокойный голос за спиной:       - Отойди от него, Накахара. Ты же не хочешь, чтобы твой друг пострадал.       Чуя чувствовал, как его прошибает холодный озноб, а руки трясутся. Он медленно повернул голову, чтобы увидеть, как высокий парень с растрёпанными красновато-коричневыми волосами вывел из серого здания бледного, как лунный свет, Дазая, заломив обе худые руки ему за спину. Осаму широко раскрытыми от ужаса глазами смотрел на сжимающего в руке окровавленный нож, трясущегося и нависающего над противником Чую. Следом за ними из чернеющей пасти дверного проёма показались ещё несколько парней и пара девушек: хищно улыбающаяся Хигучи и молчаливая сестра Рюноске - Гин. При всей ненависти к её брату, Гин почему-то никогда не вызывала у Накахары негативных эмоций.       - Сам справиться не можешь, подручных позвал, - прошептал Чуя с презрением, отпуская волосы противника.       - Мы немного не в равных условиях, - хрипел Акутагава, зажимая рукой повреждённое плечо и поднимаясь на ноги. - Твоими прежними стараниями.       - Брось оружие! - скомандовал держащий Дазая парень.       С тихим звоном нож упал на асфальт, оставляя Чую вновь безоружным. Сердце стучало, как бешеное, мокрая рубашка прилипла к спине, а волосы облепили лицо и шею подобно паутине.       - Отпустите его.       Голос прозвучал ровно, но с явной угрозой. Парень, держащий Дазая, посмотрел мимо Чуи, ожидая приказа.       - Отпусти его, Мичизу, - скомандовал Акутагава. Тот с лёгким кивком головы сразу же освободил Дазая. Парень неуверенно отошёл от Мичизу, не отрывая взгляда от всклокоченного и покрытого грязью Накахары.       - Уходи отсюда, - резко и холодно произнёс Чуя, внутренне сжимаясь под шокированным взглядом Осаму. Меньше всего он хотел, чтобы Дазай видел его сейчас, но тот словно к земле прирос и не шевелился.       Тяжёлый удар в спину бросил рыжего на колени, следующий пришелся ногой по рёбрами. Чуя едва успел прикрыть лицо, когда по нему вскользь прошёлся чей-то ботинок. Во рту появился металлический привкус - губу всё же успели разбить. Удар в бок заставил парня повалиться на землю. Пинки и кулаки обрушились на него со всех сторон. Накахара сжался, обхватив руками голову. Пожалуйста, пусть Дазай уйдёт отсюда немедленно! Пусть уйдёт, и Чуе не придется терпеть эту боль. Пусть уйдёт, чтобы не знать, какое Накахара чудовище.       Нет! Он больше не чудовище! Был им, но больше нет. Потому что в его жизни наконец появился смысл, появился тот, кто заставляет улыбаться и мечтать о новом дне. И пусть Осаму не разделял его чувств, Чуе хватало и прикосновений к каштановой макушке, когда он будил его в середине ночной смены в баре, и тонких рук, обнимающих его талию во время поездки по городу. Осаму. Парень закутался в это имя, как в доспехи, защищающие его от пинков и ударов. На разбитых губах появилась тёплая улыбка.       - Прекратите! Оставьте его! АААх!       Это был вопль Дазая, прервавшийся болезненным вскриком. Чуя почувствовал, как внутри всё похолодело, а после разум залило невероятное спокойствие. Хигучи подстроила всё это, чтобы Дазай увидел, какой Накахара был раньше. Что же, если иного выбора нет, пусть смотрит.       Оставив голову без защиты, Чуя обхватил пальцами щиколотки двух противников и резко дёрнул, сбивая с ног. Те, падая, зацепили ещё одного неудачливого друга. Упор на локоть и подсечка - ещё двое летят на землю, а рыжий парень вскакивает на ноги, морщась от боли. Дазай лежит на земле, протянув руку в сторону Накахары, сверху на его спине сидит Мичизу, нанося удары по худым плечам и бокам. Чуя зарычал, по-звериному оскалив зубы и, разбежавшись, врезался плечом во врага, отбрасывая его в сторону. Вцепившись в куртку Мичизу, Чуя несколько раз перекатился с ним по асфальту, прежде чем сесть сверху. В голове билась одна только мысль - уничтожить. Его кулаки со страшной силой обрушивались на грудь противника. Удар в ключицу повлек отвратительный хруст, в ребра - болезненные крики и слёзы на глазах. Чуе было всё равно. Он просто продолжал бить парня, словно с разума слетели все ограничения. Где-то завыла полицейская сирена, но Накахара даже не думал останавливаться, для него сейчас существовал только его враг, остальной мир потерялся в густом тумане ярости.       - Накахара!       Возможно, кто-то звал его, но Чуе всё равно. У него все костяшки пальцев под перчатками разбиты в кровь, по его грязному лицу текут разъедающие солёные слёзы, его мышцы рук уже болезненно ноют от усталости. Он видит только разбитое в кровь лицо Мичизу. Он слышит только отвратительные глухие звуки ударов, размеренные и бесконечные. Он плачет, потому как сам не сможет остановиться, пока не совершит непоправимое.       - Чуя!       Полный отчаяния крик раскалённой иглой пронзил его отключившийся разум, тонкие пальцы вцепились в запястье, проскальзывая под манжет и обжигая холодом кожу. Накахара обернулся в полной растерянности и непонимании происходящего, но повинуясь зовущему его голосу.       - Чуя, пожалуйста, пойдём отсюда, - бледный, смотрящий затравленным взглядом Осаму держал его за руку и немного дрожал. - Кто-то вызвал полицию. Эти отморозки уже убежали. Пожалуйста, Чуя, идём отсюда, - парень сам едва сдерживал слезы, глядя в пустые глаза Накахары. - Это я, Дазай. Твой друг.       Осторожно, словно опасаясь нападения на себя, Осаму протянул Чуе вторую руку, предлагая взять её.       - Пожалуйста, Чуя, пойдём со мной.